Книги открывающие будущее

Лань Сичень попытался перевернуть страницу, но книга вылетела из его рук и опустилась перед Цзян Яньли. Та ловко подхватила ее и положила на колени. - Подожди немного А-Ли. - остановил девушку Фэньмянь. - Предлагаю обсудить орден Вэнь и такое интересное событие как "Анигиляция солнца". Скорее всего это означает уничтожение этого ордена. Также, если верить книге Цишань будет причастен к соженнию Облачных Глубин. Предлагаю дать слово деве Вэнь. Все ожидающе уставились на девушку. Та лишь сильнее распрямила плечи и устремила на них свой острый взгляд. - Вэнь Жохань действительно готовится к завоеванию других орденов. Заклинатели вздрогнули и зароптали от этих новостей. - Разве мы можем вам доверять? - громче всех был Цзинь Гуаньшань. - Вы так легко сдали собственного дядю. Как нам знать что вы не предатели. - Я работаю на главу Вэнь лишь из-за семьи и брата. Вы даже не представляете как много людей страдают от его правления. - голос Вэнь Цин звучал безжизненно. - Его сыновья вероятно единственные к кому он питает благосклонность. Остальные расходный материал. А о простых людях я вообще молчу. За все время нашего здесь пребывания я тщательно все обдумала и решила присоединится к вам. Всё указывает на то что, наш орден падет. Вы и сами это поняли. - Говорите вы складно, но вот мне все еще хочется поподробнее узнать о ваших вылазках на територию других орденов. - прищурился Не Минцзюэ. Другие согласно загалдели. - Я уже сказала. - немного раздраженно ответила Вэнь Цин. - Мы с братом иногда переодеваемся обычными людьми по приказу главы и отправляемся за разными редкими травами. - Почему Вэнь Жохань не может просто купить нужные? - непонимающе спросила госпожа Цзинь. - Некоторых нет в продаже, некоторые вообще запрещенные и опасные. А так он конечно же покупает травы через довереных людей. - пожала плечами целительница. - И вы добровольно поспособствуете падению своего же ордена? - прошипела мадам Юй. - Если вы пообещаете не трогать мою семью и сдавшихся, мой ответ да. - твердо посмотрела ей в глаза Вэнь Цин. Сяо Синчень и Сун Лань сидели и старались не привлекать к себе внимания. То, о чем говорили другие, было далеко и чуждо для их понимания. Они не собирались вмешиваться в их разборки. - Полагаю теперь мы можем продолжить. - робкий голос Цзян Яньли услышали все. - Да, конечно. - кивнул Цзян Феньмянь. - Девушка смущенно откашлялась и начала. Вэй Усянь приобрёл в Цайи целую кучу замысловатых штучек, привёз в Облачные Глубины и раздарил адептам из других кланов. - Тебе что деньги не на что тратить. - прищурила глаза мадам Юй. - А что в этом плохого? Они же мои друзья. - захлопал глазами Вэй Ин. Лань Цижэнь всё ещё находился в Цинхэ, поэтому занятий по-прежнему не было и все ученики целыми днями дурачились в своё удовольствие, а на ночёвку собирались в комнате Вэй Усяня и Цзян Чэна. Лань Цижэнь раздраженно скрипнул зубами. Ах вот как, ну посмотрим как они запоют когда он вернется. Двойную нагрузку даст, чесное слово. А то слишком они расслабились. До рассвета они объедались и пьянствовали, боролись и играли в кости и, разумеется, рассматривали книжки с весёлыми картинками. Учитель Лань схватился за сердце и запричитал. - Это ты во всем виноват несносный поганец. Пока ты не появился в моем ордене такого не было. - При всем моем уважении старейшина Лань, я очень в этом сомневаюсь. Вспомнить хоть бы, что мы с парнями вытворяли. - засмеялся Не Минцзюэ. - Вэй Усяню, поверьте, ни в чем не уступали. Лань Цижэнь от возмущения хватал воздух ртом, не веря в услышанное. Молодежь, а особенно Хуайсан удивленно и уважительно посмотрели на главу Цинхэ Не. В одну из таких ночей Вэй Усянь проиграл в кости, и его послали тайком пробраться за стену, чтобы купить несколько сосудов «Улыбки Императора». На этот раз всё как будто бы обошлось, и юноши, наконец, смогли отведать этого напитка. Однако уже на следующее утро, ещё до рассвета, кто-то неожиданно распахнул дверь в комнату, явив взору кучу-малу из учеников, спящих на полу мёртвым сном. - Это был Лань Чжань, снова. - грустно вздохнул Вэй Ин. Звук открывшейся двери заставил некоторых из них недовольно поднять головы. Сквозь сонные прищуренные глаза они разглядели Лань Ванцзи, с каменным лицом стоящего в дверном проёме, и один лишь его вид заставил остатки их дрёмы улетучиться в мгновение ока. Не Хуайсан ошалело ткнул Вэй Усяня, который безмятежно спал, свесив голову и задрав ноги: Некоторые сдавлено хмыкнули сдерживая смех. - Эх А-Сянь. - покачала головой Цзян Яньли. - И как ты только ухитряешься заснуть в такой неудобной позе. За все годы я до сих пор этому удивляюсь. — Вэй-сюн! Вэй-сюн! Ему пришлось несколько раз ощутимо потрясти Вэй Усяня, прежде чем тот, наконец, произнёс сонным голосом: — Что? Кто-то хочет ещё?! Цзян Чэн? Ну давай, давай — боялся я тебя! Тут уже засмеялись все не сдерживаясь. Красный от смущения Ваньинь тут же вскинулся. - Да ты у меня счас от страха дрожать будешь. Не боится он! Правда его слова вызвали лишь еще больше смеха Прошлой ночью Цзян Чэн перепил, поэтому сейчас его голова раскалывалась на части, и он с закрытыми глазами лежал на полу, опасаясь лишний раз пошевелиться. Он схватил первый попавшийся под руку предмет и запустил им в направлении голоса Вэй Усяня: — Умолкни! - Цзян Чэн! - раздался суровый голос госпожи Цзыюань. - Мало того что этот паршивец нас позорит, так и ты туда же. - Матушка... - слабым голосос пытался оправдатся Цзян Ваньинь. Яньли тут же продолжила дальше в попытке спасти брата. Этим предметом оказалась книга, угодившая Вэй Усяню прямо в грудь. Он удара она раскрылась, и Не Хуайсан сразу же признал одну из своих драгоценных порнографических книг распроданного издания. - Снова!?? - закричали все. - Хуайсан. - рыкнул Не Минцзюэ. - Подожди я с тобой разберусь. Он поймал леденящий душу взгляд Лань Ванцзи и чуть было не отправился к предкам прямо на месте. - А следовало бы. Может хоть они научили бы тебя чему-то. - Не Хуайсан сьежился под строгим взглядом брата. Вэй Усянь же что-то пробормотал, обнял книгу покрепче и вновь сладко заснул. Тогда Лань Ванцзи ступил в комнату, одной рукой схватил Вэй Усяня за шиворот, поднял и молча потащил за собой к двери. - Ммм. Я конечно не имею ввиду ничего такого. Но почему только Вэй Усяня? - почесал затылок Цзинь Цзысюань. - Остальные же провинились ничуть не меньше. - Да вообще-то нас тоже наказали. Хоть и не так сурово как его. - флегматично ответил Цзян Чен, а потом до него дошло КТО это сказал. - А ты чего его защищаешь? - Да не защищаю я никого. - крикнул Цзысюань. - Просто удивляюсь что все шишки ему достаются. Вэй Ин же сидел в шоке. Павлин за него заступился?! От подобных действий Вэй Усянь наконец наполовину проснулся и стал озадаченно озираться по сторонам, пока не сообразил, что его тащит Лань Ванцзи: — Лань Чжань, что ты делаешь? Лань Ванцзи продолжал тащить его за собой, не обмолвившись и словом. Вэй Усянь окончательно проснулся, а за ним и ученики, валяющиеся на полу полумёртвыми, мало-помалу начали возвращаться к жизни. Увидев, что Вэй Усянь попался-таки в лапы к Лань Ванцзи, пробудился и Цзян Чэн. Он вылетел на улицу и закричал: — Что здесь происходит? Куда ты его тащишь? - На страшный суд. - рассмеявшись ответил Вэй Ин. Лань Ванцзы повернулся и отчеканил: — Он будет наказан. - Ну вот. А про остальных и слова не было. - развел руками Цзысюань. Заклинатели нахмурились. Орден Лань был праведен и беспристрастен, но почему то мальчишку всегда выделяют среди остальных. И выделяют не в хорошем смысле. Цзян Чэн туго соображал со сна и с похмелья, поэтому только сейчас вспомнил, что за неразбериха творилась в их комнате. А подумав ещё немного, наконец осознал, что прошлой ночью они нарушили бесчисленное множество правил Облачных Глубин, и застыл на месте. - Нам позже дали всего по пятьдесят ударов, а ему двести или около того. - сжал кулаки Ваньинь. - Не стоит забывать что именно этот мальчишка пошел закупать вина. А также попытался подкупить Ванцзи, снова. А еще напал на него. - распалялся Лань Цижэнь. Наверное он еще продолжал бы пересчитывать проступки Усяня, но Цзян Яньли решила иначе. Лань Ванцзи притащил Вэй Усяня во внутренний двор перед Храмом Предков клана Лань. Здесь уже собрались несколько старших адептов Ордена Гусу Лань общим числом в восемь человек. Четверо из них держали в руках длинные ферулы, изготовленные из сандалового дерева и сплошь покрытые резными иероглифами. Молчаливая