Please remember

Нарастающий ветер холодными и прерывистыми потоками воздуха обдувал бледное девичье лицо, заставляя его хозяйку немного морщиться. Покрасневшие и, казалось, уже обветренные щёки неприятно жгло, а кончик не менее красного носа вовсе заледенел вместе с ушами. Наоми старалась игнорировать подступающий озноб, который без усилий начинал покрывать всё её продрогшее тело, но это получалось у неё, мягко говоря, не очень хорошо: она всё же съежилась, зарываясь носом в ворот куртки. Пасмурного цвета глаза непонимающе смотрели на светловолосого парня, который, в свою очередь, лишь довольно улыбался — ей-Богу, на его лице светилось счастье, как-будто тот оказался победителем в национальной лотерее. — Вам нужна помощь, — запнувшись, неуверенно спросила девушка, убирая за покрасневшие уши темные пряди волос с лица, которые выбились из растрепанного пучка. — С чем? Ей в момент стало отчасти неловко. Она увидела небольшое удивление в светло-карих глазах и отвела взгляд в сторону, чувствуя смущение от незнания: ведь и правда не поняла просьбу своего друга (даже малейшего предположения не было). — Шибари, — повторил второкурсник, после секундного удивления мысленно пожимая плечами: не все знают об этом искусном мастерстве, — поподробней расскажу завтра, — заверил он, лениво потягиваясь. Его глаза в который раз пробежались по небольшой сжавшейся фигуре перед собой и он двинулся ближе к ней, — а пока пойдем, а не то ты сейчас окончательно покроешься инеем, — улыбнулся крашенный блондин и закинул массивную руку на девичье плечо, увлекая его хозяйку в сторону общежития, за дверьми которого уже давно скрылись их знакомые. Брюнетка лишь втянула покрасневшим носом холодный воздух и согласно кивнула тёмной макушкой, заранее предполагая, что просьба парня окажется не такой простой в исполнении, какой может показаться на первый взгляд. Об этом говорила подозрительно довольная улыбка на мужских губах и странные искорки, сверкающие в карих глазах. Чтобы заранее подготовиться к завтрашнему дню, обладательница веснушек решила занять сегодняшний вечер чтением информации о шибари: ей будет легче помогать парню, если она будет знать суть. Однако этим она займется позже. А пока что она улыбалась и шла в обнимку с высоким парнем, который по-собственнически прижимал её рукой ближе к себе. Он начал что-то лепетать ей о разном — Наоми охотно поддерживала любую тему, которую выдавал спортсмен. Пара студентов быстро добралась до своего общежития, где девушка наконец-то почувствовала долгожданное расслабление во всем теле: тепло начало окутывать ее, заставляя до сего напряженные мышцы размякать. Потихоньку поднимаясь по лестнице, знакомые начали распланировать свой завтрашний день, составляя для себя небольшой график. Для начала темноволосая сделает, по крайней мере постарается, свой реферат, который нужно будет сдать уже в понедельник, после чего она встретится со второкурсником и они после пообеда или поужина займутся просьбой светловолосого волейболиста. Остановившись на лестничном пролёте на третьем этаже, учащиеся закончили свою маленькую планировку и начали прощаться: — Если не будет «вдохновения» для реферата, можешь сразу приходить ко мне, — предложил Атсуму, немного разминая свои конечности: честно говоря, он чувствовал невероятную усталость во всем теле — недосып дает о себе знать, — думаю, мы с забитым сможем тебе оказать первую помощь. — Хорошо, спасибо, — благодарно кивнула обладательница пасмурных глаз, в который раз одаривая своего крашенного друга добродушной улыбкой. — Доброй ночи, Атсуму-сан. Упомянутый парень довольно улыбнулся, услышав свое имя, слетевшее с девичьих уст, а не привычную фамилию — осталось уговорить её обращаться к нему не в официально-уважительной форме. Он улыбнулся: — Доброй, звёздочка, — протянул волейболист и, по привычке, потрепал девичью макушку, уже окончательно разрушая своей большой ладонью и так хлипкий