Ветрогон

      Пока Валера соображал, что ему делать, Санчес прожужжала молнией и, откинув капюшон лётного костюма, подала Нателе руку. — Саша, — представилась она. — Натела, — в ответ улыбнулась Зорина. — Мама Валеры. — Очень приятно, — Санчес недоуменно покосилась на Валеру, потом снова на Нателу, но ничего не сказала. — Валико, ты разберешься с едой? — как ни в чём ни бывало, распорядилась мама Зорина. — Угости девочку, бабушка испекла пирожки с яблоком. Сам тоже поешь, прошу, а то уже на палочника похож. — А… Да, мам, — тот стоял столбом. — Арцивадзе! — вдруг гаркнул над ухом Афанасий, да так, что Валера подпрыгнул и схватился за сердце. — Князь Арцивадзе, Валерушка! Давид Вахтангович с сыном Вахтангом! Как я мог забыть, старый дурень! — граф сжал голову руками. — Что — Арцивазде?! — воскликнул Валера, уже никого не стесняясь. — Афоня!       Он криком разбудил Нико. Малыш захныкал из соседней комнаты, Натела поспешила успокоить его. — Сам не спишь, сыну мешаешь! Тоже мне, колдун, — насмешливо бросила она через плечо. Зорин наконец догадался высунуть голову из капюшона. Он почти не ощущался на коже и был очень удобным, хоть так в нём и живи. Сашка притихла в углу, прижав кулаки к лицу. Весь её вид выражал крайнее удивление и жгучий интерес к семье Валеры. — Зорро, я не всосала. Она сразу поняла, что я — девка? И… она твоя мама? Не мачеха? Мама? — Да, — коротко кивнул Валера. — Она ж колдунья, бро, — шепнула Яхонтова. — Она тебя рожала, no cap? — Инфо сотка! — поспешил отчитаться Зорин. — Есть пруф. Папа присутствовал и всё снимал на видео! Ну до основного этапа… Потом грохнулся в отключку, — и с этими словами помчался в комнату к маме.       Та передала ему ребёнка и пошла обратно в кухню. — Покачай, раз он проснулся, заодно покормим. — Натела, несмотря на выдержку, тоже нервничала, это было заметно по напряжению её спины. — Мам! Мам, да постой, — Валера припустил с сыном за ней. — Мам… — он вытянулся перед матерью, ожидая объяснений.       Натела насмешливо глянула на сына, потом на его подругу и сказала: — Ну, а что? Раз ты молчишь на мои расспросы, зачем мне выдавать себя? Я буду тоже партизан. — Арцивадзе, сокол, род стрибогов из Цехреба! — выпалил в ухо Афоня. — Цехреба… Цухрави? — Валера вспомнил старинное название родного города Нателы. — Папенька меня сватал к дочке Давида Вахтанговича, Тамаре! Только те отказали! Сказали, что слишком любят своих дочерей! Гордое, скрытное племя! Орлы! Валера, твоя мать — из князей Арцивадзе? Небо, Небо, что делается! — старый граф победно тряс в воздухе кулаками и лупил себя по макушке. — Неслыханно! Берзарины породнились с Арцивадзе! Ветрогоны с двух сторон! — Ветрогоны! Афоня? Ветрогоны?! — охренел Валера. — Мам!!! — Не тряси ребёнком, — угомонила его Натела. — А ты думал, один в семье крутой улетун? Носишь фамильный камень. Водишь духов, покупаешь волшебные вещи. У меня глаз, конечно, нету, Валико? — Мам! — умоляюще уставился на Нателу Валера и прижал к себе Нико. — Сядь, — властно и негромко велела Зорина. — Держи бутылочку, корми сына. А я покормлю вас. Дато с отцом прилетали с гор, голодные, как волки. Спорю на что угодно, и у вас животы сводит. Саша, у тебя есть одежда? — У духа, он захватил, — Санчес ткнула пальцем в выросшего из угла кухни Агиллу. — Иди к Валико в комнату, переоденься. — Спасибо, — Сашка послушно потопала расставаться с костюмом. — Ты так кормишь, да? — мама пригладила взмокшие волосы Валеры. — Кормлю, — ошалело кивнул тот, пронося соску мимо рта Нико. Тот тщетно попытался поймать её губами. — Отдай, — поняла Натела его состояние и отобрала ребёнка. — Занимайся едой. Хорошо бабушка глухая, не слышит, какой шум ты поднял.       Из комнаты бабушки Циалы доносилось поистине богатырское храпение. — Мам, а бабушка тоже колдунья? — Разумеется, — Нико получил из рук Нателы соску и блаженно зачмокал смесью.       Валера собрался с мыслями и, достав из холодильника съестное, поставил разогреваться. Тем временем вернулась Санчес в мягких спортивных шмотках. Присела на софу, подобрав ноги, молча хлопала глазами на Нателу, как на чудо. Зорин сел рядом и тоже ждал от матери объяснений. — Ну что тебе сказать? — улыбнулась Натела. — Нелегкая доля, Саша, быть первенцем колдуна, если ты — девочка. Приходится слушаться всякую мелюзгу. Фамильный камень тоже не тебе достанется. Да и сила, с какой родилась, такую и носишь. Поэтому колдунье надлежит быть мудрее своих мужчин. Чтобы они оставались благополучны. А уж терпения сколько нужно! — Как вы выжили при родах? — только и спросила Сашка. — Я не знала, что