торжественность представшей взору сцены внушала благоговение и трепет. - Скорее ужас. - морщится Вэй Ин вспоминая наказание. - Хотя, Цзыдянь побольнее будет. Усянь не замечает сжатые от напряжения руки Ванцзи и слегка виноватый взгляд. Едва Лань Ванцзи дотащил Вэй Усяня до места наказания, как к тому подошли два адепта и крепко схватили, силой удерживая на месте. Вэй Усянь оказался одним коленом на земле, без малейшего шанса на сопротивление: — Лань Чжань, ты правда накажешь меня? - Нет, он тебя сейчас по головке погладит. - язвительно и напряженно ответил Ваньинь. Лань Ванцзи холодно смотрел на него, не отрывая взгляда, и по-прежнему хранил молчание. Вэй Усянь сказал: — Я не покорюсь. - Да кто бы сомневался. - фыркает мадам Юй. - Что бы он да подчинился. Да он скорее вознесется, чем это произойдет. Как раз к этому моменту подоспели проснувшиеся юноши и попытались проникнуть во внутренний двор, но стража преградила им путь. Напуганные одним только видом ферул, они в замешательстве скребли затылки. Вдруг Лань Ванцзи аккуратно поднял полы своих белых одеяний и опустился на колени рядом с Вэй Усянем. Брови заклинателей взметнулись вверх. - А его за что? - обернулся Синчень к Ланям, но в ответ получил лишь хмурые лица. - Совсем об этом забыл. - сокрушенно стукнул себя Цзян Чен. Он не хотел что бы кто-то знал о "грешках" его брата. Вэй Усянь от испуга поменялся в лице. Он попытался встать, но Лань Ванцзи приказал: — Начинайте! Вэй Усянь схватил ртом воздух, словно рыба на суше, и затараторил: — Погодите, погодите! Я покорюсь, покорюсь, Лань Чжань. Я ошиба… Ай! Пурпурная Паучиха изящно приподняла бровь. - А-Сянь всегда такой. - нежно улыбнулась Яньли. - Он ненавидит когда кто-то страдает по его вине, но в тоже время с готовностью примет удар на себя если что-то угрожает его близким. Оба получили больше сотни ударов ферулой по ладоням, ногам и спине. Всё это время Лань Ванцзи никто не держал: он в положенной позе стоял на коленях с идеально прямой спиной. Вэй Усянь же, напротив, душераздирающе вопил и стенал, нисколько не сдерживаясь, так, что ученики, наблюдающие за наказанием, съёживались от страха, представляя его боль. - На самом деле он вполне мог вытерпеть это. Просто решил устроить представление и из своего наказания. - скрестил руки на груди Цзян Ваньинь. - Ну должен же был я взять из него что то и для себя. - смеясь подтвердил Вэй Ин. Лань Цижэнь раздраженно заскрипел зубами. По завершении экзекуции Лань Ванцзи молча встал, легким кивком отдал честь старшим адептам и пошёл прочь, не проявляя никаких признаков полученных ран. Вэй Усянь вёл себя совершенно противоположно: он неустанно стонал всю дорогу, пока Цзян Чэн нёс его в комнату, взвалив к себе на спину. - Что только не сделаешь чтобы получить крупицы заботы от этого сухаря. - так горько вздохнул Усянь что заклинателям стало его жаль. - Ну а я что говорил. - хлопнул руками Цзян Чен пытаясь скрыть смущение. Юноши окружили их и наперебой расспрашивали: — Вэй-сюн, что же всё-таки случилось?! — Понятно, почему Лань Чжань решил наказать тебя, но почему и ему досталось? - Нам всем хотелось бы знать. - обеспокоено сказала госпожа Цзинь. Она искренне переживала за каждого. Вэй Усянь театрально вздохнул, поудобнее раскинувшись на спине Цзян Чэна: Госпожа Юй горестно вздохнула. Ее подруга сочувственно сжала ее плечо. — Эх! Досадный просчёт! Впрочем, это длинная история! - Просчет. - угрожающе прищурилась Пурпурная Паучиха. - Ты называешь втягивание второго нефрита Лань Ванцзи в свои неприятности просчетом? Под пронизывающим взглядом Вэй Ин сжался и поерзал на месте. Цзян Чэн оборвал его: — Заканчивай паясничать! Что ты опять натворил?! Вэй Усянь ответил: — Ничего я не творил! Вы же сами всё знаете: прошлой ночью я продул в кости и отправился за «Улыбкой Императора». - Опять!! Где то я уже это слышала. - недовольство никогда не изчезала из голоса Цзыюань когда она говорила с Вэй Усянем или о нем. - Повторятся начал. Цзян Чэн помолчал и сказал: — Только не говори мне, что ты опять встретил его. - Именно это он и сделал. - сдал брата Цзян Чен. Вэй Усянь произнёс: — Именно так оно и было. Кто же знал, что в ту ночь удача отвернётся от меня: когда я уже возвращался с «Улыбкой Императора», он опять словно из-под земли вырос прямо передо мной. Теперь я действительно думаю, что он тайком за мной следит. - Делать ему больше нечего. - отозвался старик Лань. - У моего племянника есть дела поважнее чем следить за таким прохвостом как ты. Цзян Чэн съехидничал: — Можно подумать, кто-то станет тратить на тебя своё время! Так что было дальше? Вэй Усянь ответил: — А дальше я поздоровался с ним: «Лань Чжань! Какое удивительное совпадение — снова ты тут!» И, конечно, он, как обычно, ничего мне не ответил, но зато без лишних слов потянул ко мне руку. Я спросил: «Эй-эй, ты что делаешь?» А он ответил, что если приглашённый ученик столь часто нарушает комендантский час, он должен быть доставлен к Храму Предков клана Лань, чтобы принять наказание. Тогда я предложил: «Нас здесь только двое. Если я никому ничего не скажу и ты никому ничего не скажешь, тогда никто и не узнает, что я нарушал комендантский час, ведь так? Я обещаю, это в последний раз. Мы же с тобой приятели, так сделай же мне маленькое одолжение!» - Попытка избежать наказание путем использования дружбы низость. - покачал головой Лань Цижэнь. - И после этого ты смеешь утверждать что вы приятели. - Не думаю что это что то плохое. На горе мы часто прикрывали друг друга перед Баошань Санжэнь когда шкодили и шалили. Такие проделки только сильнее укрепляли нашу дружбу. - мягкая улыбка Сяо Синченя казалось могла осветить весь зал. Старик выглядел растеряным. Видимо он даже помыслить не мог что ученик великой бессмертной может нарушать правила. О том что эти правила существуют только в его ордене он благополучно забыл. Юноши выглядели так, словно были больше не в силах слушать его рассказ. Вэй Усянь продолжил: — А потом он с мрачным видом ответил, что мы вовсе не приятели, обнажил свой меч и замахнулся на меня. В общем, чихать он хотел на нашу дружбу, так что мне пришлось поставить на землю «Улыбку Императора» и уворачиваться от его выпадов. - Простите. - мягко перебил чтеца Сяо Синчень. - Можно уточнить, так вы все же друзья или нет. - Да. - выкрикнул Вэй Усянь Лань Ванцзи оставил вопрос без ответа. Он атаковал так быстро и даже пару раз едва не нагнал меня, я никак не мог от него избавиться! В конце концов, мне надоело от него убегать, и я спросил: «Ты от меня не отстанешь, да?!» Он же вновь повторил: «Прими наказание!». Заклинатели скрыли смешки в рукаве. Эти двое просто нечто. Каждый раз что-то новенькое. Юноши жадно внимали каждому его слову, а сам Вэй Усянь пришёл в упоение, забыв, что его по-прежнему нёс на спине Цзян Чэн, и внезапно с силой шлёпнул того по плечу: — И тогда я сказал: «Ну ладно!», перестал уворачиваться и, наоборот, ринулся навстречу Лань Чжаню, покрепче вцепился в него, и мы рухнули вниз прямо за стену! — … Мдааа. И чего они только ожидали. - Чесно говоря ваше взаимодействие больше похоже на влюбленных, которые не могут между собой обьяснится. - ах бедный, прямолинейный Сяо Синчень. - Вздор. - голос Лань Чжаня был взволнован и нетверд. Но заметить это смог лишь Лань Сичэнь. Для остальных он прозвучал также ровно как и всегда. Вэй Ин почувствовал толику тоски и сожаления. Но даже себе самому он не признается в этом хоть и под пытками. Вэй Усянь продолжил: — В общем, мы оба оказались за территорией Облачных Глубин! От такого падения у меня даже искры из глаз посыпались. - Ну. Зато понятно почему Лань Ванцзи также наказали. - попытался разрадить обстановку Не Хуайсан. Не Хуайсан был озадачен: — Он не вырвался? Вэй Усянь ответил: — О, он попытался! Но я прилип к нему всем телом, крепко обхватив и руками, и ногами, так что он при всём желании не мог вырваться, и даже слезть с меня. - Бесстыдник. - снова сердился Лань Цижэнь. - Ты позорище мира заклинателей. - Кхм. - снова заговорил Сяо Синчень - Как более младший за вас заклинатель у меня нет права поучать вас уважаемый старейшина. Но мне кажется что говорить так о человеке немного...