пучок. Наоми в момент ощутила леденящий душу холодок, который прошелся по всему её телу: небольшое удивление было в момент подавлено кратковременным шоком. Ведь этим, казалось бы, миловидным прозвищем её одаривал лишь один человек, воспоминания с которым отнюдь не были самыми красочными и сладостными, а скорее болезненными и постыдными. Хотя насчет красочных можно было бы и поспорить: нужно было постараться, чтобы оставить такие яркие, не в лучшем смысле, воспоминания. Смочив резко пересохшее горло, Като проводила рассеянным взглядом широкую мужскую спину, которая в следующий момент скрылась за ближайшей стеной. Плотно сжав губы, она повернулась в сторону лестницы и продолжила подниматься на свой этаж, желая поскорее оказаться в кровати. У неё присутствовала призрачная надежда на то, что желанный сон поможет ей унести вон из своей головы нахлынувшие и такие ненужные воспоминания. Поднявшись и дойдя до нужной деревянной двери, студентка обхватила прохладную железную ручку и дернула её, после чего недовольно сморщась: та была заперта. Хрупкая ладонь полезла в просторный карман, потом извлекла из него небольшой ключик и начала вставлять его в замочную скважину. Краем глаза она заметила легкую дрожь в кончиках своих пальцев. С тихим скрежетом замок отворился и пропустил темноволосую первокурсницу внутрь тёмной комнаты. Девушка шустро прошлась ладонью по стене, щёлкнула по выключателю, теплый свет заполнил помещение. Будущая журналистка без ярого энтузиазма начала не спеша стягивать с себя всю одежду, убирая её по местам, а после наткнулась опустошенными глазами на своё отражение в небольшом зеркале. Как-то горестно поджав губы, веснушчатая с неким осуждением осмотрела собственное полуобнаженное тело и почувствовала наступление накатывающей хандры. Правая рука студентки своевольно поднялась и накрыла небольшой шрам под грудью, который раньше частенько мозолил своим присутствием тёмно-серые глаза. Прохладные пальцы медленно провели по едва заметной отметине, чувствуя мягкими подушечками эту неровность. След едва ли достигал шести сантиметров, но всё же докучал его обладательницу своим присутствием. С горечью оторвав свою же конечность от небольшого воспоминания, в роли которого выступал шрам, первокурсница провела ладонью по побледневшему лицу и убирала с него пару тёмных прямых прядей, которые выбились из пучка, а после горько усмехнулась: «А я ведь думала, что у меня получится тебя забыть, — мимолётно пронеслось у нее в голове, открывая недры души». До сего кривая улыбка дрогнула, а из горла вылетел тихий и жалкий всхлип, который студентка университета старательно попыталась заглушить холодной ладонью, как и последующие. Резко обессилевшее тело неуклюже плюхнулось на пол, заставляя этот глухой стук разлететься по всему пустующему помещению. Даже резкая боль в коленках не смогла вывести девушку из её состояния побитой на мусорке собаки. Она полностью начала игнорировать происходящее, зацикливаясь на причине своего подавленного самочувствия. Нежеланные воспоминания внезапно хлынули бушующей волной на брюнетку, заставляя ту полностью утонуть в них. Наоми с силой жмурила слезящиеся глаза до ярких вспышек и разноцветных кругов перед ними, до боли сжимала собственный рот, дабы не слышать эти жалкие всхлипы, которые вырывались из её горла. Ей думалось,что их могли услышать её соседки по ближайшим комнатам. В голове мимолетными видениями возникали различные образы её бывших друзей, которые поочерёдно со злыми издёвками тыкали в неё пальцами и гнусно посмеивались, поливая своим ядом веснушчатую. В один момент ей померещилось, что она и правда начала слышать этот надругательский смех, будто бы он полностью окутывал небольшое пустующее помещение, в котором находилась студентка. От призрачного звука виски начали болезненно пульсировать, а продрогшее тело покрываться мелкой дрожью. Накатывала волна непрошеной истерики. Наоми ощутила болезненное покалывание