Your Eyes Tell

Прошел день с тех пор, как Сону выписали из больницы; день с тех пор, как его уложили с температурой; и день с тех пор, как кто-то спас его и бесследно исчез. — Сону-у~, ты все еще в постели? — крикнул Джей из-за двери спальни. Сону раздраженно фыркнул. Вот уже в двадцатый раз он говорит своему беспокойному брату, парируя: — Нет, он еще не встал с кроватки. Перестань быть такой мамой. — Джей, оставь своего кузена в покое. Ты задаешь этот вопрос уже целый час, — упрекает его дедушка, — дай ему отдохнуть и помоги мне купить продукты. Сону понял, что Джей закатил глаза на слова дедушки. — Ладно, ладно. Сону, тебе лучше сначала выпить воды, прежде чем… — Джей, я пошёл. — Подожди! Не уходи без меня! Входная дверь захлопывается, и Сону остается лежать в постели, упиваясь тишиной библиотеки. Сону вдыхает и медленно откидывается на спину. События, произошедшие вчера, еще свежи в его памяти: мокрая одежда, дорога, машины, больница — заставляют мальчика гадать, что произошло между ними. Первым, что заметил Сону сразу после инцидента, было то, что он очнулся в больнице. Молодой человек помнит, каким взволнованным и безумным был голос Джея, когда он проснулся; помнит, как спросил брата, что случилось прошлой ночью, на что тот ответил: — Парень, который привел тебя сюда, сказал, что его друг нашел тебя без сознания на улице. Но врачи осмотрели тебя, и не похоже, что ты серьезно ранен. — Парень? Какой «парень»? — Этот парень! — в комнате появился новый голос. Сону до сих пор хорошо помнит, как он был взволнован, когда узнал, что мальчик, спасший его, был с ним. Он хотел поблагодарить его (и узнать его имя), но в конце концов выяснил, что этот парень был просто другом человека, который помог ему уйти с улицы. — О, ты все еще здесь? — спросил Джей. Сону мог поклясться, что слышал волнение в его голосе. Услышав это, другой парень нервно рассмеялся. — Вообще-то я уже собирался уходить, но забыл кое о чем, — Сону почувствовал, как что-то прямоугольное было вложено в его руки. — Мой друг сказал вернуть это тебе. Наверное, ты выронил его на улице. Его телефон. — Спасибо… — …Хисын, — закончил таинственный человек. — Мне жаль, что я не представился раньше. И не благодари меня, я просто сделал то, что мне сказали. Вместо этого скажи спасибо моему другу. После того, как они были представлены друг другу, Хисын остался с ними еще ненадолго, чтобы поговорить — особенно с Джей-хёном.  — В любом случае, не стесняйтесь заходить в мою пекарню, когда вам захочется, — сказал Хисын, прежде чем оставить Сону и Джея в больничной палате. — Черт возьми, он горяч. — Хен! — Что? Тебе не нравится слышать, как твой братишка влюбляется в кого-то? — поддразнил Джей. Сону изобразил рвотный рефлекс. Он почувствовал, как брат в ответ агрессивно взъерошил ему волосы. — А если серьезно, он довольно симпатичный парень, немного ревнивый… — Да ладно тебе! Ты и сам не так уж плохо выглядишь! — Перестань мне льстить. Ты даже не знаешь, как я выгляжу. — Если ты пытаешься заставить меня хвалить каждую черточку на твоем лице и поднимать твою самооценку — хорошая попытка, — Сону ухмыляется. — Мы живем вместе уже пять лет. Думаешь, я всё еще не знаю, как ты выглядишь? — Ух, хорошо! Ты меня поймал, — Джей засмеялся. — Серьезно, хен, почему бы тебе не посетить пекарню Хисын-хена? Кто знает, может быть, он тоже считает тебя милым, — мягко поддразнил Сону, за что получил легкий удар по плечу. — Поверь мне, я никогда не смогу достичь его уровня. Сону усмехается, вспоминая, каким драматичным был Джей в тот день (и как он, несомненно, был влюблен в пекаря). "Хотел бы я тоже влюбиться. Понять, каково это", — думает Сону, прежде чем закрыть веки. Он остается лежать на кровати, слушая, как дождь мягко стучит в окно, и медленно засыпает.