грубо. Еще раз прошу меня простить. Он весь напрягся, как каменный истукан, а я заявил: «Ну и что ты теперь будешь делать? Ты тоже попал за территорию Облачных Глубин, и, получается, мы оба нарушили комендантский час. Ты не можешь позволять себе того, что запрещаешь другим, так что если ты накажешь меня, то тебе придётся наказать и себя. - Прости меня Лань Чжаань. - повесил голову Вэй Ин. - Я же не знал что ты будишь настолько праведен что предпочтешь и сам принять наказание. Я не хотел что бы так получилось. Раскаяние юноши было искренне, это видели все. Слова Вэй Усяня легли бальзамом на душу Ванцзи. Правила едины для всех, ведь так? Что скажешь?» Когда он, наконец, поднялся на ноги, то был мрачнее тучи. Я присел в сторонке и попросил его не волноваться, заверив, что никому не скажу и это останется секретом между землей, небесами и нами. А потом он ушёл, так и не проронив ни слова. Кто же знал, что он додумается до того, что произошло сегодня утром!.. Цзян Чэн, помедленнее. Ты чуть было меня не уронил. - Лучше бы уронил. Гляди и мозги на место встали бы. - буркнул Ваньинь вспомнив из-за чего чуть не скинул брата. Ревность приходила в его сердце каждый раз как непутевый брат упоминал этого Лань Ванцзи. Цзян Чэн хотел не только уронить его, но и проделать в земле пару-тройку ям в форме Вэй Усяня: - Чен-Чен ты такой жестокий. - притворно всхлипнул Вэй Усянь. - Заслужил. - усмехнулся Цзян Чен. — А просто висеть у меня на спине уже не отвечает твоим высоким требованиям?! Вэй Усянь возразил: — А я и не просил тебя нести меня. - Но я все равно очень благодарен тебе за это. - перебил шицзе Вэй Ин. - Я просто беспокоился что неся на спине сына слуги другие могут шептатся за спиной. Слова дались ему трудно. Особенно с учетом посторонних слушателей. Но узнав о своем будущем он решил говорить о своих настоящих чувствах чаще. Он надеялся что открывшись брату и сестре больше он сможет избежать их ненависти в будущем. Даже не смотря на то что его шицзе не способна ненавидеть вообще Цзян Ваньинь и присутствующие впали в ступор от услышаного. Мадам Юй кольнуло малюсенькое раскаяние и еще меньший стыд. Усянь же вскинул голову гордо смотря на них. - Мм. - заговорил разрушая тишину Сяо Синчень. - Сын слуги? Тетя Цансэ была практически дочерью наставницы. Самой талантливой и прилежной ученицей. Ее вряд ли можно назвать слугой. Его голос звучал немного обижено. - Господин Вэй имел ввиду своего отца. - слащавый голос Цзинь Гуаньшаня вызвал взрывную волну. - Вэй Чанцзэ никогда не был слугой. - громовой голос Цзян Фэньмяна стал для всех не меньшим шоком. - Семья Вэй с дня основания нашего ордена считалась самым верным союзником. - последнее слово мужчина произнес с нажимом. - Самый первый глава был лучшим другом этой семьи. Мы никогда не считали их слугами. Я тысячу раз пытался вам это обьяснить. Но меня конечно же никто не слушал. После срыва главы ордена Цзян повисла неловкая тишина. Такого, от тихого и скромного Цзян Фэньмяна, никто не ожидал. Цзян Яньли впервые ощутила гордость за отца. И что бы разгладить ситуацию продолжила читать. Цзян Чэн пришёл в ярость: — Если бы я не понёс тебя, то ты бы наверняка остался во внутреннем дворе перед Храмом Предков и с воем катался бы по земле целый день. А у меня нет столько бесстыдства, как у тебя! Лань Ванцзи получил на пятьдесят ударов ферулой больше, чем ты, и, тем не менее, нашёл в себе силы идти самостоятельно. - Простите что снова вмешиваюсь, но почему? Разве не должно быть наоборот. - мягкий и несмелый вопрос Сяо Синченя отвлек всех от произошедшего. - За то что сразу не доложил о нарушении. - вяло махнул Лань Цижэнь. - Посреди ночи? - еще больше изумился даочжан. - Еще раз извините я не хотел вас обидеть. Мне непривычны правила других. У нас на горе тоже наказывают. Но даже если шалость совершилась ночью мы исполняем наказание утром. Наставница не любит когда ее будят. - он произнес это с тоской. А у тебя же хватает совести притворяться избитым до полусмерти. Всё, не хочу я тебя больше тащить. А ну живо слезай! Вэй Усянь ответил: — Не-а. Я раненый. Юноши шли по узкой белокаменной тропинке, дурашливо толкаясь и пихаясь, когда навстречу им попался человек в белых одеждах и с книгой в руках. Лань Сичэнь изумлённо остановился и улыбнулся: — Что случилось? Цзян Чэн крайне сконфузился, не зная, что ему ответить, но Не Хуайсан опередил его: — Брат Сичэнь, Вэй-сюн получил больше сотни ударов ферулой! У тебя есть какое-нибудь лекарство?! Лань Сичэнь вспомнил что последует дальше и предвкушающе улыбнулся. За наказания в Облачных Глубинах отвечал Лань Ванцзи. Вэй Усянь вскрикивал от боли, а юноши гурьбой столпились вокруг него — казалось, что его состояние крайне тяжёлое. Лань Сичэнь тотчас же подошёл к ним: — Это сделал Ванцзи? Молодой господин Вэй может идти сам? В конце концов, что случилось? Конечно же, Цзян Чэн не смел сказать, что Вэй Усянь сам провинился. Он вспомнил, что это именно они вынудили Вэй Усяня купить алкоголь, так что, по-хорошему, каждый из них заслужил наказание, поэтому Цзян Чэн решил изъясниться туманно: - Принудили? - искренне удивилась мадам Юй. - Что то я в этом сомневаюсь. - Если честно именно так оно и было. - засмеялся Вэй Ин. - Мне было лень подниматься с кровати, да и вообще была очередь Цзян Чена. Эти предатели спихнули меня на пол и вытолкали на улицу. Заклинатели улыбнулись представив себе это. — Ничего страшного, всё в порядке, раны не серьёзные! Он может идти сам. Вэй Усянь, ты почему всё ещё не слез с меня?! Вэй Усянь произнёс: — Я не могу идти. — Он показал свои распухшие красные ладони и пожаловался Лань Сичэню. — Цзэу-цзюнь, твой младший брат такой жестокий! - Беру свои слова обратно. - тут же замахал руками Вэй Ин. - Лань Ванцзи никогда не сравнится с Чен-Ченом. - Прекрати так меня называть. - загорелся от смущения Ваньинь. Первый нефрит заметил что выглядел он при этом весьма мило. Лань Сичэнь осмотрел его руки: — Да, наказание и в самом деле было суровым. Скорее всего, отёк спадёт не раньше, чем через три-четыре дня. Цзян Чэн даже и не догадывался, что Вэй Усяню действительно крепко досталось. Он воскликнул: — Что? Три-четыре дня? Его ноги и спина тоже подверглись ударам ферулы. Неужели Лань Ванцзи способен на такое?! - Емм. - поерзал Цзян Чен. - Второй молодой господин Лань, я не имел ввиду ничего дурного. Ванцзи склонил голову, кивая. Он и сам уже сожалел что назначил Вэй Ину такое суровое наказание. Неожиданно для самого себя он произнёс последнее предложение с плохо скрываемым недовольством, и понял это только после того, как Вэй Усянь украдкой шлёпнул его ладонью. Однако Лань Сичэнь не придал этому значения и с улыбкой сказал: Ваньинь незаметно выдохнул. Портить отношения с Гу Су Лань ему не хотелось. — И всё же раны не настолько серьёзны, чтобы требовалось лечение. Молодой господин Вэй, я могу порекомендовать один способ, дарующий исцеление всего за несколько часов. Лань Цижэнь подозрительно сощурил глаза. Неужели дорогу к источнику показал этому паршивцу его племянник. И почему рядом мальчишкой все будто с ума сходят? На Облачные Глубины опустилась ночь. Стемнело и на холодном источнике. Лань Ванцзи с закрытыми глазами стоял в ледяной воде и давал отдых своему разуму. Внезапно совсем рядом с ним раздалось: — Лань Чжань. - Бедняга, и тут его достали. - сочувственно покачал головой Не Минцзюэ. - Дал бы человеку отдохнуть от себя. — … Он резко распахнул глаза. И конечно же, на иссиня-чёрных камнях на краю холодного источника на животе лежал Вэй Усянь, слегка склонив голову и весело улыбаясь ему. Лань Ванцзи в сердцах выпалил: — Как ты сюда попал?! Ванцзи никак не мог решить. Поблагодарить брата за тот случай, оставивший за собой приятное воспоминание. Или обидется за предательство. Вэй Усянь неторопливо поднялся и ответил, снимая свой пояс: — Цзэу-цзюнь мне разрешил. Лань Ванцзи сказал: — Ты что делаешь? Вэй Усянь уже успел как попало разбросать свою одежду и теперь одним движением сбросил обувь с ног: - Бесстыдник. - презрительно выплюнул Цижэнь. Остальные лишь закатили глаза. Синчэнь непонимающе посмотрел на старейшину. Он на горе тоже купался с шиди и шисюнами голым и ничего постыдного в этом не видел. — Ну вот я и раздет, так для чего, ты думаешь, я здесь? Я слышал, что ваш чудесный источник может не только помогать совершенствовать тело и дух, но и исцелять раны. Так что твой брат посоветовал мне прийти сюда и поплескаться вместе с тобой. Кстати, не очень-то красиво с твоей стороны исцеляться здесь одному. Вааа, а вода здесь и правда ледяная. Бррр… - Вода там между прочим просто ледяная. Ужас. Я так замерз тогда. - поежился Вэй Ин инстинктивно придвигаясь ближе к Лань Чжаню. - А у нас на горе есть горячие источники. - сочувственно поделился Сяо Синчень. Вэй Ин с завистью прожигал его