Ветрогон

— А для вас с Саней тренировки не будет, — услышал Валера поутру в трубке категоричный отказ. — Я ж сказал: сидеть по домам до завтрашнего утра. Ещё не хватало, чтобы Вий прилетел ко мне и увидел вас, шелупонь.       Зорин скрипнул зубами. Из-за вчерашнего неожиданного противостояния с Вием он испортил день себе и Санчес. Та уже выразила ему негодование «Всети», правда, потом Зорину удалось уговорить Пашу Дрокина пронести Яхонтову в виде авторучки к ним на Мурата — поотвисать и замутить стрим с Игорьком по поводу предстоящей вылазки за посохами. Дроссель, поначалу так и эдак сопротивлявшийся идее похищения посохов, в итоге сдался. После того, как Санчес заявила, что «под диваном в доме Дрокиных скапливается два вида субстанции: пыль и Павел».       К тому времени, как гости явились, Настя с Валерой успели напечь безе и нашинковать «цезарь», чем очень обрадовали вечно голодную Санчес. Она притаранила земляничную наливку от Севы, и Настя тут же принялась облизываться в предвкушении чувственного экстаза. Но Валера отвёл её стопку в сторону. — Подожди, картошечка, домашний алкоголь не всегда бывает безобидным!       Настя нахмурилась, не понимая, с чего это ей нельзя выпить с друзьями, да ещё и наливки, сделанной с любовью из дикой земляники руками её деда. И Зорину пришлось бы выкручиваться, припоминая ей незавидную судьбу Кирилла Пересветова, но Санчес вдруг остро прищурилась и отобрала у Столетовой бутылку. — Да, он прав, сис. Тебе точно не стоит это пробовать. Аллергия. — Ой, блин! — Настя поверила в её фейковый панч. — Тогда не буду. Жаль, — она сглотнула слюнки. — У тебя в холодильнике корзина клубники, ешь, — напомнил ей Валера. — Я бы тоже не отказалась, — подмигнула Сашка. — А чего, интересно, — заявила Настя, — у меня нет аллергии на ягоды, а на выпивку есть?.. — Давайте уже о важном? — перевёл тему беседы Зорин и вызвонил Игоря по видеосвязи. Тот в компании красавиц-духов радостно помахал ребятам из-за барной стойки и забурился в каморку кофейни подальше от чужих глаз и ушей. Валера принялся объяснять суть мероприятия. — Итак, наша задача: выкрасть посохи до Нового года. Я их видел, да и все в курсе: на Дуроскоковском переулке в офисе Малюты находится стойка с двенадцатью пальцами от всех блоков Балясны. Охраны там, естественно, овердофига. Сигнализация, и тому подобное. Если честно, я никогда ничего не пытался украсть, — тут Зорин помялся, вспоминая детство, Дзергию и вожделенный садик тётушки Мананы. Потом добавил: — В том плане, чтобы не попасться с поличным. И рассчитываю на вас! Саш, тебе известно что-нибудь о кабинете твоего отца и цели нашей операции? — Стойка с пальцами не проста. Для разблокировки нужна капля крови Яхонтова. Ну, или любого другого представителя рода. Я прям даже не знаю, кто бы это мог быть, ребят! — Санчес усмехнулась. — А если кровь чужая будет? — резонно поинтересовался Игорёк.       