Underlust: Любовь или Похоть?

— Надеюсь, что Андайн не будет сильно злиться, если узнает, что я упустил человеческую самку. Ну... скажу, что она перехитрила меня и убежала вместе со своим пушистым другом. Только бы все обошлось. А то в последнее время Андайн не в духе и постоянно зовет меня, чтобы я ее удовлетворил. А точнее – свое огромное копье. Фух... надеюсь, что все обойдется...       Так сказал высокий оптимистичный брат ленивого алкоголика, стоя возле достаточно большого водопада. Ведь именно здесь его должна была ждать нынешняя злобная глава королевского гаремника. Но сейчас она почему-то опаздывала. Может, задержалась где-то. Или отправилась к королеве с докладом. Или одноглазая рыжая рыба прямо сейчас жестко наказывает какого-то монстра за нарушение. В любом случае ее задержка дала длинному владельцу желтых сапог какое-то время передохнуть. Не только ему, но и одному его месту, в которое Андайн постоянно любит заходить своим большим копьем. Если честно Папсу не сильно нравилось, как сильная женщина с ним обращалась. Но ей перечить скелет не хотел, так как боялся ее жестокого гнева. Так что он чаще всего молчал и позволял рыбке насиловать его чувствительную пятую точку. Даже если ему невыносимо больно Папирус делал это, чтобы Андайн, наконец, приняла его в королевский гаремник. Ведь он всегда этого стремился. Стремился быть чем-то большим. Желал получить почтение, признание и популярность. Но главное – высокий скелет хотел взаимность существа, которое украло его сердце.       И так позитивный монстр думал обо всем этом. Причем он, еще не подозревая, что за его спиной стояла сильная и возбужденная одноглазая сучка. И по ее лицу было понятно, что она сейчас была очень злой. Ведь рыба не смогла поймать беглецов: человека, козлика и мелкого алкоголика. И именно последнего из них она хотела схватить, так как тот осмелился помогать врагу, тем самым предав королеву. В принципе глава королевской ”армии” всегда недолюбливала этого низкого клоуна, что является одним из приемных сыновей ее величества. Женщину бесило все в этом существе: его тупые пошлые шутки, не изменяющаяся улыбка на лице, разражающийся смех и бесконечный алкоголизм. Но главное девушку злило его неподчинение. Он ее не слушал. От слова совсем. Всегда говорил, что будет принимать приказы только от королевы. Он как будто ее не боится, так как находится под защитой своей матери. К тому же этот мешок костей является тем, кому Ториэль могла доверить свои секреты. И это злило одноглазую извращенку. По сути, она должна быть этим самым доверенным лицом ее величества, а не этот пьяница. Ведь женщина является той, что собрала почти все семь человеческих душ, которые нужны для разрушения барьера, что создали люди. Неразрушимая магическая стена, что не позволяла монстрам выйти на поверхность. Именно она покарала всех тех несчастных, которые посмели спуститься в подземелье. Причем очень жестоким способом, которым рыбка очень сильно любила использовать. Сексуальное изнасилование. Ей нравилось делать это, так как обожала слышать крики и мольбы людей. Но самое большое удовольствие ей приносили их слезы пропитанные болью и унижением. Видеть это в лицах ничтожных людей было ее особым наслаждением. И если бы не Санс, что посмел помочь человеческой самке, то рыжая одноглазая женщина смогла бы отработать девственные дырки человеческой самки. Но ничего. Ведь есть тот, кто может заплатить за ошибки пьяного пошляка. Кого можно без угрызения совести выебать в зад. И сейчас он стоит к ней спиной, летая в облаках. — Папирус... Услышав этот знакомый жуткий голос, младший брат ленивого скелета задрожал от страха. Папс понимал, кому он принадлежит, но боялся повернуться к его хозяину. Ведь скелет знал, что если капитан королевского гаремника говорит таким тоном, то значит он сейчас очень зол. А если Андайн злая, то она захочет выплеснуть на кого-то свой гнев. Или другими словами – жестко изнасиловать. И так как сейчас рыжая женщина стояла за его спиной, то высокий братишка пошлого комика понимал, кто будет ее жертвой. — Ты