Созвучие

      Со стороны двери послышался до боли знакомый смех и Чуя вздрогнул. Ему казалось, что на то, чтобы обернуться на сто восемьдесят градусов потребовалась целая вечность. Они никогда не встречались прежде, однако, Чуя точно знал: это он. Долговязый молодой человек в песочном плаще, активно жестикулируя флиртовал с девушкой на ресепшене, пытаясь заодно вызнать у нее номер нужного зала. Чуя не имел на него никаких прав, но сердце кольнуло иглой ревности. - Эй, Дазай! - Чуя поднял руку, привлекая внимание к себе и наблюдая, как шире распахиваются коньячные глаза.       Взгляд Дазая лишь доли секунды мечется в поисках источника звука, а затем цепляется за рыжую макушку, не прикрытую сейчас черной шляпой.       Взгляд Дазая цепкий и колючий как репейник, у Чуи от него мурашки по коже. Этот взгляд совсем не сочетается с милой улыбкой которая не сходит с лица шатена и даже становится немного искренней, когда он подходит ближе. - Надо же, Чууя! Какая встреча!- восклицает Дазай так, словно они не коллеги, а одноклассники, которые не виделись лет десять.       Чуя в ответ лишь коротко усмехается и пожимает плечами под вопросительным взглядом Акутагавы.       На собрании Дазай сидит в пол оборота к интерактивному экрану, закинув ногу на ногу и приняв максимально расслабленную позу. Чуя постоянно ловит себя на том, что смотрит на него. Они сидят напротив друг друга, разделенные только столом. Чуя молчит. Дазай же говорит много, участвует во всех обсуждениях и то и дело бросает на Чую такие взгляды, от которых все тело словно прошибает разрядом. Накахара отводит взгляд, желая сбежать от демонов в глазах напротив, сбежать от своего собственного желания, которое уже вполне ощущается физически. Чуя прекрасно понимает, что его нарочно изводят и раззадоривают, но он ведётся. Он хочет быть пойманным на этот крючок.       И он пойман. Едва собрание заканчивается, он хватает Дазая за руку и тащит за собой в сторону туалета, бросая по пути: "ты кое-что мне обещал". Дазай усмехается и покорно позволяет втолкнуть себя в кабинку. - Фу, Чуя, ну у тебя и вкусы,- говорит он, усаживая Чую себе на колени и ловко проникая пальцами под его одежду. - Если ты думаешь, что мы могли бы попасть к кому-то из нас домой, - выдыхает Чуя ему в губы и ловит взгляд, обещающий ему "много раз и во всех позах",- то ты переоцениваешь мою выдержку.       Одежду не снимают, только расстегивают. Целуются остервенело, сталкиваясь зубами. Чуя выгибается подставляясь под хаотичные ласки и глушит стоны в чужом плече. - Чуя такой чувствительный, - шепчет Дазай, касаясь губами уха, и Чую снова прошивает дрожью.       Его выламывает дугой каждый раз, когда длинные пальцы задевают чувствительную точку внутри, и он не в силах подавить разочарованного стона, когда они покидают его тело.       Достоинство у Осаму весьма достойное. Чуя изо всех сил сдерживает стоны, боясь быть застуканным. Накахара никогда бы не подумал, что может опуститься до секса в туалете с едва знакомым человеком. И уж тем более, что это ситуация будет так будоражить его сознание.       Ощущая резкие толчки, сжимающие до синяков пальцы и горячее дыхание на своей шее, он думает, что это, определенно, именно то, что нужно. Низкий тихий стон прямо над ухом становится последней каплей. Чуя кончает, сотрясаясь всем телом и чувствуя, как Дазай изливается внутрь спустя всего пару фрикций. Накахара с запозданием вспоминает про защиту и думает, что не помешает провериться теперь.

***

      Спустя несколько минут они как ни в чём не бывало покидают здание, чтобы посвятить остаток этого дня друг другу.