Сашка провела большим пальцем себе по горлу, характерно крякнув. Дрокин потёр шею. — Значит, в кабинет войдёшь ты, юла, — рассудил Зорин. — Я уверен, что в офисе будет полно духов и охраны. — Духов могут взять на себя Агилла и Хорэйн, людей и камеры — скоморохи. — Не вопрос! — Чернов с охоткой поиграл кулачищами. Валера, видя его свирепость, улыбнулся. — Вопрос — не вопрос, а где ему взять силу? Лель не задонатит теперь ни за что, — напомнил Дрокин. — Заторчи у Обухова, — Санчес захрустела сухариками. — Для дичка. — Хорошая мысль, — одобрил Валера. — Сигнализацию на дверях можем обойти Хорей. Она прокопает ход на этаж в два счёта. И пока вы с Пашей будете отвлекать охрану, Саня стащит палки. — Применим трюк с массовкой, а, Паш? — предложил Игорь. — Ага, ты и двух клонов не удержишь пока, — фыркнул Дрокин. — Зато ты — семерых! — возразил Чернов. — Итого нас будет десять бойцов! — Очень прикольно огребать люлей в восьми лицах! — насупился Паша. — Дрокин, не кипяти, — отмахнулась от него привычно Санчес. — Жаль, клонов нельзя услать от погони! Это на случай, если духи начнут преследовать меня. А они начнут, рил ток. — У тебя для этих целей будет один не самый «одинокий герой большого грязного города», — сострил Валера. Настя прекратила жевать клубнику. — Да, Сань, ты действуешь ровно до выноса палок из здания. А дальше убегать от преследования буду я, и у меня будет точно такая же сумка с палками — в лесу наберём подходящих. — Шикардос, — кивнула Сашка. — Как раз хотела уточнить, как я буду сваливать от козлов. — Эй, — Паша толкнул Санчес в бок, — ты о себе в женском роде начала? — Завали, Дроссель. Я и есть мой род, что тут такого. Гёрл пауэр, беби, — та отпила наливку, подмигнув Насте. — Вам с Черновым помогут Хоря и Агилла, — кивнул Валера Паше. — Ну а я смоюсь, не сомневайтесь! Да, Игоряш, тебе придётся скачать несколько моих мутаборных рисунков с компа, сможешь? Чтобы проводить нас в Балку. Игорь развёл руками, мол, не проблема, бро. — А назад нас дэшнет прекрасная сеньорита Анастасия, да, Насть? — Зорин приобнял Столетову. — Стоп, стоп, я что не иду с вами? — уточнила ведьма. — Ну тебе в твоем положении только с духами махаться, — брякнула Санчес. — Не поняла? В каком таком положении? — насторожилась Настя. — В положении жертвы Вия и его сбежавшей невесты!       Зорин поспешил чмокнуть её в губки и кинул укоризненный взгляд на Сашку. Та провела по рту пальцами, застегивая несуществующую молнию. Настя просверлила Санчес острым взглядом, пытаясь понять, что от неё скрывают, а у Валеры вспотели ладони. Остаток вечера ребята играли в комп и рисовали комиксы. Бутыль наливки закончилась слишком быстро, и Валера впервые в жизни пожалел, что Сева не выдал две — за долгое время разлуки Стрый научился делать не алкоголь, а божественный нектар, выносящий разум. Скорее всего, без безоара тут не обошлось, впрочем, рецепт можно было выведать у него позже.       Под конец встречи Сашка выдернула Валеру и отвела его в уголок. — Она что, не в курсе? — вполголоса спросила ведьма. — Пока только я, — Валера покраснел, поняв, о чём речь. — Ну ты ей скажи. Как-то не айсово, что крошка не кнокает о собственном личинусе. Решать полюбас ей, сам виджуешь. — Ты, как всегда, права, юла, — Зорин взъерошил ей ёжик на башке. — Я горжусь тобой, Зорро, — улыбнулась Санчес и поспешно исправилась: — дэш возьми, не тем, о чём ты подумал! А... Вообще, тем, за что ты взялся. Кайфово быть в одном смерче с тобой. Бро.       Она протянула кулак и стукнула Валеру в плечо. Тот кивнул: — Взаимно, Саш.       