Убийственно-прекрасны

14.10.2014. 18:30 Брай сдавленно вдохнул. "Это же я, Брайни... я..." Несколько секунд стало тихо, очень тихо. Клон сверлил Брая глазами, слегка наклонив голову. И вдруг она вскрикнула: — Мак.Луренс!!! Стейси от неожиданности стукнулась плечём об полку. – Брай, это ты?! – крикнула Мэир. – И... И Одри!!! Но... но я не понимаю как?! Брайан ... Одри! Послушайте, но я... Она не договорила и снова повернулась к Браю. Тот безутешно рыдал от счастья. Опять. По его щекам текли давно забытые слёзы и Брайан, самый знаменитый музыкант на планете, утирал их рукавом, как маленький ребёнок. – Б-б-боже, - послышалось сквозь рыдания. –Это точно Альма. Тридцать четыре года прошло. Но это Альма. Это... – И дальше не получалось разобрать. "Прекрати"–пытался он внушить сам себе. Ты ведешь себя как псих. Прекрати сейчас же! Из кармана он вытащил платок и шумно высморкался. Потом взглянул на остальных. – Про-простите, я лишь... я лишь в шоке. Альма захихикала, и сделала шаг навстречу. – Ну, может, обнимемся, или что-то в этом роде? – спросила она. – Альмиии, – пробормотал Брай, когда его руки легли на настоящие, тёплые, и так знакомые плечи Мэир. "Она даже пахнет как сорок лет назад"—мелькнула самая отчаянная мысль. – Брайни, – щекотнуло ухо ласкательно. Так, как не смел говорить никто. Лишь Альма. Потом она расцепила объятья (ах, как жалко!) и дотронулась до плеча Одри. – Привет, систер. Ты-то как? – Живу, – коротко ответила Фэйхом, но Мэир не обняла её. – Чудеса... – Ага. - Альма кивнула.– Кто-нибудь скажет мне, что здесь случилось? – Пойдем в гостиную, выпейте чаю, все расскажем, – сказала Стейси. Лишь Симмон не сказал ни слова, так он был потрясен. Но когда мимо него прошли Альма и Брай, в обнимку с Одри, а за ними бабушка, он подпрыгнул в воздухе и взвизгнул. Потом со всех ног побежал за ними. – Я начну, - сказала Альма и уселась на белый кожаный диван. - Последнее что я помню, это вот что: иду по сцене в Сан-Франциско с микрофоном и напеваю последний припев Let’s imagine. Весна. Апрель. Тепло. Потом крик: "Мисс Мэир!" Оборачиваюсь. Четыре выстрела. Или пять, не знаю. Падаю. Боль в спине. Феликс кричит из толпы фанатов. Я говорю, что в меня стреляли. Вызывают скорую. Брай там со мной. А потом... потом темнота. Мне кажется, что прошло совсем немного времени — а потом я оказываюсь в этой штуке... и я голая. Целый ситком можно снять про такое. Спасибо. – Она взял из рук Стейси чашку и отпила чая с лимоном. – Ну, ребята, ваш черёд. Брай положил руку на спину внука. – Альма, это Симмон. Мой гениальный шестнадцатилетний внук. Ему очень нравилось клонировать разных животных: вот от кошек и мышек он перешел к людям. Из твоих волос прочитал ДНК и смог тебя снова оживить. Я только надеюсь, – он обвёл взглядом всех, – что никто не проболтается. Ну, и ты здесь, – добавил он. – С днем рожденья. Сегодня 14 октября. Две тысячи четырнадцатый. Брай тихонько чертыхнулся. Так странно было говорить что-то подобное мертвому человеку! Он никогда не считал себя хорошим оратором, но сейчас звучала его объяснительная речь по-идиотски. Он просто скомкал её, как лист бумаги. – Ладно, мне всё так же сорок, все мои друзья постарели, ладно, – сказала Альма. – Но у меня есть ещё пара вопросов. Я так поняла, это твой внук, а прекрасная леди — твоя жена, Стейси? Отлично. Я вижу тебя и Одри. А где Лео? Брай не ожидал такого простого вопроса и смутился. - Ах, Леооо... – Нет больше его на свете, – резко сказала Одри. – Он умер в две тысячи третьем. В глазах Альмы мелькнул страх. – А... Феликс? Почему его здесь нет? Брай виновато промолчал. – Ну ты и зараза, – прошипела Мэир. – Я всё поняла. Хотел втихаря меня от него удержать подальше? – Я же по-хорошему! – развел Брайан руками. – Я не хотел создавать ложную надежду. А вдруг бы ничего не получилось, а? Мы ему позвоним, Альма, обязательно, не сомневайся! Это же... Это же самый лучший день моей жизни!!! - И он прижал к себе внука. Симмон выкрутился из его объятий. – Вы только представьте себе! Какая сенсация!!! За мной будут бегать журналисты стаей! Для всех фанатов я буду просто Бог! Я получу Нобелевскую премию... или даже две!! Про