11
17 февраля 2022 г., 13:45
Примечания:
Поздравляю всех, кто так долго ждал продолжения. Давайте радоваться вместе)
Публикация подробностей об актёрском составе Неукротимого взорвала интернет. Фанаты всех возрастов и мастей засыпали комментариями Weibo дорамы, либо от всей души желая успеха команде, либо проклиная ответственных за такой сомнительный подбор актёров.
И пока тренды Weibo подогревали интерес к именам Ван Ибо и Сяо Чжаня, им самим было как-то не до наблюдений за реакцией фанатов, потому что у Ибо во время дневных съёмок немного поднялась температура.
— Возьми, попей, — Сяо Чжань протянул ему свой холодный зелёный чай, пока помощница Ибо искала медика.
Ибо принял чай без колебаний. Бесстыдно коснулся губами горлышка и сделал несколько крупных глотков. Вытер тыльной стороной ладони рот и вернул бутылку.
— Вау, у Чжань-гэ всегда самый лучший чай.
Сяо Чжань, заметив на пластике след его губ, нахмурился.
— Ты с ума сошёл, Ван Ибо? Заболел и отпил напрямую из бутылки?
— Но ты же сам предложил, — упрямо отозвался Ибо.
— И ты вдруг разучился пить, не касаясь горлышка? А если я тоже заболею?
Сяо Чжань вздохнул и убрал бутылку в сторону.
— Тогда я заберу себе болезнь Чжань-гэ. Гэгэ нельзя болеть, ведь у него главная роль. Без него мы обречены.
Как и ожидалось, своей шуточкой Ибо заслужил шлепок по руке от смущённого Сяо Чжаня. Но широкую и весёлую улыбку так с лица не убрал.
— Отдохни пока. С каких это пор болеющие так много болтают?
Сяо Чжань встал со своего места и не переставал возмущаться всё то время, пока убирал с диванчика сумки и заставлял Ибо улечься головой на подушку. А потом подтащил к дивану ещё один стул и уселся рядом, держа в руке портативный вентилятор. В комнате было жарко, и Сяо Чжань направил поток воздуха на Ибо.
Который молча за всем этим наблюдал. Если бы Сяо Чжань мог описать его взгляд, сравнил бы, пожалуй, со взглядом льва, следящего за каждым движением своей жертвы. Сяо Чжань откашлялся, изо всех сил стараясь этот взгляд игнорировать, и начал заполнять тишину, болтая обо всём на свете, пока наконец не показался врач.
К концу дня Ибо сумел сняться ещё в двух сценах, пока режиссёр не сказал ему перестать себя загонять, дав команду идти отдыхать и разгрузив его график съёмок вплоть до завтрашнего дня. Сяо Чжань хотел составить ему компанию, раз уж завтрашние съёмки всех их совместных сцен неизбежно отменят.
Впервые он видел Ибо таким бледным и уставшим.
Знал, что тот параллельно участвовал и в других проектах помимо Неукротимого, но никогда даже не задумывался спросить, выматывало ли это Ибо, ведь тот всегда возвращался на съёмки, пылая бесконечной энергией.
С чувством вины и беспокойством в сердце Сяо Чжань старался помочь всем, чем только мог. Приносил Ибо воду, мягко вытирал пот с его лба и направлял на него портативный вентилятор, когда становилось слишком жарко. Со стороны казалось, что у Ибо появился ещё один ассистент, но Сяо Чжань будто бы вернулся во времена их детства, в котором заболевший мальчишка просто нуждался в заботе и внимании своей любимой няни.
Может поэтому Сяо Чжань даже и не задумывался, когда дело доходило до заботы об Ибо. Несмотря на все прошедшие годы, это казалось таким естественным и простым.
Он ещё помнил как, будучи моложе, менял влажные компрессы на лбу Ибо, кормил кашей с ложечки и переодевал на нём пижамы. Оставался с ним рядом всё время, смотря телевизор или играя с ним в игры на мобильном. А потом, когда Ибо начинал засыпать, снова измерял ему температуру, укрывал его одеялом и целовал в лоб перед сном.
Тогда Ибо впитывал всё его внимание, словно подсолнух солнечные лучи. Чем старше тот становился, тем больше хотел вести себя как крутой парень. Но Сяо Чжань знал, как сильно этот мальчишка любил заботу и ласку, особенно когда болел и мог воспользоваться этим оправданием, чтобы «беспомощно лежать в постели», пока его Чжань-гэгэ ухаживал за ним и лечил.
