Итальянец и Медведь

Буквально за несколько дней их тихий уютный домик превратился в место для сборов итальянской мафии. Пускай прибывших в совокупности было девять человек, лично Тарвера их наличие по началу раздражало. Витторио выписали из больницы и по тихонько началось паломничество. Сначала пришли его «солдаты» в количестве семи штук. Наменик их не знал и никогда не видел, но судя по теплому общению между ними и Витто — они были как семья. Внутри Тара на какие-то мгновения поселился червячок ревности, но он довольно быстро ушел в свою норку. Итальянец даже с ними вел себя более чем сдержанно и скрытно. Чуть более живым он стал при появлении Ануара с Флориэной. Дочку дона и Витторио связывали довольно дружеские чувства, поэтому с ней он бы иным. С братом он не прекращал цапаться, иногда это начиналось с ровного места, но было видно, что оба от этого получают какое-то странное удовольствие. Тарвер сильно удивился, когда узнал, что они в свое время работали вдвоем и считались лучшей командой. — Ты не представляешь насколько весело было наблюдать за их работой. Мы тоже все там с ними были, — солдаты переглянулись. Они решили провести дружеский вечер знакомств, поэтому закупились спиртным и засели у них в зале. Кто-то сидел на полу у камина, кто-то развалился вальяжно на диване, кто-то на кресле. Из всех выделялся разве что Витторио — он сидел чуть в отдалении за столом, не прекращая крутить в своей руке конверт, что ему передали. Последняя инструкция от дона. Тарвер сидел рядом с ним, иногда бросая на возлюбленного встревоженные взгляды, а тот продолжал сохранять маску лживого спокойствия. Наемник хотел предложить их всех разогнать, но Витто отрицательно помотал головой, сказав короткое «знакомься». Вот и приходилось именно этим и заниматься. — Мы ведь все с самого начала работали. Белоснежка и семь гномов — нас так в шутку называли, — Тарвер бросил вопросительный взгляд в сторону Витторио. Тот снова сдержанно улыбнулся. — Да, моим позывным было Белоснежка. Хотя почему было, до сих пор осталось, — он усмехнулся, в очередной раз покрутив конверт в руке. Тар начинал ловить себя на мысли, что готов вырвать его из рук итальянца и уже сам прочитать, что ж там такое написано. Приходилось терпеть. — А мы его гномы, — самый болтливый весело усмехнулся, сделав глоток темного пива, — и у каждого позывные со смыслом. Коул — Вампир, так как любит работать по ночам. Джино — Маг, так как обожает все взрывать на месте, Анджело — Профессор, так как все за нас просчитывал довольно часто. Дамьян стал Пиратом из-за сильно пристрастия к рому, Айден — Жертва, так как мы всегда его на передовую выпинываем ну и Вард Лис, потому что… ну ты видел эту наглую рожу? — Вард на это замечание лишь усмехнулся, и подпнул болтающего. — А он у нас Кэп, так как говорит слишком очевидные вещи, — Нэйтан схватил пиняющего его за ногу. Все они были чем-то неуловимо похожи, но вот Нэйтан и Коул вовсе были близнецами. Дискомфорт это вызывало пока только у Тарвера, он еще не умел их отличать. — А тебя как прозвали? — спросил он у Ануара, который как раз вальяжно развалился на диване. Рядом с ним на ручке дивана сидела дочка дона. — А он у нас Гад, — ответил за него Нэйтан, хитро сверкнув глазами, — приперся к нам в команду и стал восьмым. Они как раз потом и стали больше с Витторио работать. — У меня тоже есть позывной, Цветочек, — Флориэна немного скромно улыбнулся и Тарвер с огромным трудом представил ее отнимающего кому-то жизнь. Тут его руки мягко коснулся Витто, привлекая внимания и почти шёпотом произнес: — Не ведись на ее внешность, она прирожденный снайпер, — после этого снова выпрямился и продолжил спокойно созерцать всех вокруг. Он напоминал любящую мать, которая пришла на посиделки сына и следила, чтоб они с друзьями ничего не натворили. Итальянец единственный из них всех, кто вообще ничего не пил, хотя бокал с вином все еще стоял рядом с ним. — Не