С сигаретным дымом мы вдыхаем смерть

      Антон хватает свои вещи и выбегает на улицу. Арсений повторяет его действия, при этом бросив пару купюр на стол. — Антош, стой! — просит Арсений, пытаясь успеть за подростком, но Антон останавливается и без его просьбы. Мужчина подбегает к нему и видит, что Тоша замер с поднятой вверх головой, в ту же минуту Арсений тоже поднял свой взгляд вверх, к небесам. На его лицо падали снежинки, которые тут же таяли. — Арс, смотри, — Антон вытягивает ладонь вперёд, показывая на ней крохотные снежинки, — первый снег. Арсений в ответ искренне улыбается.       Этот мальчик радуется таким простым вещам! — мысленно удивляется мужчина.       Тоша — настоящий ангел, посланный Арсению в помощь.       Антон ещё несколько минут не мог оторваться от такого завораживающего зрелища. Он даже не замечал, что Арсений всё это время внимательно наблюдал отнюдь не за снегом. Когда Тоша всё же заметил на себе пристальный взгляд, он в ту же минуту обиженно отвернулся. — Ангел, я пошутил, — зачем-то говорит Арсений. Он впервые позволил себе озвучить свои мысли. Несмотря на всю абсурдность ситуации, Антон не растерялся и быстро ответил: — А у меня целая империя! — Арсений рассмеялся. Антон пытался сохранить каменное лицо, но вскоре не выдержал и тоже рассмеялся.       Мужчина подошёл ближе к Тоше и остановился в шаге от него, а подросток был не против, он даже не пытался убежать или оттолкнуть Арсения, нет, наоборот, он устремил свой пронзительный взгляд прямо мужчине в глаза. Немного посветлевшие, но всё такие же зелёные, смотрели на Арсения и будто пытались найти все ответы на свои многочисленные вопросы. — Тош, обещай, что ты будешь приходить на занятия, — потребовал Арсений. Он цепляется за эти совместные занятия, как за жизнь. Это время, которое они проводили наедине друг с другом было особенным. — I promise*, — лишь сказал Антон. — Не догонишь! — заливисто смеясь, выкрикнул Антон и побежал вперёд. Арсений на какое-то время выпал из реальности. Не понимая, что происходит, мужчина стоял на месте, пока в него не прилетел снежок. Антон был доволен своей выходкой и стоял в метре от Арсения, смеясь, пока тот пытался слепить свой снежок.       Сейчас подросток чувствовал себя ребёнком, у которого есть по-настоящему счастливое детство. Тоша наслаждался каждой минутой, ведь он помнил, что это не надолго. Они носились по двору, словно дети, и им абсолютно не было стыдно за своё поведение.

***

      У Антона начинаются однотипные дни. Изо дня в день одно и то же: школа, мама, занятия с Арсением. Только спустя несколько недель подросток смог выбраться из этого замкнутого круга: Антон пришёл в гости к Диме. Вместе им было легче переносить жизненные трудности.       Единственное, что осталось неизменным в его жизни — это чтение. Тоша читал по ночам, не изменяя своим принципам, он заваривал чашку зелёного чая и, взяв в руки книгу, читал. Антон очень много читал. Страница летела за страницей, глава — за главой, так он мог прочесть целую книгу за одну ночь. И всё это подросток читал под тусклый свет ночника. Вы спросите, почему он не включал нормальное освещение, почему, не жалея своего зрения, читал, включив лишь ночник? Потому что Тоша у нас настолько заботливый мальчик, что он не мог позволить себе, чтобы мама переживала за то, что он не спит по ночам. — Не спать! — говорил сам себе Антон и продолжал читать, несмотря на сильную усталость.       В скором времени читать объёмные произведения стало нормой для Антона, и он с лёгкостью мог прочесть двести страниц в день.       Арсений безумно им гордился. Он видел большую любовь к литературе и всячески пытался помочь Антону найти годные для чтения книги. Занятия по английскому языку продолжались, Тоша делал большие успехи, радуя ими Арсения.       Они не вспоминали свой последний серьёзный разговор, стараясь всячески его обходить. Арсений старался аккуратно спрашивать о состоянии мамы, а Антон в свою очередь неохотно отвечал на его вопросы. «Нет», «нормально», «всё хорошо, Арс» — эти фразы всё чаще и чаще проскальзывали в речи подростка. Было видно, что с Антоном творится что-то неладное: он стал замкнутым и ничем не делился с мужчиной. Арсений терпеливо ждал, когда Тоша сам всё расскажет. Давить на подростка было нельзя: он мог закрыться от Арсения ещё больше.       Лишь однажды Антон позволил своим эмоциям вырваться наружу. Когда подросток пришёл на занятия к мужчине, то выглядел хуже обычного. Мешки под глазами уже не могли остаться незамеченными, бледная кожа лица стала ещё бледнее, а когда-то ярко-зелёные глаза стали тусклыми, их затмила серая пелена. Арсений молчал и терпел. Молчал и терпел, даже когда Антон начал шутить про смерть. Но когда из глаз Тоши невольно покатились слёзы, оставляя за собой мокрые дорожки, Арсений не выдержал и потащил Антона на кухню, усадил за стол, заварил чашку зелёного чая с лимоном и заставил рассказать всё, что тот долго таил в своей душе, боясь быть осмеянным. Но Тоша стоял на своём и отнекивался, сказав лишь, что это всё из-за напряжённой учёбы. Арсений понял, что Антона надо чем-то отвлечь, переключить его внимание на что-то другое. Поэтому позвал Антона к себе, заказал пищу и молча вручил свой телефон с открытой галереей подростку в руки. Сначала он просто сидел с открытым ртом, не в силах вымолвить хотя бы слово. Но когда Антона отпустило, он повернулся к Арсению. — Арс, это я? — спросил подросток, указывая на свою фотографию. — Да, — спокойно ответил Арсений. Антон листал фотографии в галерее и удивлялся всё больше и больше. Он даже и не замечал, что Арсений много раз фотографировал его в тайне. Тоша смело может сказать, что это были действительно красивые фотографии, будто это был вовсе не Антон, а профессиональная модель, специально позировавшая для фотографий. Правильно подобранный ракурс, удачно упавший мягкий свет, интересный объект в кадре и вот, у тебя на руках по-настоящему эстетичное фото. — Арс, я поражён! Когда ты это успел сфоткать? — Антон всё ещё пребывал в состоянии шока. — Я думаю, мои фотографии расскажут об этом больше, чем я, — и действительно, Арсений был прав. На фотографиях Антон постоянно был чем-то занят и не обращал на мужчину никого внимания. Вот, например, на одной из фотографий Антон сидит уткнувшись в книгу, что-то пытаясь в ней понять, а вот, высунув кончик языка, пытается аккуратно нарезать кусочки мяса, или вот, он сидит на подоконнике, смотрит в окно, поднеся одну руку ко рту, в которой тлеет сигарета.       Последняя фотография была сделана Арсением с дальнего расстояния, но, несмотря на это, она не потеряла своей красоты и особой атмосферы. — У тебя талант! — заявил Антон. — Ты действительно так думаешь? — спросил Арсений и получил утвердительный кивок на свой вопрос. — Хочешь, я тебя профессионально сфотографирую? На профессиональную камеру. — Я никогда так не фоткался, всегда только любительски, но можно попробовать. Почему бы и нет? — Посиди здесь минутку, — сказал Арсений и ушёл в соседнюю комнату. Его не было пару минут, но Антон уже успел заскучать. Мужчина вернулся с небольшой коробочкой в руках. — Чтобы фотография получилась завораживающей, в неё надо внести какой-то интересный элемент, — после этих слов Арсений достал из коробки объёмные наклейки бабочек зелёного и голубого цвета. — Ты же не против, чтобы я их наклеил на тебя? — Нет, — получив одобрение, мужчина принялся клеить бабочек на тело подростка. Начать Арсений решил с шеи, после перешёл на лицо, клея на него более мелких бабочек, после наклеил пару крупных и пару средних по размеру бабочек на левую руку Антона, а закончил Арсений тем, что добавил парочку на белую футболку. — Ну вот, всё готово! — радостно заявил Арсений, когда образ Антона был готов. — Теперь становись сюда, — мужчина указал на место рядом с белой стеной. Арсений вручил подростку большой цветок, который был, как и бабочки, двух цветов: зелёного и голубого. Эти цвета отлично гармонировали друг с другом, а в некоторых местах и вовсе переливались, и один цвет плавно мог смениться на другой.       На первых фотографиях Антон был зажатым и не мог расслабиться, но когда Арсений показал ему первые снимки, он смог войти во вкус и даже поймал азарт. Снимки получались действительно красивыми и необычными.       Этому мальчику надо быть моделью, — подумал Арсений, когда в очередной раз засмотрелся на пронзительный взгляд зелёных глаз, правильные черты лица и розовые губы. Мужчина просматривал фотографии, оценивая результат своей работы, и замер, увидев одно из фото, на котором взгляд Антона был направлен куда-то в сторону, он явно о чём-то задумался, закусив губу. Подросток выглядел очень пленительно. Арсений быстро просмотрел остальные фотографии и одобрительно кивнул Антону, давая понять, что они закончили. — Ну, Арс, покажи мне тоже, пожалуйста! — заявил Антон, когда Арсений отказался показывать фотографии, пока не отберёт лучшие из лучших.       Антон собрался и ушёл домой, взяв с Арсения обещание, что тот в ближайшее время покажет получившиеся снимки. Как и каждый вечер, подросток, удобно усевшись в кресле, открыл книгу, даже и не подозревая, что в это же время Арсений сидел перед монитором компьютера и рассматривал его фото до мелочей, особенно надолго останавливая свой взгляд на прикусанных губах.       Арсений упустил тот момент, когда перестал удивляться, что он отмечает его красоту и засматривается на мальчика, которой любит курить, ругаться матом и читать книги.

***

      Дмитрию не спалось. Он решил проверить социальную сеть. Среди мемов и фотографий друзей подросток заметил фотографию Арсения с другом. Это был тот самый друг, с которым Дима познакомился на вечеринке. Он помнит, что Сергей тогда сделал ему замечание. Подросток, не задумываясь, перешёл на профиль мужчины. Сергей был в сети. На его странице было множество фотографий из разных стран мира, были фотографии с Арсением, и даже фото, явно сделанные на рабочем месте: на них Сергей стоит в медицинской форме. Сергей Матвиенко 1:49 Почему не спишь? Тебе рано вставать в школу.       Дима замер, смотря на сообщение, которое пришло минуту назад.

Дмитрий Позов 1:53 Не спится

      Дима отправляет короткое сообщение и с волнением ждёт ответ, который не заставил себя долго ждать. Сергей Матвиенко 1:55 И ты решил испортить зрение, смотря в кромешной темноте на яркий экран телефона?

Дмитрий Позов 1:57 Откуда ты знаешь, что я сейчас сижу в темноте?

      Дима искренне не понимал, откуда мужчина мог это знать. Иногда Сергей своими словами попадает прямо в точку. Сергей Матвиенко 1:59 Статистика, и к тому же я врач.       Весомый аргумент, но сейчас он не имеет никакого значения, — подумал Дима и усмехнулся. Сергей Матвиенко 2:03 Не дури, Дим. Ложись спать. Спокойной ночи)

Дмитрий Позов 2:07 Спокойной ночи

      Ответил Дима и ещё несколько минут смотрел на «спокойной ночи» и скобочку в конце с широкой улыбкой на лице. Подросток не мог понять, почему сейчас улыбается, почему такое простое сообщение заставляет его чувствовать себя счастливым.       Он действительно сейчас улыбается? — пронеслось в мыслях подростка.

***

      Антон никогда не отчаивался и всегда верил в лучшее, он всегда верил в чудо. Чудо пришло в его серую жизнь и оставило большое яркое пятно.       Именно сегодня подросток проснулся с мыслью, что в его жизни можно что-то изменить в лучшую сторону. Пока не поздно — надо действовать. Майя, будто прочитав мысли сына, любезно приготовила завтрак, как готовила его до того рокового дня. Она даже мило улыбалась, пока Антон с удовольствием уплетал завтрак за обе щеки. Он поначалу не верил своим глазам и ожидал подвоха. Ему казалось, что это чья-то шутка, и непременно должно произойти что-то плохое. Тоша настолько за последнее время привык к плохому, что просто отказывался верить в хорошее.       Но когда ничего не произошло до его ухода в школу, Антон наконец-то смог успокоиться и пойти на учёбу в хорошем настроении. Впервые за долгое время Дима увидел его счастливое, не искажённое какой-либо печальной эмоцией лицо. Он искренне порадовался за друга. — Я рад, что у тебя всё начало налаживаться, — внезапно произнёс Дима, склонившись к уху Антона, тот лишь коротко улыбнулся в ответ. Подросток боялся спугнуть своё счастье.       День прошёл без происшествий, и Антон вспомнил о уже давно забытых спокойных и безмятежных временах.       Антон даже позвал Диму погулять в парк, но тот отказался, ссылаясь на плохое самочувствие. Тоша не был дураком, он с самого утра заметил странную перемену в поведении друга, но не придал этому большого значения. Он просто решил не лезть в чужую жизнь, потому что хорошо знал, какого это.       Антон лишь успел заметить, что «Сергей-скобочка» отправил сообщение Диме, после чего он увидел короткою улыбку на лице друга и живой блеск в карих глазах.

***

      Сегодня Антон решил полностью окунуться в воспоминания. Когда наступила ночь, и мама уснула, Тоша выбрался на лестничную площадку и закурил сигарету. Подросток невольно вспомнил, как Арсений в тот день выхватил у него из рук сигарету и затушил, при этом говоря что-то о вреде курения. В тот день на улице было так же холодно, как и сейчас, но тогда за окном шёл дождь, а сейчас — снег.       За размышлениями Антон не заметил, как Арсений сел на ступеньку рядом с ним. — Куришь? — лишь спросил он. — Угу, — тихо выдал Антон и уже мысленно приготовился слушать упрёки от мужчины, но Арсений молчал.       Они сидели в тишине, не нуждаясь в пустых словах. Они наслаждались обществом друг друга. Они не хотели отпускать этот момент. — Равнодушие — это паралич души, преждевременная смерть, — неожиданно выдал Арсений, а после добавил, — я, кажется, ещё жив, — он вынес свой вердикт. — Чехов? — спросил Антон, хотя сам прекрасно узнал слова одного из любимых писателей. — Да, — Арсений подтвердил догадки Антона и сам потянулся к сигарете, но не выкинул, как изначально предположил подросток, но и не сделал затяжку, а просто смотрел на медленно тлеющую никотиновую палочку и тяжело вздохнул. — В моём сердце ожило давно забытое чувство, — после этих слов Арсений повернулся лицом к Антону и, смотря прямо в глаза, произнёс, — чувство любви.       Антон почувствовал, как внутри что-то разбилось вдребезги, наверное, это было сердце или лёгкие, которых он не щадил в последнее время. Подросток отвернулся от Арсения, чтобы тот не заметил эту резкую перемену в нём. Тоша и сам не знал, почему эти слова нанесли ему сильный удар. Видимо, он испытывает к Арсению не только дружескую симпатию.       Тоша поднимается на ноги и убегает. Он быстро заходит в квартиру, закрывает за собой дверь и уходит в комнату, закрывается в себе, чтобы никто не видел его слёз, которые сейчас лились из глаз.       Он злится на себя за свою слабость. Он злится на себя за то, что позволил Арсению проникнуть глубоко в душу, в самые тайные уголки. Антон злится на себя за то, что позволил себе снять перед Арсением маску.

***

      Подросток курит ночь напролёт в попытке успокоиться, но всё тщетно. Руки трясутся как у алкоголика в завязке, и он не знает, что с этим делать. Хочется забыть обо всём и всех, но так не получится. Нужно вставать с утра и идти в школу, и никого не волнует, что ты плакал всю ночь, а сейчас выжатый как лимон.       Антон сидит на подоконнике и курит очередную сигарету. Он уже перестал считать количество выкуренных за день. Ему параллельно на то, что своими действиями он наносит себе большой вред. Он это прекрасно понимал и не собирался ничего менять.       Внезапно из его лёгких вырывается кашель, и Антон бросает не затушенную сигарету вниз. Становится трудно дышать, но подросток не пугается, а лишь ухмыляется. Тоша сидит ещё пару минут, прижав руку к груди, пытаясь восстановить дыхание.       Кашель возвращается ещё насколько раз, но уже не так сильно, как в первый. Его незаконные сигареты превратились в незаконный способ самоуничтожения, но Антон абсолютно никак к этому не стремится. Он хочет жить. — Этот парень был из тех, кто просто любит жизнь, — напевает себе под нос Антон и криво улыбается.       Подростку комфортно лежать в кромешной тишине, несмотря на то, что кашель не желал отпускать подростка из своих объятий. Антон ещё пару раз заходился в новом приступе.       Кашель не отпускал его даже тогда, когда он отправился в школу. Там он пытался отвлечься на что-нибудь, просто забыть об этом дурацким кашле.       Дима стал переживать за друга и сочувственно посмотрел на Антона, вымотанного не прекращающимся кашлем. — Антон, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Дима. — Да, — уверенно ответил Антон и отвернулся от друга, встречаясь с голубыми глазами. В голове быстрым потоком пролетели воспоминания вчерашнего вечера, и подросток хмыкнул, опуская свой взгляд в тетрадь.       Какой же ты наивный, Тох, — шепчет сознание и злорадно смеётся над ним. — Думал, что кому-то нужен?       Антон злится и ломает карандаш в своей руке, привлекая этим внимание класса к себе. Он невинно улыбается и убирает обломки в пенал, там им самое место. А где место для обломков его сердца? — Шастун, к доске, — это холодное «Шастун», брошенное Арсением, заставляет поёжиться. Антон, смотря прямо в глаза Арсению, уверенной походкой выходит к доске. Весь класс напряжённо замер, наблюдая за ними.       Антону становится душно. Его начинает мутить, просто хочется лечь на пол и не вставать, как минимум, до завтрашнего утра. Но хуже этого может быть только вновь возобновившийся кашель.       Он выбегает в коридор, не спросив даже разрешения. Тоша бежит в туалет и там умывается холодной водой, приводя себя в чувства. — Пиздецки, конечно, выглядишь, Тох, — обращается он к своему отражению.       Ему не становится лучше, как и хуже, поэтому Антон, прислонившись к стене, сползает вниз.       Ничего, он справится. Со всем справится сам. Как и всегда.