- А может не надо? - Надо, Федя, надо!

Кажется, мне застегнули джинсы. И подняли на руки. Ох ты, такое приятное ощущение. Но, видимо, я весила слишком много, так как дотащили меня только до ближайшей лавочки. - Федя, - приподнялась я на локтях. - Тихо, - шепнул он мне и опять заставил опустить голову на его колени. Меня душила истерика. - Федя, - пропыхтела я. – Меня чуть не изнасиловала… девчонка! - То есть если бы это был я, то ты бы не так расстраивалась? Что за тупые вопросы? Конечно же, не… что? - Я не ослышалась? – открыла я глаза. Федя смотрел внимательно, ждал реакции. - Нет. - Федь, - сказала я, смотря в голубые глаза. – Ты того… больной, понимаешь? Всего три недели прошло, а ты уже… об этом размышляешь… изнасиловании. Помнишь нашу первую встречу? – Он кивнул. – Я тогда сказала, что ты должен радоваться. Так вот. Забудь. - Нет, - покачал он головой. – Это я не забуду. Уж извини. Блин. Научила на свою голову. - Федь, ты меня прости, - сказала я, закрывая глаза, чтобы хоть как-то спрятаться от голубых глаз. – Помнишь, ты сказал, что твой брат пошутил, что ты мне нравишься? Так вот… это реально было шутка, только не его, а моя. - Я знаю. - То есть как? – поднялась я и ударилась лбом о его лоб. Столкновение было стремительным, из глаз посыпались звёзды. – То есть как ты знал? - А кому бы я понравился, Маш? – спросил он. Впрочем, этот вопрос не требовал ответа. - Мне бы понравился. – Чёрт, как неудобно-то себя чувствую. Так и хочется сквозь землю провалиться. – Ты и не подозревал о моих мыслях, когда я была рядом с тобой. До твоей стрижки, смены образа. Я серьёзно. - Я тоже. Наступила тишина. Не люблю такие моменты. У меня и так слёзы наворачиваются на глаза, а тут ещё и он. - Я совсем забыла о споре, клянусь. Я даже сначала и не поняла, про что говорит Рома. Ты бы знал, как я разозлилась, узнав, что у тебя появились поклонницы. Знаешь, твоя мама правильно сказала – мы с тобой слишком разные. Ты – чистый, добрый, эмоциональный, правильный, милый. Я же грубая, кровожадная, скупая, ленивая, ревнивая, эгоистка и стерва. Ты даже не представляешь, как мне сейчас стыдно!.. Я не почувствовала, как оплелись руки вокруг моей талии. Но вот горячи губы на тыльной стороне ладони я почувствовала очень чётко. Я же закрывала лицо руками… - Ты думаешь, что я такой хороший? Ты вспомни меня всего пару недель назад. Да и без этого у меня много отрицательных черт. Я необщительный, скучный. У меня куча предрассудков. Я лжец и эгоист. - Ты не лжец… - Нет, лжец. Я умолчал о том вечере. Помнишь притон? Так вот… не было никаких наркоманов. И пельменей никаких не было. Я за тобой пошёл, потому что мне стало интересно. Ты сидела у меня во дворе перед моим подъездом два часа. Ждала меня. А я не вышел. Попросту испугался. Я видел, как ты выпила. Потом я догнал тебя, хотел отвести домой, но к нам пристали хулиганы. Пришлось убегать. Думаешь, что только ты можешь нести меня на своём плече? Нет, конечно. Я успел вытянуть тебя из переделки. Но ты потянула меня куда-то в сторону. Там действительно ошивались наркоманы, которых ты как бы узнала. Они тебя тоже узнали. Вы решили вместе отдохнуть, а я не мог тебя одну оставить. Вы курили опиум. Потом танцевали. Потом… - Давай, - вздохнула. – Я уже ко всему готова. - Ты учила меня целоваться. Да? Ничего не помню. - Так… забавно, - хмыкнул он. Я дала ему локтем в бок. И забавность сразу же улетучилась. – Притянула меня за уши, стала учить движениям. А я в обморок упал, представляешь? Но ты меня там так и научила. То-то я думаю, что он классно целуется. - Больше там ничего не было? – поинтересовалась. – Я там случайно крокозябру с грудью не ловила? – вспомнила я позор полгода назад. - Нет, - помотал головой парень. – Только какую-то летающую кошку. - А это разве не канарейка была? – посмотрела я на парня. Он покрутил головой. - Нет, канарейки не пережили того вечера. - Как? – испугалась я. Значит, канарейки таки были. - Вот так. Одну засунули в микроволновую печь и поставили на «СВЧ Гриль», вторую напоили водкой… Бедная птичка так наклюкалась, что не смогла даже ровно сидеть. А третья пропала где-то в ванной. То есть не было никаких пельменей? Там только канареек насиловали, и всё?.. - У тебя, наверное, был шок? – вспомнила я утро после вечеринки. - Нет, ступор, - сказал он. – Ты стриптиз танцевала. - Что? – подпрыгнула я и опять ударилась лбом. – Я танцевала стриптиз?! Парень схватился сначала за живот, потом за лоб, потом заржал. Вот ведь… зараза… По лицу расползлась глупая улыбка. - Вот ведь… ботаник! - Это я-то ботаник? – засмеялся Федя. – Ты меня видела? Я никак на ботаника не похож!.. Истину глаголишь. Вообще не похож. - Иди сюда, - раскрыл он мне объятия. А я и прыгнула. Не рассчитала, правда, - лавочка перевернулась вместе с нами.