Свет во мраке

Лилэя сидела на широком подоконнике глядя в ночное небо. Алмазы звезд были рассыпаны по темно-синему небесному покрывалу и складывались в множество созвездий, некоторые из которых были ей знакомы. Девушка сидела так каждую ночь в ожидании, когда Кроули вернется. Уже три года прошло с тех пор, как они встретились, и два года – как они поселились в старом заброшенном, а теперь уже обжитом и уютном, доме близ маленького городка где-то на границе Франции. Мужчина временами уходил на несколько недель в поисках вампира, который безжалостно затащил тамплиера в свой мрачный мир, а в свободное время Кроули обучал девушку фехтованию. Уходя на долгое время из дома, он хотел быть уверен, что его ученица сможет за себя постоять. И вот сегодня в полночь было ровно две недели, как Кроули Юсфорд ушел на поиски. Лилэя с нетерпением ждала его возвращения. Ее сердце каждый раз так быстро билось от волнения, и каждый раз, затаив дыхание, она смотрела в родные красные глаза, с улыбкой приветствовала его привычной, но по-домашнему теплой фразой: «С возвращением». Она никогда не ждала ответа – его сдержанного кивка ей вполне хватало. Лилэя была счастлива и не смела просить у Бога большего, боясь потерять то, что у нее уже есть. Рядом послышался тихий голос, и девушка почувствовала, как ее легонько потрясли за плечо. – Ты замерзнешь. – Ммм… – Лилэя открыла глаза и сладко потянулась. Она увидела рядом с окном вампира, которого так ждала, но внезапно даже для самой себя задремала, растворяясь в собственных мыслях. Стряхнув с себя остатки дремоты, девушка тепло улыбнулась, глядя в сияющие красные глаза, которые давно перестали ее пугать. – С возвращением. – Я дома, – ответил ей Кроули. Девушка едва не упала с подоконника. Серебряная луна ярко освещала опушку, и лицо вампира было хорошо видно, даже обычному человеку. Он улыбнулся. Пусть эта была небольшая улыбка, но… Лилэя много раз представляла в мыслях, как Кроули улыбается ей в ответ, но все же оказалась к этому не готова морально. Она опустила голову, чтобы скрыть смущение и сползла с подоконника, впуская вампира в дом. – Ты больше не боишься меня, – произнес Юсфорд внимательно смотря на девушку. Хоть тогда, три года назад, решила быть рядом с ним во что бы то ни стало, она все равно первое время немного боялась его. И когда Кроули так внезапно к ней подходил, девушка слегка вздрагивала и закрывала глаза, чтобы унять быстро бьющееся сердце. Сейчас оно так же билось по другой причине, и вампир понимал, что происходит в душе Лилэи. Однако, она никогда не говорила о своих истинных чувствах, держа их в самой глубине души и хранила как самое драгоценное, что было в ее жизни. – Я и не боялась! – самоуверенно произнесла девушка и демонстративно отвернулась, сложив руки на груди. – Такого никогда не было! – Мне тебе напомнить? – усмехнувшись сказал вампир, наклоняясь к самому уху девушки. – Думаешь я не слышал, как сильно стучало твое сердце от страха? Лилэя от такой неожиданности покраснела еще больше и ткнув вампира локтем, куда смогла дотянуться, и отошла к шкафу. Она достала оттуда небольшой кувшин и поставила его на стол. Это была ее кровь, которую девушка подготовила специально к возвращению вампира. – Ничего такого не помню, – голос все-таки звучал неуверенно. – А значит такого не было. Знаешь жаль, что ты не можешь попробовать то, что я приготовила себе на несколько дней. Мадам Бертран сказала, что моя готовка стала значительно лучше, и я самая одаренная ее ученица! А кто-то говорил, что я не смогу научиться готовить! – Ничего такого не помню, – Кроули повторил сказанное и, расстегнув плащ, повесил его на крючок у входной двери. – А значит такого не было! Они оба уселись за стол, и Лилэя вдохновенно начала рассказывать, кого недавно встретила на рынке. Это был купец из очень далекой страны на востоке. Купец, которого звали Кеншин, с любовью рассказывал о своей Родине, называя ее страной восходящего солнца, и о своей милой невесте, которую ему пришлось оставить ради того, чтобы заработать денег на свадьбу. Поэтому он и отправился с караваном по шелковому пути до самой Франции. Кеншин много рассказывал, что происходило в пути, и его истории больше походили на сказку, однако слушать их было довольно интересно. И на базаре возле него часто собиралось много людей. Лилэя тогда высыпала на голову бедного парня столько вопросов, что он едва не рухнул под ее напором. И все же с удовольствием отвечал на них. Время до