в районе сердца, и её до этого неустойчивое дыхание вовсе сбилось, когда ей послышался знакомый тихий голос: — Звёздочка~ Сладостно-тягуче, будто бы дегустируя, пронеслось над небольшим ухом, заставляя его хозяйку резко и испуганно втянуть прохладный воздух: в одно мгновение ей померещилось, что вперемешку с этими действующими на нервы звуками она начала чувствовать чужие прикосновения по своему полуобнаженному телу. Район груди и бёдер начал неприятно пульсировать, имитируя хватку чужих пальцев, а блеклый шрам вовсе болезненно начал напоминать о себе. Напоминать о моменте, когда она его заполучила. Резко раскрыв серые опустошенные глаза, Като испуганно забегала взглядом по окружению, начиная потихоньку успокаиваться: никого рядом не было. Ни издевательского смеха, давящего на виски, ни омерзительных прикосновений. Ничего, кроме тишины и уже рассеивающихся воспоминаний о прошлом. Выровняв сбитое дыхание и окончательно приняв реальность, девушка успокоилась и поднялась с пола, уже окончательно переодеваясь в пижаму и плюхаясь неподвижной тушей на мягкую кровать. Пасмурные глаза болезненно щипало от недосыпа и небольшой партии пролитых слёз, а голова продолжала пульсировать в висках от нахлынувших воспоминаний. Юркнув под пушистое одеяло, обладательница веснушек натянула его до самого носа, мысленно радуясь тому, что её соседка в который раз отсутствовала в их общей опочивальне. Наоми не желала, чтобы Осаму застала её в таком помятом состоянии. Прикрыв тёмно-серые глаза и побольше втянув прохладного воздуха, Като почувствовала лёгкий трепет в самой глубине души. В нос ударил слабый, но весь ощутимый знакомый запах, который в последнее время вызывал различную гамму эмоций — начиная от малого жжения в легких и заканчивая едва ощутимой дрожью в кончиках пальцев. Слабая, но довольная улыбка появилась на женских губах, когда обоняние каждый раз приятно ласкал мужской парфюм - ноты острой корицы и сладких долек свежего апельсина. Лёгкие вбирали в себя этот согревающий запах, стараясь его удерживать в себе как можно дольше: создавалось впечатление, что светловолосый волейболист в данный момент находился рядом с поникшей девушкой. Её успокаивало это призрачное желание и она покрепче обняла пуховое одеяло, будто бы представляя на его месте что-то своё. Мысли об Атсуму почему-то вызывали в ней волну спокойствия и умиротворения, тем самым заставляя напряжённые мышцы расслабляться, а ненужные мысли улетучиваться с чугунной головы. Наоми заснула с лёгкой улыбкой на губах и с ласкающим обоняние остро-сладковатым запахом в груди, который обволакивал собой каждую клеточку её бессильного тела. *** Веснушчатая впервые за долгое время проснулась без усталости во всем теле. Всю рабочую неделю она работала, как проклятая, а в свой же честно выделенный выходной, то есть вчера, встала в непозволительную рань, чтобы провести весь последующий день и вечер со своим другом. Не то чтобы она была против, но ходить вялым и едва подвижным телом ей не очень нравилось. Наоми, чувствуя прилив сил, сладко потянулась всем телом и бодро села на кровати: от вчерашней истерики не осталось и следа. На её бледноватом лице сияла, словно лучик раннего солнца, улыбка, а привычные тёмно-серые глаза казались не такими пасмурными — светящиеся искорки придавали им яркости. Встав с кровати и аккуратно заправив ее накидкой, будущая журналистка кинула мимолетный взгляд на соседнюю кровать, на которой мирно посапывала её сожительница. Последняя даже не услышала, как та вернулась в комнату — крепко спала. Направившись в сторону ванной, брюнетка провела там все свои утренние процедуры, а после, выйдя из нее, сразу же обулась в светлые махровые тапочки. В её планах было маленькое путешествие до общей кухни. Поправив пижамные штаны и широкую кофту с длинным рукавом, темноволосая с тихим скрипом отворила деревянную дверь и вышла из комнаты. С тихим шарканьем она направилась в нужную