Книги открывающие будущее

Не Минцзюэ немного помялся прежде чем начать. Он довольно давно не читал вслух. Ещё со времён детства Хуайсана. Поэтому сейчас лидер великой секты чувствовал себя немного неудобно и неуверенно. Вэй Усянь ответил: — Ох. Наверное, потому что там поселилась тварь, что пожирает людей? Он слышал тысячи и тысячи мифов о подобных существах и собственноручно убил не меньше нескольких сотен, так что слегка разочаровался. — Ого это где же ты столько чудищ нашел. — насмешливо сказал Цзян Чен. -Я откуда знаю. Где то нашел раз тут так написано. — подмигнул ему Усянь. Тем временем шарлатан неровным голосом продолжал: — Так и есть! Ходят слухи, что в лесу подле хребта стоит «крепость-людоед», в которой живут чудовища, питающиеся человечиной. Они тотчас же пожрут любого, кто по ошибке забредёт в те края, и косточек не оставят! Ни разу никто не вернулся! Жуть, правда? — Очень странно. Орден Цинхэ Не не создаёт впечатление тех кто пренебрегает своими обязанностями. Что же случилось? — искреннее беспокойство омрачило лицо Сиченя. — Мм. Дальше вам все объяснят. И я надеюсь что наше положение поймут и не осудят. — нахмуренно произнес Минцзюэ. Заклинатели переглянулись и встревожились ещё больше. Теперь понятно, почему Цзинь Лин оказался здесь. Ему не удалось совладать с богиней на горе Дафань, и, похоже, он прибыл сюда за чудовищем хребта Синлу. — Цзинь Лин, тебе не нужно ничего доказывать. Думаю, нет я уверенна что твой дядя, оба твои дяди любят тебя и без безрассудного риска своей жизнью. — Я знаююю. — смущённо протянул мальчик. Вэй Усянь воскликнул: — Жуть какая! Но если, как ты говоришь, не нашли ни единой косточки, тогда, позволь узнать, откуда известно, что тех несчастных именно сожрали? Шарлатан замялся на секунду, но всё же ответил: — Значит, кто-то всё видел, разве не очевидно? Вэй Усянь восторженно ахнул: — Но разве, не далее как минуту назад, ты не говорил, что любого, кто забредёт в те края, тотчас же сожрут, и ни разу никто не вернулся оттуда? Тогда кто же положил начало этим слухам? Кто этот могучий человек, который всё видел своими собственными глазами и при этом выжил, чтобы рассказать о том, что творится в крепости? — … — Пфф. Так я и знал. Пустое бахвальство да и только. — махнул рукой Минцзюэ. Хуайсан согласно пискнул что то у него за спиной. — Ну информацию, он все же дал. Хоть какую то и то хорошо — пожал плечами Вэй Ин. Трио из будущего тут же согласно закивало. Было похоже что они готовы были согласиться с любым его словом. Впрочем они тут же спохватились и сели ровнее под пристальным взглядом Лань Цижэня. — Мне все ещё не верится что вы называете этого оболтуса и паршивца учителем. — пробурчал он. — Надеюсь темному пути он вас не учит? И подозрительно прищурил глаза, словно пытаясь выискать у них признаки тьмы. — Нет господин Лань. — почтительно поклонился Лань Сычжуй. -Учитель Вэй не обучал темному пути никого. Ни в прошлом, ни в наше время. — Хмм — старика это впрочем не смягчило ни на цунь. Шарлатан ответил: — Так говорят люди. Откуда мне знать? Вэй Усянь произнёс: — Тогда, может быть, ты знаешь, сколько всего людей сожрали у хребта Синлу? Когда? Их возраст? Пол? Имена? Где они жили? — А тебе не кажется что ты слишком много но хочешь. — поддел Усяня Цзян Чен. — Хи-хи. — хихикнул Цзинъи. — Да он просто над ним смеётся. Старший Вэй не любит людей которые говорят будто знают все. — Их никто не любит. — поддержал его Цзинь Жулань Шарлатан сказал: — Я не знаю. Вэй Усянь поинтересовался: — Всезнайка из Цинхэ? Хм? Шарлатан сердито подхватил свою корзину: — В слухах ни о чём таком не говорится! Вэй Усянь засмеялся: — Погоди, погоди, не уходи! Ответь мне ещё на пару вопросов. Хребет Синлу ведь находится в Цинхэ, так? А Цинхэ — территория, за которую отвечает Орден Цинхэ Не, верно? Если у хребта Синлу в самом деле разгуливают чудовища, неужели Орден закрывает на это глаза? — Наш орден