рассвета пролетело незаметно. С возвращением Кроули домой ее тренировки возобновились. Первое время Лилэя старалась тренироваться самостоятельно в отсутствие учителя, но, когда стало ясно, что так она только закрепляет собственные ошибки, было решено, что тренироваться они будут только вместе, иначе не выйдет из нее хорошей мечницы. – Господин Кроули, у меня получилось! Получилось! – радостно запрыгала девушка, когда ей удалось выбить деревянный меч из рук учителя. – Ты хорошо постаралась, – кивнул вампир, поднимая свое «оружие». – Даже почти правильно. Лилэя, помнится я просил не называть меня господином. – Да, прости, – она легко улыбнулась и удобнее перехватила рукоять тренировочного меча, решительно смотря в алые глаза. Лилэя стала на шаг ближе к своему желанию – одолеть учителя, пусть и в тренировочном, бою. Казалось, эта идиллия в их собственном мире способна длиться целую вечность. Это был их мир, который они отстроили своими руками. Это место, где каждый мог быть собой. Тренировки, разговоры по душам, любование звездами. Лилэя напомнила вампиру, что быть человеком не так уж и плохо, что есть не только бесконечная война или погоня. Иногда нужно просто остановиться, чтобы дать себе передышку. – Кроули, может, когда ты найдешь того вампира, мы с тобой отправимся на восток по шелковому пути? Дойдем до той страны, где восходит солнце. Это должно быть удивительное место. Девушка развалилась на траве после тяжелой тренировки и с довольной улыбкой смотрела в чистое голубое небо. – Мы можем отправиться туда на следующей неделе вместе с караваном. – внезапно согласился вампир, ловя на себе удивленный взгляд зеленых глаз. – Почему так удивляешься? – А как же тот, кого ты ищешь? – тихо спросила Лилэя, поднимаясь на локтях. – Тридцать лет поисков пока не дали результата, – пожал вампир плечами. – А Европа не такая уж и большая. К тому же он может подождать, а твоя жизнь куда короче и более хрупкая. Если ты хочешь посмотреть на страну, где восходит солнце, то пусть так и будет. – Правда?! Ура! – Лилэя от радости тут же повисла на шее вампира и, кажется, готова была расцеловать его в обе щеки, но смогла сдержать свой порыв. – Я завтра схожу в город, поговорю с главой каравана, чтобы нас взяли с собой. – Хорошо, – с улыбкой кивнула девушка. – У тебя волосы еще больше отросли. Пойдем домой, я приведу их в порядок. Кроули Юсфорд был уверен, что девушка подстрижет его, он привык к коротким волосам. Но с тех пор, как стал вампиром ему было некогда следить за своими волосами. Однако, его ожидания не оправдались. Он точно слышал, как Лилэя стригла его волосы, но потом почувствовал, как она заплетает ему косу и тихо посмеивается. – Теперь ты стал красивее! – после этих слов девушка рассмеялась и обняла вампира за плечи со спины. Сегодня она может себе это позволить. Кроули что-то недовольно заворчал себе под нос, но не спешил спихнуть девушку, где-то в самой глубине вампирской души ему это было приятно. – Говоришь так, словно до этого я был не красивым, – тихо рассмеялся мужчина и растрепал черные волосы на макушке девушки.

***

Кажется, на полянке возле дома собрались практически все жители городка, рядом с которым жили Кроули и Лилэя. Три дня назад вампир отправился в город, чтобы поговорить с главой каравана, но так и не вернулся. Девушка знала, что без предупреждения вампир никогда так просто не пропадет. Он всегда находил время, чтобы предупредить о своем отсутствии. И сейчас по какой-то причине его не было рядом. Ей было страшно. Люди, которые пришли к дому, были чем-то озлобленны. Они выкрикивали слова проклятия, зажигали факелы и потрясали в воздухе вилами. Они пришли ради мести, и ничто их не остановит. Впереди толпы стоял старик, одетый в рясу священника, и у его ног на коленях сидели два человека, которых девушка сразу узнала. Это были мадам Бертран, которая учила ее готовить, и заезжий купец Кеншин, рассказывавший захватывающие истории из своего путешествия. Двое рослых мужчин подошли к дому и не церемонясь выбили деревянную дверь проходя во внутрь. Один из них попытался схватить Лилэю за волосы, но она быстрым и отточенным движением достала из ножен изящную рапиру и рассекла кончиком лезвия лицо напавшего на нее мужчины. Он тут же взвыл от боли, закрывая лицо ладонями и отступил на несколько шагов назад. Его приятель поступил более благоразумно и решил не подходить близко к разъяренной девушке. Он просто кинул в нее мешок, который держал в руках и пока