Зорин обернулся и увидел, как Настя, скрестив руки на груди, покинула комнату. Сразу пришла мысль, что она ревнует. Хотя — к чему было ревновать, Сашка всего лишь стукнула в плечо. А потом мозг посетило соображение о том, что Столетова слышала просьбу Санчес. И стало боязно. Стопудов, Настя просекла о чём они беседовали! Валера в смятении проводил гостей и, оставшись с ведьмочкой один на один, робко спросил её: — К-коф-фе будешь? — А мне ведь по ходу нельзя и его, — начала наступление Столетова. — Аллергия, так? Симптомы только вот какие? Вздутие живота? — Насть, ну... Я хотел тебе сказать, не знал, как, и точно ли... — Зорин потёр нос, чувствуя, как щёки начинают рдеть от стыда. — И что мне теперь делать? Если этот ублюдок меня обрюхатил! И зачем было молчать, если ты догадался? — Столетова вдруг захныкала, и закапала слезами на пол. — Я не буду рожать Яхонтову ребёнка! Ни за что! — она прижала кулачки к лицу и разревелась в полную силу. — Картошечка, да ты не то подумала! — воскликнул Валера, сгребая её в объятья. — Глупышка, не плачь, я — отец, я! Не Малюта, я!       Настя, всхлипывая, подняла лицо, но её вид стал вовсе не обрадованным. Скорее, непонимающе-свирепым. Как если бы перед Тироновым на выступлении Валера вместо акселя в три оборота совершил одинарный тулуп. — Это наш ребёнок, твой и мой, — Валера ласково вытер слёзы с её щёк. — Милая. Я договорился с Афоней. Он станет нашим сыном.       Старый граф, явившийся из ниоткуда на выручку потомку, вдруг вжал голову в плечи и наполовину растворился в воздухе — видимо, инстинктивно захотел улизнуть. — Чё?! — грозно возопила Столетова. — Вы чё, сговорились уже? А меня спросить не забыли, графья сраные? — Ну, nasty! — возмутился Валера и выставил палец. — Так, только не проклинай нас. Ладно? Вдох, выдох, дыши, дыши, молодец, — он следил за тем, как побагровевшая ведьма пытается совладать с собой. — Всё хорошо. — Чё хорошего-то? — рявкнула Настя. — Ты когда успел, блин?! — Слушай, — важно сказал Зорин взял её за руки. — Ты ж знаешь. У колдунов необязательно, чтоб дети от секса брались. Мы с тобой летали вместе. Ну... Надуло, мож’т. — Ты чё, колдовал, чтоб я залетела?! — мини-Тиронов в розовых штанцах продолжил наступление на Берзарина. — Нет!!! — орнул в своё оправдание Зорин. — Оно само залетело, говорю же, ветром... — потом покосился на Афанасия, тот, неодобрительно кривясь, качал головой на потомка, мол, ну что ты врёшь? Валере стало жутко стыдно, и он решил признаться. — Насть. Ну... Мож’т, и не надуло. Мож’т, презик немножко прорвался. — Когда, блин, тогда? В кухне? — Ну, мож’т, и в кухне. Я точно не понял, но у меня возникли некоторые сомнения, когда я его выбрасывал. Но если и была дырочка, то прям чуть-чуть. Несущественная. Кто ж знал, что у тебя овуляция? — Зорин... — Настя упёрла руки в боки. — Ты чё, прикалываешься?! — Насть, — Валера устал с ней объясняться и, к тому же, понимал, что все его аргументы звучат абсолютно дебильно. — Ну ты сама подумай. Лучше уж от меня, чем от Малюты! А если ты от меня залетела, то теперь Вий точно ничего тебе не сделает!       Дверь дома номер тринадцать по улице Мурата громыхнула так, что чуть не слетела с петель. Разгневанная миниатюрная девушка с большой сумкой вырвалась из парадной, словно шквалистый ветер, и почесала в сторону проспекта. За ней припустили высокий виноватый парень, на ходу просовывающий руки в рукава куртки, и седовласый мужчина с платком у лба. — Настя! — Настасьюшка Петровна! — Столетова, подожди! Ну... Ты куда? В ночь, с моим ребёнком... — Валера растопырил руки. — На поезд! — Зачем? — Зорин догнал её, тряхнул волосами. — Я вообще-то, псина сутулая, от тебя ушла, если ты не понял! — сообщила ему Настя, кутаясь в куртку. — Я с тобой, — он преградил ей путь, отобрал сумку. — Я с тобой.       