Escape to the past

Чёрная машина проносилась мимо остальных, а из-за скорости, на которой она ехала, создавалось впечатление, будто тот, кто за рулём, хотел разогнаться и исчезнуть с глаз долой попутных машин, которые проносились мимо также быстро, едва стоило им появиться в поле зрении. Водитель же, казалось, не замечал ничего происходящего вокруг, упорно смотря на дорогу впереди себя и лишь изредка поглядывая на внутрисалонное зеркальце, — на своего пассажира. — Давно не доводилось работать с такими спокойными и молчаливыми людьми, — подал голос водитель. — Ты хоть не забыл, куда ты едешь, а? В ответ была лишь, насколько возможная в машине, тишина. А ему не хотелось отвечать ни на чьи вопросы, ему хотелось лишь выполнить своё задание, на которое его сейчас везли. Не хотелось отвечать на вопросы одного из личных водителей Драго, это их не касалось, и те лишь должны были выполнять свою работу — приехать на нужное место и, после выполнения нужного задания, вернуться обратно с охотниками к Драго, — отчитаться. Бросив все попытки начать разговор, мужчина лишь сильнее сосредоточился на дороге, горя желанием поскорее отвезти доверенное лицо Драго. Он был наслышан об охотничьих подвигах Ужасающего, и в его присутствии ему действительно было не спокойной; та репутация, какой обладал Ужасающий, заставляла других проникнуться к нему уважением, а новеньких стажёров, которых только начинали просвещать в данной сфере — бояться, если не забиться в угол вовсе. Неудивительно, что этот человек уже в скором времени вызывал восхищение у коллег, узнавших о былых деяниях и историях охотника, и у своих напарников — гордость за такого партнёра, при помощи которого любая охота или поставка драконов проходила на «ура», ведь всё проходило под строгим наблюдением охотника, ни у одного дракона не было даже призрачного шанса на побег. — Скоро выедем из города, а там уже дело за тобой и твоими... Э-э-э, драконами. — молвил водитель. Гриммель лишь хмыкнул в ответ на очевидное. А как могло быть иначе? Чтобы он, гордость Драго и всей секретной его корпорации, не справился с обыкновенным заданием? Ну уж нет! Поудобнее устроившись между двумя сидениями, тем самым найдя удобную позицию лёжа, Гриммель погрузился в свои думы. Он не понимал, почему на такую элементарную охоту пригласили именно его, да ещё и приказали взять абсолютно всех шестерых Смертохватов, которых сейчас, наверняка, благополучно укачивало внутри тесных грузовиков, что ехали следом за машиной. Седовласый сразу предупредил отвечающих за «хрупкий груз», что запирать всех его охотников в один грузовик — бредовая идея, да и невозможная. Имея некоторое влияние над другими подчиненными Блудвиста, Гриммель потребовал, чтобы грузовиков было 3, и те на дорогах держались порознь, опасаясь за возможные подозрения со стороны других водителей, что наверняка будут ехать рядом, и чтобы эдакая цепочка машин не настораживала их. «Верные псы» охотника старались не создавать слишком много проблем и шума, хотя делать это было не так просто: из-за острых щипцов, вместо передних лап, как у большинства драконов, которыми они и перемещались, Смертохватов было бы слышно за несколько метров. Трудно не услышать, как нечто массивное передвигается изнутри грузовика, а пугающий металлический скрежет лишь больше насторожит. Посему драконам был отдан приказ Гриммеля — лежать и не высовываться, пока не потребуется. Драконы, впрочем, были не против, то ли от введенного в них яда, с помощью которого хозяин мог добиться выполнения любой команды, то ли от ограниченного пространства, где даже ходить негде. Но предстоящая охота не вызывала энтузиазма по той причине, что Йоханн — человек, добывающий для корпорации различную полезную информацию, нередко представляясь другом для информатора, — сообщил, что вечером будет объявлена кое-какая новость, касающееся сбежавшего нашумевшего дракона конкурентов — Драконьих Наездников. Он просил присутствовать всех лучших работников Драго, дабы можно было обсудить