Сяо Чжань не мог не улыбнуться этим воспоминаниям, глядя на повзрослевшего Ибо сейчас.
Тот только что закончил вытирать мокрые волосы полотенцем, вода всё ещё капала с кончиков на футболку.
— Иди сюда, — позвал Сяо Чжань. — Давай я высушу. Ты так ещё больше заболеешь.
Он похлопал по кровати между своих разведённых ног, показывая Ибо сесть на пол перед ним.
Ибо послушно подошёл. Затылок его был ещё влажным после душа, и, проведя пальцами по мягким прядкам, Сяо Чжань почувствовал запах шампуня, которым тот пользовался. Ибо стал каким-то тихим и замкнутым к концу дня, вызывая слабое беспокойство, ведь это могло быть связано поднявшейся температурой.
— Ты в порядке, Ибо? — спросил он, просушивая феном его волосы. — Голова не кружится? Если начнёт, сразу говори мне, договорились?
И когда Сяо Чжань выключил фен, Ибо наконец ответил ему тихим:
— Мгм.
Сяо Чжань улыбнулся и потрепал того по макушке.
— Хорошо. А теперь поспи немного. Не сиди допоздна в телефоне, ладно? — строго произнёс он, встав, чтобы спрятать фен в тумбочку.
И вдруг крупные ладони легли на его бёдра, теплое тело вжалось в спину. Сяо Чжань замер, почувствовав окутавший его запах шампуня Ибо, услышав низкий голос у самого уха.
— Чжань-гэ, глядя на меня, кого ты видишь?
— А?
— То, как ты говоришь со мной… — Ибо развернул его, заставляя посмотреть прямо в глаза. — Как смотришь на меня… Словно заботишься о ребёнке. Вот я и спрашиваю, кого ты видишь: ребёнка или взрослого меня?
— Я… Что? — пробормотал Сяо Чжань. — Кого ещё мне видеть, как не тебя, Ван Ибо?
Но тот ему, кажется, не поверил. Опустил взгляд, пряча бурлящие эмоции за мягкой чёлкой.
— Ты лжёшь. Если бы ты видел взрослого меня, не возился бы со мной вот так.
Сяо Чжань был в замешательстве. Он покачал головой и взял Ибо за запястье, ослабляя его хватку на своих бёдрах.
— Я заботился о тебе во время болезни и когда ты был маленьким, Ибо. Нет особой разницы…
— Есть! — громко возразил Ибо, поразив его. А потом поднял голову, и Сяо Чжань замер, заметив странный блеск в глазах напротив, словно тот вот-вот готов был заплакать. — Потому что сейчас ты знаешь о моих чувствах к тебе, гэ. Каждый раз, когда ты на меня смотришь, моё сердце пускается вскачь. Каждый раз, когда касаешься, я хочу поцеловать тебя и крепко прижать к себе.
Щёки Сяо Чжаня вспыхнули от такого откровенного признания, и их жар вторил вызванному болезнью румянцу Ибо. Он, заикаясь, попытался что-нибудь сказать, но Ибо ещё не закончил.
— Ты такой жестокий, гэ.
Сяо Чжань резко втянул в себя воздух.
— Я думал, что смогу смириться, если ты будешь относиться ко мне просто как к другу, но чем больше ты ведёшь себя так, словно я всё ещё ребёнок из твоих воспоминаний, тем больше я злюсь. Гэ… это и есть твой ответ?
Несмотря на его слова, выражение лица Ибо становилось всё более беспомощным. Сяо Чжань не мог вынести этого взгляда. Будто щенок, которого он собственноручно вышвырнул вон в ливень стоял и плакал сейчас перед ним.
Он поднял руки и, удивив Ибо, притянул того к себе, чтобы обнять, устроив голову на его широком плече.
Утешающе погладив Ибо по спине, Сяо Чжань мягко произнёс:
— Мне жаль, Ибо. Я и не думал, что заставляю тебя так думать. Я… Я просто…
… переживаю за тебя.
Он так и хотел сказать, но сдержался. Словно он действительно только и делал, что тянул время, когда на самом деле должен был подобающе ответить на признание.