Она оглядела его. Опять светил чёртов тёплый уличный фонарь! Как тогда, в сентябре в Цветково. Только теперь с неба летели не жёлтые листья, а снежные хлопья. И путались в Валериных тронутых ранней сединой кудрях. Он пылал от волнения и сжимал ручку её сумки. Будто держал за душу. — Не уходи, Насть. Я люблю тебя. Вас. И вообще... Будь моей женой.       За спиной Валеры закивал Афанасий. Столетова, видя этот цирк, надула щёки. — Вы, Берзарины, совсем уже офигели? Обрюхатили меня и теперь замуж зовёте? — Нет, Настасья Петровна, — возразил Афоня, — с меня взятки гладки! Я, как приличный человек, даже не подсматривал! Но... Ты бы согласилась за моего сокола замуж пойти? А я бы у вас родился, любо-дорого вышло бы всем! — Я что-то не поняла, там что — даже не девочка? — уточнила Настя. — Аграфена мне во сне сына выдала, — брякнул Валера. — Велела тебе передать. — Ты ещё и с бабкой моей договорился? Зашибись у тебя тут коалиция! — оценила Столетова. — Я в неё вошла последней, да? — Так, да? — хором вопросили графья.       Настя подошла и натянула Валере капюшон на голову. — Простудишься ещё, папаша. Где моя девочка? Где наследница земли грибовской? Скажите мне оба! Графья дружно пожали плечами. — Ну, мож’т, потом сделаю. Ещё, — пообещал Валера, разогревая «айкос». — Вот спасибо, — Настя хмуро сунула руки в карманы и побрела по улице.       Зорин подтянул на плечо ведьмину сумку и пошёл рядом, радуясь, что Столетова семенит в другую сторону от вокзала. Видимо, ей захотелось проветриться после охренительных новостей. Они шли молча, Зорин курил и гадал, отчего ведьма не ответила на его предложение руки и сердца. Насте, наверное, нужно было время для таких решений. Но судьбу ребёнка стоило решить сейчас. — Насть, — робко начал Валера, подбирая слова, — ты... Ну, что ты думаешь насчёт Афони? Мог бы он стать нашим сыном? Или ты не хочешь... — Слушай, Зорин, я пустила себе в дом коня! Выжила Баянова! Я приняла Нико. И... Если бы это был ребёнок Малюты, я, не раздумывая, пошла бы на аборт. Но на твоего у меня рука, конечно, не поднимется. — Она согласна, — просиял Афанасий. — Настасьюшка Петровна, спасибо, от души, золотое твоё сердце! — Только давай без токсикоза, ладно? — вспомнила всё, что знала о беременности Столетова. — И отёки поменьше. И давай, ты меня не грохнешь родами, а? — Ни за что на свете, — Берзарин приложил руку к сердцу. — Да и ваш с Валерушкой союз угоден Небу, стало быть, я Хорзом выйду. Как Пётр Всеволодович. Заживём припеваючи!       Настя и Валера переглянулись, но промолчали, Афоня отвёл взгляд. Все трое помнили, что есть и другой колдун, способный родиться от связи с ведьмой, но об этом думать не хотелось. Они неспешно добрели до набережной и перешли по мосту к крепости. Тут, как водится, дули ветра и кружили снежные хлопья. В мягком свете фонарей они казались мириадами сияющих звёзд, мчащих к земле из глубин космоса. Сама же крепость, подсвеченная со всех сторон, напоминала готовый к старту звездолёт. Настя дёрнула Валеру за руку и указала на шпиль величественного здания. Зорин присмотрелся и ахнул от неожиданности. Линзы показывали чётко — на шпиле рядом с ангелом-флюгером сидел человек. Валера хотел было утянуть Настю прочь, боясь, что их выследил Малюта, но потом смекнул: колдун-верхосид намного мельче Яхонтова, а его шарф развевается в потоках Стрибога сине-белыми цветами невгородской футбольной команды. — Это ж, блин, дед! — шепнула Настя Валере. — Слетаем? — предложил он в ответ. — Надо же понять, что он там мутит!       