дальнейшие действия, которые коснулись бы как дракона, так и врагов. Завладеть последней в своём роде Ночной Фурией была мечта чуть ли не всей организации, в особенности их босса. Гриммель, хоть и не жалел, что так старательно следил и убивал всех этих бестий, но сейчас, когда такой дракон понадобился самому Блудвисту, дабы иметь преимущество над соперниками, моментами всерьёз задумывался о решении данной проблемы. — Ты чего такой задумчивый всю дорогу? — вновь принялся за своё водитель. — Что-то не так? — Меня беспокоит тот сбежавший дракон, — наконец заговорил, демонстративно сняв капюшон. — А точнее — кто его вообще породил. Перешёптываются о Фурии, которую почти никто не видел. — Неужели? Дневная? Охотник лишь покачал головой. — Нет, вряд ли. Ходит слух, что он разгромил полштаба. — Новый вид? Хотя, у нас ведь тоже ходит слух, но о тебе, ты это знаешь: единственный, кто с лёгкостью расправлялся с Ночными Фуриями — одних из списка второго уровня. Водитель с опаской произнёс последнее слово, боясь, как бы это не разозлило охотника, но тот лишь криво усмехнулся, будто ему только что рассказали несмешной анекдот. Выехав наконец из города, водитель ещё раз сравнил координаты до нужного места, сам себе кивнув, он попытался ободрить Ужасающего: — Ну, радуйся, уже скоро должны быть на месте, где были замечены нужные драконы! Но сейчас Гриммелю было не до этого; он всерьёз задумался над словами водителя. «Расправлялся», такое простое, казалось бы, слово, давило на охотника, требуя от того чёткого ответа на поставленный им самим вопрос — а действительно ли расправился со всеми? Он не был любителем верить слухам, что с молниеносной скоростью разносились по всем кабинетам организации — затрагивая как простых лаборантов, так и опытных, в своей работе, генетиков. Более серьёзные люди — собственные коллеги Гриммеля, — предпочитали держаться подальше от сплетен, моментами опираясь лишь на них, но никогда не веря беспрекословно — поспешные выводы на их работе были ни к чему. Однако, мимолетная мысль сменилась злостью на проклятых Наездников: не было достоверно известно, с какого края света они притащили это существо, и главное — как? Если сопоставить те немногие, но всё-таки имевшиеся факты, что касались одновременно и Наездников, и самого неизвестного дракона, этот был нечто новым, далеко не ручной зверушкой, поскольку ни один дракон до этого не нападал на сотрудников, этот же практически уничтожил всё здание – достаточно было сопоставить сроки активности и её прекращения у Наездников, и последующий разгром, – а самое главное — охранников, а те выжившие бедолаги, которым повезло больше, ушли из этого дела и организации с многочисленными травмами, стараясь забыть дорогу туда и всё произошедшее, как страшный сон. Гриммеля такое поведение дракона восхищало! Не то, чтобы он не знал, на что способны разъярённые дикие драконы, нет, но зная Наездников и их методы общения с драконами, он мог поклясться своими дротиками со снотворным, какие он таскал везде с собой, когда собирался на охоту, что Наездники из кожи вон вылезут, но добьются расположения чешуйчатой твари, а драконы перед ними тогда чуть ли не плясать были готовы. Ха! Видимо, такие методы дали, чего и следовало ожидать, сбой. Седовласый не видел сбежавшего дракона и не мог знать, чего можно было ожидать. Нет, не то, чтобы Гриммель боялся этой встречи, но неизвестность настораживала его, он не знал… Не знал, чего можно было ожидать. Об этом существе не было известно совершенно ничего, а те слухи о его внешности — всего лишь слухи: ни слова об интеллекте, способностях, скорости, слабостях… Да ничего! Одно дело, если бы перед охотником находилась та же Ночная или Дневная Фурия, которым он знал как противостоять, знал их стиль атаки и слабости, а что здесь? А здесь Гриммель понимал, что если он позволит обдурить себя крылатой ящерице, даст слабину — то никто не пощадит. Припомнив одну из встреч со стаей Ночных Фурий, из-за одной которой он и стал напоминать