Fowler

Туман над пепелищем того, что когда-то было добротной пристанью Вобика не могло рассеять даже солнце в зените. — Неужели никого живого? — сдавленно шепнула Юджени, — совсем никого... — Нужно сойти на берег, только так мы узнаем остался ли кто-то цел, — Огимабинеси привязал лодку к обгоревшей, но крепкой свае, поддерживающей останки причала. — Ты устал, — сказал Хэмиш Гомс тихо, — нужно поискать убежище, а потом уже выживших. — Я пойду, — кивнул Огимабинеси, спрыгнув в воду, — а вы держите пистолеты заряженными. Люди теперь очень сердиты на чужаков. Особенно на таких, как мы. — Я пойду, — вдруг решительно заявила Юджени, — я француженка, я знаю местных, у меня здесь есть родня... Меня не тронут. — Она права, Ивон. — Это опасно, — качнул головой Огимабинеси. — Идите оба, я смогу за себя постоять, — сказал Хэмиш Гомс и положил на колени пистолет, — ступайте и возвращайтесь скорей. Огимабинеси посмотрел на него неодобрительно: — Когда я ухожу куда-то, — сказал он по-английски, — тебя кто-то пытается убить. По-моему это некудышная затея. — Ты отпустишь ее одну? — Хэмиш упрямо поджал губы и чуть склонил голову набок, — просто пусть идет? — Шах и мат, — холодно сказал Огимабинеси, — иногда мне хочется грязно ругаться и швырять в тебя предметы, Хэмиш Гомс. Это тот случай. — Возвращайтесь побыстрей, — молодой человек улыбнулся как-то мягко, почти ласково, — мне жаль, что я такая никчемная развалина и не могу пойти с вами.