Во мраке ночи

— До сих пор считаешь все события неудачным стечением обстоятельств, мой друг? — детектив внимательно посмотрел в лицо молодого полицейского. — Это все ещё может быть простым совпадением! — Сэм резко встал с просторной софы и, нервно сжимая кулаки, подошёл к окну. — Сначала женщина случайно насмерть ударяется головой о стол, потом девушка случайно топится в колодце. Не слишком ли много случайностей для одной семьи? — детектив откинулся на спинку кресла, напряженно глядя в спину напарника. — Почему мы не рассматриваем суицид? Прислуга давно начала шептаться о психическом нездоровье девушки: постоянные гадания, страх, призрак Аннет… — Призрак? — впервые удивление промелькнуло в жестком голосе мужчины. — Девушке виделась умершая миссис Харрис. — Кто-то её запугивал. — Но… — Нет, Сэм, — голос детектива вновь стал властным и беспрекословным. — Понимаю, что прошлое не позволяет тебе отрицать сверхъестественное, однако я полностью убежден, что это вовсе не «кара божья». Полицейский хмуро посмотрел в окно. Со спины он казался непроницаемым, но сквозь тонкую рубашку было видно, как сильно напряжена каждая мышца. За окном мельтешили криминалисты, судмедэксперты, усердно упаковывающие аппаратуру в машины. Их фигуры казались такими незначительными, ничтожно жалкими, что Макото, устало вздохнув, вскоре отошел от окна. — Мой милый Сэм, мне очень жаль, что… — Всё в порядке, — японец поднял ладонь, останавливая речь детектива. — Я знал, на что шёл, когда соглашался на приглашение отца. Думаю, это последнее наше расследование — даже спустя столько времени не могу бороться с собой, не могу работать здесь, — мужчина горько усмехнулся. Гудман обадривающе постучал напарника по плечу, улыбаясь непривычно тепло, по-отечески. — Так давай проведем его на совесть, мой друг. Сегодня пришли отчеты криминалистов о комнате Аннет. — Я осмотрел её ещё раз, как вы и просили, — полицейский внимательно посмотрел на детектива. — Всё так же, как было в ту ночь. Единственное… — Да? — мужчина поддался вперед, останавливая взгляд холодных глаз на Макото. — На снимке отчетливо видно, что ящик у письменного стола плотно закрыт, смею предположить, на ключ. — Криминалисты утверждают, что так же плотно закрыли его. Что-то не так? — Дело в том, что теперь он открыт. Вернее, слегка приоткрыт. — Кто-то пытался что-то найти после нас? — Гудман возбужденно заходил из стороны в сторону. — Но что… В ящике была одна лишь полугнилая луковица, я это видел своими глазами. — Он пуст и сейчас. — Интересно… — детектив остановился, задумчиво поглаживая подбородок. — Думаете, там было ещё что-то, что могло бы скомпрометировать преступника? Если это все-таки убийство… — едва различимо прибавил полицейский. — Мотив. Неизвестный предмет — мотив? Или… интересно. Над этим нужно подумать. Удалось ли тебе, мой милый друг, узнать что-то ещё о мистере Нахуме Дэвисе? — Кроме того, что это очень влиятельный австралийский бизнесмен, сделка с которым у погибшей сорвалась в последний момент? Нет. Я говорил с племянницей Аннет, мисс Агатой, и ей неизвестно это имя. — А она симпатична. — Определенно, — мужчина смутился. — То есть… кхм… Простите? — Мисс Агата. Она симпатична, не находишь? — детектив заинтересованно прищурил холодные глаза. — Мисс обладает определенным очарованием, — полицейский отвел голову в сторону, чтобы не выказать собственного смущения. — Будь осторожнее, мой дружок, — отсекая всякие вопросы, Гудман продолжил, — ты бы поговорил с мистером Данте. Насколько мне стало известно, он участвовал в делах Аннет. И участвовал довольно активно. Будет странно, если он окажется непосвященным в детали той сделки. — Вам, наверное, уже сообщили результаты заключения судмедэксперта? — немного помедля, грустно произнес Сэм. — О да. И они полностью опровергают твою версию случайного смертельного удара о круглый край стола, — глаза детектива вновь приобрели игривый блеск. — Многочисленные удары тяжелым предметом. Что скажешь, дружок? — Только то, что вы смеетесь надо мной. — Мой милый Сэм, нисколько. В доме находится убийца, хладнокровно избивший женщину по голове, и наша задача, прежде всего, найти его, а уже потом пытаться направить «согрешившего на путь истинный», — Гудман дружелюбно подмигнул напарнику. Всего через мгновение его взгляд вновь приобрел ледяную сталь, весь он погрузился в размышления. — Ничего странного в поведении наших маленьких друзей? Полицейский задумался всего на минуту. Его взгляд привлек тонкий женский силуэт, растворяющийся в густом тумане. Девушка быстро передвигалась по выложенной круглыми камнями дорожке, направляясь в гущу старых деревьев леса. — Нет. Ничего, — ответил он, печально провожая тающий силуэт брюнетки. — Интересно… Что ж, результаты криминалистов о комнате погибшей мисс Элизы должны прийти на неделе, поэтому лучшее, чем мы можем заняться, — это выжидать. Преступник вскоре сам себя выдает. Главное — не упустить правильного момента.