меня слышишь... Папирус? — спросила она младшего скелета, заставляя парня еще сильнее нервничать. — Гм. Да... Андайн. Что-то... случилось? Он говорил очень тихо и спокойно, так как надеялся, что так сможет ее успокоить. — Да... случилось. Повернись... ко мне... лицом. — Но... Анди... — Живо... Поняв, что лучше не злить рыжую девушку, Папс подчинился и развернулся к ней, стараясь при этом не показывать страха. Та в свою очередь злобно глядела на своего ”ученика” и думала, как лучше всего его наказать. — Расскажи мне, Папирус. Сколько мы уже знакомы? — М? Ну... уже шесть лет... вроде бы... — неуверенно ответил позитивный монстр. — Хорошо. Значит... ты у меня учишься... шесть лет... И промолвив, владелица одного глаза неожиданно усмехнулась и стала медленно ходить вокруг своего куска ”мяса”. — Хех. Знаешь... это забавно. Ведь на удивление... я очень хорошо помню каждый наш урок. — Андайн? — Особенно мне запомнились те моменты, когда я оставалась наедине... с твоей достаточно милой и тощей попкой. И неожиданно рыбка положила руку на его костяной таз, из-за чего тот вздрогнул. — Гм... ты хочешь... — Не перебивай... Папирус, — серьезно промолвила женщина, смотря своим единственным глазом на пугливое ничтожество. И тот послушно замолчал. — Умница. В общем... мне нравилось проводить с тобой время. Учила тебя соблазнять своего партнера... развращать и... доминировать над ним. И параллельно с этим... мне было приятно играться с твоей дыркой. — Угу... — слабо кивнул парень, трогая свою руку. И при этом в глубине души он сильно паниковал, так как знал, что такой спокойный разговор не сулил ничего хорошо. — А помнишь... как мы вообще познакомились? — Ну... королева отправила меня к тебе... — А зачем? — Чтобы ты... приняла меня... в особый отряд... — Да... и как он называется? — Гм... королевский гаремник... — Хи-хи-хи. Верно, мой любимый ученик, — усмехнулась одноглазая рыжуха, положив руку на плечо мужчины, — ты пришел ко мне и сказал это. Причем... со всей искренностью и желанием. И мне это... очень понравилось. Но я не мог принять тебя в отряд по одной причине. У тебя не было "боевой" подготовки. — Знаю... — К счастью... в тот день я была очень доброй и поэтому сказала, что я лично... буду тебя учить. Правда, с одним маленьким условием. — Я... помню... — шепотом вымолвил Папирус, но девушка его хорошо услышала. — Ну... если помнишь... И она сняла свои штаны, давая своему "ученику" лицезреть ее могучее "копье", при этом не прекращая улыбаться. — ...То ты знаешь, что делать. Парень пугливо сглотнул при виде длинного и толстого орудия главы королевской "армии", который заметно пульсировал от возбуждения. Правда он и до этого его видел. При этом не один десяток раз. Но так до конца и не смог привыкнуть к такой особенности у рыжей альфы. Заметив, что скелет минуту глядел на ее ствол, Анди злобно сощурила свой единственный глаз и приказным тоном сказала: — Ну? Что стоишь без дела? Давай уже принимайся за дело, пока не решила тебе в этом помочь. Поняв намек, Папирус мигом встал на колени и, взявшись руками за ее член, стал его аккуратно массировать. И делал он это достаточно мастерски. И не удивительно. Ведь брат ленивого пошляка не раз разминал опаснейшее оружие главы особого отряда. И женщине настолько сильно это нравилось, что она стала постоянно звать наивного монстра к себе, чтобы тот удовлетворял лишь ее одну и больше никого. И сейчас владелица красных волос получала феноменальный кайф от такого. — Ох... ах... да. Блаженство. Твои ручки... как всегда великолепны... Папирус. Мужчина не стал ничего отвечать на ее отзыв и продолжил удовлетворять своего учителя. Правда, без всякого удовольствия, так как делал это исключительно, чтобы сберечь свою пятую точку от очередного проникновения. И, слава богу, что Андайн не приказывает ему сосать ее ствол. Иначе бы его горлу давно бы пришел конец.       