Save me

Слэш
NC-17
Закончен
6
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 14 страниц, 2 части
Описание:
Чанель Бэкхена ненавидит, это видно по глазам. Бэкхен Чанеля любит, но глаза Бэкхена слишком как у мертвеца, поэтому там пусто.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
Награды от читателей:
6 Нравится 1 Отзывы 2 В сборник Скачать

Часть 2

Настройки текста

Советую включить   lezhin-Killing Me Hardly ((18:20) и промотать на 5:00 (обязательно!))

-Пак Чанель, ты мудак! Клянусь, что если с Бэкхеном что-то случится, я вырву твое гнилое лживое сердце и запихну его тебе же в глотку, а потом с удовольствием посмотрю, как ты, скотина, подыхаешь! -Сехун, какого черта? Мы с Бэкхеном обо всем поговорили. Он все знает, так что не еби мне мозг! -Какая же ты мразота! Я буду до конца жизни молиться, чтобы ты пережил то же, что пережил Бэк!  -О Сехун, забирай своего драгоценного Бэкхена, и катитесь из моей жизни! Мне плевать! -Ты пожалеешь, Чанель. Уж поверь, придет день, когда от ненависти к самому себе, ты захочешь сдохнуть, но знаешь, ты не сможешь, потому что ты патологический трус, а помогать тебе никто не станет. Ты проведешь остаток жизни в сожалениях, пока Бэкхен там...Алло? Ублюдок! И пока на том конце одиноко звучали сброшенные гудки, здесь, за пределами реанимации, несколько человек пытались утихомирить разъяренного Сехуна, готового сорваться к Чанелю и распластать его мозги по стене, если таковые еще остались. 2 месяца назад: -Чанни...Что случилось? -Бэк, давай встретимся. Нам надо поговорить, срочно. -Конечно, Чанни. Я буду. Приходи к нам, я так давно тебя жду...Каждая деталь в доме скучает по тебе, и я тоже... -Я заеду к 6, идет? -Да...Я жду, я буду ждать, Чанни! Чанель приехал действительно к 6, открыл дверь своими ключами, вслушиваясь в пугающую пустоту. -Бэк? Где ты? -Я тут , Чанни...Смотри, что я приготовил! Твой любимый пирог! Там много шоколада! -Бэк, я не надолго... -Я готовил его постоянно! После своего дня рождения я пек его снова, и снова, я ждал, когда ты придешь, но ты не приходил, но я готовил! Смотри, попробуй! Он сладкий... -Бэкхен, ты плачешь? Бэк.. -Чанни, нет, это не слезы, я не знаю, я так счастлив тебя увидеть, Чанни, смотри, -я поспешил показать тебе свое творение, скрытое за белым полотном, на которое ты не сразу обратил внимание-Это мы, наши фотографии! Чанни, а где твои вещи? Ты же вернулся домой? Ты же вернулся ко мне? -Бэк, давай сядем... -Конечно, пошли... -Ты будешь чай? Я знаю, ты любишь.. -Бэк, я думаю, ты уже понял, что между нами все кончено...Я знаю, что должен был сказать раньше, поговорить по-нормальному, а не бегать от тебя, как испугавшийся подросток. Бэкхен, давай расстанемся официально. Оставим все здесь и сейчас. Я полюбил Кенсу, хочу, чтобы ты знал правду, и мы вместе, и мы...Бэк? Что ты делаешь? Не уверен, что слышал все, что ты сказал, потому что мне было важнее смотреть на тебя, на то, как ты выглядишь...Мы так давно не виделись, Чанни.. -Ты так похудел...Ты говорил, что твой друг, хорошо готовит, но почему ты такой худой, Чанни? Ты не кушал? Я обещаю, Чанни, я научусь готовить лучше и буду всегда-всегда кормить тебя чем-то вкусненьким... -Бэк, ты меня слушаешь? Все кончено, я теперь с Кенсу. Я люблю его... Люблю.... Слово, действующее как отрезвитель, заставляющее ожить и тут же умереть, потому что "люблю" из уст Чанеля принадлежит мне. Я, Бён Бэкхен, единственный, кто слушал твое 'люблю', так что произошло сейчас? Как наше с тобой люблю разорвалось, как твоя часть стала принадлежать Кенсу? Почему ты вообще полюбил его?" -Любишь? Давно? -С тех пор, как уехал. Бэк, я уехал проверить свои чувства, и я не ошибся. Я не любил тебя, извини. С тобой было хорошо, мне нравилось чувствовать себя любимым, и я думал что люблю тебя, но это не так. Извини, ладно? -... -А Кенсу? Он тебя любит? -Угу...