больше пожилого мужчину. Повезло, что из лап самой смерти его вытащил один из Смертохватов, попав под удар сам. Ох, встреча была действительно неприятной: даже натренированные убийцы Гриммеля не могли найти выход из ситуации, осложнявшуюся тем, что их хозяин был серьёзно ранен Порождением Смерти. Драконы тогда бешено рычали друг на друга, отступать не желал никто. Они прекрасно понимали, что завяжи сейчас бой не на жизнь, а на смерть, в попытках разобраться с противником, они рисковали потерять хозяина, которого, по-хорошему, следовало перенести в более безопасное место, а плазменный залп Фурии, предназначавшийся клыкастым драконам, мог случайно попасть в Гриммеля. Пара «псов» прикрывали собой раненого и шокированного хозяина, который смотрел во все глаза на угольно-чёрного дракона, не обращая внимания на рану, из которой шла, не останавливаясь, кровь. Несколько Смертохватов пытались даже пару раз попасть в Фурию кислотой, ударить хвостом и попасть жалом в нужное место, или хотя бы задеть острыми щипцами, но каждый раз противник уклонялся, с ненавистью переводя взгляд с одной красно-чёрной особи на другую. Но эта игра закончилась также быстро, как и началась. Посмотрев на охотника своими узкими и чёрными, как смоль, змеиными зрачками, Фурия в последний раз оскалилась прежде, чем взлететь ввысь, ускользая от всех и затерявшись в облаках. Гриммель тогда запомнил, запомнил на всю жизнь цвет глаз дракона — нежно-фиолетовый, что было очень необычно для Фурий. Хотя нет — данный цвет был несвойственен любому живому существу. А из-за чего всё это случилось? Из-за его самоуверенности. На очередной облаве, в самый неожиданный момент, одна из Фурий, неожиданно для самого мужчины, попыталась разобраться с охотником, но тот, в свою очередь, уловив едва заметное копошение позади, уклонился в последний момент, одновременно с этим нажимая на курок — не глядя, наугад. Издав болезненный вопль, дракон рухнул куда-то в кусты, покатившись и ударяясь об камни и ветки, пока охотник не услышал всплеск воды. Как оказалось, дракон упал прямо в небольшой ручей. Поверив в свой успех, охотник спустился и подошёл поближе, что стало ошибкой… Вот ведь проклятье! Обратив внимание, что в теле дракона не было раны от пули, как и крови, Гриммель не сумел предпринять никаких действий — крылатый резко открыл глаза, набросившись на обидчика, который ещё несколько секунд назад хотел его, Порождение Молнии и Смерти, убить. Да и убил бы, судя по фиолетовому свечению, исходившему из пасти зверя. Фурия была настроена серьёзно и собиралась прямо здесь и сейчас похоронить охотника. Вот и сейчас, Ужасающий опасался, что всё может повториться, только уже летальным исходом. А если он не сможет уследить за противником? А если пропустить хоть одно движение? Или вновь не обратит внимание на такие, казалось бы, незначительные детали, обрадовавшись заранее? И ведь нет гарантии, что тогда его оружие и «псы» окажутся при нём, чтобы спасти в тяжелой ситуации…

***

— Приехали. — водитель выехал загород, останавливаясь неподалёку от тёмного леса, открывая двери. На самом деле, лес для них всех был более удобным вариантом — близко. Да и драконов там водилось достаточно — те предпочитали держаться подальше от людской цивилизации. Впрочем, некоторые действительно совершали вылазки в ближайшие города — кто-то из банального любопытства, а другие были вынуждены это делать из-за нехватки еды. Гриммель покорно вышел из машины, оставив планшет на сидении, но забрав с собой сумки, в которых находились дополнительные дротики со снотворным, дротики с ядом, перочинный ножик, кликер, несколько ошейников с ампулами и бинокль. — Список? — он строго посмотрел на водителя, который уже спешно доставал свой планшет со списком нужных драконов. — Разнокрыл, Криволап и Пеплохвост. Позже сюда подъедем с клетками, да, парни? — он посмотрел на водителей грузовиков. — Ах, значит я, со своими драконами, буду сидеть и сторожить пойманных драконов, пока вы будете ехать за клетками? — водитель