И вот спустя пять минут сильная одноглазая рыжуха, не выдержав, кончила прямо на лицо своего личного ученика. Причем сильной струей она облила все его лицо чистой белой жидкостью. И это было для злобной женщины долгожданным облегчением. Ведь она целых три дня не освобождала свой бак, так как все ее игрушки куда-то пропадали. Из-за этого рыжая бестия была постоянно зла и возбуждена. Но теперь это все прошло. Почти. — Фух... хорошо. Отличная работа, Папирус. Как всегда. — Я рад... что вам понравилось... учитель... — промолвил костяной мужчина, убирая руками всю семенную жидкость со своего лица. — Конечно, понравилось. Ты ведь мастер в этом деле. Одни только твои идеальные руки заслуживают восхищения. Даже помню, как ты первый раз трогал моего красавца. Тогда... ты был очень неопытным в этом деле. — Да... — Но потом через некоторое время... у тебя стало хорошо получаться. Я бы даже сказала... очень хорошо, — необычайно мирным тоном промолвил капитан гаремника. И скелета это серьезно пугало. Ведь он знал, что если Андайн говорит спокойным голосом, то через минуту она устроит ему сильную взбучку. И поэтому Папс решил мягко перейти сразу к делу. — Мне... очень приятно слышать такие добрые слова... от вас... учитель. Но... вы не просто так решили... вспомнить. Я ведь прав? — М? Папирус... а почему мы обращаемся на вы? Я вроде бы не запрещала называть меня... по имени. — Гм... прости... — Не нужно извинений... мой любимый ученик. Говори. Что у тебя на уме? Не бойся. Я не сделаю тебе больно. — Гм... ничего... — испуганно прошептал высокий скелет, боясь пошевелиться и взглянуть рыбе в ее единственный глаз. И такое поведение не понравилось рыжеволосой женщине. — Папс... я вроде бы не задала тебе сложный вопрос. Я лишь спросила. Что... тебя... тревожит? — Да ничего меня... не тревожит... Андайн. Все хорошо. Я лишь просто... — Живо... — внезапно промолвила злобным тоном одноглазая глава, слегка сжав кулак. — Гм... ну... — Что? Говори... Парень понимал, что если он, будет еще молчать, то девушка наверняка устроит ему ”веселое” время. Поэтому младшему братишке пошлого комика ничего не оставалось, как рассказать ей все. — Эх... в общем... я заметил... что ты подозрительна добра ко мне. — И? Это для тебя... плохо? — Нет. Вовсе нет. Но... когда я прихожу сюда... то обычно вы уже стоите тут и ждете меня. И все только для того... чтобы мы начали нашу... особую тренировку. Но сегодня... вы какая-то... не такая. Говорите со мной ласково. Без криков, ругательств и битья. А главное – вы впервые в жизни... назвали меня по имени, а не как раньше: вещь... или игрушка. Андайн... что случилось? Почему вы стали неожиданно добры ко мне? — спросил владелец розовой рубашки, после чего между ним и опасной извращенкой наступила тишина. И именно этого боялся тощий монстр, так как знал, что после этого начнется настоящий ад его пятой точке. И, к сожалению, он не ошибся. Ведь парнишка видел, как ее глаз с каждой секундой дергался от ярости, а ствол, который внезапно вновь оживился после бурного фонтана, сильно толкал пах длинного скелета. И тут она заговорила своим привычным властным голосом, который морально уничтожал любого, кто его услышит: — Хочешь знать? Хорошо... вещь. Но сперва... живо к стене! И испуганный этим криком Папирус подбежал к черной породе и уперся об нее руками. — Молодец... — злобно промолвила женщина, подходя к своей похотливой игрушке, — а теперь слушай меня... вещь. — Гм... — Я в курсе, что ты упустил человека. И не смей даже оправдываться... неудачник... — Но... Андайн... — Заткнись! Иначе изнасилую... как дешевую шлюху! Младший скелетик мигом замолчал, так как не желал этой участи. Хотя и понимал, что он в любом случае будет жестоко наказан. — Так-то лучше. А теперь перейдем к делу. Пока ты просиживал штаны, я патрулировала водопадье. И я увидела, что твой ленивый брат помогал человеку. Нашему врагу. Защищал его от других монстров. И от меня... в том числе. — Гм... но... это бред. Мой брат не способен на предательство. — Я, по-твоему, что... вру?! Что мне просто показалось?! И вообще! Я еще не разрешала тебе говорить! И закричав, она мощным ударом разрушила часть поверхности породы, которая находилась рядом с головой пугливого ничтожества. Тот