Продажный судья и Безумный герцог Веномания

      Галлериан снова вздохнул, стоя возле окна, сложив руки на груди и смотря через тонкое стекло на мир, что скоро рухнет, как и два его предшественника. Судья обернулся и в очередной раз бросил мимолетный взгляд на книгу, что он только что прочёл. «Безумие герцога Веномании», таковым было название книги и судя по её виду мужчина прочёл её далеко не один раз. Верно, он прочёл эту историю уже не меньше двадцати раз подряд и все из-за одного человека. Этим человеком был сам герцог Веномания. В обычных условиях это было бы невозможно, ведь они жили в совершенно разное время, но начавшийся Фарс Каприччио вернул всех грешников к жизни и сделал эту встречу возможной. Но в чем же причина такого интереса судьи к истории грешника похоти? В день когда Галлериан призвал свою дорогую дочку Мишель в роли Усыпляющей принцессы, а Веномания бежал, прихватив с собой Дочь Зла и Швею, немного позже произошло то, чего Марлон никак не ожидал. Он вернулся в свой дом, который восстановился после воскрешения своего хозяина, и обнаружил в нём Херувима, каким-то образом проникшего в его обитель и приветствовавшего судью с добродушной улыбочкой и странным блеском в глазах.       Галлериан кое-как смог прогнать герцога из своего дома, ведь скоро его дочурка вернётся после прогулки и сядет пить чаю с папой, а этот незваный гость, сильно мешал этому событию. Но это был далеко не единственный визит грешника похоти, более того они были уж очень частыми, почти каждый день, и мужчине всякий будто бы доставляло удовольствие видеть как судья медленно выходит из себя, стараясь как можно быстрее прогнать его. И постоянно в аметистовых глазах был этот непонятный блеск. Желание отыскать причину странного интереса Веномании к нему не давало Марлону покоя ни на минуту. Быть может дело в том, что лицом он похож на своего предка, который и вонзил клинок в грудь герцога, тем самым убив его? Галлериану очень хотелось думать, что так и есть, потому что таким образом объяснялся необычный блеск в глазах Херувима — жажда мести и плевать что он собирается мстить не своему непосредственному убийце, а всего лишь его потомку с похожей рожей. Но… Что-то подсказывало судье, что он что-то упускает, ведь если бы Веномания хотел убить его, то давно бы сделал это, а простым интересом грешника похоти к грешнику жадности странное поведение Херувима никак не объяснить. Да, похотливая натура герцога после возрождения заметно утихла, да на столько, что ему теперь самому противно от его поступков в прошлом, но… Почему сейчас Веному так нравится общество Продажного судьи, а не компания Горделивой принцессы или Швеи? — Здравствуйте, Господин судья~ — раздался сладкий шёпот над самым ухом Марлона, а несколько прядей коротких синих волос заколыхались как от лёгкого ветерка. Ещё неделю назад он вздрагивал каждый раз, как герцог проворачивал что-то подобное, но сейчас уже у Галлериана выработался некий иммунитет. — Герцог, может вы уже прекратите так нахально вламываться в мой дом, да ещё и постоянно подкрадываться ко мне со спины? — раздражённо выпалил судья, посильнее сжав рукава своей накидки, медленно закипая от непонимания того, что этому обладателю аметистовых глаз нужно. — Вы не рады меня видеть? Вам противна моя компания? — спрашивал Херувим, нашептывая каждое слово на ухо мужчины, улыбаясь от того, как колышутся синие волосы того.       Галлериан несколько секунд молчал, а затем выдал уверенное «Да», чем вызвал усмешку у Веномании. В следующий миг рука герцога неожиданно обвила талию судьи от чего синие глаза округлились, выдавая сильное удивление их обладателя. — Что вы делаете? — произнёс Марлон, ещё сильнее сжав в своих руках ткань накидки и стараясь сохранить самообладание. — Хочу убедить вас, что нам вдвоём может быть очень весело и заставить вас пересмотреть ваше отношение к моей компании, — ответил Веном, притянул Галлериана к себе и медленно наклонился к его лицу, подарив лёгкий поцелуй в щёку. — А с чего вы вообще решили, что я желаю поменять свое мнение? — произнёс судья, стараясь скинуть руку герцога со своей талии и отпихнуть его. В нем закипал гнев от нахальства обладателя аметистовых глаз. — Извините, что не спросил вашего мнения, но… — Херувим поймал пальцами подбородок Марлона и заглянул в его синие глаза. — Я так влюблен в вас, что просто теряю голову в вашем присутствии.       В следующий миг губы герцога и судьи слились в поцелуе. В сердце Марлона что-то лопнуло, выбросив весь его не малый гнев в кровь, он занёс руку, чтобы огреть Венома по голове, но… Неожиданно его рука замерла у самой головы мужчины и в следующую секунду вместо удара он просто провел ей по фиолетовым волосам, а синие глаза медленно закрылись. Херувим на миг разорвал их поцелуй, усмехнулся, по крепче обнял Галлериана, сильнее прижав его к себе и снова впился в его губы, раздвигая их и проникая в ротик Продажного судьи. — Галлериан Марлон, вы поменяли свое мнение? Согласны ли вы отведать плод удовольствия вместе со мной? — спросил герцог после разрыва их поцелуя из-за нехватки воздуха в лёгких, поглаживая рукой лицо мужчины. — Да… — выдавил из себя судья, прекрасно понимая что Веному нужно от него. Все встало на свои места, давая ответ на странное поведение Херувима. Но почему же Галлериан не оказывает никакого сопротивления на такого рода желание? Не уже герцог очаровал его? Другого объяснения быть не могло, а иначе бы он сейчас стоял и дубасил его молотком, выплескивая свой гнев.       