даже отошел от него, а то мало ли. — А вы не боитесь, что пока вы будете сюда ехать, все дротики на повторное усыпление уйдут? — Ну-ну, не переживай! Это будет быстро, обещаю. Гриммель вздохнул и жестом приказал выпустить его драконов. Один из водителей грузовиков подошёл к дверцам, расправляясь со сложным механизмом, дабы выпустить драконов наружу. Как только последний замок был снят, а двери отворены, на мужчину тут же рявкнула красно-черная клыкастая морда, что тот от неожиданности чуть было не потерял сознание. Слеповатый на левый глаз Смертохват выбрался на землю и тотчас направился к хозяину, а за ним и второй. Те же манипуляции с защитным механизмом были проделаны и с остальными дверями, и драконы не спеша, можно даже сказать, лениво, переставляли конечности вперёд, держа путь к охотнику для получения следующих приказов. Гриммель, тем временем, поправлял на одном из своих подчинённых ошейник с флаконом яда, желая убедиться, что дозы яда хватает, и в ближайшее время не стоит ожидать сюрпризов от своих питомцев. К спине этого же дракона он и прикрепил сумки, для них это было очень лёгким грузом. — Вы двое — ищите Разнокрыла — обратился он к первой паре Смертохватов. — А вы — Криволапа. Четыре дракона влетели в лес, каждая пара направилась на поиски перечисленных драконов. — Э-э, Гриммель, не хочу сказать, что я сомневаюсь в твоих методах, но… Они точно знают, кого искать? — Им не в первый раз. Им приходилось сталкиваться с этими видами, тут проблем не должно возникнуть. А я бы, на вашем месте, тащил свои ноги на обратный путь за клетками! Все без возражений сели за руль, доверившись охотнику и его опыту в охоте. А сам седовласый отправился в сопровождении двух драконов, искать нужных существ.

***

Гриммель шёл бок о бок со слепым, на один глаз, драконом, который периодически принюхивался, пытаясь уловить нужный запах. Осень уже вступила в свои права, щедро одаривая всех лесных обитателей падающими желтоватыми листьями, что так приятно шуршали под ногами. И лапами. Дожди в это время года были не редкостью, а прохладный ветерок, что игрался со светлыми волосами охотника, вынуждая того надеть капюшон, не желал исчезать. Охотник пустым взглядом смотрел на деревья, на весело прыгающих белок, что перескакивали с ветки на ветку, иногда опуская взгляд на землю. Гриммель всегда был замкнутым, если не апатичным, он не редко выбирался в лес лишь для того, чтобы временно огородиться от людского общества. Большие компании людей лишь больше загоняли его в свои мысли, тем самым закрывая от всего происходящего. Он никогда не понимал, что означает, так называемая, дружба. Помощь от других людей? Но они могут предать. Поддержка? Они могут в любой момент развернуться и уйти. Доверие? Нет… В любом удобном случае они могут выдать все твои сокровенные тайны, если только захотят. Но именно такие люди продолжают косо смотреть на охотника, даже в штаб-квартире Драго и то, многие вражески были настроены по отношению к Гриммелю из-за его грубости к чересчур болтливым особам, не понимающих, что они и охотник — совершенно разные люди. Он не был настроен с кем-то дружить. Не был. Один из Смертохватов резко вскинул голову, и его ноздри расширились, явно уловив нужный запах. Гриммель свистнул, и драконы направились по следу. Сам охотник шёл следом за ними быстрым шагом, чтобы не потерять их из виду, по привычке достав оружие, что до этого было на его спине. Драконы остановились за небольшим валуном недалеко от водопада и прижали головы, злобно зашипев. Гриммель вышел вперёд, при этом держась своих подчинённых. Он достал из одной из сумок свой бинокль. Пеплохвост — крупный дракон, имеющий плоское тело и две пары крыльев, отдалённо чем-то напоминавший хамелеона из-за глаз. «Раньше поймаем — раньше уйдем» — думал про себя охотник. Он отдал команду двум Смертохватам — загнать Пеплохвоста к нему, Гриммелю, чтобы он мог спокойно усыпить его прямо возле камня, не подняв на уши других драконов. Уж кому, как не ему, было