А кто ты, если не истинный?

08:26. Для кого-то это раннее утро, но точно не для Хвана. Попробуйте не спать с четырёх утра. Как только парень проснулся, ему сразу сообщили все последствия операции. - Ликси, ты дурачок. Такой дурачок, спасти меня захотел. - разговаривая сам с собой длинноволосый выдаёт отчаянный смешок, вспоминая невинную улыбку младшего. - Я никогда себя не прощу за то, что причинил тебе боль. Хёнджин откидывает голову назад, упираясь затылком в стену, из глаз непроизвольно начали литься слёзы. Большие ладони парня сжали постельное бельё. Хван ищет поддержку. Ему хочется выговориться самым близким, но не известно придут ли они. В пол девятого к нему должна зайти мед.сестра, которую, оказывается, зовут Шин Юна. Парню нужно побольше узнать о Феликсе и возможно, даже посетить его. За дверью слышится звон тарелок, бьющихся друг о друга. Как всегда завтрак, к которому он даже не притронется. Скрип довольно старой двери режет по ушам и отдаётся эхом в просторной палате. - Покушай, Хёнджин. - умоляюще смотрит на пациента девушка. - Я тебе принесла завтрак получше, чем всегда. Немного подмигнув Шин села слева от Хвана и принялась что-то чёркать в карточке парня. - Юна, скажи, мне можно к Феликсу? - с долей надежды спрашивает он, смотря прямо в её глаза. - К Феликсу можно. - Хван вздохнул полной грудью, прежде чем его перебили. - Я пущу тебя с учётом того, что ты всё съешь при мне. - девушка злобно улыбается. Она не хочет, чтобы Хёнджин совсем не выписался из больницы. Окинув тарелку грустным взглядом парень удивился, реально было не то, что дают всегда. Вместо приевшегося омлета была творожная запеканка. - По рукам, но ты меня отведёшь к нему сразу же после того, как я поем, хорошо? - беря в руки вилку Хван надламывает запеканку и кусочек разу же отправляется в рот. Это, конечно, не шедевр, но кушать можно. Спустя минут пять завтрак был поглощён и силы вернулись к Хвану. - Ну что, поехали, ты смог. - встаёт со стула девушка и садит парня в инвалидную коляску. Дело в том, что ему сейчас нельзя сильно напрягать мышцы, вот и "поехали" они. По прибытию на нужный этаж, а именно это шестой, они остановились возле двери с номером "404". Сердце судорожно пропускает удар за ударом, сколько это может продолжаться! - Ты готов? - ещё раз спрашивает парня Юна. - Ты же знаешь, что он в коме? - Да, я готов. - распахнув двери в комнату проник небольшой сквозняк. Справа стояла койка, на которой неподвижно лежало тело Ликса, со стучащих сердцем и стабильным дыханием. - Можно нам тет-а-тет* поговорить? - спрашивает разрешения у мед.сестры Хван. - Да, конечно, у тебя есть 10 минут. - сверяя часы говорит Шин оставляя парочку наедине и уходит за пределы палаты. - Вот мы и встретились. Знаешь Ликси, а я то, придурок влюбился в тебя без остатка. - взяв Ли за руку говорит парень. - Ты тот человек, ради которого я готов на всё. "Боже, я слышу его. - содрогается в плаче второе "Я" Ликса. - Почему? За что ты любишь меня такого?" - Я даже не знаю за что я тебя люблю. - будто прочитав мысли веснушчатого отвечает Хван. - Как увидел тебя сразу подумал, что у нас ничего не сложится и вообще мы больше никогда не увидимся. - вытирая выступающие слёзы тыльной стороной ладони говорит Хёнджин. - В моей памяти отпечатался момент, когда я прижал тебя к себе на балконе. Ты выглядел так мило, веснушки на фоне твоих розовых щёк совсем пропали, как будто их и не было, твои и без того большие глаза стали ещё больше, и было ощущение, что ещё чуть-чуть и они выпадут из орбит. "Что это? Почему от этих слов я хочу плакать?" У спящего Ликса пробежала одинокая слеза по правой щеке. - Так ты всё-таки слышишь меня. - убирая слёзку большим пальцем улыбается Хван. - Будь то завтра или вчера, я всегда буду любить тебя. "Слёзы? Почему? Почему слова Хёнджина так действуют на меня? Я улыбаюсь? Мне приятно?" - сколько вопросов, но ответов не последует.