меня будут писать в учебниках! Альма Мэир жива — псих преступник повесится от зависти! И Британцы получат втык от начальства! Это же просто СУПЕР!!! – Эй, эй, эй, притормози, – остановила его бабушка. Брай подумал, что она наверняка единственная, кто не собирался праздновать это обстоятельство. Она всего лишь женщина, она думает в первую очередь о внуке. Ей некогда носиться в круговороте этого бешенства, ломающего моральные границы жизни и смерти. И если кто-то провалит это дело, её счастье будет безнадежно и навсегда испорчено! Это ни в коем случае не должно попасть к газетчикам! – Никакой сенсации! – крикнул он. – Вы что, с ума сошли? Они же убьют Альму! Они разрушат наши семьи! Никогда, запомните, никогда никому нельзя про что-то такое говорить! Это же так просто! Люди не ждут что Альма Мэир воскреснет. Давайте тогда будем осторожны и запрячем это дело! Пусть она живет, пусть наслаждается жизнью — со мной или с Феликсом, какая разница. И он будет в безопасности, лишь нельзя болтать! – Да как скрыть такое дело? – спросила Стейси. – У неё нет документов. Она не привыкла к новому веку. Хватит лишь, чтобы она прогулялась с Феликсом по Централ-Парку и... – Но Стейси, – перебил её Брай. – Для людей Альма Мэир мертва навсегда. Может быть, ещё кто-то верит в то, что где-то живёт, но не Альма. А если её кто-то узнает? В мире бывают похожие люди! И кстати, у Альмы самое обыкновенное, заурядное лицо. И ты всегда желала такую жизнь! – обернулся он к Альме. – Назад в анонимность, когда тебя никто не знает и никто к тебе не пристает с просьбой взять автограф! – Это чистой воды правда, – сказала Мэир. – А что ты об этом думаешь? – спросила у неё Стейси. Альма долго молчала, а потом отпила чая. – Я не знаю. Наверное, будет лучше, когда про мою... хм... новую жизнь будет знать как можно меньше людей. Феликс, и все мы, да? – Интересно, – сменила Альма тему. – Как смотрят новости на вот таком телике? – И показала на шестидесятидюймовую плазму. – Насчет новостей не знаю, я сам их не смотрю, – осклабился Брай, – но могу научить играть в компьютерные игры. – Покажи! Через несколько минут гостинную наполнили азартные крики. Альма на редкость быстро научилась управлять пультом и весело взвизгивала, когда у неё получалось обыграть Брая. Через час гонок они свалились оба на диван и смеялись друг с друга. Потом Альма сыграла несколько партий с Симмоном и Одри (Стейси на них лишь махнула рукой) и наконец все уставшие валялись где попало, с болящими губами от смеха. Вдруг у Одри начал вибрировать телефон и раздалась развязная мелодия. – Прошу прощения, – сказала она, достала мобильник из кармана и приняла звонок. – Привет, Клара. Да, конечно, дорогая... Альма смотрела на это чудо техники как заворожённая. – Что это? – смело пихнула Брая. – Айфон. Ну, телефон. Звонить. – Но ведь у этой коробочки нет провода. – А сейчас уже всё беспроводное... Одри закончила и повернулась к друзьям. – Мне очень жаль, но мне пора вернуться в Лондон. Это всё-таки нежданный, но прекрасный сюрприз. – Она ещё раз крепко обняла Альму. – С днём рождения. Я рада, что мы смогли подарить тебе новый мир. Приезжай как-нибудь ко мне, оторвёмся по полной. – Да, спасибо. – Альма вся светилась. –Приеду. – Я все ещё не могу в это поверить, –улыбалась Одри. – Боже, это же так круто. Пока друзья обувались, Мэир подпевала себе под нос "Дивергента". Брай послушал её и сердечно расхохотался, а к нему присоединилась Стейси. Вдруг Брай осознал что хочет побыть подольше с ней и сказал Стейси: – Не беспокойся Стейси. Я отвезу её к себе, на Манхэттен – ответил Брай, - накормлю, уложу спать и всякое такое. Не переживай, Альми. Это был чудесный день, правда? – Ага, – кивнула Альма. – Ну, прощайте друзья, Стейси. Одри, Симмон, пока талантливый ученный надеюсь мы ещё с тобой обязательно встретимся . – До свидания, миссис Мэир. Я буду ждать нашей встречи прощайте.– сказал Хнатич. Пока они с Браем шли к машине, Мак.Луренс достал свой телефон и выбрал имя среди контактов. – Феликс? Это я, Брай Мак.Луренс. Слушай, ты можешь приехать ко мне домой? У меня для тебя сюрприз! И не уламывай, ничего не скажу! Приезжай быстрее, сюда!