знать, что само появление Смертохвата вызовет много шума со стороны оранжевого дракона — тот не стал бы ожидать своей участи, а новая драка означала лишнее привлечённое внимания со стороны других диких драконов. Да и лишнее повреждение на теле жертвы — от жала — было нежелательно. Убийцы направились к мирно пившему воду Пеплохвосту, каждый с разной стороны, ограждая жертву со всех сторон, чтобы можно было резко погнать ничего не подозревающую рептилию прямо в руки охотника. Оранжевый дракон, завидев чужаков, попятился, но натренированные убийцы не дали тому даже подготовиться выстрелить в них огнём, они погнали его прямиком к хозяину, не давая бедному существу даже толком взлететь — тот грозился получить по голове удар острыми щипцами от Смертохвата, что летел над ним. Пеплохвост пытался несколько раз выпустить огонь с помощью хвоста, но второй Смертохват замахивался уже над его хвостом, пытаясь то ли отрубить сам хвост, то ли нагнать на жертву ещё больше страху, из-за чего дракону приходилось уклоняться, будучи подгоняемым охотниками Гриммеля. Щёлк! И дротик попал прямо в цель. А за ним и ещё один. Оранжевый дракон отключится в тот же момент. Гриммель сразу же вытянул из сумки, что находилась на подошедшего к нему Смертохвата ошейник, и надел на Пеплохвоста, что в случаи раннего пробуждения дракона, подчинит его Гриммелю. Гриммель щелчком пальцев приказал поднять пока ещё спящее тело дракона, чтобы принести его туда, откуда они пришли, и где следовало ожидать грузовиков с клетками. Чёрно-красные драконы с осторожностью подняли своими зубчатыми щипцами бессознательное тело дракона, стараясь лишний раз не навредить тому. Сопровождая взглядом улетающих драконов, мужчина не спеша пошёл следом. Вылетев туда, откуда они пришли, охотник несколько удивился, когда его ожидали выполнившие задание Смертохваты, с их трофеями в бессознательном состоянии — очевидно, действие яда. Гриммель слез с дракона и посмотрел в небо, которое накрывали грозовые тучи, грозя вот-вот одарить всех дождём. Охотник, в целях безопасности, не решался одеть ошейники на двух остальных пойманных драконов, боясь превысить дозу яда, не зная, какую дозу впрыснули его Смертохваты и опасаясь смерти дракона. Нет, сейчас мёртвые драконы никому не нужны. Сами добытчики, будто поняв, что хотел сделать их хозяин, но боялся, издали утробное урчание и расположились недалеко от спящих драконов, следя, чтобы те не сбежали как очнуться. А через некоторое время уже приехал водитель, с теми же тремя грузовиками, только на этот раз взял побольше людей с электрошокерами. Завидев, что всё прошло как по маслу, водитель присвистнул, за что ощутил на себе суровый взгляд седоволосого мужчины. Как же надоел этот водитель… Но посмотрев сотый раз на нужных драконов и драконов охотника, мужчина нервно засмеялся: — Боюсь, это моя ошибка? Но твои собственные драконы…ты уверен, что они смогут незаметно пролететь над городом? Охотник глубоко вдохнул и приняв серьёзное выражение лица, он недовольно покосился на глупо улыбающегося мужчину. — Уверен. Забирайте тех — он кивнул на пойманных драконов. — уже в грузовик! Неизвестно сколько они ещё пробудут в таком состоянии. Что касается моих драконов? Не волнуйся, они знают как остаться незамеченными, уж поверь. Водитель картинно отрыл заднюю дверь машины, пропуская Гриммеля, пока остальные надевали на драконов намордники и усердно затаскивая драконов в грузовик, а точнее, в достаточно большие чтобы спокойно лежать, но недостаточно чтобы дать возможность встать во весь рост, клетки, что стояли в самих грузовиках, лишь иногда поглядывая на Смертохватов, которые с интересом наблюдали за усилиями людей, что кое-как тащили массивные тела ящеров. Один из мужчин мог даже поклясться, что над ним только что посмеялся дракон охотника — уж слишком похожее на смех было рокотание. Когда машины тронулись, Смертохваты взмыли в верх, летя чуть позади машин, постепенно набирая высоту, дабы не быть слишком заметными в небе для людей.

