Так спокойно

      Сумерки полупрозрачным полотном опускались на город, забирая в свои владения пьяный воздух, словно с помощью волшебного выключателя зажигая звёзды на мрачнеющем небе. Месяц кривой баранкой бессмысленно кривился где-то в неизменной дали. Лунный свет лучами падал на лицо синоби, очерчивая фактурные скулы, линию челюсти и заставляя волосы поблёскивать холодным светом.  Кадзу сосредоточенно точил кинжал. Руки его, держащие специальный камень и ритмично поводя им по лезвию, словно были расслаблены, хоть и держали орудие крепко. Движения были настолько отточенными и чёткими, что, кажется, даже ветер замер, завороженно наблюдая за ниндзя.  Мэй тяжело было сидеть дома, когда Кадзу не было. Она не знала почему, но внутри зарождалась какая-то необъяснимая тоска и тревога, короткими когтями скребя душу и играя на струнах души. Робкий характер кицунэ не позволял постоянно находиться рядом с ниндзя, мысли о своей навязчивости не давали покоя, и она лишь бессмысленно бродила по комнате из стороны в сторону, то притрагиваясь к ручке двери, вот-вот собираясь выйти, то вновь отдёргивая себя.  Девушка выглянула в окно то ли в попытках успокоиться, то ли в надежде увидеть там ниндзя. Ниндзя там не было, зато она с удивлением заметила, что за окном практически кромешная тьма, разбавленная лишь фонарями. Она тяжело выдыхает и, послав всё к чёрту, выбегает из дома.  Девушка быстрым шагом направляется туда… куда сердце велит. И не подвело ведь, через пару минут на берегу спокойной реки она увидела синоби. Мэй непроизвольно расплылась в улыбке и, сделав пару шагов в его сторону, аккуратно подняла руки. Несколько движений, и над мужчиной закружились светлячки, ярко мерцая и садясь на его плечи, руки, лицо. Когда кицунэ подошла ближе, иллюзия тут же рассеялась, но ярче светлячков стала сиять её улыбка.  — Этому тебя Такао научил, неведьма? — синоби мягко улыбнулся и стрельнул глазам. Его чёрные, как смоль радужки сияли в лунном свете, отражая будто бы весь мир.  Гейша отрицательно покачала головой. — Оно само как-то получилось, — девушка обернулась к реке. Там мирно покачивались камыши, раздавалось кваканье лягушек и тихий шум воды.  — Тут так спокойно, — Мэй глубоко вздохнула и села рядом с Кадзу на небольшую деревянную скамейку. — Да. Зачем пришла, пушистая? — ниндзя обернулся к лисе, невесомым касанием накрыв её руку своей. — Захотелось, — девушка пожала плечами и почувствовала, как сердце пропустило удар. И даже это не ускользнуло от чуткого синоби.  — Чего волнуешься? — он не сумел сдержать саркастическую и даже немного самодовольную улыбку. — Мне порой кажется, что ведьма тут вовсе не я, а ты. Кто тебя научил мысли читать? — лиса прыснула и выпустила прядь волос из-за уха, чтобы скрыть румянец, выступивший на молочных щеках.  — Иди сюда, — Кадзу потянул её за запястье, уволакивая на свои колени. Слегка грубые руки нежно обхватили её талию, прижимая к себе. Ниндзя улыбнулся, видя замешательство и яркий румянец на лице гейши. — Тише, красивая, — он лишь зарылся носом в её шею, обжигая дыханием фарфоровую кожу и крепче прижимая к себе. Лисьи руки робко обвили его шею. — Не робей, — шершавые губы мягко коснулись её шее, оставив след, видимый только ей. След на душе.  Так спокойно.