никогда не закрывает глаза на чудовищ тероризирующих наших людей. — ещё больше нахмурился глава Не. К удивлению Вэй Усяня, на этот раз шарлатан не ответил «Я не знаю». Вместо этого тень презрения проскользнула по его лицу: — Орден Цинхэ Не? Если бы это был прежний Орден Цинхэ Не, то, конечно же, он не закрыл бы на это глаза. На следующий же день после появления слухов его адепты прочесали бы местность и быстро и решительно уничтожили чудовищ. Но сейчас во главе когда-то великого ордена стоит этот, хе-хе… «Незнайка» — Незнайка? — удивились заклинатели. — Не-сюн. — растерянно прошипел ему Вэй Ин. — Кажись это про тебя. — Неужели мой брат…мой брат. — на глаза паренька навернулись слезы. — Глава ордена Не Минцзюэ действительно умер несколько лет назад. — тихо проронил Сычжуй в тишине. Сразу же после этого из Хуайсан полились реки слез. Он подорвался с места и набросился на своего брата. — Ты…как ты мог умереть. Ты же знаешь что я не могу быть главой. Ты сам слышал. Если не ради меня то ради людей…почему ты не берег себя? Я же просил…столько раз просил тебя. Надрывные рыдания Хуайсана сопровождались слабыми ударами кулаков об Минцзюэ. Тот сначала растерялся от такого, но потом крепко прижал брата к себе. Другие заклинатели тактично опустили глаза и отвернулись. Даже глава Цзинь Гуаншань под строгим и властным взглядом жены прикрылся веером. Прошло около получаса прежде чем Хуайсан успокоился, а Минцзюэ взял книгу. Прошлым главой Ордена Цинхэ Не был Чифэн-цзунь, Не Минцзюэ. После того, как глава Ордена Цишань Вэнь, Вэнь Жохань, довёл до белого каления позапрошлого Главу Ордена Цинхэ Не, от чего отец Не Минцзюе и Не Хуайсана и скончался, старший сын, привыкший действовать в жесткой и непреклонной манере, принял бразды правления в свои руки, хотя ему не исполнилось и двадцати лет. Кроме того, Не Минцзюэ являлся старшим названым братом Цзэу-цзюня, Лань Сичэня, и Ляньфан-цзуня, Цзинь Гуанъяо. После Аннигиляции Солнца Орден Цинхэ Не расцвёл под его руководством, да так, что величие и мощь ордена почти достигали уровня Ордена Ланьлин Цзинь. Однако Не Минцзюэ настигло искажение Ци, и заклинатель скончался на глазах у огромного количества народа. Следующим в очереди на пост главы ордена шёл его младший брат, Не Хуайсан. — Ого. Вот так информация. — растерянно проронил Сичень. Ему было больно знать что его брат умрет так рано и они даже ничего не смогли зделать. — Я найду способ. Клянусь я найду способ исправить это. — глаза Хуайсана ещё никогда не сияли такой решимостью. — А я обязательно помогу. — поддержал друга Вэй Усянь. Все же на его месте он бы тоже сделал все что бы спасти Цзян Чена. Вэй Усянь полюбопытствовал: — Почему ты назвал его Незнайкой? Шарлатан ответил: — Ты разве не знаком с этой историей? О чём бы ни спросили Главу Ордена Не — он не знает ответа и ничего не скажет; а ежели он всё-таки знает ответ, то побоится его озвучить. Если же насесть на него и начать настойчиво допрашивать, он будет рыдать в голос и яростно мотать головой, приговаривая: «Я не знаю, я не знаю, я ничего не знаю!» и жалобно умолять отпустить его. Это ли не поведение самого настоящего Незнайки? Не Минцзюэ тяжело вздохнул. Умом он понимал что исправить брата не получится, но в сердце ещё жила надежда сделать из него приличного заклинателя. Не Хуайсан лишь строго (хотя выглядело это скорее мило) посмотрел на брата. — Хи-хи-хи. — Вэй Усянь хитро посмотрел на Хуайсана. — Ты совсем не изменился Не-сюн. В юности Вэй Усянь и Не Хуайсан учились вместе, поэтому он не понаслышке знал об этом человеке. Не Хуайсан по натуре не был злым человеком, и безнадежно глупым его тоже назвать было нельзя. Однако он не стремился старательно овладевать наукой, но зато преуспевал в том, чего желало его сердце: расписывание вееров, охота за птицами, ловля рыбы руками или же прогуливание занятий. В заклинательском же мастерстве он вовсе не блистал талантами и с огромным