–ты так неловко кивнул и улыбнулся. Не смей, Чан, не смей показывать мне счастливого себя, когда мы говорим о другом, когда прямо сейчас здесь я, человек, который любит тебя больше собственной жизни. Даже не думай. -Наши с тобой отношения были...не серьезными. Бэк, подумай сам, мы никогда не любили друг друга. Мы были влюблены, но не любили. Все прошло, да? И, мог бы ты съехать? Мы с Кенсу хотим... -Кто ты? -Что? -Кто ты такой? Ты не тот Чанель, которого я знаю, которого я помню, которого я люблю...Кто ты такой? -Бэкхен, хватит! Не говори мне о любви, ее не было в наших отношениях, мне пора. Будь добр, завтра вечером чтобы тебя тут не было. Пока, Бэк. Я тебя теряю...Если я дам тебе уйти, я потеряю тебя навсегда, Чанни...Я же твой, я же зависим от тебя, стой. Не уходи! -Бэкхен!-ты вскрикнул от неожиданности, когда я упал перед тобой на колени, схватив за одну ногу и начал умолять остановиться. -Чанни, ты можешь делать со мной все, что хочешь. Честно! Только не уходи! Не бросай меня! Я буду лучшим, я буду послушным, не буду тебя злить, только не уходи! Не уходи к Кенсу! Тебе нужен я, слышишь, я?! -Бэкхен, отцепись! Не сдерживая себя, ты кричал на меня, пытался оттащить, но я крепко вцепился пальцами в твою ногу. Я так боялся отпустить тебя. -Нет! Если я отпущу, ты уйдешь! Не смей! Я не отпу... А потом ты ударил меня. Пак Чан, ты сделал мне больно физически, и знаешь что? Сделай ты это еще хоть сотни раз, я прощу. Это ты, тебе можно. -Что за придурок...Не веди себя как ничтожество, Бэк. Попробуй принять достойно то, что я тебя не люблю, и ты мне не нужен. Ты жалок. Уматывай отсюда, и побыстрее. Ты все равно ушел, Чанель.  Интересно, насколько? Ты ведь вернёшься. Я сделаю так, как ты хочешь, уйду—а ты придёшь, увидишь, что я тебя послушал, и придёшь за мной. Конечно, Чан, конечно. Я буду ждать тебя, сколько нужно. А еще ты назвал меня жалким, но мне даже не обидно. Это ты–тебе можно. Я попросил тогда Сехуна помочь мне собрать вещи и перевезти обратно в свою квартиру, но первое о чем он меня спросил, как увидел, в порядке ли я? -Почему ты интересуешься? Все ведь хорошо... -Ты выглядишь странно... Как-то безумно, что ли -О нет, мой милый друг, все хорошо. Я просто переезжаю, это же хорошие новости. -А...как Чанель? Почему его нет дома? -Мы немного повздорили, ахах, представляешь... Он сказал, что бросает меня и уходит к Кенсу, потому что любит его, а я ему не нужен. Но не переживай! Это просто шутка! Это же Чан, а он меня любит... -Бэк, я бы не сказал, что это просто шут...–я прикрыл его рот пальцем, вынуждая замолчать. -Тсссс, Сехуни, не надо. Не говори. Это всего лишь шутка. Он вернется, вот увидишь, вернется. А потом он молча помог мне и мы уехали. На старой квартире так...непривычно. Холодно, пыльно и пусто. Даже в квартире Чана было не так одиноко, как здесь, но я прихватил парочку его вещей, поэтому они будут греть меня. Мне не будет одиноко. Честно-честно. Сехун приходил раз в неделю, приносил еду и странные витамины. От них мне хотелось спать, но он доктор, я ему верю, и даже если он даст мне цианистый калий, я все равно возьму, потому что Сехун плохого не посоветует. Чанель пришел два раза за последний месяц: вернуть забытые вещи, которые случайно обнаружил Кенсу. И сегодня пришел, немного пьяным, поругался с Кенсу, назвал меня жалким, а потом переспал со мной.  