Тёплые снежинки

«Автобус слишком медленный… подождёшь меня немного?»

«Конечно, милый :) Встретимся на площади, буду ждать там»

Вечером в октябре уже жутко холодно, но я, почему-то, решила всё равно идти в лёгких кедах, из-за чего ноги теперь начинают подмерзать. Наверняка он очень устал и опоздал на свой автобус… Всё-таки, на втором курсе учиться гораздо сложнее, чем в старшей школе. Но, раз он написал, что задержится, придётся постараться не замёрзнуть… Выйдя из душного метро, где теснят друг друга сотни незнакомых людей, неустанно желая успеть куда-то, я осматриваюсь. Несмотря на шелест листьев, тяжёлые шаги прохожих, шум машин, вечером всегда как-то спокойно и тихо. Это тишина душевная, которую не нарушают звуки внешнего мира. Кажется, что вот-вот сверху полетят лёгкие снежинки… но пока рано, пока ещё нужно подождать. «Скоро новый год… что ему подарить? Хоть мы знакомы недолго, он часто просил спеть ему… но я так стесняюсь своего голоса… Да нет, бред какой-то. Куплю завтра тёплый шарф в магазине» — проносится в голове, пока я пробираюсь среди прохожих к большой полупустой площади. Наше место встреч — у фонтана с красивыми белыми лебедями, который теперь не включают — сегодня, от чего-то, оно кажется таким унылым… Наверное, потому, что его пока нет рядом. Но осталось же каких-то пять минут. Я подожду. «В пробку попали. Походу придётся ещё минут 10 ехать… DD: Лучше бы пешком пошёл, ненавижу автобусы» Ну ничего, пока ещё не так холодно. Тем более, пробка может внезапно рассосаться… я буду очень надеяться. Хотя, если быть честной, кончики пальцев рук уже немного замёрзли, да и ноги начинает пробивать лёгкая дрожь. Интересно, куда идут все эти люди вокруг? Каждый из них будто бы в своём собственном мире, в своём коконе дум. Но почему мне всё время, смотря на прохожих, кажется, будто бы я сама не похожа на них? Что это за тянущее чувство пустоты внутри, когда я думаю об этом?.. Так хочется, чтобы пошёл снег, прямо сейчас… и всё вокруг сразу же стало волшебным и таким же лёгким, как белые снежинки… Пока я вырисовываю круги на асфальте своими кедами, вдруг замечаю, что между потоками моих мыслей пробивается еле слышная мелодия — недалеко отсюда, на другом конце площади расположились уличные музыканты, окружённые небольшой толпой. Отсюда так плохо слышно, что они играют… и, хотя мне следовало бы оставаться на месте, я всё же, будто бы пленённая какими-то чарами, направляюсь в сторону группы. Да, точно, у меня же ноги замёрзли — вот и подвигаюсь как раз. Точно… Мне удалось встать поближе. Освещённые тёплым светом вывесок магазинов по краю площади, парни настраивают инструменты и разыгрываются. Из колонок доносятся приятые гитарные аккорды и волшебные, но пока ещё несмело тихие, соло клавишных. Они, как и я, одеты не особенно тепло для такого прохладного октябрьского вечера, отчего во мне просыпается лёгкая, жалостливая грусть. Надеюсь, на самом деле им не так холодно, как это рисуется в моём воображении… Почему вдруг пришла сюда, хотя мне следовало вернуться и ждать… ещё и это чувство, будто вот-вот что-то хорошее произойдёт. Но что именно? Парни быстро переглядываются, и спустя несколько секунд я слышу мелодию. Она переливается, заставляя людей, окруживших группу, невольно «настраиваться» на волну музыки. Я ещё некоторое время рассматриваю, как перебирает струны немного волнующийся гитарист прежде, чем мои уши обжигает голос… Мой взгляд тут же переходит от музыкантов к вокалисту. Я невольно, с неподдельным интересом наблюдаю за его исполнением, за тем, как его пальцы сжимают микрофон, как легко двигается его тело, подчиняясь такту музыки. Как прохладный ветер треплет его густые тёмные волосы… Внезапно понимаю, что всё время пытаюсь поймать его взгляд. Отчего-то он совсем не смотрит в мою сторону, заставляя меня немного смутиться своего поведения. Его ресницы немного подрагивают каждый раз прежде, чем парень коротко взглянет на кого-то в толпе слушателей, и я замечаю, что молодым девушкам рядом это очень даже нравится. Вокалист берёт высокую ноту, и по моему телу тут же бегут мурашки. Но они совсем не от холода, нет. Его голос… Этот голос… я уже его где-то слышала… это… Невольно сжимаю руку в кулак от волнения. Сердце отдаёт ударами в кончики пальцев. Почему внутри, в моей груди, такое тёплое чувство, будто только что встретила старого друга?.. Будто бы мы не виделись очень-очень долго… Поднимаю голову. Его взгляд. Искры в тёмных глазах. Едва заметные ямочки на щеках, когда он улыбается мне… только мне, из всей этой толпы. Но и эту улыбку я уже, кажется, где-то встречала… Мир вокруг нас будто бы замер. Время остановило свой ход. Есть только здесь и сейчас, только этот момент. Только мы, и больше никого… Мы… знакомы?