думал, что мы снова соберемся под командованием Белоснежки, — Витторио в ответ лишь снова слегка улыбнулся. — Я не знал, что вы на это согласитесь, думал, тоже ушли на покой, — все они тихо рассмеялись, смотря на итальянца. Ануар лишь сдержанно улыбнулся, посмотрел на брата как на умалишённого. — Как они могли бросить своего капо? — Тарвер снова посмотрел на Витторио, пытаясь понять, что же тот сейчас ощущает. Он знал, что тот отошел отчасти от мафиозных дел и какое-то время не ходил на задания подобного типа. Даже сейчас он будет выступать не как оперативник, а как сопровождающий дочь дона. Как консильери. И отчасти его это тяготило. Какое-то время они просто сидели и болтали ни о чем. Витторио принимал участие в некоторых разговорах, но большую часть времени молчал и слушал. Когда пришло время расходится, Тарвер отправился провожать гостей. За руку его мягко взяла Флориэна, тихо попросив: — Пригляди за ним. Он выглядит подавленным, — Тар послушно кинув, закрывая дверь за дочкой дона. Когда он вернулся на кухню, Витторио уже открыл конверт и судя по всему даже прочитал содержание. Он все также сидел на стуле, поза казалась расслабленной, а глаза смотрели куда-то сквозь Тарвера. *** Витторио прикрыл глаза. Письмо мирно лежало на столе, а слова, написанные там звучали как приговор. И он его исполнит, как послушный солдат. Так его учили. Он желал мирной жизни. Кажется, ему начало это нравится. За всю свою жизнь, он привык к тому, что надо быть все время к чему-то готовым. К предательству. К заданию. К смерти. Никто не знает, что будет завтра, так как его может и не быть вовсе. Появление Он желал быть с кем-то. Но боялся того, что этот кто-то может принести боль, поэтому он избегал отношения всеми силами, что ему были способны. С Тарвером все пошло под откос. Не вышло. Влюбился. Признался. И сказанного не воротишь. Он смотрел на застывшего наемника и не знал, что сказать. Какая-то часть его души кричала о том, что он должен рассказать обо всем Тару. Подготовить. Сделать хоть что-то, но не молчать и приносить ему потом неудобства. Неудобства? Сам бы он посчитал это предательством. Бойтесь своих желаний. Они имеют свойство исполняться. *** Витторио медленно встал со стула, оставляя конверт на столе. Тарвер смотрел на него немного заторможено, ожидая, когда итальянец к нему подойдет. Он мягко взял его за руку, притягивая к себе и зарываясь носом тому в волосы. Уютно и спокойно. Иногда казалось достаточно вот просто так обнять эту тушку, прижать к себе как можно крепче и просто быть. Не отпускать. А то он упорхнёт куда-то, откуда наемник его уже не достанет. Неуловимый как ветер. — Письмо не пришлось тебе по душе? — итальянец молча кивнул, чуть отстраняясь и подталкивая Тарвера к дивану. Тот послушно упал на него, после чего Витто забрался тому на колени, слегка нависая. Он не отводил взгляда от наемника, забравшись пальцами тому в волосы и не позволяя отвернуться. Огонь в камине продолжал мирно потрескивать, и атмосфера в комнате казалась не то романтической, не то пугающей. — Я хочу, чтобы ты сегодня был главным, — холодные руки итальянца перебрались ниже. Он провел ими по шее, затер принялся расстёгивать рубашку. Тарвер поймал его руку, притянув к своим губам и нежно прикусывая кожу. — Ты действительно этого хочешь? — они смотрели друг другу в глаза. Тар пытался понять, что происходит в этой темной голове. — Если я заведусь, то не остановлюсь на половине пути, — итальянец тихо рассмеялся, целуя наемника в губы. — Я же сказал, что хочу этого, — Тарвер прижал этого невыносимого типа к себе, целуя куда-то в области шеи. Витторио бросил короткий взгляд в сторону камина, а потом на письмо на столе. Стоило избавиться от него. Не хотелось подставлять этого невыносимо теплого типа. От закрыл глаза позволяя провалиться полностью отдаться ощущениям тепла, исходящим от наемника. Бояться желаний? Куда сильнее пугают последствия их исполнений.