Утром сказал, что это ничего не значит, так, прощальный секс, а я с ума сходил от счастья, и чтобы не казаться слишком радостным, сразу после его ухода, аккуратными полосами разукрасил бедро на ноге. Кровь так красиво капала, и счастье уходило с ней. Чанни, так никто не поймет, что между нами что-то было. Я буду молчать, все будет выходить с кровью. Честно-честно. До самого конца... Первыми мои рисунки на теле обнаружил Сехун, выпытывал, что это такое, но я не сказал.  Я же обещал Чанни. Я лишь улыбался самой широкой улыбкой, пряча воспоминания глубоко глубоко за своими чёрными глазами. Сехун влепил мне пощёчину, и знаешь, мне было больно. Сехун не ты, Чанни, ему я не буду разрешать. Только он потом извинился, а ты нет, так что, один раз я не буду считать. Через два дня ты пришел, злой, очень очень злой, и почему-то ты решил вымещать злость на мне, потому что "Кенсу не заслуживает такого, он особенный, а ты аморальная шлюха, с тобой можно все". И ты брал меня, грубо, больно, на сухую. Шептал, что моя кровь лучше любой смазки, бил меня и запрещал плакать, только стонать, потому что я "словно шлюха".  Чанель, если ты будешь доволен, я согласен. Тогда я разрезал себе руки. Немного переборщил, так что Сехуну пришлось зашивать мои вены прям на кухне. Он профессионал, легенда среди врачей, потому что слишком юн и слишком талантлив. Таких не любят, но все равно восхищаются, втайне, сквозь зубы, но восхищаются. Сехун боялся оставлять меня одного, потому что говорил, что я схожу с ума, но я убедил его что все хорошо. Он не верит, приходит каждый день, приносит лекарства, готовит еду и уходит, только я больше не ем. В последний наш секс ты сказал, что мои бедра слишком полные, и тебе не удобно. Извини, Чанни. Я все исправлю, потому что пью лекарство. Внутри так больно от него, все скручивается и сердце будто вырывает, но я же хочу нравится тебе, значит, потерплю. Чанни, все для тебя... Две недели до.... Ты неожиданно часто стал появляться у меня. Вымещать на мне злость, обиду, разочарование. Если раньше бил в постели, сейчас бил просто так, и даже когда узнал, что Кенсу общаешься с Чонином, своим бывшим, пришел ко мне: "Хочу позлить Кенсу. Если я тебя трахну снова, чтобы он чувствовал чужой запах на моем теле, он приревнует. Раздевайся!" Ты кричал, бил, а я впервые плакал и просил не делать этого, но ты не слушал. Тогда было невыносимо больно. Я был в слишком трезвом сознании, и каждое твое движение ощущал очень остро. Ходить не мог пару дней, но нашел силы, чтобы снова пометить себя кровавыми полосами. Под одеждой не было видно, но я так сильно похудел, употребляя в пищу лишь крепкий кофе без сахара и ЭКА. Теперь лезвие, которое я вводил максимально глубоко в кожу, резало по костям, хоть я и кричал от боли, все равно не останавливался. Так надо. Я должен это сделать. Вены лопались под натиском маленького острого лезвия, артерия прорезалась не сразу, крови было много, но я даже не думал, что могу умереть. Я помню, как смотрел на себя в зеркало и впервые видел то, во что я превратился. Боль отрезвляет... Я не Бэкхен... Я похож на чудовище с этими выпирающими рёбрами и ключицами, с разодранными в мясо руками, из которых до сих пор хлещет кровь; у меня ужасно бледное лицо, и я даже представить не мог, как страшно на фоне белоснежного лица смотрятся черные пустые глаза. Такие стекляшки бывают у мёртвых... Бен Бэкхен –ты уже умер? Или все еще жив? Сехун пришел, когда я уже потерял сознание. Помню лишь что-то холодное на своих руках, потом странную невесомость и приятную прохладу под спиной. Очнулся я в своей кровати, заботливо укрытый одеялом. За окном была ночь; Сехун сидел напротив кровати, устало опустив голову на руки. -Сехун...