Должен буду я

Про предательство Тони, конечно, ничего не понял, но и спросить не решился, помня о недавней ярости Одинсона. Он просто отошел к виртуальному экрану, задавая параметры работы Пятницы и размышляя о том, что ко всему волнующему его в данным момент добавилось едкое ощущение микро-потери. Между Железным человеком и великолепным сыном Одина словно возникла ледяная стена, имя которой — Локи. Как бы там дальше ни вывернуло с проклятым скипетром и неожиданно сорвавшимся с цепи Альтроном, как прежде — легко, непринужденно, с прибаутками, — уже не будет никогда. «Убери руки от моего брата!» «Ты же знал, как губительна эта дрянь для… моего брата!» Еще в двенадцатом году Старк отметил какую-то ненормальную одержимость Тора своим сумасшедшим братом. Было что-то парадоксальное в том, как Одинсон пытался оградить монстра Локи от любого, при этом сам лично, ничуть не смущаясь, в полную силу лупил родственничка. Одна только их первая встреча на борту квинджета чего стоила! Тор, схватив Локи в охапку, просто швырнул его в неведомое куда-то, ничуть не заботясь о том, что брат может переломать кости или вовсе свернуть себе шею. Именно так Одинсон хотел, чтобы все со стороны выглядело: мол, руки прочь, я тут вполне способен справиться сам — дело-то семейное. И подпускать к восставшему из Хеля Лафейсону Тор никого не желал. Тогда особо размышлять на эту тему времени не было, зато сейчас Тони припомнил разговор братьев там, в обледеневшем морозном лесу, который услышал, прежде чем себя обнаружить. Подслушивать нехорошо? Пф… Подобные глупости Старка никогда не волновали, ему хотелось разобраться в том, что вообще происходит, а потому он без зазрения совести слушал, как Тор, едва ли не умоляя, уговаривал злобного засранца, в одиночку разгромившего и стершего с лица планеты подземную базу Щ.И.Т.а, вернуться домой. «Возвращайся домой, Локи!» «У меня нет дома!» «Отец простит тебя…» «У меня нет отца!» Беспомощно-неуклюжи были те попытки. Лафейсон, исходя ядом, срать хотел на это трогательное подобие заботы. Даже стороннему от этих асгардских страстей Тони было совершенно ясно — Локи ненавидит своего брата, всей своей сумасшедшей душой. Но Тор этого упорно не хотел видеть, продолжая весьма своеобразно защищать своего не-брата, желая лишь одного — утащить в Асгард, вывести из-под удара разъяренных агентов Щ.И.Т.а или тех же Мстителей, и уже где-то там разбирать полеты нашкодившего трикстера. Даже приход читаури не был для Одинсона достаточным аргументом, чтобы серьезно навредить Локи. Бить на поражение он не стал бы ни при каких обстоятельствах, и другим не дал бы… Что бы ни говорил, как показательно ни лупил бы рогатого гада, его целью было только одно — уберечь и забрать домой. И это до Тони дошло только сейчас, спустя столько лет, лишь после того, как он заглянул в полные бешеной ярости голубые глаза Тора, виноватого в случившемся ничуть не меньше Тони и отлично понимавшего это, но до последнего не желавшего признать собственный прокол. Тони поднял взгляд на посеревшего Громовержца. Что Тора сейчас волнует больше всего? На губы Старка выползла горькая ухмылка озарения. Это он с ума сходил лишь о том, что укравший Локи легионер проломил Лафейсону, почти лишенному магии, череп. Старшего сына Одина волновало совсем не это. Одинсона пугала перспектива потерять того Локи, которым Лафейсон был еще несколько часов назад: язвительным, насмешливым, но очевидно любящим братом, по которому, судя по всему, за время вражды и ненависти Тор истосковался и которого он непременно потеряет, если Локи тем или иным образом опять попадет под власть камня Разума. Тони с трудом сглотнул, припоминая совершенно безумный, полный ненависти ко всему сущему взгляд зеленых глаз, из которых на него хищно щерился настоящий ад. Все они отлично знали, как ебанный камень с легкостью ломал всякого, кого касался, — достаточно вспомнить Клинта, за секунду сделавшегося послушной куклой в руках Локи, который, по сути, был такой же куклой, только рангом повыше и с ложным ощущением собственной воли. И Тор прав — это более веский повод для страха. Твою же мать! — Так ты сможешь его найти? — с максимальной деликатностью кладя на плечо Тора руку, снова поинтересовался Роджерс. Тони, погрузившийся в свои мысли, вздрогнул, возвращаясь к действительности. Упрямо вздернул подбородок, и, бегло набирая команду на парящей перед ним прозрачной клавиатуре, дал указание Пятнице проверить готовность брони. — Я нет, — глухо отозвался Тор, прикрывая глаза, — но я знаю того, кто сможет… На несколько секунд над лабораторией повисла тишина. Тони, все еще прячась за голографическими надписями, видел, как глубоко и как-то безнадежно вздохнувший Тор тихо позвал: — Хеймдаль, ответь мне… Сначала Тони показалось, что ничего не происходит, но, когда напрягшийся Тор резко распахнул глаза, они оказались неожиданно ярко-желтого, какого-то кошачьего цвета. Стив и Брюс переглянулись, Наташа настороженно поджала губы, кинула нечитаемый взгляд в сторону Тони. Что-то определенно происходило, и не будь все так паскудно, Тони вполне мог бы порадоваться тому, что вечеринка удалась на славу, побив все рекорды нескучности. — Покажи мне, где он… — голос Одинсона оставался прежним, ничем не напоминая транс, у Старка сложилось ощущение, что Тор ведет диалог с кем-то незримым и много вероятно находящимся вне планеты. — Я был глуп и наивен… — лицо Тора сохраняло полное спокойствие, но слова... – Слишком легкомысленно для будущего царя и недопустимо для брата… Я не уберег его… Замершие мстители, затаив дыхание, наблюдали этот странный монолог: Брюс хмурился, Стив, полностью закрывшись, сложил руки на груди, Наташа глядела на Одинсона бесстрастно, но отчего-то Тони показалось, что она ему сочувствует. — Могу я просить тебя не говорить ничего Одину, боюсь, он может усомниться в том, что в произошедшем нет вины Локи… Я буду в долгу у тебя… Благодарю… — Тор снова прикрыл глаза, а когда спустя вздох открыл их, они были привычного голубого цвета. Громовержец слегка тряхнул головой, оглядел все еще рассеянным взглядом лабораторию и, не задерживая его на стоящем рядом Стиве, обернувшись к Тони, все еще недобрым тоном произнес только одно слово: – Заковия.