Тем временем Веномания с улыбкой взял судью на руки и понёс в спальню, о месторасположении которой он узнал ещё в первый день своего визита. Герцог осторожно положил судью на кровать и навис над ним. Какое-то время Херувим просто любовался Галлерианом, поглаживая его по щеке, а в следующий миг забрался рукой под его накидку, расстегивая пиджак, рубашку и стаскивая с него галстук.       Пальцы герцога неожиданно дотронулись до сосков Марлона, от чего тот вздрогнул и издал тихий стон. На лице Веномании появилась улыбка и проведя этой же рукой по животу синеглазого он прикоснулся к ремню на его штанах, расстегнул его и вдруг отправил ненужную сейчас часть одежды в полет, собственно вслед за ними полетели и белые штаны аристократа.       Ловкие руки герцога, когда-то заключившего контракт с демоном похоти, приникли с двум чувствительным местам тела Продажного судьи, заставляя того издавать громкие стоны удовольствия и комкать простынь в руках. Если бы рука ласкала только его детородный орган, то он мог ещё стерпеть, ведь у него тоже был опыт в таких вещах, но герцог трогает его там где никто никогда не смел прикасаться! Гибкие пальцы грешника похоти проникали в узкий анус грешника алочности, возбуждая его и подготавливая к принятию кое чего более существенного чем пальцы. — Господин судья, вы готовы? — спросил Веномания, вынимая пальцы из тела синеглазого. Марлон тихо выдохнул от разочарования, когда его перестали ласкать, но услышав вопрос Херувима посмотрел на него влюбленными глазами и кивнул, давая свое согласие на продолжение.       Обладатель аметистовых глаз улыбнулся и по удобнее устроился между ног судьи, приготовившись проникнуть в уже более или менее разработанный, но все ещё узкий и ни кем до этого не тронутый анус Галлериана.       Острая вспышка боли от вторжения пронзила тело мужчины, от чего он с силой вцепился руками в длинные фиолетовые волосы, заставив тем самым герцога тихо зашипеть. — Господин судья, отпустите. Если вам настолько больно, то лучше сожмите мои плечи, вместо того чтобы вырывать волосы, — произнёс Веномания, вызволил фиолетовый хвост из захвата руки синеглазого и переложил обе его руки себе на плечи. — Папа! Папа, ты… — голос девушки оборвался из-за чего она не договорила того, что хотела. Пробравшись в спальню и занявшись этим делом, мужчины совсем позабили про такую вещь как дверь, а Мишель Марлон, зайдя в дом, не нашла отца ни в кабинете, ни в гостиной и пошла в спальню. Именно из-за стечения этих двух обстоятельств Усыпляющая принцесса застыла на пороге с крайней степенью удивления на лице, из-за обнаружения двух мужчин в весьма не двусмысленной позе, да к тому же одним из них был её отец. — Простите! — выпалила Мишель и убежала, надеясь стереть из памяти эту постыдную сцену. — Не хорошо получилось… Надеюсь, это не будет слишком сильным ударом для юной леди, — произнёс герцог и медленно начал двигаться.       Сознание Продажного судьи освободилось от очаровывающих чар и к нему медленно пришло осознание того, что Веномания сейчас нагло использовал его тело для своего удовлетворения, да к тому же их только что увидела его дочь! Лицо Галлериана, которое до этого было красным от возбуждения, вмиг стало ещё более красным из-за крайней степени стыда и гнева, он со всей силы сжал руки на плечах обладателя аметистовых глаз.       Херувим заметил резкую перемену в поведении синеглазого, зашипел от хватки на своих плечах, но тут же усмехнулся и легко шлепнув мужчину по ягодице продолжил двигаться.       Марлону оставалось просто лежать и ждать когда это закончиться, ведь он ничего не мог сейчас противопоставить напору герцога. При нем даже его молотка не было, а все силы будто покинули его тело.       Какое-то время, после освобождения разума от плена коварных чар, Галлериан лежал, не издавая ни звука и без интереса наблюдал за безобразием, что творил с ним Херувим, но затем… Он неожиданно почувствовал некоторое удовольствие от этого и с губ снова начали срываться стоны, услаждающие чуткий слух грешника похоти. От ещё одной перемены в поведении судьи Веномания улыбнулся, наклонился и поцеловал синеглазого в губы, чувствуя приближение финала их бурной страсти.       После разрыва поцелуя из-за нехватки воздуха судья особенно громко простонал и неожиданно кончил, пачкая белой штукой живот герцога и свой. Херувим сделал ещё несколько толчков и излил сперму в тело синеглазого.       Мужчины какое время ещё пролежали в соединенном положении, а потом к Марлону словно вернулись силы и он резко оттолкнул нахального Веноманию от себя, так что тот плюхнулся пятой точкой на пол, сел на кровати, отыскал свои штаны, попутно белые штаны полетели прямо в лицо герцогу, оделся, гневно посмотрел на обладателя аметистовых глаз, выбежал из спальни и заперся в своём кабинете.       С того дня Херувим продолжал вламываться в дом судьи, правда всегда получал от Марлона молотком по голове, а сам Галлериан не позволял герцогу даже на метр приближаться к себе. Так продолжалось неделю или две, но неожиданно синеглазый смягчился и, сильно краснея, подпустил к себе Веноманию, предложив повторить ту ночь.       Мишель Марлон не смела никому рассказать о том, что её отец и герцог имею подобную связь, но слух все равно откуда-то появился и каждый, кто хоть как-то был связан с кем-то из них, по разному отреагировал на это. Впрочем, их это не сильно волновало. Грешник похоти и грешник жадности только надеялись на то, что та любовь, которая так неожиданно возникла между ними, останется с ними в новом Четвёртом мире.