Лилэя отвлеклась, быстро сократил расстояние между ними и, поймав за руку выбил рапиру и заломил ее за спину. – Ты точно не человек. Ты дикая кошка, которая продала душу дьяволу, – загоготал мужчина, хватая девушку за волосы и потянув вниз, чтобы заглянуть в зеленые глаза. – И глаза у тебя бесовские. – Из-за этой сучки теперь шрам останется, – зло сплюнул пострадавший, когда кровь перестала течь, и с силой ударил девушку по лицу, чтобы утихомирить. – Будь у нас больше времени можно было бы развлечься с такой красоткой. Наши бабы с этой шлюхой ни в какое сравнение не идут. После этих слов оба мужчины дружно заржали и выволокли девушку на улицу, бросив ее на землю недалеко от священника. В голове все еще звенело от удара и казалось, что земля из-под ног уходит, тело с трудом слушалось от леденящего душу страха. Любимый мирок, который они с Кроули создали, рушился прямо на глазах. И его не было рядом. Из дома послышались голоса, звуки разбивающейся посуды, разламывающейся мебели. Эти варвары рушили все то, что было ей дорого, а священник читал молитву, очищая это место от зла. – Святой отец, одумайтесь, она просто ребенок! – воскликнула мадам Бертран, пытаясь вырваться. – Она женщина, которая продала душу дьяволу, – служитель Бога не сомневался в своих словах. – Перед вами ведьма, сгубившая невинных детей, которые пропали два дня назад, ради дьявольской силы. И спасти ее может только огонь! Ведьме пламя! – Ведьме пламя! – поддержала его толпа. В ушах девушки все еще стоял дурацкий звон, из-за которого она не могла расслышать, о чем говорила ее учительница и священник. Но лицо женщины выражало искренне беспокойство, и в глазах читалась тревога. Единственное, что ей удалось расслышать – это слова собравшихся людей, и по спине пробежал неприятный холодок. Ее собирались сжечь на костре. – Ты просто сумасшедший ублюдок, – со злостью в голосе произнес иностранный купец. – У тебя нет доказательств, подтверждающих вину этой девочки. Ты просто поверил письму от какого-то аристократа, который даже не назвал своего имени. – Замолкни, язычник, тебе слова не давали, – довольно сухо сказал служитель Бога. – До тебя тоже очередь дойдет. Кеншин был сильно избит, но все равно готов был встать на защиту девушки когда узнал, в чем ее обвиняют, однако из-за этого его даже пришлось связать. Он был подобен яростному тигру, который защищал свое потомство. Японец точно знал, что девушка не виновата в ужасной смерти детей, но и объяснить, что произошло тоже не мог, это звучало бы еще глупее, чем обвинения со стороны церкви в отношении девушки. Ему бы все равно не поверили. – Мне вас очень жаль, – произнес священник, но в его голосе не было и капли сожаления. – Сильно же эта ведьма вас околдовала, раз вы оба готовы ее защищать. Не боитесь, что вас отлучат от Церкви, мадам Бертран? – Церковь ничего хорошего ни мне, ни моей семье не сдала, – зло произнесла женщина. – Мой муж и сын погибли в бессмысленной войне во имя бога, лишь потому что Ватикану все было мало. – Молчи, женщина! – зло визгнул священник замахнувшись. – Что ты вообще в этом понимаешь?! Они погибли за святую землю! Их жертва была вознаграждена, и Бог позволил им вознестись в рай. Ты должна быть благодарна! – Будьте вы все прокляты! – выкрикнула в сердцах мадам Бертран и тут же закрыла глаза, готовясь получить удар от замахнувшегося на нее мечом мужчины. Она слышала, как клинок рассек человеческую плоть. Открыв глаза, женщина чуть не закричала от переполняющих ее эмоций. Даже толпа перестала скандировать свое «Ведьме Пламя!» и затихла, наблюдая за происходящим. Лилэя все-таки нашла в себе силы, чтобы подняться на ноги и закрыть собой единственную женщину, которая пусть и ненадолго, но смогла заменить ей родную мать. – Лилэя! – общий крик мадам Бертран и Кеншина оглушил всех собравшихся. Девушка с трудом повернула голову смотря на двух человек, которые пытались встать на ее защиту и горько улыбнувшись начала оседать на землю. Все произошло слишком быстро, и никто не успел даже отреагировать. Бертран, приложив больше усилий, вырвалась из рук державшего ее мужчины и подхватила падающую девушку у самой земли и, горько заплакала, понимая, что рана была смертельная. Кровь почти полностью пропитала одежду, такую рану было невозможно залечить. Кеншин не смог разорвать веревки, которыми его связали, и поэтому он не придумал ничего лучше, чем резко толкнуть мужчину плечом прямо на вилы его приятеля, который не успел опустить свое «оружие». Лилэя что-то шептала на ухо учительницы, и каждое слово довалось ей с неимоверным трудом. Из последних сил, которые покидали умирающее тело. Прежде чем ее глаза закрылись навсегда, девушка увидела своего любимого прекрасного эльфа. Он словно спустился с небес и подобно льву растерзал первого попавшегося человека. В этот момент в голове была только одна мысль: «Я увидела тебя в последний раз… Спасибо…»