Ибо напрягся в его руках, словно слова задели его за живое, но не отодвинулся, и Сяо Чжань продолжил:
— Ибо, можешь сначала ответить мне на один вопрос? Почему я тебе нравлюсь? Мы столько лет не виделись, и я намного старше. Может, ты просто спутал свои детские…
— Нет. Я ничего не путал, — тут же отозвался Ибо, крепче сжав его талию. — Я прекрасно знаю, что чувствую к тебе, гэ. И что чувствовал уже тогда. Я… Я не знаю, как описать тебе это, но просто ты… ты был ярчайшим светом в моей жизни, и когда тебя не было рядом, словно кто-то щёлкал выключателем. Я боялся больше никогда тебя не увидеть. Что мне в тебе нравится? Гэ, в тебе нет ничего такого, что могло бы мне не понравиться. Я могу целое эссе написать о том, почему я считаю, что нет в мире улыбки, прекраснее твоей, если хочешь.
Сяо Чжань был рад, что уткнулся лицом в плечо Ибо, потому что прекрасно понимал, что похож сейчас на спелый помидор. Каждое слово заставляло его чувствовать себя так же, как и в тот день, когда Ибо признался ему. Словно его тело пробуждалось от долгого сна, стук сердца навязчиво громко начинал отдаваться в ушах, а всё внимание концентрировалось на участках, в которых их тела соприкасались.
Ибо продолжал.
— Я был и с другими, гэ, но никто и никогда не заставлял меня ощущать то, что я ощущаю, когда я с тобой.
Сяо Чжань поджал губы и немного отстранился, стараясь не поддаваться словам Ибо.
— Говоришь так, словно я идеален. Но это не так. Ты не можешь знать обо мне всего, Ибо. Что, если мы не подходим друг другу? Что, если мы начнём встречаться и расстанемся в итоге? Мы коллеги, ты айдол, и если всё это всплывёт, будет катастрофа, и мы не сможем больше видеться.
— Не будет такого! — возразил Ибо, сияя глазами. — И даже если у гэгэ и найдутся недостатки, то явно милые и очаровательные.
— Ван Ибо! — Сяо Чжань привычно шлёпнул того по плечу. — У тебя вообще совесть есть?! Будь серьёзнее.
Ибо скривил губы в хмурой гримасе, потирая место удара.
— Я серьёзен. И кто сказал, что мы расстанемся? Я никогда не разобью Чжань-гэ сердце. Никогда и за миллионы лет!
Но что, если я разобью твоё?
Логичный вопрос напрашивался сам собой, но Сяо Чжань его не задал. Ему и не нужно было. Один лишь взгляд упрямых и честных глаз Ибо сказал всё.
Тот доверял ему безгранично.
Готов был преподнести ему своё сердце на блюдечке с голубой каёмочкой в уверенности, что Сяо Чжань, приняв его, никогда не посмеет разбить. И Сяо Чжань стиснул зубы в обречённом раздражении, что тот был прав. Бесило, что он никогда не мог одержать победу перед лицом неумолимой решимости Ибо получить желаемое.
Потому что был очень близок к тому, чтобы это желаемое ему дать.
Сяо Чжань застонал и потёр пальцами лоб. Было уже слишком поздно, а Ибо по-прежнему лихорадило. Сяо Чжань посмотрел на него из-под ресниц и, увидев это смущённое, но уверенное выражение лица, решил задать последний и самый трудный вопрос.
— Если мы начнём встречаться, ты же знаешь, как это происходит между мужчинами? Думаешь, сможешь заняться сексом с парнем вроде меня?
Пускай Ибо и признал, что гей, Сяо Чжань сомневался, что у того нашлось время, чтобы по-настоящему попробовать с мужчиной. Ибо с тринадцати лет работал до изнеможения, и не исключено, что его симпатию к парням можно было объяснить влиянием проведённого с Сяо Чжанем детства. Как и ожидалось, Ибо не произнёс ни слова, скрыв все эмоции в глубине своих тёмных глаз, и Сяо Чжань решил, что наконец загнал его в тупик. Даже вздохнул с сожалением и ощущением, будто издевается над ним, и произнёс:
— Ладно. На этом пока остановимся. Просто давай укладываться и…
Ибо вдруг сократил то небольшое расстояние, что ещё оставалось между ними, заставив пискнуть от ощущения характерной твёрдости, вжавшейся в его пах.