глазами. Он вошёл в воду и начал бултыхаться, коченея от холода. Лань Ванцзи спешно отдалился от Вэй Усяня на целый чжан: — Я пришёл сюда для совершенствования тела и духа, а не для исцеления… Хватит скакать вокруг! — Но мне так холодно, так холодно… На этот раз он не дурачился и не хотел помучить Лань Чжаня. Большинство людей действительно не могли привыкнуть к холодному источнику Ордена Гусу Лань в столь короткий срок и чувствовали, что их кровь застынет, а конечности покроются льдом, если будут стоять без движения хотя бы несколько секунд, так что он бултыхался в воде, стараясь хоть чуть-чуть согреться. - Чует мое сердце опять что то выкинет. - покачала обеспокоенно головой мадам Юй. - Тц. Мальчишки. - понимающе кивнула госпожа Цзинь. Лань Ванцзи пытался было помедитировать, но от диких плясок Вэй Усяня брызги воды попали ему на лицо. Несколько прозрачных капель стекали с его длинных ресниц и чёрных как смоль волос. Его терпение лопнуло: — Стой на месте! - Так он и послушает. Наоборот все сделает скорее. - фыркнул Цзян Чен. - А-Чен может хватит. А-Сянь же не говорит о тебе ничего плохого, а ты через каждых пять минут его принижаешь. - склонилась Яньли к брату и прошептала так что бы никто их не услышал. Тот сконфужено кивнул. С этими словами Лань Ванцзи протянул руку и сжал плечо Вэй Усяня, надеясь его утихомирить. Вэй Усянь тотчас же ощутил, как от места, где Лань Ванцзи коснулся его, по всему телу разлились мягкие волны тепла. Чувство это было настолько приятным, что он не мог не придвинуться ближе. Лань Ванцзи бдительно спросил: — Что ты делаешь? - Правильно. С ним нужно быть настороже. - шутливо хмыкнул Не Минцзюэ. - А то смотри не успеешь оглянуться как... Глава недоговорил предложение, но многие в зале прекрасно поняли что он хотел сказать. Ванцзи и Усянь в эту категорию естественно не входили. Сам же глава Цинхэ Не думал какой черт дернул его заикнутся об этом. "Похоже Хуайсан влияет на меня больше чем я на него." подумал он и скосил глаза на брата. Глаза того горели каким то фанатичным огнем от которого у старшего мурашки по коже так и побежали. Вэй Усянь невинно ответил: — Ничего. Просто мне кажется, что с твоей стороны вода теплее. Лань Ванцзи держал Вэй Усяня на расстоянии вытянутой руки. Он непреклонно заявил: — Это не так. - Вообще-то так. - нахально заявил Усянь. - Вода возле тебя успела немного нагрется от тепла тела. Вэй Усянь не оставлял затеи погреться подле Лань Ванцзи, поэтому решил, что было бы разумно польстить Лань Чжаню. Ванцзи посмотрел на него с укоризной и обидой. Лесть он не выносил всеми фибрами своей души. До сих пор его попытки не возымели успеха, и Лань Чжань не проявлял к нему радушия, но Вэй Усянь нисколько не отчаивался. Он взглянул на ладони и плечи Лань Ванцзи. Синяки и отёки по-прежнему были на месте, а значит, Лань Ванцзи на самом деле пришёл сюда не для исцеления. Вэй Усянь с искренностью в голосе заговорил: — Лань Чжань, я так восхищаюсь тобой. Ты действительно наказал себя, на деле доказав, что правила едины для всех. У меня просто нет слов. - Мое восхищение абсолютно искренне. - поспешил заверить Лань Чжаня Вэй Ин. - Хотя чесно говоря я действительно сказал тебе это что бы ты позволил мне погрется возле тебя. Там было таак холодно. Он произнес это как можно жалобнее, от чего вызвал смешки заклинателей. Лань Ванцзи снова закрыл глаза, оставаясь безмолвным. Вэй Усянь опять заговорил: — Нет, правда, я никогда раньше не встречал такого благонравного и праведного человека. Вот я бы ни за что не отважился на нечто подобное. Ты просто поразителен! - А кто постоянно огребает от матушки вместо младших адептов? - вклинился Цзян Чен. - Постоянно берешь на себя вину. - Не так уж и постоянно. - возразил Вэй Ин. - Да и в некоторых случаях я и сам был виноват. Подбивал их. Лань Ванцзи по-прежнему не проявлял к нему интереса. Вскоре Вэй Усянь немного перестал зябнуть и начал плавать по холодному источнику. Он сделал несколько кругов и опять подошёл к Лань Ванцзи: — Лань Чжань, разве ты не заметил, как именно я разговаривал с тобой? Лань Ванцзи ответил: — Я не понимаю, о чём ты. Вэй Усянь произнёс: — Ты этого даже не понимаешь? Я пытался тебя похвалить, чтобы сблизиться с тобой. - Мда. Иногда мой брат такой наивный. В некоторых вопросах. - покачал головой Лань Сичэнь. Эта проблема могла достать довольно много неудобств Ванцзи в будущем. Лань Ванцзи взглянул на него: — Что ты пытался сделать? Вэй Усянь ответил: — Лань Чжань, давай дружить. Мы ведь уже такие хорошие приятели. Лань Ванцзи произнёс: — Мы не приятели. - Ну почемууу. - заныл Усянь. - Неужели я настолько тебе неприятен. Или может я плохой друг. Ванцзи не выдержал при виде грустной моськи того кто так ему нравился. - Нет, ты замечательный друг. Усянь тут же просиял как солнышко, а Цижэнь застонал от жестокости судьбы. Вэй Усянь хлопнул ладонями по воде: — Ну вот, ты опять занудствуешь. Я серьёзно. В дружбе со мной есть множество плюсов. Лань Ванцзи поинтересовался: — Например? - Как оказалось Лань Чжаню они не подходят. - задумчиво перебил Вэй Ин. - Сейчас я сказал бы по другому. - Как? - не сдержался Ванцзи. - Я достойный соперник и со мной не скучно. Угощу самыми вкусными блюдами которые знаю. Я всегда помогу чем смогу и научу правильно веселится. А то мне до сих пор не по себе от ваших правил. Особенно от "Запрещенно смеятся без повода". Ужас, а не правило. - Что!? - возглас принадлежал Сяо Синченю. - У вас есть такое правило? - Мгм. - впервые в жизни Лань Сичэнь не нашел что сказать смущенный неподельнным ужасом. - Это кошмарно. - тихо пробормотал даочжан и его друг согласно поддакнул. - У нас на горе тоже есть правила, но их немного. Самые важные это " Нельзя причинять вред живым существам", "Нельзя открывать местоположение горы", " Нельзя возвращатся назад если спустился с горы" и еще пара мелких. Но такие абсурдные правила... Наставница прежде всего ценит свободу и личность учеников. - Если человек смеется и радуется значит у него есть повод. - кратко высказался Сун Лань. Вэй Усянь подплыл к берегу холодного источника и облокотился на иссиня-чёрные камни: — Я очень верный товарищ. Например, я совершенно точно дам тебе первому посмотреть мою новую порнографическую книжку… - Ты снова за старое бесстыдник. - вскрикнул Лань Цижэнь. - То происшествие тебя совсем ничему не научило? - Я не прав, я не прав. Извините. - тут же затараторил Вэй Ин. Эй, эй, вернись! Хорошо, не хочешь — не надо. Скажи, ты когда-нибудь был в Юньмэне? Там очень интересно. И еда там тоже отменная. Я не знаю, только ли в Облачных Глубинах, или в целом Гусу дело, но кормят в твоём ордене отвратно. - Правда? - заинтересовались Сяо Синчэнь и Сун Лань. - Чистейшая правда. - подтвердили Вэй Ин, Не Хуайсан, Цзян Чен и даже Цзинь Цзысюань. Желание посетить благочестивый орден начало потихоньку отступать. А может даже и не потихоньку. Так что если ты приедешь в Пристань Лотоса, то попробуешь множество разных вкусностей. А ещё мы можем вместе пойти собирать отцветшие лотосы и чилим. Ну как, Лань Чжань, поедешь ко мне в гости? - Мое предложение все еще в силе. - голосом искусителя протянул Вэй Усянь. - А не согласишься все равно притащу. - Мгм. Цзян Фэньмянь предвкушающе потирал руки. Зная его госпожу та обязательно уговорит второго нефрита позаниматся с их адептами. А за ним и Вэй Ин увяжется. А ученики не упустят возможности расхвалить своего "замечательного шисюна". — Не поеду. - А теперь поедешь. - разулыбался Усянь. — Ну хватит каждый раз начинать фразу со слова «нет». Ты словно бесчувственный чурбан – девушкам такое не понравится. А девушки, скажу я тебе, в Юньмэне очень хорошенькие, причём хорошенькие совсем иначе, нежели чем девушки в Гусу. — Он хитро подмигнул Лань Ванцзи. — Точно не хочешь приехать? Лань Ванцзи немного помедлил с ответом, но всё равно отказался: — Нет… - О девушках лучше не заикатся больше. - пробормотал Вэй Ин делая пометку в списке " Что нельзя говорить Лань Чжаню" у себя в голове. Вэй Усянь заметил: — Ты так грубо отказываешь мне — не боишься, что когда я буду уходить, то прихвачу с собой и твою одежду? Лань Ванцзи выкрикнул: — Пошёл прочь!!! - Опять человека довел. У тебя талант прям. -укоризненно покачала головой мадам Юй. *** Вскоре Лань Цижэнь вернулся в Гусу из Цинхэ. На этот раз он не отправил Вэй Усяня в библиотеку и не заставил вновь переписывать правила Ордена Гусу Лань, а ограничился особо длинными и нудными нравоучениями в присутствии остальных юношей. Если