решил полностью замолчать, рискуя, что следующая цель жестокой главы королевской ”армии” будет его голова. — Так вот. После того как эти враги ускользнули от меня... я стала искать их по всей локации. Но так и не нашла. И меня это сильно злит! Ведь до этого момента я всегда успешно ловила всех людей, что попадали в наше подземелье! Ловила и без всякой пощады их насиловала! Но эту человеческую самку я не сумела поймать! И все из-за твоего брата-предателя! Если бы он сейчас был тут, то я бы с особым наслаждением его выебала! Но ничего. Ведь есть к этому альтернатива... — М? — Если я не могу наказать мелкого алкоголика... то мне придется отработать... тебя... — Что? — в шоке промолвил Папс, — но почему? — Потому что ты должен заплатить за все те ошибки, которые совершил твой брат. Заодно... я буду удовлетворена полностью... И сказав это, рыбная госпожа порвала штаны костяного владельца золотого сердца на куртке. — Андайн... пожалуйста... не надо... — Я пощады... не принимаю... вещь. Да и вообще. Ты годишься только для того, чтобы принимать мое копье. — Но... — И я бы никогда не взял бы тебя... в королевский гарем. Ты натуральная омега, а я принимаю только могучих и властных альф. Но твоя мама... наша королева... приказала мне взять тебя в отряд. — Она... попросила? Но почему? — Хе-хе-хе-хе-хе. Если думаешь, что она сделала это ради тебя, то глубоко ошибаешься. Она все это устроила лишь для низкорослого предателя. — Для моего... брата? — Именно... — прошептал капитан, нагнувшись к уху слабого самца, — просто он не хотел, чтобы ты не входил в мою армию. И поэтому этот пьяница просила королеву, чтобы та запретила тебе вступать в королевский гаремник. Много раз ее уговаривал... и спорил. И все это делал... ради тебя... — Меня? — удивленно раскрыл глаза скелет. — Да. И твоей маме... это не нравилось. Ей было не по душе такое поведение. И поэтому она желала наказать своего приемного сына необычным способом. — Необычным... способом? — Хи-хи-хи-их-хи. Помнишь... как я лишила тебя... девственности? Услышав этот вопрос, парень сильно покраснел. Ведь он очень хорошо помнил этот день. Как Андайн повела парня в одну комнату, при этом закрыв тому глаза. И там она привязала его к позорному столбу, после чего сняла тому штаны. Он тогда еще не знал, что с ним будет. Думал, что девушка устроит ему особый сюрприз. Но скелет даже не подозревал, что этот сюрприз принесет невыносимую боль в его пятой точке. Позже он понял, что Андайн его изнасиловала и лишила девственности. И поначалу скелет злился на женщину. Ведь ему было очень больно. Он тогда неделю не мог нормально сидеть из-за этого. Но потом парень простил владелицу красных волос, и та взяла его в ученики. Но этот случай он никогда не забудет. — Да... помню... — Эх... хорошо. Тогда я раскрою тебе один маленький, но веселый для меня момент. А именно... как твой брат... — Убери руки от моего брата, шлюха!       Тут парочка резко повернулись в сторону хозяина злобного голоса. И увидели низкого злобного скелета в похотливом костюме. Было видно, что тот был в неописуемой ярости, а его очи глядели на сильную психованную женщину. И он здесь, чтобы спасти близкого для себя существа от настоящей твари. — Ааа... вот ты где... предатель. А я все думала... придешь ли ты на помощь к своему брату? Или как трус сбежишь от моего гнева? И лично... я ставила на второй вариант. — Обойдешься... тварь. Сейчас же отпусти моего брата... пока не пожалела. — Хех. Думал, что испугаешь меня... угрозами? Идиот. А, впрочем, ладно. Ведь мне нужен... лишь ты... И промолвив эти слова, сумасшедшая женщина взяла и кинула младшего братца ленивого алкоголика в сторону, после чего улыбнувшись, взглянула на свою цель. Ну а наивный монстр, кое-как привстав на ноги и прикрыв руками свои проблемные места, обратился к комику: — Санс... — Я потом все тебе объясню, Папс. А сейчас иди и где-нибудь спрячься... пока все не успокоится. — Но... — Прошу... брат. Послушай меня... хоть в этот раз. К тому же... у меня с этой... извращенной сучкой... личные счеты. Так