сторону. Подойдя к кухне, Наоми заметила в ней пару девушек со старших курсов, которые вовсю галдели и разносили свой гогот по всему небольшому открытому помещению: та недовольно поджала губы, когда заметила изучающие взгляды на себе. Но, придав себе невозмутимый вид, она принялась делать то, что и задумывала: начала варить себе кружечку крепкого кофе. Закончив с приготовлением, она взяла свой стакан и пошаркала в сторону комнаты, стараясь не пролить горячий напиток на пол или же, в худшем случае, на себя: не хотелось ходить с ожогом, который бы появился по её же неуклюжести. Первокурсница успешно добралась до своей норки, куда быстро юркнула и, тихо захлопнув дверь, прошла до нужной кровати. Она поставила горячую кружку на деревянную тумбу около своего ложа, а после достала из небольшого холодильника пару питательных батончиков и кинула их на заправленную кровать. Достав ноутбук и включив его, будущая журналистка с удовольствием попивала свежеприготовленный напиток, подставляя бледноватое лицо теплым солнечным лучам, которые пробивались даже сквозь занавешенные тёмные занавески. Пока на мониторе ноутбука маячил значок загрузки, девушка с детской радостью наслаждалась прекрасным утром. Она готова была продать душу за такое ежедневное пробуждение. Открыв приложение, где будет покоиться её будущий реферат, Наоми зашла в заметки на телефоне и начала перепечатывать «скелет» доклада, попутно дополняя его новыми данными и преображая его в нечто стоящее. Пока веснушчатая клацала по клавиатуре и довольствовалась прекраснейшим утром, Осаму успела проснуться, приготовить завтрак для себя и своей соседки, собраться на прогулку со своим молодым человеком и оставить подругу в гордом одиночестве, чему та была, конечно же, рада — мысль в тишине легче было уловить. На удивление самой себе, Като справилась со своим заданием довольно быстро: спустя пару мимолетных часов готовый реферат красовался на рабочем столе, где наводилось множество и других работ — доклады по другим предметам или же информация для подработки. Наспех скинув готовую работу своему учителю на почту, дабы не переживать после об этом, темноволосая встала с кровати и потянулась, разминая затекшие мышцы и краем глаза заглядывая в окно: там переливались фиолетово-розоватые оттенки заката. Вечерело. Как по заказу на её мобильник пришло новое уведомление, сопровождаемое звонким трезвоном. Взяв гаджет в руку, Като тыкнула по значку с уведомлением ноготком, а после улыбнулась. От: Атсуму Мия. «Я зайду через десять минут.» — 17:05. Студентка отложила телефон в сторону и воодушевленно подошла к деревянному шкафу: мысль о скорой встрече с волейболистом поднимала её настроение до наивысшей планки. Она достала привычные тёмные джинсы и просторную серую футболку, потом сразу же начала переодеваться. Сверху она накинула мужскую кофту, которая так полюбилась ей: вещь была свободного кроя и полностью скрывала её фигуру, что до безумия ей нравилось. Тем более, на чужой вещице до сих пор держался мужской парфюм, который в последнее время вызывал лёгкое покалывание в кончиках холодных девичьих пальцев. Девушка расчесала прямые темные пряди, приводя их в порядок, привычным движением поправила чёрную оправу очков, села на кровать и начала ожидающе болтать ногами. Буквально спустя мгновение дверная ручка дернулась. Дверь отворилась и впустила в комнату растрепанного волейболиста: Атсуму с тихой одышкой ввалился в девичью комнату. — Вы чего? — удивленно спросила будущая журналистка, поднимаясь с насиженного места и подходя к спортсмену. — Я не успел, — с разочарованием проговорил тот, убирая спавшую прядь светлой чёлки с лица, — опоздал на минуту, — оповестил он, смотря на наручные часы. — Вы и правда порой ведете себя, как ребенок, — закатив глаза, прыснула студентка, осматривая своего пришедшего друга: на его щеках выступил едва заметный румянец из-за пробежки, а в глазах плясали озорные смешинки — будто бы он специально ребячился перед ней. Старший Мия лишь тепло улыбнулся в ответ и в который раз поправил надоедливую челку, зачесывая ту назад. Светло-карие глаза с интересом пробежались по девушке, которая сейчас находилась перед ним. В который раз увидев собственную кофту на девичьем теле, его самолюбие поднялось на ещё одно деление ввысь — это ему чертовски нравилось. Но эта вещица могла помешать его дальнейшему плану, потому мужские руки уверенно скользнули вверх, хватаясь за железную застежку и начиная тянуть её за язычок вниз. — Что…? Наоми удивленно, с нотками непонимания, хлопала пушистыми ресницами, следя за мужскими пальцами, которые расстёгивали кофту на ней. — Для осуществления наших дальнейших действий тебе понадобится что-то менее, — Атсуму задумался на секунду, а после продолжил, — свободное. Увидев хлопковую футболку, которая выглядывала из-под кофты, он довольно кивнул и застегнул кофту, возвращая замок на прежнее место. Като лишь молча следила за его действиями, а после мысленно недовольно хлопнула себя по лбу: вчерашняя накатившая апатия, вперемешку с хандрой, вовсе затмили собой все её планы — она так и не почитала про шибари. Что же, придется улавливать всю суть на ходу. — Прошу Вас, миледи, — Атсуму освободил проход и, шуточно кланяясь, подал большую ладонь девушке, приглашая её тем самым к выходу — эти действия заставили до сего замявшуюся девушку рассмеяться. — Благодарю Вас, милорд, — подыграла брюнетка маленькому спектаклю, вкладывая свою небольшую ладошку в чужую, теплую и немного шершавую, сопровождая это действием легким реверансом — парень тихо присвистнул от изящного движения. Под сопровождение тихого смеха, пара студентов ретировалась из девичьей комнаты, начиная спускаться на первый этаж: из-за внезапно начавшего моросить дождя идти до излюбленной кафешки не было желания, потому друзья решили ограничиться ужином в университетской столовой. Заказав что-то отдаленно похожее на сносную пищу, учащиеся начали трапезу, не прекращая вести при этом непрекращающиеся разговоры. Атсуму, не изменяя своим привычкам, после того, как управился со своей порцией, продолжил воровать еду из чужой тарелки — на его выходки Наоми лишь тихо смеялась, попивая горячий чай. Закончив с ужином, знакомые не спеша направились в комнату волейболиста: как только они приближались на дюйм к нужному месту, волнение начинало окутывать каждую клеточку Като — закрались детские переживания. Дойдя до комнаты, крашенный блондин дёрнул железную ручку, пропуская свою спутницу вперед: она впервые официально была приглашена в скромную мужскую обитель. Комната практически ничем не отличалась от их собственной с Осаму: такой же невызывающий ремонт и деревянная мебель украшали помещение. Единственное, здесь так и витала плотная, будто бы ощутимая, особая атмосфера. В нескольких местах были хаотично разбросаны различные вещи (по типу футболок и нужных для черчения предметов), рабочий стол был завален большими листами с расчетами и учебниками. Также обоняние ласкал приятный мужской одеколон, который вкрадывался вглубь девушки — у неё даже на секунду сбилось дыхание. Серые глаза перестали изучать окружение и спустились к одной из кроватей, на которой лениво валялся розоволосый студент, без энтузиазма читавший книжку. — Приветствую, — вяло протянул Хиро, перелистывая потертую страницу и даже не удостаивая вошедших взглядом: весь его вид говорил об отстраненности от внешнего мира. — Привет, — поздоровалась в ответ девушка и немного смущенно прошла вглубь комнаты, присаживаясь на свободную кровать, покрывало на которой было чуть не аккуратно заправлено, — с чего начнем? — она ожидающе глянула на знакомого сеттера. — Для начала нам нужно выпроводить это подобие человека, — с явным намеком выдал старший Мия, складывая крепкие руки на широкой груди и начиная сверлить своего соседа ожидающим взглядом. Татуированный парень поднял безразличный взгляд