пропустить те части, где он сыпал цитатами из древних свитков, то всё сводилось к тому, что он никогда в своей жизни не видел такого бесстыдного и распущенного человека, как Вэй Усянь, так что, пожалуйста, сгинь с глаз долой, да поскорее, и чем дальше, тем лучше. Не приближайся к другим ученикам и даже не мечтай осквернить его любимчика — Лань Ванцзи. - Я все еще не знаю почему вы так предвзято ко мне относитесь. - обижено, но вместе с тем воинственно обратился Усянь к Цижэню. - Моя мать или отец вам что то сделали? - Просто ты бесстыдник портящий моего племянника. - уперся на своем старейшина. - Или вы просто до сих пор чувствуете вину за тот случай на охоте и из-за этого злитесь, потому что все равно считаете себя правым. - Фэньмянь говорил сухо, прищурив глаза и бил метко в цель. - Что за случай? - тут же вцепился Вэй Ин. - Попозже я все расскажу. Давно пора, но я не думал что старейшина Лань будет переносить личные обиды на ребенка. - Цижэнь задохнулся от возмущения. Вэй Усянь слушал его брань с улыбкой на устах, не чувствуя себя ни униженным, ни оскорбленным. Стоило Лань Цижэню уйти, как Вэй Усянь сел и сказал Цзян Чэну: — Мне кажется, он немного опоздал со своими пожеланиями мне сгинуть с глаз долой: ведь я уже успел осквернить его любимчика. Слишком поздно! Почему то заклинателям эта фраза показалась пошлой. А этот Усянь еще сидит и ухмыляется. Вэнь Цин незаметно передала старику Ланю умиротворяющую настойку. Понюхав ее он одобрительно хмыкнул и выпил залпом. Бездонный омут в посёлке Цайи доставил Ордену Гусу Лань огромные неприятности. Полностью уничтожить монстра было невозможно, и, конечно же, Орден Гусу Лань не мог позволить себе вытравить бездонный омут в какое-то другое место, как сделал Орден Цишань Вэнь. - Орден Гу Су Лань праведен и благороден. Естественно они скорее измотаются, с решением проблемы, чем даже помыслят о такой гнусности. - Лань Цижэнь с удивлением смотрел на Вэй Усяня, который и выдал самую длинную похвалу их ордену в своей жизни. Глава клана Лань почти всё время медитировал в уединении, так что Лань Цижэнь взял на себя решение проблемы с монстром. Занятия в классе становились все короче и короче, а Вэй Усянь с друзьями проводил всё больше и больше времени в горах. - И между прочим мы там не только развлекались.- тут же обьснил Вэй Ин прежде чем осуждающий взгляд мадам Юй остановился на нем. - Ага он победил парочку ребят из других орденов. - потдвердил Цзян Чен. - Ха ты тоже одолел не меньше. - тут же "сдал" брата Вэй Ин. Юй Цзыюань, Цзян Яньли и даже Цзян Фэнмянь с гордостью посмотрели на Ваньиня. Сегодня Вэй Усянь вместе ещё с семью-восемью юношами хотел вновь выбраться за стену. - Опять!? - воскликнули все. В большинстве скорее возмущенно и обреченно чем удивленно. - Ну и что. - пожал плечами парень. - Я же больше не за вином, а за специями. А то у меня заканчивались. А я просто физически не могу есть пресную еду. И что плохого в специях? С тоскливыми воспоминаниями заклинатели решили что ничего плохого нет. Сами через это прошли. Проходя мимо библиотеки, он бросил взгляд наверх и как раз разглядел за раскидистой цветущей магнолией силуэт Лань Ванцзи, сидящего у окна в одиночестве. Присутствующие уже начали подозревать вмешательство высших сил, так часто сталкивались Ванцзи и Вэй Усянь. Не Хуайсан озадаченно поинтересовался: — Он что, глядит на нас? Странно. Мы ведь не шумели, почему он до сих пор так смотрит? Вэй Усянь ответил: — Скорее всего, он думает, из-за чего бы ещё ему прицепиться к нам. " Как же вы ошибаетесь молодой господин Вэй" покачал головой Сичэнь видя погрустневшего брата. Цзян Чэн перебил его: — Нет, не к «нам», а к «тебе». По-моему, он смотрит только на тебя. Вэй Усянь сказал: — Пфф. Скоро досмотрится. Я разберусь с ним, когда вернусь. - И как же ты собрался с ним разбиратся? М? - недовольно и немного угрожающе произнес Цижэнь. - Да опять рядом покрутится. Снова дружбу предложить. - честно и даже немного испугано обьснил Вэй Ин. Хорошо хоть не сказал "поприставать" иначе от него так просто не отстали бы. Цзян Чэн произнёс: — Разве тебе не надоели его занудство и скучность? - Эээ... Снова извините пожалуйста. - поклонился Лань Ванцзи Цзян Чен. - Я правда не хотел что бы это звучало как оскорбление. Тогда прекращай дразнить его. Ты лезешь на рожон, дергаешь тигра за усы — хватит искать себе смерти. Вэй Усянь ответил: — Наоборот, мне как раз-таки весело, и именно из-за того, что он вроде бы живой человек, но такой занудный и скучный. - И почему в этой книге каждая вторая реплика звучит как оскорбление. - нахмурился Вэй Усянь. - Лань Чжань ты же знаешь что я не имел в виду ничего такого. Они вернулись в Облачные Глубины почти к полудню. Лань Ванцзи сидел за столом и аккуратно раскладывал стопки бумаг, на которых только что писал, как вдруг услышал скрип окна. Он поднял голову и увидел, что кто-то забрался внутрь. Вэй Усянь залез в окно по дереву магнолии, росшему рядом с библиотекой. - Оо. Я помню тот день. Интересно ты все еще держишь у себя мой подарок. - обернулся к Ванцзи Вэй Ин. - Да. - короткий ответ вызвал улыбку. - Что еще за подарок. - тут же нахмурился Цижэнь. - Ээм. - стушевался Усянь под строгим взглядом. - Узнаете из книги. Лицо его сияло: — Лань Чжань, я вернулся! Ну как, ты скучал по времени, когда я переписывал правила, сидя рядом с тобой? Лань Ванцзи сидел, словно древний медитирующий монах, не замечающий ничего вокруг. Он даже продолжил раскладывать книги по стопкам с бесчувственным выражением лица. Вэй Усянь, как всегда, по-своему истолковал его молчание: — Хоть ты и не хочешь признаваться, я знаю, что ты скучал по мне. Иначе зачем сегодня утром ты следил за мной из окна? - Он следил что бы ты ничего не натворил. - создавалось впечатление что старик пытался убедить в этом самого себя. Лань Ванцзи тотчас же бросил на него полный укоризны взгляд. Вэй Усянь сел на подоконник: — Смотри-ка, ты попался на крючок всего после пары фраз. Тебя так легко подловить. Так ты не сможешь долго держать себя в руках. Лань Ванцзи сказал: — Ты, уходи. Вэй Усянь ответил: — А если не уйду, сбросишь меня вниз? Судя по выражению лица Лань Цижэня тот представлял себе этот момент. Вглядевшись в лицо Лань Чжаня, Вэй Усянь заподозрил, что если он скажет ещё хоть слово, то Лань Ванцзи действительно растеряет остатки своего самообладания и наглухо пригвоздит его к окну. Вэй Усянь быстро добавил: — Не пугай меня так! Я пришёл, чтобы вручить тебе подарок. - Молодой господин Вэй, надеюсь это не очередной порнографический сборник. - с напускной строгостью сказал Лань Сичэнь. Он то прекрасно знал что именно подарил Вэй Ин его брату. - Нет конечно. - замотал головой Усянь. Лань Ванцзи мгновенно отказал, не раздумывая дважды: — Не надо. - Хахаха. Да тебя уже сам второй нефрит боится. - захохотал Не Минцзюэ. - Ты и вправду страшный человек. Вэй Ин в ответ лишь обиженно насупился. Вэй Усянь спросил: — Точно? Увидев в глазах Лань Ванцзи смутную настороженность, Вэй Усянь вдруг, как самый настоящий фокусник, выудил из-за пазухи двух кроликов. - Кролики? - воскликнули все. Еще бы. Они ожидали что то ужасное или бесстыдное, а получили лишь пару пушистых, безобидных милах. Цзян Яньли тут же заворковала. Как каждая девушка она обожала все пушистое и милое, а кролики занимали почетное первое место. Он держал их за длинные уши, и со стороны казалось, будто у него в руках два круглых пушистых снежка, которые к тому же пинались ногами во все стороны. - Как же это мило. - улыбнулась Яньли. - Это чудесный подарок. - Ванцзи ты же сказал что они уже были на поляне. - наконец отмер Лань Цижэнь. - Они уже были на поляне когда вы пришли. - с невозмутимым видом ответил тот. Вэй Ин заинтересовано посмотрел на нефрита. Неужели тот солгал дяде ради пары кроликов. Вэй Усянь посадил их на стол перед глазами Лань Ванцзи: — У вас тут довольно необычно: нет ни одного фазана, но зато полно диких кроликов. И они даже не боятся людей. Ну, что скажешь? Пухленькие, да? Возьмёшь их? Лань Ванцзи равнодушно уставился на него. Вэй Усянь произнёс: — Ну и ладно. Раз ты не хочешь, я отдам их кому-нибудь ещё. Весьма кстати в последнее время нас кормят совсем пресной пищей. - Все молодой господин Лань, у вас не осталось и шанса. Если в ход пошел шантаж... - Ваньинь покачал головой. - Однажды он уговорил меня подкупом взять у него странную коробку. Внутри был лягушенок. Так что вам еще повезло Услышав последнюю фразу, Лань Ванцзи сказал: — Стой. - Вот, видите. - кивнул Цзян Чен. Вэй Усянь распростёр руки: — А я никуда и не иду. — Кому ты их отдашь? — Кому-нибудь, кто хорошо запекает кроличье мясо. Цзян Яньли так обижено посмотрела на Усяня, что тому захотелось дать подзатыльник себе самому. - Шицзе не волнуйся они в порядке и безопасности. - тут же заверил он девушку. — В Облачных Глубинах запрещено умерщвлять живое. Это третье правило на Стене Послушания. — Ну хорошо. Тогда я спущусь с гор, убью там кроликов и принесу сюда, чтобы запечь. Тебе же всё равно они не нужны, так что же ты вдруг так переживаешь за них? — … Лань Ванцзи, делая паузы после каждого слова, сказал: — Отдай их мне. - А из вас искусный манипулятор растет. - уважительно протянул Хуайсан. - Ага. Под стать тебе. - взьерошил волосы брата глава Цинхэ. Вэй Усянь ухмыльнулся, сидя на окне: — Значит, теперь они тебе нужны? Полюбуйся на себя, ты как всегда. Кролики походили на упитанные мягкие шарики, словно слепленные из пушистых снежинок. Один из них, тот, что с осоловелым взглядом, довольно долго лежал ничком без движения, потом принялся лениво жевать лист салата, при этом его розовый носик то и дело подёргивался. Второй же, должно быть, в душе считал себя кузнечиком, потому что без продыху скакал туда-сюда и кругами носился вокруг своего равнодушного друга, крутясь и подпрыгивая. - Кого-то они мне напоминают. - выразительно посмотрел на Ванцзи и Усяня Цзинь Цзысюань. - Мгм. - ничуть не обиделся Вэй Ин, широко улыбаясь. Вэй Усянь откуда-то выудил ещё несколько свежих листьев салата и внезапно позвал: — Лань Чжань, Лань Чжань! Особо темпераментный кролик вляпался в чернильницу Лань Ванцзи и оставил на столе дорожку маленьких чёрных следов от лапок. Лань Ванцзи держал в руке лист бумаги и раздумывал, как бы лучше стереть их. Он не собирался обращать внимания на Вэй Усяня, но услышав в его голосе, что тому не до шуток, ответил: — Что? Вэй Усянь проговорил: — Смотри, один забрался на другого… Они что, …? - Бесстыдник. - снова завелся Цижэнь. Заклинатели же в который раз подумали что старейшина и вправду слишком придирчив к Усяню. Лань Ванцзи перебил его: — Они оба самцы! ТИШИНА. "Интересно это можно считать за знак свыше" подумали заклинатели. Вэй Усянь переспросил: — Самцы? Вот те на. — он поднял кроликов за уши, осмотрел их и подтвердил, — И правда самцы. Ну да ладно. Ты даже не дал мне закончить предложение: с чего вдруг такая суровость и неумолимость? Что тебе вообще в голову пришло?.. Знаешь, я тут подумал: это ведь я их поймал и даже не обратил внимания, самцы они или самочки, а ты, получается, сразу же посмотрел на их… Лань Цижэнь схватился за сердце. Вэнь Цин подала новую порцию успокаивающего. Все остальные были спокойны и флегматичны. Ничего нового. Лань Ванцзи, наконец, спихнул его вниз. - Давно пора. - уже более спокойно и даже одобрительно сказал старик Лань. Вэй Усянь летел с подоконника и смеялся как ненормальный: - Почэму это как? - искренне удивился Цзян Чен. - Он и есть ненормальный. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Лань Ванцзи с грохотом захлопнул ставни и резким движением уселся обратно за письменный стол. Он скользнул взглядом по сюаньчэнской бумаге, разбросанной как попало, чернильной дорожке следов маленьких лапок и по двум резвящимся белым кроликам, пытающимся поделить лист салата, затем закрыл глаза и прижал ладони к ушам. Заклинатели понимающе и сочувственно посмотрели на юношу. Чесно говоря им самим иногда хотелось так поступить. Раскидистые ветви цветущей магнолии надёжно скрывали окно библиотеки. Но всё же, как бы сильно Лань Ванцзи ни старался, он никак не мог скрыться от жизнерадостного и разнузданного хохота Вэй Усяня. На следующий день Лань Ванцзи наконец перестал ходить на занятия вместе с ними. - Видимо старейшина Лань решил больше не позволять тебе дышать одним воздухом со мной. Вдруг непослушание передается по воздуху. - немного грустно улыбнулся Вэй Ин. Вэй Усянь пересаживался три раза. Сначала он устроился рядом с Цзян Чэном, но тот внимательно слушал на занятиях и предпочитал сидеть за первой партой, дабы поддерживать добрую славу Ордена Юньмэн Цзян. Мадам Юй одобрительно и гордо посмотрела на сына. От этого он даже приосанился. Но для Вэй Усяня это место оказалось слишком заметным, и ему никак не удавалось подурачиться, так что он ушёл от Цзян Чэна и сел за Лань Ванцзи. Тот внимал каждому слову Лань Цижэня, и сидел с прямой спиной, словно каменная глыба. За ним Вэй Усянь мог спокойно спать как убитый или калякать всякую ерунду в своё удовольствие. Это место было идеальным, если не считать того, что Лань Ванцзи время от времени перехватывал скомканные бумажки, что он кидал другим ученикам. Однако вскоре Лань Цижэнь догадался о хитрости Вэй Усяня и поменял их местами. С тех пор, стоило Вэй Усяню лишь слегка склониться набок или вперёд, как он тут же чувствовал холодный острый взгляд, буравящий ему спину, и Лань Цижэнь, в свою очередь, тоже пристально и сердито смотрел на него. Находиться под постоянным наблюдением одновременно старого ворчуна и его подмастерья было абсолютно невыносимо. Однако, после Дела о Порнографии и Дела о Кроликах Лань Цижэнь убедился, что Вэй Усянь представлял собой сосуд с краской чернее ночи, и всерьёз опасался, что его любимый ученик замарает себя, поэтому поспешно приказал Лань Ванцзи не ходить к нему на занятия. В конце концов, Вэй Усянь вернулся на своё прежнее место, и следующие полмесяца прошли мирно. Всё это Яньли прочитала на одном дыхании, что бы ее не перебили. Но только она остановилась что бы вдохнуть воздуха, как ее мать не преминула высказаться - Чего еще можно было ожидать от лоботряса и лентяя. - громкий фырк выразил все ее негодование. - Надеюсь только, что от нашей репутации осталось хоть что то. С каждым ее словом голова Вэй Ина опускалась все ниже и ниже. Пока наконец его шицзе не начала читать дальше. К сожалению, всё хорошее быстро проходит в жизни таких, как Вэй Усянь, людей. В Облачных Глубинах находилась длинная стена, в которой через каждые семь шагов было выдолблено ажурное окно, изображающее различные сценки: игру на музыкальном инструменте средь высоких гор, парение на мече, сражение с монстрами и тварями и так далее. Лань Цижэнь объяснил, что каждая сценка на ажурном окне изображала жизнь одного из предков Ордена Гусу Лань. Четыре самых известных и самых древних оконца иллюстрировали жизненный путь основателя клана Лань по имени Лань Ань. - Один из самых интересных Ланей. - Усянь снова улыбался будто это не его ругали только что. Он родился в храме и рос, внимая хвалебным песнопениям. Благодаря пытливому уму и одухотворённости, уже в очень юном возрасте он стал весьма известным монахом высшего ранга. В возрасте двадцати лет он взял себе фамилию «Лань» — второй иероглиф в слове «целань», и начал светскую жизнь заклинателя, став музыкантом. Однажды в Гусу он встретил ту, которую так долго искал, ту, что была предназначена ему самими Небесами, женщину, которая стала его спутницей на стезе самосовершенствования, и положил начало клану Лань. После кончины своей супруги Лань Ань вернулся в храм и там завершил свой жизненный путь. Четыре ажурных окна, посвящённых ему, назывались «монастырь», «изучение музыки», «нахождение спутника на стезе самосовершенствования» и «успение». - Самая интересная и романтичная история из всей истории ордена. - высказался Вэй Ин. Лани немного и не немного обиженно и раздраженно на него посмотрели. За последние несколько дней на занятиях редко можно было услышать что-то столь же интересное, как эта история. Несмотря на то, что Лань Цижэнь в своей обычной манере приправил её занудной хронологией, Вэй Усянь с жадностью впитал его рассказ. После занятий он со смехом сказал: — Так значит, основателем клана Лань был монах — и почему я не удивлён! Он решился окунуться в мирскую суету, только чтобы встретить ту самую, а когда она покинула его, то вновь вернулся в свою обитель, отринув юдоль скорби и её заботы. И как только такой человек, как он, умудрился произвести столь неромантичных потомков? Никто не ожидал, что основатель Ордена Гусу Лань, известного своей косностью и правоверностью, окажется настолько занятным, поэтому юноши принялись судачить на эту тему. Мало-помалу их разговор плавно перешёл к вопросу «спутника на стезе самосовершенствования», и они начали обсуждать спутников своей мечты, а точнее, известных девушек из различных орденов. В этот момент кто-то спросил: — Цзысюань-сюн, а кого