что... иди. Папирус хотел возразить насчет просьбы своего единственного близкого существа, но потом, увидев серьезные глаза бывшей личной игрушки королевы, понял, что его лучше послушаться. И поэтому, посмотрев напоследок на Санса, убежал в сторону Сноудина. — Хех. Умный мальчишка. Выбрал верное решение и не остался с тобой. И все-таки жаль, что я лишилась дополнительной дырки для моего копья. У меня бы тогда было два раза больше удовольствие. — Заткнись. Моего брата ты больше не получишь... шлюха. Да и вообще. Твой уродливый ствол... больше никого не изнасилует. Ни мужчин. Ни женщин. И ни детей. Все кончено. — Ха-ха-ха. Рассмешил... неудачник. Никто не сможет со мной сравниться. Мое ”орудие” самое большое в подземелье. И все мои игрушки перед ним преклоняются. И ты должен был это сделать. — Никогда. Не в этой. И не в другой иной жизни. А ”кланяются” тебе только потому, что пугаются тебя до такой степени, что боятся сказать и слово в твою сторону. Но теперь... этого больше не будет. Я... положу этому конец... победив тебя. — Ха. Идиот. Ленивая амёба. Неисправимый алкоголик. Да что ты можешь? Я куда сильнее и выносливее... чем ты, а твоя кочерыжка... не сравнится с моим Голиафом. У тебя нет шансов. — А ты в этом уверена... одноглазая проститутка? То, что у тебя есть идеальные физические данные – это правда. И наравне с тобой – я слабак. Но у меня... есть пара козырей в рукаве. И именно они... тебя уложат. — Меня? Уложат? Ха-ха-ха-ха-ха! — истерически рассмеялась Андайн, потрогав свое ”копье”, — ну и хреновый ты шутник… костяшка. Думает, что сможет меня победить при помощи дешевых каламбуров и трюков, которых у тебя нет. — Хех. Не веришь мне? А зря... сученька. Ведь через минуту... над тобой... свершится мое... нет... наше возмездие. И когда это случится, то тебя забудут... как страшный сон. От таких слов женщина лишь усмехнулась, после чего сняла свою шляпу и кинула в сторону. — Готовь свою костяную задницу, предатель. Ведь скоро... я ее разрушу. И не оставлю от нее ни единой крошки. — Если конечно... ты сможешь... до нее добраться... с твоим-то недоразумением, которое у тебя между ног. — Замолчи... ничтожество. Я изнасилую твою жопу, а после пойду искать человека. А когда закончу, то вернусь и начну по-новому тебя наказывать. И на сей раз... твоя мамочка... не поможет... — А мне и не нужна ее помощь. Я как-нибудь сам разберусь с тупой горой мышц, у которой гнилое яблоко вместо сердца, — саркастично сказал мужчины, разминая свои костяные пальцы, чем слегка раздражал похотливую рыбу. — Хватит слов! Хватит этой бессмысленной болтовни! Сегодня... ты падешь! И закричав, Андайн побежал на мелкого предателя. Ну а тот спокойно стоял и глядел на своего врага, при этом тихо молвил следующие слова: — Какой чудесный на улице день. Птички поют... цветы благоухают... в такие дни... такие моральные уроды... как ты... Девушка все ближе приближалась к своей жертве, думая о том... как лучше ее изнасиловать. А также уже представляет себе... как королева делает ее своей правой рукой. — ”Да! Да! Да! Я сделаю это! Накажу предателя! Отработаю человека! И я, наконец, получу... долгожданное признание от моей покровительницы!” И внутренне крикнул на своего преступника народа, чтобы раз и навсегда с ним покончить. Но, правда, в том, что он ожидал этого. — Должны быть жестоко наказаны.       А тем временем наша парочка, состоящая из совершеннолетней шатенки и маленького козлика, шла по Хотленду, которая, по словам Санса, являлась самой жаркой частью всего подземелья. И он был прав, так как двум путешественникам было очень душно. Даже, несмотря на то, что они были одеты более легко, все равно испытывали жесткий дискомфорт. — Ух... тут очень... жарко... — Да... — слабо промолвила Фриск, держа за ручку своего младшего братика, и при этом тяжело дышала, — и как нам теперь идти-то? Мы и так одеты очень легко, но нам все равно горячо. В ответ на это козлик слабо пожал плечами, так как у него не было сил. И шатенка удручающе вздохнула. После небольшого обдумывания она решила снять вместе с Ази