трудом сформировал Золотое Ядро на восемь-девять лет позже своих ровесников. При жизни Не Минцзюэ очень досадовал, что из его младшего брата не выходило достойного мужчины, и всегда строго воспитывал его, однако едва ли это возымело хоть какой-то успех. Сейчас Не Хуайсан остался без покровительства и понуканий своего брата, и былая слава Ордена Цинхэ Не под его руководством очень быстро сошла на нет. Уже во взрослом возрасте, а в особенности после становления во главе ордена, Не Хуайсан постоянно сталкивался с различного рода ранее неведомыми заботами и неприятностями и отчаянно искал помощи, особенно часто он обращался к младшим названым братьям Не Минцзюэ: сегодня он жалуется Цзинь Гуанъяо в Башне Золотого Карпа, а завтра плачется Лань Сичэню в Облачных Глубинах. И только лишь при их поддержке Не Хуайсан насилу смог укрепиться на позиции главы Ордена Цинхэ Не. Сейчас же, когда его имя невзначай всплывает в разговоре, никто не рискнёт высказаться вслух, но у всех на лицах можно прочитать: размазня и ничтожество. Глава клана Не прочитал это на одном издыхании и голос его был похож на голос убитого горем человека. — Вот за что мне это Сичень-гэ? Что я такого сделал что бы заслужить это? — не выдержав Минцзюэ обратился к Лань Сиченю жалуясь на свою жизнь. Тот лаского улыбнулся и сочувственно покачал головой. -Не стоит так переживать, в книге ведь сказано что я помогал Хуайсану. Все не так плохо. Ну-нуну. Разворошив в памяти события прошлого, Вэй Усянь не смог удержаться от печального вздоха. Закончив расспрос шарлатана о хребте Синлу, Вэй Усянь не забыл посодействовать его торговле и приобрёл две коробочки с румянами. — Ты же не собираешься снова красится? — подозрительно прищурился Цзисюань. — Не удивлюсь если он подарит их первой встречной девице. — фыркнул Цзян Чен. — Чен-Чен не завидуй. Будешь меньше хмурится глядиш девчонки и на тебя посмотрят. — подмигнул Вэй Усянь. Лань Ванцзи сжал руки в кулаки, пытаясь сдержать неприятное чувство разлившееся в груди. Он спрятал покупки за пазуху и вернулся к Лань Ванцзи. Тот по-прежнему словно и не собирался забирать назад свой мешочек с деньгами. Храня молчание, они прошествовали в направлении, указанном шарлатаном. Хребет Синлу густо порос ельником, но под сенью деревьев петляла довольно широкая тропа. Мужчины прошли уже довольно много, однако ничего необычного им не встретилось. Впрочем, они не питали особых надежд и заглянули сюда лишь на всякий случай. Если бы пугающие слухи, ходящие об этом месте, оказались верны, то наверняка сведений имелось бы гораздо больше. К примеру, в случае с богиней-пожирательницей душ на горе Дафань любой заклинатель с лёгкостью мог установить имена жертв и места их жительства — спросить любого, и даже молочное имя жениха А-Янь не осталось бы в тайне. Но шарлатан не припомнил никаких деталей. Следовательно, скорее всего, люди высосали историю из пальца, а потом раздули до непомерных масштабов. — Очень сомневаюсь. — закатил глаза Цзян Чен. — Зная твою удачу ты опять найдешь себе приключение на свою…голову. — Не такая уж и плахая моя удача. А тоо крайней мере лучше чем у многих других и я никогда не против хорошего приключения. — философски пожал плечами Вэй Ин — Хорошо что вы туда пошли. — прошептал так чтоб его не услышали и передернулся Цзинь Лин, но на удивлённые взгляды ничего не ответил Примерно через час они, наконец, встретили хоть какое-то сопротивление: вдалеке показались семь или восемь пошатывающихся человеческих фигур, имевших помутневшие белки глаз и завернутых в лохмотья, которые, казалось, мог сдуть даже самый слабый порыв ветра. Все эти признаки и чрезвычайная медлительность в довесок выдавали в фигурах ходячих мертвецов уровня настолько низкого, что ниже уже некуда. Эти мертвецы не могли тягаться не только со своими более совершенными «собратьями»: встреть они мало-мальски сильного человека — тот одним пинком повалит