***

 — …и поэтому придётся теперь вечно сидеть за учебниками… — произносит девушка, обречённо вздыхая, — Хорошо хоть, что ты рядом. Хотя бы какое-то веселье в перерывах между этими нудными занятиями…  — Вечность — это не так долго по сравнению с тем, сколько мне пришлось искать тебя, — улыбается парень, и на его щеках появляются едва заметные ямочки.  — Очень смешно. Я, вообще-то, тебе на проблемы жалуюсь! Кроме них на зелёной полянке, согреваемой июньским солнцем, никого. Они сидят прямо на траве, наслаждаясь теплом. Теплом не солнечным, а душевным. На голове молодой девушки аккуратный венок из ярких цветов.  — Ничего, в другой жизни, возможно, будешь крестьянкой, и науки высшего общества тебе вообще не понадобятся, — успокаивает парень и, наклонившись, гладит девушку по гладким волосам, — А в этой жизни придётся немного потрудиться. Их взгляды встречаются. Они понимают, что значат эти слова, оба предчувствуют печаль, которая настигнет их совсем скоро. Ну почему именно им выпала такая судьба? Почему они не могут просто быть вместе, зачем ему идти на эту глупую войну, затеянную правителями?.. Зачем ему обязательно оставлять её одну?..  — Я поеду с тобой… — всхлипывает девушка, отчаянно пытаясь сдержать наворачивающиеся слёзы, — Тебя ведь самым первым и застрелят… такой неуклюжий… Парень разражается звонким смехом. Заметив слезинку на щеке своей нежной, юной избранницы, что пленила его сердце, он легко касается её подбородка и, приблизившись к самому лицу, шепчет:  — Такого, как я, застрелить нужно первым делом. Разве могу я жить, если заставляю любимую плакать? И, хотя это их последняя встреча, он не плачет. Вместо этого его глаза ярко сверкают, будто кроме девушки он больше ничего не видит.  — Никто не знает, что с нами будет, — произносит он тихо, не отводя взгляда от её покрасневших глаз, — Но я знаю, мы ещё обязательно встретимся. Может быть, это будет через сто лет, может, через тысячу… но мы точно будем вместе. Там, где не будет войны. Где не будет сословий… «Я найду тебя. Обещаю», проносится вместе с ветром. И в его тёмных глазах появляются те самые искорки счастья, которые могла вызвать только она одна.

***

«Уже скоро подъеду. Ты там как? Не замёрзла?» Почему этот парень выглядит таким знакомым? Откуда я могу его знать? И почему на моих щеках появляется этот румянец, когда он так смотрит на меня?.. Мне кажется, что раньше, возможно, мы знали друг друга, были друг для друга особенными… интересно, он тоже чувствует это большое, тёплое чувство, когда наши глаза встречаются? «Эй, чего не отвечаешь? Пальцы отмёрзли чтоль?» «Ээээй!» Звонкий голос проникает глубоко, тревожа сердце. Я не могу оторваться от всего, что происходит. Уже ничто не имеет значения. Не важно, ждут ли меня где-то сейчас. И даже вечерний холод октября кажется июньским солнцем… теперь я всё понимаю… Тот, кому бы я спела песню на Новый год. И на День рождения. И вообще каждый день. Каждый… Кто-то берёт меня за руку и выводит из толпы, которая незаметно увеличилась. Меня будто бы резко «отключает» от той прекрасной, сказочной, и такой волнующей атмосферы, в которой я находилась ещё несколько секунд назад… «Уводит» от этих невидимых, волшебных снежинок, которые незаметно кружили вокруг нас.  — Чего на сообщения не отвечаешь? — спрашивает он немного грубо, рассматривая мои кеды, — Нужно было обувь другую выбрать, простудишься же.  — Извини… — бормочу я, машинально проверяя телефон, и сразу же вижу несколько непрочитанных сообщений, — Да ничего, уже не так холодно, я потерплю.  — Может, пойдём уже? Мне завтра на пары рано вставать, так что гулять осталось от силы часа два-три, — бросает он, переплетая наши пальцы, и я понимаю, что у него они очень холодные. Оборачиваюсь на музыкантов. И, хотя людей вокруг стало больше, почему-то никто не загораживает мне обзор. Заканчивая свою песню, вокалист в какой-то таинственной задумчивости опускает взгляд. Мне нужно идти… но я не могу… это тепло держит меня. И прежде чем мне отвернуться, возвращаясь к привычному ходу времени, он улыбается мне. Той самой улыбкой. Той, которую я уже видела где-то раньше. Той, которую, возможно, ещё когда-нибудь увижу… такой тёплой и обещающей.

«Ты помнишь меня? Вот мы и встретились… наконец-то встретились».