всю верхнюю одежду. Иначе они просто упадут без сил. И вот через пару минут на зеленоглазках были только нижнее белье. У девушки это были лифчик и трусики черного цвета, а у ребенка красные боксеры. И Азриэль быстро отвернул свой взгляд, так как сестренка была слишком оголена. Даже на его лице были видны красные щеки через шерсть. И не мудрено. Ведь тело Фриск было идеально во всех отношениях: мягкий живот, красивые ножки, ровная спина и прекрасные руки. Но самыми главными ее достоинствами были упругая попка и большая грудь четвертого размера. И именно на них в основном смотрели парни в ее школе, а также большинство монстров в подземелье. Ну а козлику было стыдно глядеть на свою очень красивую сестру. Но шатенка лишь вздохнула и вместе с ним продолжила свой путь.       И спустя 15 минут они, наконец, дошли до большого технологичного здания, после чего стали ждать своего слегка пошлого друга. Но прошло десять минут. Двадцать. Тридцать, а скелет все не приходил. Да плюс в Хотленде становилось все жарче и жарче. — Ох... что-то дядя Санс задерживается. Может, мы пойдем и поможем ему? — Нет, Ази. Он сказал нам уходить. Это... его личное дело, которое он должен сделать сам. — Но там страшная тетя, которая чуть нас не поймала. И я боюсь, что она сделает что-то ужасное нашему другу. — Если честно... мне тоже. Но я чувствую... что он справится. — Точно... сестренка? — Точно... братишка, — улыбнувшись, сказала шатенка, погладив мальчика по голове, — ладно. Давай постучимся и зайдем, а то не хочу больше терпеть эту жару. Ребенок ответил согласием, и зеленоглазка постучалась. Поначалу ничего не происходило. Парочка стояла и ждала, когда их все-таки пропустят, так как они сильно устали. И к счастью дверь благополучно открылась и Фриск с Азриэлем вошли в здание. Но, к сожалению, оно встретило их полнейшей темнотой и запахом сырости вперемешку с неизвестностью. Не было ни одного источника света. Даже свечки не было видно. И поэтому зеленоглазым приходилось аккуратно ходить по этому месту, чтобы ненароком не удариться об стену или об мебель. И при этом держа козлика за ручку.       И вот немного побродив, они вдруг услышали тихие стоны. Причем по звуку их издавала женщина. Шатенка тут же закрыла мальчику его длинные уши, чтобы тот не слышал эти непристойности. И именно в этот момент заговорил голос. — Ах... ах... ах... да. Андайн... прошу... не останавливайся. Дери меня. Сделай мне ребенка... Шатенка была в шоке от такого поворота, но не закричала. Ведь ей не хотелось привлекать внимание хозяйки этого дома. Да и прерывать ее дело тоже не желала. Но, к сожалению этому не суждено было случиться. Ведь Фриск случайно ударилась ногой обо что-то твердое, тем самым привлекая внимания владелицу этих стонов. Та испуганно закричала, после чего резко включился свет. И наша парочка, немного привыкнув к свету, увидела желтую динозавриху, которая мастурбировала перед плакатом голой и жестокой Андайн. Зеленоглазка мигом закрыла ребенку глаза, так как ему нельзя смотреть на голых женщин. Ну а монстриха испугом развернулась на гостей, прикрыв свои проблемные места. — Вы... кто?! И почему без стука вошли?! — Простите, — извинилась шатенка, все еще не открывая братцу очи, — мы не хотели входить без разрешения. И мы стучались, но дверь не открывалась, а вы видимо были... заняты. Но позже она отворилась, и мы смогли войти внутрь. — Оу... ясно... — сказала женщина и быстро оделась, при этом убрав плакат в сторону, — так... зачем пришли? Дождавшись этого, Фриск открыла козлику глаза и ответила рептилию: — Ну... мы хотели у вас... переночевать. А до гостиницы в Сноудине... далеко. К тому же... моему братику нужно отдохнуть. А то он совсем устал. — Но сестренка. Я не устал... — сильно зевнув, промолвил козлик. — Так я тебе и поверила. Ну, так... можно? Женщина-монстр несколько минут думала над этим, при этом поглядывая на своих гостей. И взвесив все за и против, она обратилась к ним: — Ну... эх... ладно. Я так и быть разрешу вам переночевать у меня. Соседняя комната на втором этаже. — Спасибо. Обещаю, что