ярко-зеленых глаз на своего сожителя и собрал всю свою выдержку в кулак, дабы не наградить того средним пальцем. — Мне как бы поху… — Удались, — блондин вовремя успел прикусить язык: не было бы рядом подруги его сестры, он бы сквернословил, не сдерживаясь. — Когда же небесная кара настигнет тебя, засранец? Никого толком не трогаю, читаю, занимаюсь саморазвитием, но нет — приходишь ты и все портишь, выгоняя с честно заработанного места в общежитии… Хиро под свои же возмущения начал собираться, не замолкая ни на секунду: он накинул на себя светоотражающую курточку, доставая из её кармана пачку сигарет — одну он предварительно зажал между губ. Парень смял свои розовые кудри, когда натянул на голову забавную зелёную шапку с бубоном, которая отлично сочеталась с его яркими глазами. Закончив со своими минутными сборами, кудрявый повернулся к пришедшим и недовольно выдал: — Тридцать минут. После этих слов дверь захлопнулась, заставляя Наоми почувствовать себя ещё более неуютно: она не хотела доставлять дискомфорт кому-либо. — Не думаю, что он бы нам помешал, — немного неуверенно проговорила девушка, заправляя темные пряди за уши. — Мне — нет, — начал Атсуму, роясь в своем ящике, — но тебя бы он определённо смущал. Парень с победным выражением лица извлек из полки искомую вещь: не так давно приобретенную веревку. Когда тёмно-серые глаза увидели эту вещицу, то сразу же удивленно округлились: их обладательница вспомнила, где была приобретена эта «игрушка». Смотря на недавнюю покупку, теперь девушке было не трудно догадаться, для чего та была предназначена. — Если хочешь, могу позвать забитого назад. Думаю, он не будет против, — с вызывающим смешком выдал крашенный парень, видя порозовевшие щёки своей подруги. — Вы хотите, — немного глупо запнулась Като, неловко прокашливаясь. — Связать меня? Увидев замешательство на девичьем лице, спортсмен, удерживая веревку пальцами, поднял руки в знак капитуляции, тем самым демонстрируя свою безобидность: — Я могу не связывать тебе руки, если тебе будет от этого более комфортно, — предложил он, понимая небольшое волнение со стороны своей собеседницы, — только торс. Ну, — продолжил он, распутывая вещь в своих руках, — если хватит времени, то и бёдра. Наоми неуверенно прикусила нижнюю губу и сжала небольшой участок покрывала тонкими пальцами: честно говоря, ей не очень нравилась перспектива быть связанной. — Не переживай, я в этом деле новичок, так что, возможно, дело закончится лишь небольшим бантиком у тебя на талии, — признался волейболист и улыбнулся, когда увидел рассеявшееся сомнение в девичьих глазах и ответную улыбку. — Хорошо, — всё же согласилась брюнетка, решая довериться другу: этому поспособствовали его слова о том, что её руки он оставит нетронутыми. — Отлично, — чуть ли не хлопнув в ладоши выдал Атсуму, — снимай кофту. Като послушала брата своей соседки по комнате и стянула его же вещь с себя, демонстрируя светло-карим глазам свободную серую футболку. Парень, что-то натыкав в своём телефоне, положил его около женских округлых бедер, а сам присел на корточки перед девушкой, держа в руках веревку, которую он нетерпеливо желал испробовать. — Начнем? Получив в ответ утвердительный кивок темной макушкой, он, следуя открытой инструкции на телефоне, начал перекидывать веревку через девичьи плечи, шею и руки. Наоми даже запуталась в последовательности его рук. Честно, она даже не старалась следить за его движениями, ведь её взгляд приковало к себе сосредоточенное мужское лицо. Серые глаза в который раз внимательно осматривали лицо сеттера, которое сейчас было непривычно серьезным: старался излишне не отвлекаться и следовать точной инструкции, ведь на ошибки у него не было времени — назойливый татуированный сосед дал им малый лимит времени. А при нём заниматься подобными вещами он, на самом деле, не желал. Атсуму примерно представлял будущий результат и не горел желанием, чтобы его зеленоглазый дружок