ты считаешь самой лучшей? - Ооо. Начинается. Сейчас вы поймете почему я тогда ударил этого павлина-засранца. Все проигнорировали явное оскорбление наследника и навострили уши. Услышав это, Вэй Усянь и Цзян Чэн, не сговариваясь, одновременно посмотрели на юношу, сидевшего за первой партой. Юноша этот имел лицо изящное и гордое, на лбу его красовалась метка цвета киновари; воротник, манжеты и пояс одеяния украшены вышитым пионом сорта «Сияние средь снегов». Это был молодой господин Ордена Ланьлин Цзинь, посланный в Гусу на обучение — Цзинь Цзысюань. - Можно коротко Павлин. - засмеялся Вэй Ин, а Цзысюань покраснел от гнева и смущения. Кто-то другой одёрнул его: — Ты бы лучше не спрашивал Цзысюань-сюна об этом. У него уже есть невеста, и, конечно, ответом будет она. - Знаешь, лучше бы ты тогда промолчал или просто согласился. - вздохнул Вэй Ин. При слове «невеста», уголки рта Цзинь Цзысюаня будто дрогнули, обнаруживая лёгкое выражение недовольства. Цзян Яньли еле заметно погрустнела. Впрочем ее братья это заметили и бросали гневные взгляды в сторону наследника Цзинь. Однако ученик, задавший вопрос, не уловил этого знака и радостно продолжал: — Правда? А из какого она ордена? Она наверняка чрезвычайно талантлива и красива! - Еще бы. Самая лучшая. - громко, хором воскликнули Цзян Чен и Вэй Усянь. - Побольше бы умных людей слушал. - добавил Вэй Ин. Цзинь Цзысюань поднял бровь: — Не стоит говорить об этом. Госпожа Цзинь сощурилась и посмотрела на сына. Ее сердце чуяло что все было не так как ей сказали. Внезапно в разговор встрял Вэй Усянь: — Что ты имеешь в виду — «не стоит говорить об этом»? Все в ланьши ошарашенно посмотрели на него: Вэй Усянь всегда говорил с ухмылкой, никогда не гневался, даже когда его ругали или наказывали. Однако сейчас на его лице появилась совершенно очевидная враждебность. Цзян Чэн также не стал, как обычно, распекать его за поиск проблем на свою голову. Вместо этого он сидел рядом с мрачным выражением лица. Цзинь Цзысюань презрительно огрызнулся: — Какая именно часть фразы «не стоит говорить об этом» тебе неясна? - Все части этого предложения мне были неясны. - с вызовом ответил Вэй Ин. Вэй Усянь язвительно усмехнулся: — Фраза-то мне ясна. Но я никак не могу понять вот что: как, во имя Небес, ты можешь быть недоволен моей шицзе? - Между прочим я так и не получил ответа на этот вопрос. - продолжал гнать свое Усянь. Цзысюань сидел как статуя и лишь молчал сжав кулаки. Раздался шёпот учеников. Обменявшись мнениями, юноши поняли — они случайно разворошили осиное гнездо: невестой Цзинь Цзысюаня оказалась Цзян Яньли из Ордена Юньмэн Цзян. Цзян Яньли являлась первенцем Цзян Фэнмяня и старшей сестрой Цзян Чэна. Характера она была кроткого, ничего выдающегося; обладала тихим, ничем не запоминающимся, голосом; внешность имела лишь чуть лучше самой обычной; особыми дарованиями также не могла похвастаться. - Вранье. Красота сестры подобна богине. А ее суп столь совершенен что даже боги вкушали бы его подобно нектару. - Усянь призвал на помощь все свое красноречие. Яньли покраснела от похвалы брата. - Она прекрасно поет и я не встречал никого добрее. Коль однажды она вознесется, то станет богиней света и доброты. - сладкие хвальбы лились из уст Усяня словно полноводная река. Заклинатели сидели затаив дыхание. Голос юноши был полон братской любви, обожания и почитания. Если бы они жили в наше время его состояние назвали бы "комплексом сверхзаботливого брата". Но в то время такого термина не было. Цзысюань же, пытался взглянуть на Яньли по другому. Для него она была чужой, нежеланной. Но чем больше он смотрел на нее тем больше видел не серую мышь. А красивую, кроткую, местами твердую характером девушку. Которая, чего скрывать прекрасно готовила. До искренней любви было далеко, но начало положено. - Дева Цзян. - как никогда решительно обратился к ней Цзинь Цзисюань. - Простите ли вы мне мои дальнейшие грубые слова в сторону вас и вашего брата? Вэй Усянь растерянно захлопал глазами от такого. Видимо он не ожидал что павлин способен на извинения перед его шицзе. Яньли улыбнулась самой чистой своей улыбкой. - Конечно. Я прощаю вас. - и уважительно поклонилась в ответ на поклон Цзисюаня. На фоне роскошных красавиц из других именитых кланов она неизбежно выглядела бледным пятном. Жених же её, Цзинь Цзысюань, являл собой полную противоположность невесте. Он был единственным законнорожденным сыном Цзинь Гуаншаня, юношей ослепительной внешности и исключительных способностей, потому здравый смысл подсказывал, что девушка с данными Цзян Яньли явно не чета ему: она не могла даже достойно соперничать с другими девушками. Единственной причиной их помолвки стало то, что её мать была из Ордена Мэйшань Юй, дружественного с кланом, из которого происходила мать Цзинь Цзысюаня, поэтому женщины дружили с самого детства. Клан Цзинь всегда славился своим высокомерием и гордыней, и Цзинь Цзысюань унаследовал эти качества на десять из десяти. В соответствии со своими высокими требованиями он уже давно выказывал недовольство своей помолвкой с Цзян Яньли. А точнее, он был недоволен не столь девушкой, сколь тем, что его мать самовольно решила все за него, и в сердце его довольно продолжительное время зрели мятежные настроения. - Я желал сам выбрать себе спутницу и жениться по любви. - немного смущенно признался Цзысюань. Чем вызвал понимающие вздохи взрослых. В его возрасте все мечтали об этом. Сегодня ему выдалась благоприятная возможность выпустить свой гнев наружу. Цзинь Цзысюань ответил вопросом на вопрос: — А ты не хочешь спросить, как, во имя Небес, я могу быть доволен ей? Цзян Чэн тут же встал. Вэй Усянь отпихнул Цзян Чэна в сторону, преграждая ему путь, и глумливо произнёс: - Чесно говоря я сам хотел ему врезать. - немного обижено посмотрел на Усяня Ваньинь. - А я не хотел что бы у тебя были проблемы из-за этого. - пожал плечами Усянь. — А ты, должно быть, полагаешь, что тобой была бы довольна любая? И откуда ты только набрался уверенности в себе, раз настолько привередлив? Из-за своей помолвки Цзинь Цзысюань не испытывал никаких симпатий к Ордену Юньмэн Цзян и уже некоторое время неодобрительно поглядывал на проделки Вэй Усяня. К тому же он кичился своей непревзойдённостью среди младших адептов, и никто никогда в его жизни не смотрел на него вот так сверху вниз. Горячая кровь мгновенно ударила в голову, и он выпалил: — Если она так недовольна мной, то пусть разорвёт помолвку! Короче говоря, плевать я хотел на твою драгоценную шицзе. А если она тебе так симпатична, то попроси её отца отдать её тебе! Ведь разве он не относится к тебе лучше, чем к собственному сыну?! Со стороны мадам Юй и госпожи Цзинь послышалось гневное шипение. Обе женщины были в гневе. Хоть Цзыюань и жалела что Яньли мало похожа на нее, но все же любила дочь. И какая бы ни дружеская связь была между ней и госпожой Цзинь, такое высказывание, порочащее репутацию как дочери так и ордена, она стерпеть не могла. Впрочем видя гнев подруги она разумно решила что та накажет молодого глупца со всей строгостью, поэтому Цзыдянь, сверкающий на пальце начал утихать. Госпожа Цзинь, которой очень понравилась искренняя Яньли, была разочарована своим сыном. Женщина надеялась что он никогда не станет таким как отец. Лишь его последние слова сдерживали ее от сиюминутного наказания. Но было кое-что еще. - Уважаемый старейшина Лань. - ледяным тоном обратилась госпожа Цзинь к мужчине. - Почему я узнаю о таком только сейчас? - Я известил вашего мужа... - начал тот, но его перебили. - Я уже это слышала. Но тогда версия звучала иначе. Мне сказали что первый ученик Юньмэна завязал драку с моим сыном. И оба были наказаны. Вот только один как зачинщик отослан назад, а другой всего час постоял на коленках. Хотя в этой ситуации, как видно, в первую очередь виноват мой сын. - И он понес надлежащее наказание. - погладил бороду Цижэнь. - Вэй Усянь ударил Цзысюаня, а драки запрещены. - А явный фаворитизм дозволен? - вмешалась Юй Цзыюань. - О чем это вы? Наш орден никогда... - попытался спасти ситуацию старик. - Что же это тогда? Или возможно в вашем ордене дозволено порочить репутацию других? Почему я только сейчас узнаю что моя дочь чуть не была опозорена? Из-за наследника Цзинь поползли нелицеприятные слухи. А он так легко отделался. - мадам Юй разошлась не на шутку. Госпожа Цзинь не пыталась ее остановить и даже кивала в поддержке. - С самого начала вы придирались к мальчишке. Так что не смейте оправдыватся. Вы просто побоялись выдвигать обвинения наследнику богатого клана. Забыв о том что Юньмэн Цзян ничуть не уступает Ланьлину. - голос женщины и не думал стихать, от чего у Цижэня разболелась голова. - Я публично принесу извинения за данную ситуацию. И дам компенсацию. Как только мы закончим читать. - устало сдался старейшина. - Вы позволите мальчишке доучится столько сколько он не доучился. - выдвинула условие Цзыюань. Бедный Лань Цижэнь аж позеленел, но все же кивнул. Остальные все это время сидели смирно и тихо, и притворялись что их не существует. Лезть в дела чужих орденов, если это вас не касается было грубо. Но вот прислушатся к крику мадам Юй и делать свои выводы им никто не мешал. Практически все они были на стороне мальчика и Юньмэна. Страшно представить что такое могло произойти и с их орденом. А если уже произошло? Если им также не доложили о чем то подобном, как ордену Цзян. Следует основательно поговорить с этими Ланями. Наконец крики стихли и все вроде бы пришло в норму. При этих словах взгляд Цзян Чэна застыл, а Вэй Усянь в неудержимой ярости бросился вперёд и ударил Цзинь Цзысюаня кулаком. Приготовившись к атаке, тот не ожидал, что Вэй Усянь нападёт так быстро, прямо посреди его монолога. Пострадавшая половина лица Цзинь Цзысюаня немедленно онемела, и он тут же молча ударил в ответ. Драка встревожила оба именитых ордена, и в этот же день Цзян Фэнмянь и Цзинь Гуаншань поспешили в Гусу из Юньмэна и Ланьлина. Госпожа Цзинь уничижительно прсмотрела на мужа. Ах, если бы она только уделила больше внимания тому происшествию. Оба главы нашли своих сыновей стоящими на коленях и выслушивающими суровое порицание от Лань Цижэня. Отцы стерли пот со лба и завязали праздный разговор, в ходе которого Цзян Фэнмянь поднял вопрос о расторжении помолвки. Он сказал Цзинь Гуаншаню: — С самого начала мать А-Ли настаивала на помолвке, а я не одобрял её. Сейчас уже понятно, что ни один из наших детей не жаждет этого брака, так что будет лучше, если мы не станем их заставлять. Цзинь Гуаншань был удивлён. Он медлил с ответом, поскольку думал, что разрывать помолвку с членом именитого ордена — не очень хорошая идея, и в итоге ответил: — Что бы дети понимали во взрослых делах! Они галдят по поводу и без. Фэнмянь-сюн, нам нет никакой нужды принимать их мнения всерьёз. - В данном случае я галдел не без повода. - грустно заметил Вэй Ин. Цзян Фэнмянь сказал: — Цзинь-сюн, мы можем заключить за них помолвку, но мы не можем вступить за них в брак. В конце концов, ведь это именно им придётся провести остаток своих жизней вместе. На самом деле, сам Цзинь Гуаншань тоже никогда не стремился к этой помолвке. Если бы он желал укрепить мощь своего ордена заключением брачных уз, то Орден Юньмэн Цзян был бы не только не единственным, но и не лучшим выбором. Юй Цзыюань сощурила глаза словно прикидывая в уме: а не начать ли ей новую истерику? Но в конце концов решила с этим повременить. Ее сын и мальчишка кидали на Цзиней, исключая госпожу, презрительные взгляды. Эта глава вытащила наружу самые неприятные тайны. А ведь это только начало. Страшно подумать что еще всплывет. Помолвку заключили лишь потому, что он не осмелился пойти против Госпожи Цзинь. Но как бы то ни было, первым предложение сделал клан Цзян, а клан Цзинь представлял сторону жениха, значит, априори имел меньше забот и опасений, чем сторона невесты, так что, может быть, ему и не стоило так переживать? К тому же, он знал, что Цзян Яньли в качестве невесты вызывала у Цзинь Цзысюаня недовольство. После некоторых размышлений, Цзинь Гуаншань набрался мужества и дал своё согласие. В это время Вэй Усянь, ещё не знавший, к каким последствиям привела его драка, стоял на коленях на гальке, куда его в наказание определил Лань Цижэнь. Издалека к нему подошёл ухмыляющийся Цзян Чэн: - И чему ты там ухмылялся? - изогнула вопросительно бровь мадам Юй. — Только взгляните, как прилежно он стоит на коленях! Вэй Усянь злорадствовал: — Ещё бы, мне же не привыкать! А вот Цзинь Цзысюань наверняка нежный цветочек, которого раньше никогда не заставляли преклоняться. И не будь моя фамилия Вэй, если от этого наказания он не начнёт плакать и звать мамочку. - Позже он понесет более суровое наказание за свой длинный язык. - строго сказала госпожа Цзинь сыну. Цзян Чэн вдруг потупился, немного помолчал и тихо сказал: — Отец приехал. Вэй Усянь спросил: — А шицзе не приехала? Цзян Чэн ответил: — С чего бы ей приезжать? Смотреть, как ты её позоришь? И будь она тут — разве не встала бы она на твою сторону и не дала бы тебе лекарство? - Конечно дала бы. - ласково улыбнулась обоим братьям Яньли. Вэй Усянь вздохнул: — И всё же, жаль, что шицзе не приехала… В любом случае, хорошо, что ты его не ударил. - Возможно если бы его ударил Цзян Чен было бы лучше. - такого леденящего тона от главы Цзян никто никогда не слышал. Все это время он сидел сцепив руки и предоставив возмущения жене. Но это не означало что мужчина не гневался. Он был в дикой ярости. Яньли была похожа на него больше всех. И потому любима больше чем родной сын и Вэй Ин. И все же даже сейчас его лицо не выказывало никаких эмоций, кроме холода и презрения. Цзян Чэн сказал: — Я собирался. Если бы ты меня не оттолкнул, то и вторая половина лица Цзинь Цзысюаня была бы изрядно попорчена. Вэй Усянь фыркнул: — Лучше не стоит, сейчас с перекошенным лицом он выглядит ещё уродливее. Я слышал, что он особенно трясётся над своей внешностью, прямо как павлин. Интересно, что он подумает, когда увидит себя в зеркало! - Я вовсе не трясусь. И в зеркало не заглядываю, как девченка. - не выдержал Цзысюань. Ха-ха, ха-ха!.. — Вэй Усянь заколотил по земле руками в приступе хохота, а затем заговорил вновь. — На самом деле мне всё же стоило позволить тебе его ударить, а самому остаться в стороне. И тогда, может быть, дядя Цзян не приехал бы. Но я никак не смог сдержаться! - И все же я считаю мне таки следовало начистить ему морду. Хоть бы и после твоего отьезда. Цзян Чэн слегка заворчал: — Если б да кабы. Он понимал, что Вэй Усянь, как всегда, ляпнул, не подумав. Но всё же его обуревали смешанные чувства, потому что он прекрасно знал, хоть и не показывал того, что слова Вэй Усяня были более чем верны. Цзян Фэнмянь никогда не спешил в другой орден и не добирался до места в один день ради Цзян Чэна, случись с ним что плохое или хорошее, крупное или мелкое. - Это потому что у тебя хватает мозгов не вляпываться в неприятности. - голосом мадам Юй прокоментировал Вэй Усянь. - В отличии от меня. Ты никогда не позорил орден своими выходками. А у меня что ни день так что то плохое. Цзян Чен немного приободрился. Если подумать он и правда никогда не делал что-то что могло опозорить орден. Даже в ту же драку не ввязывался. Никогда. Вэй Усянь заметил, что Цзян Чэн совсем погрустнел, и подумал, что тот всё ещё задет словами Цзинь Цзысюаня: — Иди уже. Лучше тебе не стоять сейчас возле меня, иначе опять придёт Лань Ванцзи и поймает тебя на месте преступления. Будет минутка — загляни к Цзинь Цзысюаню и полюбуйся, как по-дурацки он выглядит, стоя на коленях. Цзян Чэн слегка удивился: — Лань Ванцзи? Зачем он приходил? У него ещё хватает духу смотреть на тебя? Ванцзи вспомнил как увидел трясущегося от смеха Усяня и грозно посмотрел в его сторону. Он ведь тогда и правда подумал что он плачет. Ему захотелось утешить его...как поступил бы настоящий друг. Вэй Усянь ответил: — Да, я тоже подумал, что его мужество заслуживает восхищения. Скорее всего, его дядя приказал ему проверить, стою ли я на коленях, как положено. Знакомое предчувствие беды охватило Цзян Чэна: — А ты стоял, как положено? Вэй Усянь ответил: — В тот момент — да. Но когда он отошёл на приличное расстояние, я нашёл палку и начал рыть ямку, вон, у твоей ноги горка земли. В конце концов, я насилу смог отыскать муравьиный лаз. Тут, как по заказу, он обернулся, увидел, что мои плечи трясутся, и наверняка подумал, что я плачу. Он же вернулся, чтобы утешить меня. - Что-то мне не очень верится в "вернулся что бы утешить". - тихо пробормотал Цзян Чен, боясь как бы второй нефрит не услышал. Видел бы ты его лицо, когда он понял, что я просто-напросто отрыл муравьиный лаз. — … Цзян Чэн сказал: — Сейчас же собирайся и возвращайся в Юньмэн! Не думаю, что он ещё хоть когда-нибудь будет способен вынести твоё присутствие. - Ну сейчас вроде бы терпит. - засмеялся на это Вэй Ин, поглядывая на Лань Чжаня. Той же ночью Вэй Усянь упаковал свои вещи и вернулся в Юньмэн вместе с Цзян Фэнмянем.