мы вас не побеспокоим. — Надеюсь. И кстати. — М? — Мы так и не познакомились. — Оу... точно, — неловко почесала шатенка голову, вспомнив, что они все еще не познакомились, — извините. Я Фриск, а это Азриэль. И погладила козлика по голове. — Хм. А я доктор Альфис. Королевский ученый. И как вы уже поняли... это мой дом. — Угу. Приятно познакомиться. — Мне тоже... человек. Услышав это, девушка слегка заволновалась, но ее мигом успокоила Альфис. — Не бойся. Я не причиню тебе вред. — Точно? — Честное слово. Я не такая... как другие монстры. Так что ты можешь быть спокойной. Неизвестно, почему, но Фриск хотелось поверить этой женщине. Она ощущала в ней незаметную для других доброту и искренность. В этой рептилии не было тех признаков похоти, что были у остальных монстров. И поэтому шатенка решила довериться Альфис. — Хорошо... поверю... — Вот и хорошо. А теперь идите наверх и поспите. Вам нужен отдых. — И то верно. И все же... как ты... — Вопросы потом. Все это завтра. А сейчас... спокойной ночи. Решив не спорить с хозяйкой, парочка отправилась в свою комнату, которая находилась на втором этаже. И спустя минуту они, наконец, вошли в комнату, которая оказалась достаточно просторной, светлой и милой. На стенах были белые обои, а из мебели имелись пару тумбочек, большой шкаф, стол со стульчиками и большая белоснежная кровать. И вдобавок на полу лежал красивый ковер. — Достаточно мило. Ты согласен, Азри? — спросила зеленоглазка ребенка. Но, заметив, что тот сильно зевал и закрыл глазки, она добро улыбнулась, — хи-хи-хи. И усмехнувшись, владелица коротких шорт пошла укладывать козлика. — Но сестренка... — Не спорь. Твоему детскому организму нужен отдых. Да и мне тоже не помешает. В конечном счете, козлик благополучно уснул, после чего девушка начала сама укладываться, при этом думая об одном. — ”Эх... надеюсь, что с Сансом все будет хорошо...” И улегшись на кровать, девушка подползла к козлику. — Спокойной ночи, братишка. Пусть приснится тебе прекрасный сон... — Спокойной ночи... сестренка... — промолвил тихо Азриэль и крепко обнял шатенку. Девушка от такого лишь мило улыбнулась и уснула желанным сном.       Тем временем Альфис стала прибираться в гостиной, убирая весь мусор и хентай-мангу. — ”Блин. Я не подозревала, что человек так быстро ко мне доберется. Я даже не успела все приготовить. Как же мне стыдно. Надеюсь, что они не услышали мои стоны. Иначе буду еще сильнее краснеть...” И пока она думала об этом, то не заметила, как за ее спиной появился низкий скелет в безвкусном костюме. И на нем не было улыбки. — Альфис... — неожиданно прошептал и быстро закрыл ей рот, чтобы не шумела. — Мммм!!! — Тихо... это всего лишь я. Ленивый алкоголик с ужасными шутками. И сказав это, он быстро убрал руку. Женщина же развернулась и очень тихо пропищала своим злобным тоном: — Санс! Ты меня напугал! — Ну, прости. Люблю появляться незаметно. — Рррр... бесишь, — прошипела динозавриха и отвернулась от парня. — Знаю. А знаешь... у меня есть замечательная новость. — Хм. И какая? — Хи-хи-хи-хи-хи. Альфи... не будь дурочкой. — М? — Я же давно тебя знаю. Знаю, что ты следишь за всеми нами при помощи камер, которые были установлены по всему подземелью. И видела... что мы делали... в свободное время. — Гм... — Хех. В общем... я, наконец, отомстил нашей одноглазой сучке. Глаза желтой рептилии сильно расширились от этой новости. — Что? — Что слышала. — Ты... врешь... — Нет... мой похотливый ученый. Если же ты не веришь, то иди к своему огромному устройству и посмотри. А я пойду и умоюсь. И с таким хорошим настроением скелет пошел в ванную. Что же до рептилии то она мигом подошла к большому компьютеру и стала смотреть все записи сделанные сегодня. Она перелистывала их все, стараясь найти нужную. Но когда рептилия, наконец, нашла то, что ей было нужно, то сильно ужаснулась. — Не может быть... Только это и смогла сказать Альфис, глядя на запись, в которой случились ужасные вещи. И пока монстриха смотрела видео, она не заметила, как на ее глазах текли слезы. Слезы... пропитанные... горем.