мог созерцать эту картину. Его темные, как и виски, брови были чуть нахмурены, а губы плотно сжаты, когда он делал очередной узел, каждый раз при этом интересуясь у девушки, не делает ли он ей больно при затягивании. Веснушчатая в эти моменты смущенно отводила взгляд в сторону, и тихо давала тому отрицательный ответ: единственное, что она чувствовала — подступающую неловкость и умелые движения. Его руки так уверенно «украшали» юное тело веревкой, что Наоми на пару мгновений показалось, что парень ей солгал о своей неопытности: казалось, что он уже практиковался в этом деле, да и не один раз. Но всё же проскальзывали моменты, когда старший Мия непонятливо всматривался в инструкцию перед собой и тихо шептал: «Чего?». В такие мгновения она вычеркивала возможную ложь из своих предположений. Когда веревка начала проходить над её пышной грудью, под ней и между, брюнетка готова была завыть от накатившего на неё стыда: она даже хотела попросить волейболиста остановиться, но, увидев детский блеск в карих глазах, она останавливала себя. Он наслаждался своей работой и, видимо, самим процессом. А она — его близостью. Светлая веревка немного туго сдавливала нежную девичью кожу под просторной футболкой, которая, благодаря стяжке, теперь полностью облегала юное тело. Атсуму же сейчас мог полноценно лицезреть на аппетитную женскую фигуру, которую постоянно скрывали мешковатые вещи: сейчас же пышная грудь была подчеркнута веревкой, а талия казалась настолько узкой, что у парня в голове мелькнули мысли о том, что он запросто сможет ее обхватить своими ладонями. Выглядело это замечательно. Не может же он оставить собственную работу без похвалы? Завязав небольшой узелок, блондин встал с корточек и уже полноценно наслаждался проделанной работой: его глаза бегали от покрасневшего девичьего лица до груди, на которой веревка очерчивала подобие звезды. Его мозолистые пальцы дрогнули в небольшом желании — похабные мыслишки своевольно начали просачиваться в его голову. Он с трудом проглотил комок, состоящий из вызывающих шуток, и нагнулся к девушке, начиная распутывать слабые узлы, которые до сего момента старательно завязывал. — Знаешь, а мне понравилось, — признался он, высвобождая женскую грудь из оков веревки, — я бы не отказался от подобных занятий. Что скажешь? — Я не знаю, — призналась Наоми, смущенно улыбаясь: ей и правда было неловко сидеть в таком виде перед братом своей соседки, — это действительно смущает. Старший Мия кивнул макушкой, молча говоря: «Понимаю». Он немного нахмурился ближе нагнулся к бледной шее: один из последних узлов никак не хотел развязываться. Когда обладательница блеклых веснушек почувствовала горячее дыхание на своей шее, то машинально схватилась за крепкое плечо, сжимая его своей ладошкой и чувствуя ей жар, исходящий от мужского тела. Она прерывисто вздохнула, обдавая своим дыханием чужое ухо, заставляя его обладателя остановиться на долю секунды. Перед его глазами и так маячил соблазнительный силуэт девушки. Так теперь ещё будут слышны и полу-стоны? Смочив резко пересохшее горло, парень продолжил своё дело, недовольно морщась: черт бы побрал этот нелепый узелок. — Всё так плохо? — попыталась разрядить накалявшуюся обстановку темноволосая, тихо прощебетав это. — Чёрт, — выдал Атсуму, разочаровано вздыхая и сравниваясь своим лицом с женским. Сейчас их глаза были на одном уровне, и Наоми могла заметить в светло-карих такое же лёгкое смущение, которое постоянно присутствовало в её собственных. От этого стало даже на долю секунды забавно. Если бы не шершавая ладонь на оголенном участке её шеи и не горячее дыхание на губах, она бы, определенно, выкинула лёгкую издёвку в сторону волейболиста. Но сейчас, когда она безотрывно следила за последующими действиями парня, она не могла вымолвить и слова, ведь заметила, как Атсуму стремительно приближался к её губам, которые в этот миг казались парню до невозможности соблазнительными.