***

Вернувшись в штаб, Гриммель первым делом расположился на кожаном диване, не веря, что больше его с такими надоедливыми и глупыми людьми не отправят сегодня на задание. Широкие металлические двери отворились, и в комнату вошел мужчина, одетый в серый костюм и, таща тележку на которой располагалась клетка с рычащим в наморднике Пеплохвостом, вопросительно, и с некой надеждах в глазах посмотрел на Гриммеля, видимо, желая поскорее оставить дракона. Но охотник лишь удивился и пожал плечами, как бы говоря, что ничем помочь не может. — Отличная работа! — из другой комнаты вышел Кроган — ещё одно доверенное лицо Драго. — В мой кабинет, пожалуйста. Мужчина кивнул, и поволок тележку в указанное ему место. — Как я должен это понимать, Кроган? Мне казалось, что в твоей работе дракон — это последнее, что может пригодиться для её выполнения. — Да так, — черноволосый пожал плечами. — я подумал, что нам бы не помешала ещё одна стайка драконов. Твоя шестёрка показывает хорошие результаты и особую продуктивность. Один дракон — хорошо, не спорю, но несколько — разве не лучше? Кроган присел рядом с Гриммелем, попивая кофе. — Драконов же ещё и выдрессировать надо, Кроган. — человек средних лет, в синем пиджаке поверх белой рубашки, и тёмно-коричневых штанах, с бородой и каштановыми волосами, вышел к охотникам. — Йоханн, — Гриммель тут же вскочил, и подошел к коллеге. — не желаешь рассказать нам о новых данных? — О да, мой друг. — с акцентом произнёс тот, маня тех двух за собой, стараясь по дороге поддерживать начатый разговор. — Хочу сказать сразу, что нашим информаторам не удалось раздобыть абсолютно всю информацию, не говоря о новых фотографиях. — Как? — Гриммель и Кроган в ожидании ответа посмотрели на Йоханна, не совсем понимая, что же он собрался им показывать. — Хочешь сказать, что ничего не удалось разузнать? — Никак нет, мой дорогой коллега. Просто придётся довольствоваться фотографиями восьмилетней давности, которые хоть и не смогут ответить в настоящий момент на все интересующие нас вопросы, но на главный — смогут. — беззаботно улыбнулся он. — Всё остальное, похоже, было перепрятано в другие места, к которым никто кроме самих Наездников не имел доступ. Все архивы, папки с информацией о драконе, а также флешки, отыскать не удалось. Камеры видеонаблюдения, что записывали происходящее около вольера были разбиты, от них ничего не осталось. — Если у них и были флешки, Йоханн, то с большой долей вероятности кто-то из Наездников забрал её с собой. — предположил Гриммель. — Я не думаю, что они стали бы хранить всю накопившуюся информацию о столь интересном драконе, обходясь лишь бумагой. Держу пари, все документы и отчеты были убраны туда, куда никто бы не пошёл из их персонала, если вовсе не сожжены. Мне кажется, что они решили перестраховаться. И неужели их устраивает такой случай в их практике? Они что, спокойно отпустили дракона летать где ему заблагорассудиться? Хе-хе, и это люди, считавшие что драконы могут жить в мире с людьми? — Мне даже интересно увидеть, из-за какой крылатой ящерицы весь этот шум. — зло отозвался Кроган. Уголки губ Йоханна растянулись в азартной улыбке. — А сейчас и увидишь. — Он открыл дверь в свой кабинет, посреди которого стоял дубовый стол, на котором уже стоял проектор. На кресле сидели ещё два человека — братья Гримборн. Райкер Гримборн — отвечающий в основном за поставку драконов клиентам, а Вигго — за продумыванием стратегий, вместе с тем же Гриммелем и Кроганом. Да уж, умеет Блудвист подбирать лучшую команду. Райкер потягивал стакан с