***

Утро выдалось до безобразия солнечным. На поляне возле дома лежало несколько разодранных трупов. Остальным жителям повезло больше, порождение преисподней не стало их преследовать. Кроули лишь хотел разогнать толпу и ему это удалось. Осталось только трое. Сам вампир и два человека: мадам Бертран и Кеншин. Однако, мужчина не обращал на них внимания. Он подошел к окровавленному телу юной девушки и легко поднял ее на руки прижимая к широкой груди. Кроули уже хотел войти в дом, как его окликнули. – Господин Юсфорд, – женщина все еще не могла прийти в себя после увиденного. Все-таки не каждый день видишь столь жестокого монстра, но она дала обещание и собиралась его исполнить. – Лилэя просила вам кое-что передать… Мадам Бертран подошла ближе и заговорила тихим голосом, после нежно провела ладонью по черным волосам девушки и поцеловала ее в лоб. Вампир услышал ее слова и лишь кивнул на них в ответ. У него не было желания с кем-либо разговаривать. В его душе давно не было столько эмоций, после обращения они постепенно притуплялись и до встречи с Лилэей практически перестали иметь какое-то значение. Прямо сейчас вампиру казалось, что кто-то безжалостно вырвал самую важную часть его души. Сам того не осознавая он слишком близко подпустил к себе это дитя. Ее душа ярко сияла, и невольно Кроули, все глубже погружающийся в мрачный кровавый мир, потянулся к этому свету. Он еще в тот день понял, что ничего хорошего из их знакомства не выйдет, что с ней будет много хлопот. Но и подумать не мог, что так сильно привяжется к этому маленькому существу. И потерять все, что у него внезапно появилось оказалось невыносимо больно. Кроули зашел в дом, внутри была полная разруха, и положил девушку на кровать. Если бы не ужасная рана, можно было подумать, что она просто спит. Вампир расстегнул пряжку плаща и укрыл им девушку, после чего опустился на колени перед кроватью и доставая из-за ворота рубашки четки с небольшим золотым крестом, которые до сих пор носил, как напоминание о своей прошлой жизни, и остатков человечности, тлевшие в его душе. – Не знаю, выслушаешь ли ты исповедь демона, – сложив руки и держа в кулаках четки, тихо произнес Кроули Юсфорд. – Я давно не разговаривал с тобой. Давно перестал просить, потому что мои слова так и не были тобой услышаны. Ты лишил меня всего и даже моя жизнь оказалась тебе не нужна. Но зачем-то ты забрал ее. Или это мое наказание лишиться всего, что у меня было за то, что мы не выполнили твою волю в Крестовом походе? Кроули еще долго говорил с Богом, но сомневался, что тот слышал его слова, просто чувствовал, что в этот момент должен кому-то выговориться и не нашел собеседника лучше, чем тот, в кого он давным-давно перестал верить. От мысленного разговора его не отвлек даже вошедший в дом иностранный купец, которому хватило такта молчать, пока вампир в последний раз молился Богу. Мужчина встал на ноги и вновь посмотрел на заснувшую вечным сном молодую девушку. Только сейчас он заметил, что кое-чего не хватает. На шее висел небольшой кулон из чистого золота на тонкой изящной цепочке, он сам его подарил Лилэи три месяца назад на ее шестнадцатилетие. Но сейчас его не было. Кроули снял с шеи четки и вложил их в тонкие девичьи руки. – Спи спокойно, леди Лилэя де Роган, – сказал вампир, целуя тыльную сторону ладони девушки. Оба мужчины покинули дом, но перед этим вампир поднял с пола рапиру, которая принадлежала Лилэе. На улице Кроули нашел факел, который бросил один из жителей, поджег его и кинул в разбившееся окно дома. Смерть Лилэи вырвала важную часть души, а сгорающий дом выжег в нем остатки человечности. Он больше не хотел что-то чувствовать. Лучшим решением будет отказаться от всего, что когда-то делало его человеком ведь теперь он существо, которое питается человеческой кровью – вампир и будет им, пока этот мир не рухнет. – Она хотела увидеть страну, где восходит солнце, – с этими словами он протянул Кеншину рапиру. – Возьми ее с собой. Сказав это Кроули Юсфорд ушел, ни разу не обернувшись. Больше его здесь ничто не держало.