— Такой демонстрации достаточно, гэ? — голос Ибо стал ниже, хрипотца призрачной вибрацией отдалась в груди Сяо Чжаня. — Я столько раз дрочил с мыслями о тебе, что даже со счёта сбился. Если тебя беспокоит, смогу ли я доставить тебе удовольствие, тогда просто позволь мне показать, на что я способен. Ты останешься доволен. Обещаю.
И тот действительно имел это в виду. Сяо Чжань мог почувствовать реальную силу его желания. И влечение Сяо Чжаня к нему тоже было достаточно заметным.
Он не двигался, не пытался в этот раз оттолкнуть Ибо. Просто удерживал его взгляд так долго, как мог, а потом серьёзно произнёс:
— Если мы пересечём эту черту, пути назад уже не будет. Уверен, что не пожалеешь?
— Да.
Ответ прозвучал практически моментально. Ибо придвинулся ещё ближе, глядя на его губы так, словно готов был прямо здесь и сейчас начать показывать всё, на что способен. Но Сяо Чжань упёрся ладонью ему в грудь, останавливая.
— Не сейчас, Ибо. Ты всё ещё болен.
— Но…
— Завтра, — твёрдо настоял Сяо Чжань. — Когда тебе станет лучше.
Ибо выглядел так, словно хотел уже начать спорить, и Сяо Чжань просто ласково поймал его лицо в свои ладони, оглаживая большими пальцами мягкие щёки.
— Я хочу, чтобы наш первый раз ничто не омрачало. Хорошо?
Ибо ошеломлённо уставился на Сяо Чжаня, когда смысл сказанного дошёл до него, и, кажется, мыслями уже воспарил в облака. Сяо Чжань где-то в глубине души покачал головой. Вот он, задор юности. Ему и правда не стоило так провоцировать Ибо.
Знай Ибо наверняка, как это происходит между мужчинами, возможно и передумал бы.
И Сяо Чжаню не пришлось бы совершать ошибку, о которой, как он уже сейчас знал, он в итоге никогда не станет жалеть.
________________________________________
Терпением Ван Ибо никогда не отличался. Но это не означало, что он не мог пойти на компромисс. Сидя на краю кровати Сяо Чжаня и разглядывая спящую перед ним изящную фигуру, он раздумывал, не сочтёт ли тот его безрассудным и торопящимся. Но он и так ждал этого целых восемь лет. И не мог спать, зная, что совсем скоро сможет прижимать Сяо Чжаня к себе и целовать, наконец узнав, каково это — быть с человеком, которого любишь. — Чжань-гэ. Гэ, — прошептал он, тряся худое плечо. Раздался стон, за ним ворчание из-под одеяла, и Ибо встряхнул Сяо Чжаня ещё раз, будя окончательно. И наконец один глаз, сморгнув, приоткрылся, пока второй всё ещё оставался крепко закрытым. Ибо улыбнулся этому очаровательному зрелищу и сообщил: — У меня температура спала. Сяо Чжань моргнул, словно пытаясь понять, почему эта информация стоила того, чтобы вырывать его из блаженного сна. Ибо попробовал ещё раз, медленнее. — Температура. Спала. Мне уже лучше, гэ. Потирая глаз, Сяо Чжань прохрипел: — Это, конечно, здорово. Но зачем ты разбудил меня в… чёрт, полвторого ночи?! Сяо Чжань отложил телефон обратно на прикроватную тумбочку и попытался зарыться обратно в одеяло. Но Ибо не собирался этого позволять, просто сорвав с него одеяло, получив в ответ громкий и жалобный стон. — Ван Ибо! — Гэ, ты обещал! Сяо Чжань нахмурился и поднял голову, будто собираясь уточнить, о чём речь, пока до него постепенно не дошло. Тот недоверчиво посмотрел на Ибо. — Прямо сейчас? Ибо кивнул, полностью забираясь на его кровать и избавляясь от своей футболки. — Ты сказал «завтра», и оно уже наступило. Температура спала, и мне уже лучше. Так что давай сделаем это. Ибо повалил лишившегося дара речи Сяо Чжаня на спину и устроился между его ног, разглядывая прекрасного мужчину перед собой, обласканного лунным светом. Происходящее казалось сном. Он перевёл взгляд на эти розовые словно лепестки губы, о которых столько мечтал, и начал наклоняться. — Ибо, стой… Уверен, что не хочешь дождаться утра? Я… Мне стоит сначала сходить в душ, — произнёс Сяо Чжань, слабо упираясь в его грудь. Так и не сумев достичь своей цели, Ибо сдвинулся чуть ниже, чтобы провести носом по ключице Сяо Чжаня, вдыхая такой знакомый сладковатый запах. — Не нужно. Гэ всегда хорошо пахнет. Он никогда в жизни ещё не возбуждался настолько, как от одного только осознания, что Сяо Чжань оказался под ним. Ибо неосознанно подался вперёд бёдрами, получив в ответ задушенный вздох. — Чёрт. Ладно, ладно, — Сяо Чжань похлопал его по плечу, вынуждая отодвинуться. — Дай мне привстать сначала. Ибо нахмурился и медленно поднялся. Отрываться от Сяо Чжаня не хотелось, но сев, тот вдруг стянул с себя футболку, открывая взгляду торс и узкую талию. Ибо приоткрыл рот, его взгляд сам по себе заскользил по телу напротив, наслаждаясь зрелищем. Соски у Сяо Чжаня были крупными и тёмными, похожими на шоколад, и Ибо облизал губы, отчаянно желая попробовать их на вкус. — Мои глаза выше, Ибо, — усмехнулся Сяо Чжань, щёлкнув пальцами перед его лицом. Ибо моргнул, приходя в себя, и обнаружил, что Сяо Чжань оказался очень близко, снова поймав его щёки в свои ладони. — Ван Ибо, твоё лицо совсем не изменилось за эти годы, но вот тело… ты совсем уже взрослый. Сяо Чжань скользнул своим критичным взглядом по его прессу к натянутой в паху ткани шорт. Ибо отчаянно пытался бороться со смущением. Он знал, что хорошо выглядит, но надеялся, что и Сяо Чжаню понравится увиденное. Что тот перестанет видеть в нём ребёнка из своих воспоминаний. — Чжань-гэ… Ибо потянулся к нему и осторожно положил руки на больше не скрытую под тканью одежды талию, такую узкую под его крупными ладонями. Кожа Сяо Чжаня на ощупь оказалась гладкой и такой мягкой. И ничего в тот момент Ибо не желал больше, чем притянуть его ближе и зацеловать всего, каждый миллиметр обнажённой кожи. — Это твой первый раз? — мягко спросил Сяо Чжань. Мимолётные воспоминания о прошлом опыте близости пронеслись в памяти Ибо, и он прошептал: — С мужчиной. Улыбка коснулась губ Сяо Чжаня, зажигая во взгляде шаловливые искорки. Ибо смотрел на него, словно зачарованный. Даже не заметил, когда тот придвинулся ещё ближе. — Тогда гэгэ позаботится о том, чтобы тебе было хорошо. И вот, спустя долгих восемь лет Ибо наконец ощутил губы Сяо Чжаня на своих. Такие же мягкие, как он и представлял, но их касание оказалось легче, чем он ожидал. Сяо Чжань целовал его мягко и осторожно, словно боялся спугнуть. Так что Ибо перетянул инициативу на себя, увереннее подавшись вперёд и слегка наклонив голову, чтобы углубить поцелуй. Словно ток пробежал по оголённым нервам, когда их губы разомкнулись и языки нашли друг друга. — Дыши, Ибо. Сяо Чжань немного отстранился, чтобы это сказать, и Ибо судорожно вздохнул, только тогда осознав, что всё это время задерживал дыхание. Сяо Чжань потянулся за следующим поцелуем, и в этот раз Ибо был готов. Притянув его к себе за затылок, жадно прижался к этим припухшим и раскрасневшимся губам, похищая остатки воздуха из чужих лёгких. Оказывается, Ван Ибо не имел ни малейшего представления о том, что такое настоящий голод, до этого самого момента. Пыл его поцелуев заставил Сяо Чжаня откинуться на спину и широко открыть рот, позволяя нетерпеливому языку исследовать его скользкий жар, что был до этого Ибо недоступен. Казалось в тот миг, будто все органы чувств Ибо существовали лишь для того, чтобы подмечать все, даже мельчайшие реакции Сяо Чжаня. Тот дрожал, когда Ибо сплетал их языки вместе, стонал, когда он прикусывал и потом зализывал губы, а потом и вовсе шире раздвинул ноги, когда Ибо втянул его язык между своих губ. Если раньше он думал, что одержим Сяо Чжанем, то теперь в нём разрасталась настоящая зависимость. — Чжань-гэ… — благоговейно прошептал он его имя, спускаясь ниже, чтобы попробовать на вкус пот на шее Сяо Чжаня. Тот запрокинул голову, громко простонав, когда Ибо прикусил и слегка втянул кожу у ярёмной вены, и задушено прошептал: — Никаких следов. Какая-то часть Ибо хотела ослушаться просьбы, так страстно желая увидеть на Сяо Чжане оставленные им же метки, словно напоминания о том, что между ними происходило. Что Сяо Чжань был с ним. Кстати говоря. Ибо легко повернул его голову на бок, открывая взгляду уже начавшую пропадать отметину на плече, и без малейших колебаний грубо укусил поверх. — Ауч, Ибо! Что я только что сказал? Проигнорировав, Ибо несколько раз прошёлся по укусу языком, словно зализывая в качестве извинений, прежде чем отстраниться. Оставшись довольным этой новой отметиной, которую без труда можно было скрыть под одеждой, Ибо сдвинулся ещё ниже и наконец исполнил своё недавнее желание, обхватив губами сосок Сяо Чжаня. Он втянул его в рот, словно младенец, и почувствовал, как тот твердеет под языком небольшой горошиной. Сяо Чжань попытался задушить в себе стон, зарываясь пальцами в его волосы, словно не давая отстраниться, и Ибо был просто счастлив вжаться лицом в его грудь, заласкивая тёмную сладость до чувствительной припухлости. И пока он отвлёкся на соски, Сяо Чжань вдруг поменял их местами, подмяв под себя и седлая его бёдра. Лицо его гэ пылало красным, а его красивые большие глаза были подёрнуты туманной пеленой. Если бы только Ибо мог запечатлеть тот момент в своей памяти навечно, это стало бы лучшим зрелищем Сяо Чжаня, которое он когда либо перед собой видел. — Ну ладно, свою порцию веселья ты уже получил. Теперь очередь гэгэ, — произнёс Сяо Чжань с лёгкой ухмылкой и, вытащив из прикроватной тумбочки какую-то коробочку, опустил ту на простыни рядом с ними. Потом взял из неё небольшую баночку и вылил что-то вязкое себе на пальцы. Ибо задушено выругался, ощущая себя так, словно все боги разом бросили ему смертельный вызов. Сяо Чжань растягивал себя перед ним. Готовил себя для него и сам казался величайшим подарком небес, устроившимся у него на коленях. Ибо едва не потерял сознание от того, что вся кровь разом отхлынула от головы к паху, заставляя член каменеть. Он не знал, как ему удалось сдержаться и не кончить от одного только вида начавшего насаживаться на собственные пальцы Сяо Чжаня. Прямо над его членом. С каждым движением потираясь о него своей задницей Даже звуки, что срывались с губ Сяо Чжаня, ощущались круче звуков любого из просмотренных им порно. Ибо крепче впился в его бёдра, пока тот уже вовсю насаживался на три пальца. — Гэ… — Ибо наконец смог найти в себе силы издать хоть звук, пусть и хриплый от неудовлетворённого желания. — Если продолжишь… не уверен, что продержусь долго. Сяо Чжаня это, кажется, повеселило, и тот захихикал, вытаскивая пальцы из слегка растянутой дырочки. Ибо из своего положения видел, какой красной и влажной та была, и выступившая крупная капля предсемени непрошено сорвалась с его головки. Заметив, что Сяо Чжань собирается натянуть на него презерватив, Ибо был вынужден отобрать его и сделать это самостоятельно, потому что не мог гарантировать, что не кончит в ту же секунду, как почувствует пальцы Сяо Чжаня на своём члене. — Ничего страшного, если ты кончишь раньше, Ибо. Я не стану тебя осуждать, — ласково произнёс Сяо Чжань, зарываясь пальцами в его влажные от пота волосы. Но Ибо лишь покачал головой, притягивая Сяо Чжаня к себе за талию, и ответил: — Хочу кончить в первый раз, находясь в тебе, гэ. Заметив окрасивший щёки Сяо Чжаня румянец, Ибо не смог сдержаться от поцелуя, вылизывая его рот, пока тот потирался о самую головку его члена. Почувствовав, как его член погружается в подготовленный специально для него тесный жар, Ибо застыл, наблюдая за тем, как Сяо Чжань сам медленно опускается, растягиваясь вокруг него и позволяя проникнуть ещё глубже. — Мм…ах… ха… Сяо Чжань застонал, полностью сев на его бёдра, и Ибо показалось, будто он сходит с ума. Казалось, словно его член очутился в бархатистой, гладкой и скользкой перчатке, которая сжималась и расслаблялась в такт дыханию Сяо Чжаня. Ибо был возбуждён до предела и весь взмок, но в тот момент не смог сдержать улыбки. Вот оно. Он наконец занимался любовью с Сяо Чжанем. И никогда за всю свою жизнь не собирался сожалеть об этом моменте. — Ну что? — спросил Сяо Чжань, заметив его улыбку. — Уже на седьмом небе? Мы же только начали. Но хотя бы это всё не вызывает в тебе отвращения. — Шутишь что ли? — Ибо крепко прижал Сяо Чжаня к себе, не позволяя их телам разъединиться, и поменял их местами. Переплёл свои пальцы с его и широко улыбнулся удивлённому выражению лица напротив. — Ты мужчина моей мечты, гэ. Я годами мечтал об этом, а теперь ты именно там, где я всегда хотел тебя видеть. — Ибо склонился над Сяо Чжанем, чтобы лизнуть родинку у его губы, и прошептал: — И я собираюсь насладиться этим сполна. Ибо начал медленно двигаться, просто потираясь своими бёдрами о чужие, словно никак не мог насытиться ощущениями. Сяо Чжань уткнулся лицом в основание его шеи, и тихие хриплые стоны казались музыкой для ушей Ибо. Они вжимались друг в друга так крепко, что сложно было сказать, где заканчивался один и начинался другой. — Ты вообще собираешься двигаться быстрее? — спросил Сяо Чжань, заелозив под ним. — Дай мне просто… немного побыть вот так. Пожалуйста. Ибо уткнулся носом в его взмокшую шею, желая навсегда запечатлеть в своей памяти дрожь тела Сяо Чжаня и то, как тот сжимался вокруг него. Когда ощущения стали практически невыносимыми, Ибо начал двигаться. Каждое движение члена вызывало короткое замыкание в мозгу. Толчки стали продолжительнее, глубже. Ибо пытался найти то самое чувствительное местечко внутри, и когда ему это удалось, начал толкаться даже ещё сильнее, заставляя мужчину под ним извиваться и одобрительно стонать. — Да. Хорошо. Та-а-к хорошо… Ах! Ибо! Сяо Чжань сжимался на его члене всё сильнее с каждым удачным толчком, и Ибо вошёл во вкус, вбиваясь в своего гэ так быстро и мощно, как только мог. Кровать скрипела от яростных толчков, подушки падали на пол вслед за одеялами. Сяо Чжань запрокинул голову от особо сильного толчка, и Ибо опалил его горло своим тяжёлым дыханием, сам полностью охваченный жаром. Было трудно удерживать взмокшее тело в своих руках, и это заставляло Ибо только крепче прижимать Сяо Чжаня к себе. Схватив его за бедро, Ибо сдвинул его колено в сторону, раскрывая больше и пытаясь проникнуть в подрагивающую дырочку как можно глубже. — Я… я сейчас кончу, — предупредил Сяо Чжань и потянулся к собственному члену, лаская себя, пока Ибо его трахал, и зрелище это оказалось слишком возбуждающим. Ибо неожиданно сорвался в собственный оргазм в тот же миг. Замер и с дрожью кончил, не выходя из Сяо Чжаня, а потом продолжил без остановки двигать бёдрами, чувствуя, как тот сжимается вокруг его члена, кончая вслед за ним и выжимая его ещё больше. Ибо наблюдал за лицом Сяо Чжаня, за тем, как напряглись его прекрасные черты, как приоткрылись раскрасневшиеся губы, когда тот беззвучно кричал от наслаждения. Это было восхитительно. Он хотел большего. Хотел видеть, как Сяо Чжань кончает снова и снова его стараниями. Ибо осторожно вышел из него, завязал использованный презерватив и отбросил в сторону. Взял из коробочки ещё один квадратик и разорвал упаковку зубами. До утра было ещё далеко.________________________________________
— Хва… хватит, Ибо… Сколько ещё ты собираешься… ха… ах… продолжать? Ибо подался назад и толкнулся обратно ещё сильнее, так что следующие слова Сяо Чжаня утонули в неразборчивом стоне. И пускай они уже полностью были покрыты потом и не только им, трахаться, как кролики в течку, они не прекращали. В этот раз Ибо брал опёршегося на локти и колени Сяо Чжаня сзади, наслаждаясь отличным видом на двигающийся между округлых ягодиц член. В ответ он лишь обнял Сяо Чжаня со спины, не переставая двигать бёдрами. — Не хочу останавливаться. Пока нет. Хочу увидеть всё, почувствовать всё, пока это происходит наяву. Меня пугает мысль, что это может быть всего лишь прекрасным сном. Сяо Чжань покачал головой и, оглянувшись через плечо, посмотрел на него влажными глазами. — Это не сон. Ибо улыбнулся и принялся толкаться быстрее, терзая зубами округлое плечо. А потом развернул Сяо Чжаня обратно, и одного взгляда на его член хватило, чтобы понять, что тот желал всего этого так же сильно. Ибо вошёл в него снова, и Сяо Чжань с лёгкостью принял его член, словно его тело запомнило форму. Ибо нежно коснулся губами внутренней стороны его колена, прежде чем податься вперёд и снова поцеловать Сяо Чжаня. Тот вёл себя всё громче, словно его чувствительность вышла на новый уровень после парочки последних оргазмов. На полу вокруг кровати беспорядочно валялись использованные презервативы, рисуя хаотичную картину страсти в их когда-то чистом и невинном гостиничном номере. Сяо Чжань резко выдохнул и вцепился пальцами в простыни, когда Ибо забавы ради ущипнул его припухший сосок. — Чувствительные, да? — Н-нет… — Сяо Чжань отвёл взгляд. — Но ты так сжался на моём члене, гэ. Ибо ущипнул снова, чтобы подтвердить свои слова, и Сяо Чжань, крепко зажмурившись, бесконтрольно задрожал, сжимая его член так сильно, что следующий оргазм оказался уже не за горами. Посмеиваясь над его обиженным видом, Ибо снова прижался губами к родинке у губы и уже в который раз за ночь прошептал: — Ты мне нравишься, гэ. Очень сильно. — Всё продолжаешь это повторять… — прошептал Сяо Чжань, цепляясь руками за его плечи. Его длинные ноги легли на талию Ибо, обхватывая. Ибо замедлился, сбиваясь на лёгкие поверхностные толчки, и ему казалось, будто он чувствует быстрый стук сердца Сяо Чжаня прямо там, в глубине. — Потому что это правда, — ответил Ибо, прижимаясь своим лбом к его так, чтобы видеть лицо Сяо Чжаня полностью. И всё его раздражение, и всю нежность, с которой тот смотрел на него в ответ. Это придавало смелости произнести: — Тогда как насчёт такого… Я люблю тебя, Чжань-гэ. Сказав это, Ибо толкнулся в него, задевая членом простату, и вдруг почувствовал под собой влагу. В удивлении посмотрел на член Сяо Чжаня и увидел, как, подрагивая, тот заливает спермой его живот. — Ты только что кончил от того, что я… Сяо Чжань хотел прикрыть лицо, такой ужасно смущённый, но Ибо оказался быстрее. Подхватил его ноги и поднял так, чтобы те прижались к груди Сяо Чжаня, раскрывая того ещё больше для безжалостных толчков. Сяо Чжань закричал и затряс головой. — Н-нет, это слишком… Ах, Ибо, слишком… — Люблю тебя, гэ. Люблю так сильно. Ибо почувствовал, как на глазах выступили слёзы, когда его сорвало в очередной головокружительный оргазм. Сяо Чжань держал его всё это время. Открыв глаза, Ибо обнаружил, что тот уже смотрит на него в ответ. И в ясных тёмных глазах напротив отражается только он, Ибо. Если бы только они могли остаться так навсегда. Если бы только ночь могла длиться вечно. Ван Ибо просто хотел быть достойным любви Сяо Чжаня.