виски, в то время как Вигго предпочёл не вмешиваться, и молча ожидал интересных новостей от Йоханна. Гриммель облокотился об стену, скрестив руки на груди, и внимательно наблюдал за Йоханном. Кроган тоже решил постоять, решив, что возможность сесть у него ещё будет. Важно кашлянув, Йоханн осмотрел всех собравшихся, словно мысленно спрашивая у каждого, готов ли он. Встретив холодный взгляд Гриммеля, он лишь усмехнулся. Вот сейчас то он и приоткроет занавес этой тайны. Включив проектор, Йоханн принялся рассказывать всё, что ему было известно. Ужасающий впервые за долгое время с интересом всматривался в возникшие на экране картины; бело-серый дракон, с небесно-голубыми глазами, и мерцающими на теле искорками, всё-таки завоевал внимания охотника. Гриммель с приоткрытым ртом всматривался в это чудное создание: в плавный переход цвета хвоста в серо-синий, но с таким же как кожа цветом, хвостовыми плавниками на хвосте; абсолютно гладкая кожа дракона, лишь в некоторых местах: лапах, ушах, на морде, шее виднелись более крупные и заметные тёмно-синие чешуйки, а также более серые чешуйки на носу, ушных отростках и крыльях. Маленькие шипы на голову также были тёмного цвета. Крылья дракона имели более обтекаемую и сглаженную форму в отличии от крыльев Ночной Фурии, внутренняя их часть была немного прозрачна. — Знакомьтесь, их сбежавший дракон — Гаст. — Йоханн медленно расхаживал по комнате, четко произнося каждое слово. — О нём не известно практически ничего. Всё, что мы знаем на данный момент — они нашли его в горах. — А про горы откуда известно? — Кроган недоверчиво глянул на Йоханна, но тот лишь всплеснул руками: — Они сами же и рассказали. — Йоханн пожал плечами. — Не нам, разумеется, но они всегда уведомляли своих людей о запланированных экспедициях — предполагаю, чтобы те не были обеспокоены их долгим отсутствием и занимались порученными доселе заданиями. Все кивнули. — Так, а что за дракон? — не выдержал Райкер, хотя понимал, что все факты были на лицо и указывали лишь на одно, но решил уточнить — Ещё одна из Фурий? Новый вид? — Не совсем, — словно специально выждав паузу, ответил Йоханн, вновь заулыбавшись. — это гибрид. Гибрид Дневной и Ночной Фурии. В отличии от Райкера. которому всегда надо разжевывать любую информацию, Гриммель догадался заранее, стоило лишь посмотреть на сам внешний вид дракона и сейчас лишь смотрел как заворожённый на гибрида. Вигго, казалось, совершенно был спокоен, как будто ожидал чего-то подобного, из-за чего словил недоумевающий взгляд Крогана. — Я так понимаю, что он здесь ещё детёныш — ему на вид здесь всего семь или восемь лет. Получается, сейчас ему шестнадцать. И на протяжении всего этого времени, не смотря на свою любовь к драконам, они не выпустили его в природу? — это скорее был не вопрос, а утверждение. — Верно мыслишь, Гриммель. Ты сам говорил: Фурии растут практически наравне с людьми. Если эти восемь лет он прожил в дикой природе, то стоило ожидать, что Наездники не будут в состоянии удержать дикого и взрослого дракона, тем более — Фурию. Все в комнате переглянулись. — Зная Наездников, они наверняка уже дали название гибриду? Как отдельному виду, я полагаю. — Да, Гриммель. «Ночное Сияние» - таково их решение. Охотник лишь криво усмехнулся. Как всегда, Наездники в своём репертуаре. — Раз родители не были найдены, то это может означать… - Гриммель задумчиво опустил голову, не заметив, что размышлял вслух. — Всё возможно. Тем не менее, я созвал вас чтобы обсудить наши дальнейшие действия. Не волнуйтесь, господа, все осведомлены.