***

— Кто вы, черт возьми, такие? — рыжеволосая девушка фурией влетела в гостевую комнату. Тут же осознав свой поступок, она резко выпустила дверную ручку и отошла к порогу, создавая внушительное расстояние. — Кэтрин? — раздался сонный мужской голос. — Кто вы, черт возьми, такие? — едко процеживая каждое слово, растягивая их, словно жвачку, проговорила она. — Что-то случилось? — Александр обеспокоенно поднялся с софы и хотел было направится в сторону трясущейся от злости незваной гостьи, как, внезапно вспомнив что-то, остановился. — Какого черта вам нужно? — так же жестко, будто выплевывая яд, произнесла девушка. — Вы можете объяснить, что произошло? — недоуменный взгляд заспанных голубых глаз остановился на исхудавшем женском лице, а в голосе начала появляться заметная раздраженность. — Только что ваш партнер — или кем он вам приходится, — мистер Фредерик, вышел из моей комнаты с картиной под мышкой. Не желаете объясниться, мистер? — желчь и злоба пропитали каждое сказанное слово. — Простите? — Простите? Это все, что вы хотите сказать? Ваш партер выносит вещи из особняка, а вы говорите «простите»? — Послушайте, Кэтрин, успокойтесь, — глаза мужчины неприятно сверкнули раздраженностью, — я не имею ни малейшего понятия обо всем этом. — В самом деле? — девушка недовольно скрестила руки на груди. — В самом деле, — несмотря на заметное недовольство, выражение облегчения промелькнуло на лице Александра. Он несознательно повторил движение девушки. — Я смел думать, что наши отношения переросли фазу обвинений и вышли на следующий уровень, — самодовольная улыбка расплылась на его лице. — Разве что вы преступник и сейчас пытаетесь запутать меня. Умно, — он одобрительно кивнул. — Что вам нужно? — девушка недоверчиво осмотрела его, хватая ручку двери. — О боже, Кэтрин. Мне казалось, мы давно уже все выяснили: мне нужен преступник. Можете не спрашивать в очередной раз зачем, я отвечу сразу: потому что я хочу справедливости. А теперь, раз уж вы лишили меня сна, ответьте на несколько моих вопросов, — самодовольная улыбка стала ещё больше. — Что вы себе позволяете? — Что позволяете себе вы, врываясь ко мне в комнату и обвиняя меня во всем возможном? — голубые глаза игриво сверкнули. — Я позволяю себе врываться к вам, мистер Нильсен, в комнату и обвинять не вас, мистер Нильсен, (какая досада, не находите?) во всем возможном, чтобы найти ту справедливость, о которой вы так яро кричите. — Кричите сейчас только вы, Кэтрин. — А вы обижаетесь, что не все крутится вокруг вашей персоны. — Мир многое теряет без моей персоны, хочу заметить, — мужчина усмехнулся и вновь сел на софу. — Позвольте усомниться. — Не позволяю. Позволяю закрыть дверь и сесть туда, где вам будет удобно, пока этого не сделал за вас я, Кэтрин. Девушка испуганно оглянулась в надежде найти кого-нибудь в коридоре. Её рука дрогнула. Рыжеволосая попыталась выйти за порог. — Не беспокойтесь, я не собираюсь вам вредить, — голос его звучал серьезно. — Я буду полным глупцом, если потеряю сейчас потенциального союзника, — пренебрежительно добавил он. — С чего вы решили, что я ваш союзник? С чего вы решили, что я вообще стану говорить с вами? — Потому что вы этим занимаетесь уже десять минут. Какой у вас пытливый ум, — мужчина усмехнулся, — только вот вопросы сейчас задаю я. Девушка остановилась, размышляя о чем-то, и, наконец решив, зашла, хлопнув дверью.