дай воды... -Бэкхен! Как ты?! И я рассказал ему все. С момента переезда Чанеля до сегодняшнего дня. Каждый диалог, каждую совместную ночь, каждую причину новых порезов. Но Сехуна это не напугало. Нисколько. Но на следующий день он привёл к нам свою подругу–психолога. Она разговаривала со мной о Чанеле, о моей любви, а потом сказала, что я должен его отпустить, но как я это сделаю? Я люблю его, он мне нужен. Он мой воздух. Мое тепло. Я замерзну насмерть, если он не будет меня касаться. Даже если бить, это же тоже прикосновение? Я попросил Сехуна больше не приводить ее, сказал, что все послушал и понял, что больше не буду ничего себе резать и не буду видеться с Чаном... Но я не перестал. Чанель стал такой зависимостью, без которого начинается страшная ломка и с каждым разом нужна доза все больше, больше и больше, потому что организм не справляется с болью. Ему нужно. Бэкхену тоже нужно. Поэтому он приезжает к Чанелю, но видит лишь полураздетого удивленного Кенсу, открывшего дверь, а после видит такого же Чанеля, запыхавшегося и злого, словно прервали на важном занятии. Чанель Бэкхена ненавидит, это видно по глазам. Бэкхен Чанеля  любит, но глаза Бэкхена слишком как у мертвеца, поэтому там пусто. Когда Кенсу поинтересовался, зачем я здесь, ты, Чанель, сказал что я всего то приставучая шавка, которая лезет в их жизни, и что со мной не стоит даже разговаривать. Чан, ты же это сказал потому что Кенсу просто не знает, что ты меня любишь? Но ты ему все расскажешь, а я просто подожду. -Сука, какого черта ты припёрся? Я так ненавижу тебя, слышишь?! Потрахаться захотел? Исчезни, сумасшедшая скотина. Ты мне всю жизнь портишь, Бэкхен! -Я люблю тебя, Чанни...Сделаю все, что ты хочешь! -Все что я хочу? Исчезни, Бэкхен, уйди. Сдохни к чертям собачьим и никогда не появляйся в моей жизни! Понял? -Да, Чанни... -Господи, ты сумасшедший... Ты реально больной! Но я не сумасшедший, я просто так выгляжу. Чанни, ты сказал, что хочешь, чтобы я умер? Хорошо! Я сделаю это! Я такой счастливый! Чанни, ты сказал что хочешь, так что это будет моим подарком, хорошо? Тсс,  это сюрприз.... Парень стоял перед зеркалом в ванной, широко улыбаясь и смотря на себя безумными глазами. Он снова оставил на себе разрезы, с ужасающим удовольствием оглядывая свои кровоточащие худые ноги. Бэкхен похож на скелет. Старый и больной, покрывшийся вековой пылью, потому что кожа слишком серая, слишком нездоровая, слишком в крови. Бэкхен собой восхищается, размазывает кровь по всему телу и смеется, так счастливо и задорно, спотыкаясь взглядом по раскиданным вещам и тюбикам. Ему все равно, что происходит, он ничего не понимает и даже не пытается. Парень танцует босыми ногами на кафельном полу, растирая растекшуюся кровь, поскальзываясь, падая, снова смеясь; встаёт, трясущимися руками держась за раковину и встречаясь взглядом с самим собой. Бэкхен ничего не видит, потому что никого нет. Он никто. Стал пустыми местом. Никому не нужный, даже себе самому, он срывается на крик. Впервые Бэкхен кричит со всей болью и горечью, срывая голос и хрипя от жжения, в горле застревает ком отчаяния и ненависти, поэтому он окровавленными пальцами лезет в собственный рот, длинными острыми ногтями раздирая глотку, вызывая рвотные позывы и тут же их подавляя, потому что рвать нечего. Он не ел две недели. Он не помнит этого. Желудок скручивает от попавшей внутрь крови, Бэкхена рвет кислотой и кровью... Он впервые думает, что он умирает. Он впервые думает, что он не заслужил подобного. Он впервые жалеет, что Сехуна нет рядом. А еще ему впервые жаль себя...