иду замуж за колдуна, — объяснила Натела. — Нико-старший, его папа, — она указала глазами на Валеру, — был простым и честным. Мы очень любили друг друга. Мой отец, Вахтанг, дал добро на следующий день после того, как мы заявили о намерении пожениться. Я знаю, Валико, дед по этому поводу советовался с Мананой. — Почему с Мананой? — удивился Зорин. — С адгилис деда¹? Так принято у нас в Цухрави. Спорные вопросы решать через матерь места. — Матерь места... Ведунья! Манана Шотаевна — ведунья Цухрави?! — возопил Валера. — Тише ты, кляп вставлю, — пригрозила Натела. — Не пугай ребёнка! — Прости, мам. Она — ведьма? — шепотом повторил Зорин. — Потомственная. Да и я из матерей места на пятом колене. Что тут такого? — Блин! — Валера схватился за волосы. — Мам, а всё-таки! И бабушка ведь жива. И ты — первенец! И трое сыновей деда! Как это возможно, мам? — Дед и бабушка тоже играли свадьбу в согласовании с адгилис деда, мамой Мананы, тётушкой Нино. Ты её не застал. Она благословила их союз. — Так бывает? — подался вперёд Зорин. — Счастливые браки у колдунов? — Как видишь. Если подходить к ним с умом. Те союзы, что выгодны Гмерти², свершаются без жертв. — Охренеть.       Валера переглянулся с Санчес. Та сидела и улыбалась так, будто слышала чудесную историю. Рядом притих, приоткрыв рот и прижав платок ко лбу, Афанасий. Натела отнесла сытого Нико в кроватку, вернулась и разложила по тарелкам лобио. — Ешьте. — Мам, получается, Давид теперь — глава рода? — Не только он один. У них с братьями осталось полсилы на троих. Не представляю, как они её между собой делят. Дед отдал тебе половину родовой силы, когда ты второй раз заболел и убежал из дома на четыре дня. Мы все переполошились и молились, чтобы ты нашёлся. К несчастью, это подкосило его здоровье. — Что? — Валера переглянулся с Афоней. — Что сделал дед? — Ты же до сих пор не расстаешься с его джигитом? — хитро намекнула мама.       Валера потянулся за пазуху костюма и достал войлочную куколку, сделанную для него руками Вахтанга. Поняв слова мамы, Валера не смог удержаться от слёз. — Мам… Ты хочешь сказать, что дед отдал… он ничего мне не сказал! Просто передал игрушку и всё. Он же умер, когда я вылечился… Мам, он что, отдал за меня жизнь? Этот джигит, в нём что, сила деда? — Ты был его любимым внуком, Валико. Вторую часть силы получил Дато. Теперь он — Вий Цухрави. — Дед, блин, дед... Свод, я цельный, — прорыдал Валера, сжимая в ладони джигита. — Благодаря деду и Севе. Они спасли меня. Я живой и цельный ветрогон. Афонь… Афоня, ты слышал?       С одной стороны Валеру обняла Санчес, с другой попытался погладить по затылку Афанасий. — Гордый, сильный и великодушный человек, — оценил Берзарин поступок Вахтанга, промакивая глаза платком. — Достойнейший род. Какие люди тебя окружают, сокол. Одни их великие и щедрые сердца заслуживают твоей победы над Вием. Берзарины едва ли когда-нибудь смогут с ними рассчитаться. — Вы… Просто спрашиваете ведьм, с кем можно жениться, а с кем — нельзя? — уточнила Санчес. — И что, так рили катит? Ну… Женщины не умирают?       Натела взяла её за руку. — Я жива, как видишь. И его бабушка тоже. Мои братья летают, сама видела. Дед летал. Валико летает. — А вы? — Что я, сумасшедшая? — покривилась Натела. — Это не моё. Я люблю готовить и нянчить детей, — она подошла к сыну, обняла его, плачущего, за голову, и нежно сказала в ушко: — Дурак ты, Валико. А всё от твоей скрытности. Дед в тебя верил. Манана сказала как-то, и он передал это мне: из всех его потомков Дато станет самым сильным. А ты — самым быстрым и прославленным. Не горюй о дедушке. Он умер счастливым, зная, что ты носишь его силу и семя. А теперь рассказывай, что у тебя за проблемы?       И Валере пришлось всё рассказать матери. Кое-где Санчес перебивала Зорина, вставляя своё видение событий. Натела сидела, сцепив руки, и слушала их. Её проницательные глаза с каждой новостью мрачнели и становились печальнее. Валера выдал всё без утайки и притих. Мама взяла его за руку. — Вахтанг говорил: пока бьётся сердце, есть время найти решение. — ...а он был мудрым, — выдохнул Валера то, что было принято в семье Арцивадзе прибавлять к словам деда. — Он однажды сказал мне, что я полечу. Я думал, это просто красивое обещание ребёнку. Но дед всё знал. Мам, Саш, я одержу победу над Малютой. — Сначала одержи победу над тарелкой еды, — мама ткнула его носом в фасоль. Валера еле уберёг голову от контакта с пищей. — И ты тоже ешь. Завтра вам для тренировки силы пригодятся. И напиши Дато, Валера. Обязательно. Вы с дядьями нужны друг другу. — Окей, — пообещал тот.