целый их строй; наткнись на более-менее проворного ребёнка — тот вмиг убежит, оставив их далеко позади. Даже если жертве очень сильно не повезёт, и ходячие мертвецы всё-таки изловчатся и высосут из неё немного энергии Ян, то всё равно смерть от этого не наступит. Единственное, чем они могли отпугнуть, — противным внешним видом и дурным запахом. Именно поэтому во время ночной охоты старшие адепты проходили мимо подобных тварей и оставляли их ученикам: никто в здравом уме не будет преследовать крыс, когда есть тигры и пантеры. При виде кучки ходячих мертвецов Вэй Усянь быстро сообразил, что за неприятность последует далее, потому потупился и проворно нырнул за спину Лань Ванцзи. И в самом деле, мертвецы, вихляя и качаясь, подошли к ним на расстояние примерно пяти-шести чжанов, заметили Вэй Усяня и тотчас же в ужасе с небывалой прытью ретировались. Лань Сичень снова прочитал большой кусок ни разу не остановившись. Услышав что мертвецы испугались Вэй Усяня заклинатели пришли в смятение. С каждым таким фактом Вэй Усянь все больше казался им непобедимым и воспринимать его как мальчишку после такого ставало все труднее. И только весёлый смех озорника возвращал их в реальность где Старейшина Илина все ещё юнец, который любит пошутить. Невольно взгляды некоторых взрослых обратились на троицу из будущего. Те не выказывали ни грамма удивления или страха от услышанного и от этого стало немного лучше. Вэй Усянь потёр виски и, трепеща от напускного страха, повернулся к Лань Ванцзи: — Ого, Ханьгуан-цзюнь, ты такой могучий! Едва завидев тебя, ходячие мертвецы в страхе убежали прочь! Ха-ха! — Мдааа. В такое поверит только идиот. — вздохнул Цзисюань. — Неудивительно что Второй нефрит сразу понял кто ты. Врать ты не умееш. — Умеет умеет. — вдруг влез Цзинъи — Когда захочет так заврется что аж заслушаешся. -Аа. Помню помню. — засмеялся Цзинь Лин. — Расскажите. — засверкали глаза Не Хуайсана. Двое друзей тут же растерялись. В их времени Не Хуайсан Верховный заклинатель и видеть его таким молодым было непривычно. Цзян Фенмянь заметил замешательство мальчиков и поспешил сказать. — Позже расскажете. Сейчас мы читаем книгу. Так что прерыватся надолго не стоит. Лань Ванцзи было нечего возразить в ответ. Вэй Усянь со смехом принялся его толкать: — Пойдём, пойдём. Пора уходить с этого хребта. Сомневаюсь, что мы всё-таки найдём здесь мало-мальски злобных тварей. Просто местные — большие любители почесать языки, вот и превратили обычных ходячих мертвецов в чудовищ, что поедают людей с костями. Наверняка и «крепость-людоед» — тоже всего лишь одна из их выдумок. Мы понапрасну тратим свои силы! — А вот и не напрасно. — хором ответили дети из будущего. — Правда? — подскочил Вэй Ин. Ему уже не терпелось услышать про какое нибудь опасное приключение. — Ага. — буркнул Цзинь Лин вспоминая как чуть не умер в гробнице. Лань Ванцзи возобновил движение только после того, как Вэй Усянь несколько раз подтолкнул его. Но не успели они сравнять шаг, как вдруг из глубины елового леса послышал яростный лай. Вэй Усянь тут же прижался к Лань Чжаню покрепче. — Бедный я несчастный, везде собаки. Как же мне не везёт в будущем. — тихо заныл он. Вэй Усянь мгновенно изменился в лице, со скоростью молнии прошмыгнул за спину Лань Ванцзи и, присев, сжался в комок, обнимая того за талию. Лань Ванцзи произнёс: — Лай ещё слишком далеко, зачем ты прячешься? Вэй Усянь ответил, заикаясь: — Я-я-я лучше на всякий случай спрячусь, а потом уже буду выяснять подробности. Ты его видишь? Где он?! — Позорище. За столько лет даже не смог преодолеть свой жалкий страх. И это будущий Старейшина. Смех да и только. — презрительно фыркнула мадам Юй. Сидящий рядом Фенмянь ничего не сказал что бы не начать ссору, но все же сжал руку жены крепче. Лань Ванцзи внимательно прислушался и через секунду сказал: — Это чёрная собака-оборотень Цзинь Лина. При упоминании этого имени Вэй Усянь сразу же выпрямился, но, услышав новую волну лая, вновь присел и скукожился. Лань Ванцзи продолжил: — Если собака-оборотень так надрывается, то что-то определённо случилось. Заклинатели тут же стали серьезнее и тревожно посмотрели на мальчиков, но те лишь отвели взгляд Вэй Усянь что-то заворчал себе под нос, потом, не без усилий, принял вертикальное положение, продолжая дрожать как осиновый лист: — Т-т-тогда надо проверить, что! Лань Ванцзи по-прежнему стоял неподвижно. Вэй Усянь жалобно запричитал: — Ханьгуан-цзюнь, давай же, сдвинься с места! Если ты не пойдёшь, то и я не смогу! После короткого молчания Лань Ванцзи ответил: — Сначала… отпусти меня. Однако, в конце концов, они так и тронулись в путь вдвоём, спотыкаясь на каждом шагу. Мужчины шли на лай собаки, но уже совершали по лесу второй круг и до сих пор ничего не обнаружили. Вой собаки-оборотня тоже то приближался, то удалялся. Вэй Усянь, наконец, немного свыкся с этими звуками и даже перестал заикаться: — Похоже, мы бродим по лабиринту. — Да ты что. — сьязвила мадам Юй. — А как то поскорее нельзя? — Не волнуйтесь. Уверен мой брат и господин Вэй не дадут Цзинь Лина в обиду. Да и он сидит перед нами целый и невредимый. — попытался разрядить обстановку Лань Сичень. Сяо Синчень и Сун Лань тоже тревожились о судьбе паренька. Хоть и совсем его не знали. Они старались лишний рас не высовываться, но тем не менее внимательно вслушивались в повествование. Цзинь Цзысюань и Цзян Яньли ещё не привыкли к тому что у них будет сын, но все же побледнели когда поняли что ему может угрожать опасность. Особенно заметно это было с девой Цзян. Этот лабиринт определённо был делом рук человека. Некоторое время назад сам Вэй Усянь говорил, что все истории о хребте были не более, чем выдумкой, однако сейчас дело принимало иной оборот. Чёрная собака-оборотень лаяла уже пятнадцать минут без перерыва и до сих пор не выдохлась. Тем временем мужчины нашли способ выбраться из западни и теперь шли прямо на собачий вой. Вскоре вдалеке, среди хвойных деревьев, проступили силуэты мрачных каменных фортов. Они были сложены из серовато-белых камней и сплошь покрыты ярко-зелёными вьющимися растениями и опавшими листьями. Каждый форт имел вид весьма необычной полусферы, словно пиала, перевёрнутая вверх дном. Кто бы мог подумать, что на хребте Синлу действительно окажется крепость? Похоже, что дыма без огня и впрямь не бывает. Однако пока ещё рано было судить, действительно ли это пресловутая «крепость-людоед» и что за создания обитали в ней. Чёрная собака-оборотень Цзинь Лина беспокойно наматывала круги вокруг фортов, иногда тихо потявкивая, а иногда бешено завывая. Увидев приближающегося Лань Ванцзи, собака в страхе отступила, но не убежала, а вместо этого принялась лаять ещё яростнее, всматриваясь в сторону каменных фортов и оголтело роя землю передними лапами, явно испытывая крайнее беспокойство. Вэй Усянь спрятался за Лань Ванцзи и страдальчески выдавил: — Почему она не уходит прочь?.. И где её хозяин? Куда делся Цзинь Лин?! — Что за тупые вопросы. Ясно же что с ним что то случилось? — раздражённо рыкнул Цзян Чен. Он сидел напряжённо, выпрямившись как струна. Всё это время они слышали лишь надрывный лай собаки, но никаких звуков от Цзинь Лина, даже ни единого крика о помощи. Очевидно, что чёрную собаку-оборотня сюда привёл сам хозяин, перед этим вырвавшись из лабиринта. Но после человек будто бы просто-напросто испарился. Лань Ванцзи сказал: — Нужно зайти внутрь и всё проверить. Вэй Усянь ответил: — Как? Здесь же нет входа. — Ага нет входа. Если нет сделай его сам. — раздражённо прикрикнул Цзысюань. Руки сжались от страха за мальчишку. — Я то сделаю. А вот ты только и горазд что орать. — фыркнул Вэй Ин и Цзян Чен в унисон. Жулань напряжённо поглядывал то на своих дядь, то на отца не зная на чью сторону встать. Впервые на его памяти те двое объединились к радости мальчика. Вот только выступали они против его родного отца. Цзян Чен никогда не говорил ему что они не ладили. Входа действительно не было: серовато-белые камни плотно прилегали друг к другу, безо всяких намёков на двери или окна. Собака повизгивала и подпрыгивала, словно желая вцепиться в полы одеяния Лань Ванцзи, но всё же не отваживалась. Тогда она обогнула препятствие и ухватилась зубами за край одежды Вэй Усяня, таща того за собой. Вэй Усянь едва не испустил дух и потянул руки к Лань Ванцзи: — Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань!!! Собака волокла куда-то Вэй Усяня, а Вэй Усянь, в свою очередь, тянул Лань Ванцзи. Животное протащило их вокруг фортов и привёло к тыльной стороне каменной крепости. К их удивлению в стене оказался вход высотой примерно с человеческий рост. Края его были неровными, а вокруг валялись осколки камней: очевидно, что дыру проделали недавно при помощи артефакта, способного спровоцировать взрыв. — А это я сделал. — только сейчас вспомнил Цзинь Лин о дыре. Внутри стояла кромешная тьма, если не считать слабого красного света. Сделав своё дело, собака разжала зубы, пару раз гавкнула на вход и ошалело замахала хвостом, глядя на двоих мужчин. Лишних слов не требовалось — наверняка Цзинь Лин силой проник в каменную крепость, но внутри с ним приключилась беда. Бичэнь сам по себе обнажился на пару цуней, и его лезвие засветилось холодным голубым сиянием, освещающим путникам путь. Лань Ванцзи пригнулся и вошёл первым. Присутствие собаки уже едва не довело Вэй Усяня до помешательства, поэтому он тут же бросился следом, почти врезавшись в Лань Ванцзи. Тот поддержал его за руку и покачал головой, то ли досадуя, то ли смиряясь с неизбежным. Чёрная собака-оборотень явно желала последовать за ними и даже попыталась забежать внутрь, но какая-то сила словно преграждала ей путь, не давая войти. Собака изо всех сил пыталась прорваться сквозь помеху, но попытки не увенчались успехом, и ей только и оставалось, что сесть у входа и лишь яростнее вилять хвостом. Вэй Усянь так возликовал, что готов был пасть на колени, а после убрал руку от Лань Ванцзи и сделал пару шагов внутрь. Холодный голубой свет, рассеиваемый мечом, во мраке форта представлялся почти белым. Хребет Синлу весь зарос высокими густыми деревьями, так что внутри оказалось весьма зябко. К тому же, сейчас они находились внутри каменной крепости, где было ещё прохладнее, поэтому очень скоро легко одетый Вэй Усянь почувствовал, как зловещий ветер свободно задувает ему в рукава и за шиворот, осушая холодный пот, проступивший при виде собаки. Свет, шедший снаружи, уже давно исчез из виду, словно потухшее пламя свечи. Чем глубже они продвигались, тем темнее и просторнее становилось вокруг. Потолок каменного форта был сводчатым: Вэй Усянь пнул пару камней и услышал слабое эхо. Он больше не мог терпеть и замер на месте, прижав одну руку к виску и чуть нахмурив брови. Лань Ванцзи обернулся и спросил: — Что случилось? Вэй Усянь ответил: — Так громко… — Что? — нахмурились заклинатели. — О о о. — тут же подскочил Цзинъи. — Старший Вэй говорил нам об этом. Он может слышать голоса мертвых и злых духов. — Бррр. — вздрогнули некоторые представив этот ужас. — И как ты ещё с ума не сошел? — задал риторический вопрос Цзян Чен. Вэй Усян также был не в восторге от такой информации. Мало ему с трупами возится так и ещё всякую фигню в голове слушать. Кошмарррр. В каменной крепости стояла гробовая тишина, как на кладбище. На самом деле, и в самой крепости было что-то от кладбища. Однако сейчас Вэй Усянь слышал, как их окружает разноголосый галдёж. — Мда. — покачал головой Минцзюэ. — Такого и врагу не пожелаешь. Так кто следующий? На этот раз книга направилась в сторону мелкотрио. И хлопнулась в руки Цзинь Лина. Тот гулко сглотнул вспомнив как накосячил тогда. Ой и достанется же ему. Дяди точно головомойку устроят. Тогда ему ещё повезло. А теперь точно прибьют за то что сглупил как идиот.