Так жаль, что он не сможет насладиться собственной жалостью, как все нормальные люди. Как жаль, что Бэкхен не нормальный... Пак Чанель, твое желание исполняется прямо сейчас, так что можешь задуть свечки на торте с красивой надписью "Скотина". "-Пак Чанель, ты мудак! Клянусь, что если с Бэкхеном что-то случится, я вырву твое гнилое лживое сердце и запихну его тебе же в глотку, а потом с удовольствием посмотрю, как ты, скотина, подыхаешь! -Сехун, какого черта? Мы с Бэкхеном обо всем поговорили. Он все знает, так что не еби мне мозг! -Какая же ты мразота! Я буду до конца жизни молиться, чтобы ты пережил то же, что пережил Бэк!  -О Сехун, забирай своего драгоценного Бэкхена, и катитесь из моей жизни! Мне плевать! -Ты пожалеешь, Чанель. Уж поверь, придет день, когда от ненависти к самому себе, ты захочешь сдохнуть, но знаешь, ты не сможешь, потому что ты патологический трус, а помогать тебе никто не станет. Ты проведешь остаток жизни в сожалениях, пока Бэкхен там...Алло? Ублюдок!" -Сехун, если он выживет, ты же понимаешь, что он не сможет жить как все? -И что ты мне предлагаешь, хён? -.... -Нет, хён, я не запихну его в психушку! С ним будут работать лучшие психиатры, вот увидишь, он поправится... -Сехун, ты сам врач, один из лучших, и тебе ли не знать, как устроен человеческий мозг и сердце. Даже чисто анатомически. Представь, что эти органы прострелены, вероятность спасти человека: минимальна, а если все же удастся, никто не сможет жить так, как раньше. Этим ты обрекаешь его на бессмысленное скитание в обществе, где течет жизнь. Там ему будет лучше, Сехун. Поверь моему опыту. -Но хён... -Тот парень, Чанель, да? Он не будет жалеть, Сехун. Ему все равно. Все, что ты ему сказал–твои эмоции. Если бы он дорожил Бэкхеном, был бы здесь, или же Бэкхена вообще бы тут не было. Он издевался над ним, а еще довёл парня до суицида. Все, что ты можешь, это поступить по закону. Мы соберём все мед.справки и документы,  подтверждающие акт причинения вреда физическому и психологическому здоровью... Каждый в этой истории понесёт свое наказание, поверь. Теперь соберись с мыслями и прими решение, что делать с Бэкхеном. -Хорошо хён, спасибо... *** -Чанели, ты пришел... -Бэкки...Я принес тебе веточки вербы...На улице весна, все цветёт, и так красиво... -Чанни, я думал, ты больше не придёшь. Как ты? -Как я мог не прийти к тебе? Я ведь люблю тебя, Бэкхен. Ты мой смысл жизни... Мы всегда будем вместе! -Да, Чанель, всегда...Я люблю тебя! -И я тебя! Иди ко мне... Бэкхен босыми ногами прошёлся по мягкому полу, становясь напротив высокого парня, который смотрел на него с теплотой и искренней любовью в глазах. Приподнимаясь на носочках и оплетая шею любимого, Бэкхен мог наконец сказать, что он поистине счастлив. Никакого прошлого, никаких обид, только настоящее и  совместное будущее, в которое они будут идти вместе, держа друг друга за руку и переплетая пальцы. Бён целовал своего парня нежно, медленно, а Чанель с улыбкой отвечал, слегка посасывая малиновые губы, после заглядывая друг другу в глаза. Там, на дне карих Чанёлевских глаз плескались спокойствие и умиротворение, которыми любовался крохотный Бэкхен, а у Бэкхена глаза все еще мёртвые, и в них ничего. Простая пустота...аналогичная  пустоте в этой белой комнате с мягкими полами и стенами, с одиноко стоящей железной кроватью у стены и маленьким столиком для еды и лекарств; комнате, в которой Бэкхен заперт примерно до конца своих дней; комнате, в которой он всегда будет счастливым...
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты