Это мой котенок.

      Чонгук откровенно заебался решать проблемы всех окружающих его людей, поэтому он сейчас сидит за барной стойкой, заказывает солодовый виски и думает о том какую бы кралю сегодня подцепить.       Однако его планы резко меняются, когда на сцене клуба появляется нечто сексуальное и завораживающее. А именно, Пак Чимин. Играет музыка (Jimin — Filter), танцор двигается в такт, его красный костюм совершенно не стесняет движений, которые становятся все сексуальнее, в какой-то момент на пол летит пиджак. Чон чувствует, как к горлу подбирается возбуждение. Он смотрит на танцора голодными глазами. Чимин скидывает с себя желет, швыряя его куда-то к вип-столикам. Мужчина за барной стойкой сглатывает ком и осушает стакан виски. Пак чувствует этот прожигающий взгляд, встречается с ним глазами и хищно, а главное, чертовски сексуально облизывает нижнюю губу. Бармен лишь хмыкает на такое поведение лучшего друга.        — Поздравляю, теперь вы его жертва. — произносит Тэ и ставит еще один стакан с виски перед клиентом.        — А я и не против, — ухмыляется Чонгук.        — Это вы пока так думаете, — откровенно стебется над «жертвой» бармен.       Музыка закончилась, а танцор замер на сцене в расстёгнутой рубашке и не отрывал взгляда от Чонгука. Он ухмыльнулся, спустился со сцены, подхватив пиджак, и направился к барной стойке.        — Твои волосы подходят к моему костюму, крольчонок! — произносит Пак прямо в губы Чона, подходя в плотную.        — А твой губы подходят моим… — выдыхает мужчина и впивается в эти пухлые, такие манящие уста напротив.       Пак хмыкает в поцелуй и отвечает очень мокро и пошло. Чон кладет руку на талию танцора, тот зарывается пальцами в красные волосы. И его бы уже разложили на этой барной стойке, если бы не лучший друг…        — Йааа, снимите себе номер! А у меня можете взять только алкоголь. — возмущается Тэ протягивая Чимину его любимую «кровавую Мэри»        — Спасибо, Тэ! — сверкает глазками танцор и слезает с колен мужчины… И когда только забраться то успел?! Он присаживается рядом и переводит взгляд на того, кто так любит целоваться. — Я — Чимин, приятно познакомиться! — мило улыбается он.        — Чонгук, — коротко отвечает, и кажется, чувствует как земля уходит из-под ног от осознания того, насколько милым выглядит сейчас этот парень. Хотя минуту назад был той еще сучкой!        — Как красноречиво! — прыскает юноша. — Понравился мой танец?       Чон зависает, не зная как ответить на столь простой вопрос и не показать того, насколько он возбужден. Поэтому просто молчит и делает очередной глоток крепкого напитка.        — Можешь не отвечать. По тебе и так видно… — Гук вопросительно смотрит, а Чимин кладет ладошку прямо ему на пах и миленько так улыбается. — Мне нравится, когда мои танцы оценивают настолько высоко. А тебе здесь явно тесно, да, дружок? — обращается он уже непосредственно к члену, поглаживая его. А Чон в этот момент понимает, что перед ним сидит не милый и сексуальный парень, а просто опасный демон-искуситель, и это невероятно возбуждает. В глазах мужчины снова загорается желание, и снова все портит бармен.        — Эй, Чимин~а! Я не позволю вам заняться сексом на моей барной стойке! Валите в твою гримерку!        — Но там диван сломался, Тэ! — обращает свой взгляд на друга Чим и складывает губки бантиком, но не убирает руки с паха Чонгука.        — Ничего не знаю! Тебя не смущают люди вокруг?! — Ким вздыхает. — Хотя это глупый вопрос… Идите в отель, что ли?        — Мы можем просто поехать ко мне, если ты не против. — Говорит Чон, чувствуя, что больше не может сдерживаться.        — Уааа, он заговорил… — удивляется Чим, а потом додумывает и говорит. — Я согласен, поехали.       Тэхен закатывает глаза. Чон кладет на стойку несколько купюр, которых явно много, но Тэ решает оставить их на чаевые, к тому же сдачу у него не требуют. Мужчина обнимает за талию Чимина и они вместе плывут к выходу, у которого их уже ждет водитель Чона.        — Вау, да ты папочка! — выкрикивает Пак, видя дорогой черный автомобиль перед входом в клуб.       Чон лишь хмыкает в ответ и открывает дверцу машины перед юношей. Тот со счастливой улыбкой забирается в салон и утопает в роскоши и натуральной коже, которая обтягивает кресла.        — Да кто ты такой, черт возьми?!        — Я же уже говорил, что я Чонгук. Чон Чонгук. — спокойно отвечает мужчина, расслабляясь на кресле рядом.        — Чон Чонгук. — шепотом вторит Пак, а потом его глаза становятся размером с блюдца. — ТОТ САМЫЙ Чон ЧОНГУК?! — буквально орет он на весь салон.        — До тебя только дошло? — откровенно посмеивается над юношей Чон. — И что тебя так удивляет?        — Ты издеваешься?! Рядом со мной сидит самый успешный человек всей Кореи! Самый молодой президент целой корпорации, который построил ее с нуля, а ты спрашиваешь меня, почему я так удивляюсь?! Что ты вообще забыл в этом баре?        — Ммм, Тебя? — хитро улыбается мужчина. — Ну, а если серьезно, то в какой еще мне клуб ехать, как не в лучший клуб в Сеуле?        — Точно. Я и забыл, что он лучший. Туда обычно приходит одно богатое быдло…        — Именно так и выглядит мой мир. Меня окружают бездушные и завистливые мешки с деньгами. — грустно улыбается Чон.        — Жаль тебя. — пожимает плечами Пак, не желая продолжать эту тему. — Так что мы будем делать, папочка? — меняет настрой Чим, залезая на колени к мужчине.        — Все, что ты пожелаешь, только не зови меня папочкой. — Чон кладет одну руку на его бедро, а другую на талию, и смотрит в прекрасные глаза напротив.        — Как скажешь, крольчонок. — игриво произносит юноша, прикусывает нижнюю губу мужчины и слегка оттягивает ее. Чон усмехается и вгрызается в эти пухлые губки жадным поцелуем, тут же притягивая юношу за талию ближе к себе. Чимин охотно отвечает на него, ведет одной рукой по волосам, зарываясь в них, а другой начинает расстегивать пуговицы на черной рубашке Чонгука.       Мужчина отстраняется от губ Пака, оставляя между ними тонкую нить слюны, когда чувствует, что машина остановилась.        — Мы приехали, котенок. — он гладит правый бок Чимина, заставляя табун мурашек проскакать по всему телу юноши.       Они выходят из автомобиля и идут в квартиру Чона, который, к слову, живет в шикарном пентхаусе. Сейчас Гуку совершенно плевать, что он ведет домой мужчину, плевать, что они оба почти раздеты и плевать, каким взглядом их провожает консьерж. Все, что сейчас занимает его мысли, это Пак Чимин. Поэтому, как только двери лифта закрылись, он тут же вжал парня в стену, заставляя закинуть одну ногу на собственную талию. Горячий, мокрый пошлый поцелуй и «ДЗЫНЬ» — лифт прибыл в точку назначения. Чон выходит из лифта с Чимином на руках. Он не хочет ни на минуту расставаться с этим созданием, поэтому несет его на себе, держа руками за зад. Чимин, к слову, совсем не против, он обхватил обеими ногами его талию и сейчас очень старательно создает засос на ключице самого богатого парня Кореи.       Наконец, Чонгук добрался до кровати и повалился на нее вместе с Чимом, оказываясь над ним. Чимин из-за этого оторвался от своего занятия и посмотрел прямо в темные глаза, которые в темноте казались чернее самой ночи. В этих глазах хотелось утонуть. А вот Чон хотел захлебнуться в тех синих омутах, которые так внимательно сейчас смотрят на него, ведь они невероятно красивы и притягательны, как и их хозяин.       Чон коснулся щеки юноши, спустился на шею, затем на грудь, после на рельефный живот, и, наконец, снял с Чимина его красную рубашку. Он припал губами к ложбинке между шеей и плечом, проложил мокрую дорожку до соска и вобрал его, нежно посасывая. Чимин издал еле слышный стон и положил ручку на затылок Гука, а другой уже водил по оголенному торсу, на котором все еще болталась рубашка. Когда дыхание Чимина сбилось, а соски затвердели, Чон оторвался от него, скинул свою рубашку и впился страстным поцелуем в губы напротив. Чимин же последний раз провел ладошками по телу мужчины и стал расстегивать его брюки, отвечая на поцелуй. Он расправился с брюками и уже водил своей маленькой ручкой по стволу мужчины. Чон благодарно мычит в поцелуй, а потом одним движением снимает брюки и боксеры парня. Он подхватывает его ножку и покрывает поцелуями, прокладывая мокрую дорожку от колена, по внутренней стороне бедра, к самому паху. У Чимина от этой картины перехватывает дыхание — настолько правильно Чон смотрится рядом с ним. Его сердце и вовсе пропускает удар, когда мужчина раздвигает половинки задницы и начинает вылизывать колечко мышц. Гук врывается языком внутрь Пака, затем добавляет палец и начинает растягивать анус. С губ юноши срывается томный стон. Чон вставляет второй палец, а сам прокладывает дорожку поцелуев от паха до подбородка и впивается жадно в губы напротив. Чимин снова стонет, прикусывает губу Гука в поцелуе, вызывая тем самым рык возбуждения. Чим льнет к нему всем телом, сам подмахивает бедрами, желая получить большее удовольствие, чем от уже трех пальцев внизу. Он разрывает поцелуй, толкая Чонгука в плечо, и глядя в его глаза нетерпеливо произносит, перемещая ладонь с плеча на шею:        — Возьми уже меня, Крольчонок! — и еще раз сам насаживается на его пальцы.       У Чона слетают все тормоза. Он разворачивает Чимина лицом в подушку и резко входит в него на всю длину. У парня искры из глаз и слезы, боль и наслаждение сливаются воедино, ведь мужчина сразу попал по простате. Дав немного времени привыкнуть, Гук сразу перешел на быстрый темп. Парень срывал голос, выстанывая имя мужчины каждый раз, как тот проходился по простате. С губ Чона срывались хриплые стоны, когда юноша сильнее сжимал его внутри. Он наклонился к шее парня и стал оставлять на ней засосы. Это заставляло уплывать и без того туманное сознание Чимина. Он уже безостановочно стонал, чувствуя приближающийся оргазм. Чон тоже приближался к пику, поэтому толчки становились жестче, дыхания не хватало. Он буквально втрахивал Чимина в кровать. Юноша кончил первым, окончательно сорвав столь прекрасный голосок. Чону потребовалось еще пару движений и он излился, заполнив Пака полностью. Он обессиленно упал рядом, стараясь восстановить дыхание.        — Черт! Я забыл резинку… — раздраженно проговорил он, ругая самого себя.        — Ничего страшного, — усмехнулся Чим. — Я же не девушка.        — Точно. Девушка бы такого не вынесла.        — А вы довольно агрессивный во время секса, господин президент. Мне понравилось. А как вам я?        — Не знаю. Мне не с чем сравнивать. — спокойно произнес тот.        — То есть как?! — округлил глаза Чимин.        — То есть ты у меня первый. До этого я спал только с девушками. — будничным тоном заявляет Чон. — Но с уверенность могу сказать, что мне понравилось. Я никогда не чувствовал такое желание и такую страсть. Да и такого дикого секса никогда не было…       Сказать, что Чимин был удивлен, ничего не сказать. Он во все глаза пялился на этого шикарного горячего мужчину, вспоминал, что только что произошло, и не мог поверить, что это был его первый раз.        — Да не может мужик так круто оттрахать парня, если ни разу этого не делал! Ты ведь меня даже подготовил! — искренне удивлялся Чимин.        — А, ты об этом. Мой заместитель, а по совместительству, и мой лучший друг — гей. Так что я знаю как, просто ни разу не занимался этим с мужчинами. Как то они не привлекали… — он наконец повернулся и посмотрел в удивленные глаза Пака. — А ты привлек. — улыбнулся и нежно поцеловал, притянув к себе за затылок. Пак был готов раствориться в это нежности, поэтому с удовольствием позволил сгрести себя в объятья и уснул с улыбкой на лице.