***

— Нет, Арчи, я не могу! - негодованию Зои не было предела! И как только её мать могла доверить Зои и Бади, а в придачу ещё и дом, такой женщине как её тётя? Которой, по-моему, действительно было плевать на родную племянницу. — Ты смотри, значит она считает, что имеет права обманывать меня? По прежнему ничего не объясняя?! Пёс лежал рядом со столом хозяйки, скуля, сам не на шутку боясь хозяйку. Зои кинулась к своей двери, открыв её, она побежала на первой этаж, желая как можно скорее догнать родственницу, которую уже по хорошему надо сдавать всем кому можно, и потребовать от неё всех объяснений, не принимая больше ни капли лжи! Но к огромному разочарованную девушке, входная дверь была заперта на все возможные замки, чёртова Тара! Зои от злости, обиды и бессилия, пнула ногой пол, выругавшись про себя, начав во всём обвинять сумасшедшую родственницу, и ругать мысленно родителей, которые так нагло бросили её с ненормальной, убегающей по ночам куда-то тётей. «Чего бы мне это не стоило, но я найду способ вернуться к родителям, прежде, чем моя тётя заявит, что она маньяк в розыски!» — Браун хотелось кричать на саму себя, что даже спустя столько лет, она до сих пор не может сказать всё накопившееся, боясь даже лишний раз посмотреть в глаза. А ведь она не раз представляла их встречу, представляла, что она скажет, но не могла. Не было смелости. Обычно у бойкой Зои, которая всегда высказывала о людях лишь то, что думала, пропадал дар речи в присутствие своей родственницы. Почему? Она сама не знала. Возможно, в глубине души, она надеялась, что Тара сама решит всё поговорить с ней, не принимая её, Зои, за ребёнка. Она что, боится разрушить «хрупкую детскую психику»? Оставшись сидеть в коридоре, Браун приняла для себя то решение, которое она считала правильным, хоть и все обстоятельства — безумными, и такой поступок может ей стоить жизни, но…она хотела попытаться. Правда хотела. Хотела лишь понять, а всё остальное — будь что будет.

***

Таре ничего не оставалось, кроме как убеждать саму себя, что она делает всё правильно. Что она делает то, что должна и в первую очередь — для безопасности, но не для своей. Она сбежала, снова. «Извини, Клэр» — мысленно извинилась перед сестрой за то, что подвела её. Тее мечты быть частью семьёй Зои, Бади и своей сестры, разрушились окончательно. Разбились, а осколки сейчас ранили и без того не зажившие раны на душе Тары. Обычное «паршиво» бы здесь не подошло никак. Обманывать тех, кто ей дорог, разве это не больно? За ту тайную жизнь и свободу, пришлось заплатить другой жизнью — совершенно обычной, но рядом с теми, кого она любила. А стоило ли нынешняя жизнь такой цены? Отправляя одно очень важное сообщение своим коллегам, Тара получает почти что моментальный ответ, который гласил: «Завтра? Что же, будем рады снова тебя видеть!», Тара убирает телефон в карман. Если Зои на сей раз примет окончательное решение о прекращении с ней любого общения — она поймет. Свистнув в ночное небо, она стала ждать. Внезапно бледный свет разрезал черноту ночного неба, а вскоре появился и сам обладатель такого следа; Относительно небольшой дракон, бирюзового окраса, с оттенками фиолетового, синего и желтого, со светящимися глазами без зрачков, с приплюснутой головой, маленькими конечностями, небольшим рогом возле носа, раздвоенным хвостом, с отростками на крыльях; от головы до хвоста тянулся хребет с кожными отростками с виду напоминавшие мягкие шипы, а на подбородке были длинные усы. — Север, - Тара протянула руку к морде дракона, и тот заурчал. Давно его хозяйка здесь не появлялась. Ещё когда та уезжала к Зои, Север проследовал за ней и каждую ночь появлялся в назначенном ранее месте, зная, что они обязательно ещё встретятся, как будет необходимость, либо свободное время. Женщина забралась на спину дракона, а точнее — в седло, которое она так и не сняла, веря, что однажды оно очень понадобится. Уцепившись за края, они взмыли в ночное небо, по одному известному лишь Таре направлению, потому что больше ждать было нельзя.