Зорин неслышно обернулся потоком, подхватил невесту и взмыл к шпилю. Да, на нём сидел Тиронов и занимался тем, что для неизвращенного мужчины обычно требует уединения, а для мужчины его возраста вообще слабо предполагается. Притом, Стрый упоённо приговаривал: — Сею, сею ветрами семя, кличу, кличу себе смену, возьмите, ветры моё семя, верните, ветры, дитя от рода. Стрибогом заклинаю, тироном-камнем скрепляю, ветрам посвящаю.       Затем Стрый разжал ладонь и бросил ветрам горсть зерна. Валера недоумённо хмыкнул. — Ох, вот же Стрый даёт! Чары творит, а! — воскликнул Афанасий. — Чары? — испугалась Настя. — Это те самые, против Вия на след? — Настасьюшка, чары-то на ветер, да, можно сказать, и «на след». Наследника Севушка просит у рода. Семя своё с семенем земным смешал и ветру отдал. Тут на худой конец и кровь сгодится. Ай-да Стрый! Что смеёшься, Валерий Николаевич? — лукаво прищурился Афанасий. — И я по Гришке так же колдовал, а не с собакой любился. — Фу, блин, — осудил Зорин. — Тоже мерзковато смотрится. — А что делать, если хочется родного сына иметь? — повел плечами Берзарин. — Это вот он почему спрашивал, не планируют ли мои предки второго ребёнка, да? — догадалась Столетова. — Ёшкин кот! — Вдруг Сева заметил пришельцев и чуть не сверзился со шпиля. — Вы что здесь делаете, мелюзга?! — Блин, дед, тебя палим! — фыркнула Настя. — Я ж вам велел дома сидеть! — неистовствовал Сева. — Всеволод Глебович, да мы погулять вышли... — попытался отбрехаться Зорин. — Ничего знать не хочу!!! Кыш! Кыш отсюда, щенки, — Тиронов замахал на них вихрями, и Насте с Валерой ничего не оставалось, кроме, как ретироваться. Они забежали в круглосуточную аптеку и купили тест, причём, Зорин там начал паясничать и просить продать тест на беременность женским голосом. Продавщица, протягивая коробочку, с сочувствием посмотрела на Настю.       Утром Столетова увидела на ленте ожидаемые параллельные полосы и поспешила обрадовать Берзариных. Однако те, оба бледные, как призраки, и пришибленные, листали новости в интернете. Настя нависла над экраном компа и сама пришла в ужас. «Сегодня в Балясне скоропостижно скончались четверо деятелей искусства: заслуженный артист Феофан Асмодеев, шоумен и продюсер Бронислав Фатов, писатель Валентин Ионов, заслуженный артист цирковой сцены Харитон Велесов. Полиция предполагает покушение, версия об отравлении рассматривается». Столетова увидела, как Валерина рука сама собой потянулась к мобильнику, мережку прошила догадка: он собрался звонить Лелю с соболезнованиями и предложением помощи. Настя положила ладонь на пальцы Зорина. Тот ошалело глянул на неё. — Нет, — Настя помотала головой. — Не стоит его сейчас трогать. Теперь он глава Велесовых и ближе к Вию, чем ты думаешь. Зорин опустил глаза и нахмурился. — Нам нужно выкрасть посохи. — Настя постаралась звучать твёрдо. Оба Берзариных кивнули в ответ.