- А может не надо? - Надо, Федя, надо!

Спрашивается, чего я за ним бегу? Вообще-то, это я должна была обижаться и бегать по этим подворотням от психа-маньяка, а вместо этого бегу непонятно куда, непонятно зачем. Чувствую себя маньячкой с бензопилой в одной руке и с кетчупом в другой. Вот чем мне дался этот парень? Мордашкой? Да нет, страшненький. Хотя… если чуть подстричь, переодеть и побрить… Собственные мысли меня пугали. Пробежав пару дворов, пару раз наткнувшись на дворовой сброд, я плюнула на бессмысленное занятие. Так бегать можно было вечно. Оказывается, Федька тоже поднаторел в бегах. Видимо, не в первый раз его шугают. Я посчитала мелочь в кулаке. Выходило примерно тридцать рублей. Что ж, на маршрутку хватит. Не успела я об этом подумать, как меня окружила шайка обезьян. Нет, не в прямом смысле. Просто выглядели они довольно… грязно. Сразу вспомнились слова папы: «Наступаешь на ногу и бьёшь в челюсть». Ага, пригодится. Как же жалко, что телефон разряжен. А этот старый, похоже, вообще без аккумулятора. Прекрасно. Ну, Маш, поздравляю, ты попала. - Эй, красотка, - сказал один из них. Главарь, наверное. – Чё гуляешь в столь позднее время одна? - Братана выгуливаю, - сделала я ответный шаг. Если повезёт, то меня не тронут. Главное подобрать правильные слова. – Не видели случайно? - А как выглядит? – хмыкнул другой. На наркомана похож. Наверное, таковым и являлся. - С тебя ростком, худой, как скелетон, глаза на выкате и нос торчком, - сплюнула я себе под ноги. Для наглядного эффекта. Как хорошо, что научилась это делать правильно, а то поначалу себе на кеды плевала. - Этот, что ли? – мотнули головой куда-то в сторону. Где «этот» я так и не увидела. Стоит поинтересоваться, а то вдруг на утро в новостях объявят о найденном расчленённом теле. С них станется. - Возможно, - прищурилась я. – А всех посмотреть можно? Ну, мне и выстроили. Хулиганы почувствовали родную душу и в шеренгу поставили абсолютно всех ботанов, что они поймали за день. Потрёпанные, избитые… и худые… Лысый (он на самом деле лысый, а не только у него такая кличка) рассказывал и давал характеристику каждому. Я придирчиво осматривала народ, мысленно убеждаясь, что домой я сегодня таки не попаду. Точнее, не дойду, если Фёдора опять ловить придётся. - Это, - сурово ткнула я пальцем в парня, чуть не выткнув ему при этом глаз. Блин, я что, сказала «это»? Вот блин. Хотела же сказать «этот». Да, оговорочка по Фрейду. – Мой брат, - выкрутилась я. Федьку мне отдали и даже ничего не попросили взамен. Федя, правда, пару раз порывался сбежать, но я его сильно держала… за ногу. - Насилуют, - уже охрипшим голосом завывал ботан, но я тащила его дальше, ближе к дому. - Что ты всё разнылся: «насилуют, насилуют!», - передразнила я его. – Ты радоваться должен. В ответ мне были неразборчивые всхлипывания. Сразу стало стыдно, но я задушила это чувство. - Ты где живёшь? - Т-тебе зачем? – запинаясь, спросил парень. - Ну как, - пожала я плечами, решив, что хватит ему по полу грязному валяться. Подняла, отряхнула. Пару раз, правда, чуть не опрокинула его обратно (кто ж знал, что он такой слабый!). Потом вцепилась в его локоть, словно клещ, и потащила к центру. Уж от центра всегда проще добраться. – Может, я тебя до дома хочу проводить? Не поверил. Жаль. - Мне вот лично очень хочется домой. На, - протянула я ему его вещи. – Не знаю как тебе, а я ещё очень хочу жрать, так как в школе только обедала. А время ночь. Ты улавливаешь ход моих мыслей? - Ты хочешь меня съесть? – тихо проблеял Федька, делая большие жалобные глаза. Я поперхнулась воздухом. - Не, ты без майонеза и кетчупа не катишь, - пошутила я. Кажется, он поверил. Бедняга...