***

Сону внезапно просыпается от звука захлопнувшейся входной двери. — Сону! Мы вернулись! — кричит Джей снизу. Судя по звуку, у них в руках много продуктов. Сону стонет, вставая с постели и собираясь помочь им с продуктами… — Не кричи! У него болит голова! — парень слышит, как дедушка ругает Джея. — Сону, тебе не обязательно спускаться и помогать нам. Просто оставайся на месте и больше отдыхай. — Да, возвращайся в кровать. Мы позовем тебя, когда будет готов ужин. На это Сону кивает и медленно возвращается в свою комнату. Но как только он собирается плюхнуться обратно на кровать, его хен снова кричит: — Кстати, я нашел твою трость. Тебе было интересно, где ты её оставил, верно? Вся усталость в теле Сону внезапно улетучивается при этих новостях. — Где ты её нашёл?  — В магазине, в которой ты заходил. Она была за прилавком. Сотрудник сказал, что её, вероятно, оставил парень, работающий в ночную смену. «Парень, работающий в ночную смену». Это должно быть тот самый. — Н-на какой это улице? — Какая разница? Я уже попросил того сотрудника передать ему мою благодарность. — Я… гм… я сам хочу поблагодарить этого парня. — Что?! Нет, нет, нет, — быстро вмешивается дедушка Сону, — ты никуда не пойдешь со своей простудой. — Но дедушка- — Никаких «но»! А теперь возвращайся в постель. Джей, пошли готовить ужин. Сону не хочет противоречить своему дедушке. Он лучше, чем кто-либо другой, знает, как ему было плохо: его голова периодически кружилась, а дыхание было тяжелее, чем обычно. И это не похоже на то, что он хочет ослушаться своего Джей-хёна, потому что очень хорошо знает, как сильно тот заботится о нем и его здоровье. И наверняка Сону не хочет, чтобы он волновался. Но все же он не мог побороть свое желание снова найти этого незнакомца: поблагодарить его за то, что сохранил трость, и, что наиболее важно — узнать, действительно ли он его спас. Сону имел представление о всей ситуации, но в то же время он не хотел показаться нелепым или жалким, поэтому он подумал — чем раньше узнает правду, тем скорее перестанет выставлять себя дураком. Потому, когда его хён входит в комнату Сону со ужином, он чувствует себя немного виноватым за то, что собирается сделать. — Эй, хён, — неуверенно начинает Сону, — что продает этот магазин? Например, есть ли у них те сладкие шоколадные конфеты, которые мы с тобой любим? — Хм, не-а, — Джей отвечает, ставя поднос с едой на прикроватный столик, — там были только чипсы, закуски и обычные вещи, которые продаются в других местах. Удивительно, но они продают там мясо по довольно низкой цене. — Хм, похоже, неплохой магазин. Может быть, я зайду туда как-нибудь. — Подожди, ты там не был? Я думал, что да, учитывая, что твоя трость осталась там. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.  — Эээ, нет! Вчера я искал укрытие от дождя и побежал в здание… да, здание рядом с круглосуточным магазином… — Ты имеешь в виду пекарню? — Да! Пекарня! Но потом я понял, что уронил телефон на дороге, поэтому вернулся за ним. И там я оставил свою трость. — На обочине дороги? — …Ну да. Между ними возникает неловкая пауза, которую решил прервать Джей, хмыкнув:  — Хорошо. Я просто был сбит с толку из-за того, что ты тогда не был в том магазине. Но в любом случае, это довольно крутое место. У них там есть приставка! Может, мы могли бы поиграть там когда-нибудь. Сону издает нечто среднее между насмешкой и смешком. «Эта чертова игровая приставка…» — Да, было бы неплохо. Еще раз, на какой улице? — Улица Инсадон. Это не так уж и далеко отсюда. Сону оживляется: — Хорошо! Спасибо, хён! Я буду иметь это в виду. Как только он заканчивает есть, Сону чувствует, как его брат нежно берет его за руки и гладит их большими пальцами. — Выздоравливай скорее, ладно? А теперь можешь идти спать, я позабочусь о посуде. Когда Джей наконец выходит из комнаты, Сону чувствует, как у него в животе скручивается узел. Что-то подсказывает ему, что, возможно, его намерения не совсем правильны. Но Сону упрямо игнорирует это и ждет, пока дедушка выключит свет, чтобы убедиться, что и он, и брат крепко спят. Сону еще немного сидит на кровати, прежде чем встать, отыскать в шкафу теплую куртку и молча направиться к входной двери. Он надевает ботинки и как раз в тот момент, когда собирается отпереть дверь, на несколько секунд теряет равновесие. Его головная боль и простуда напоминают о себе в последний раз, но это только помогло ему не забыть поискать свою трость в прихожей. «Для меня этого будет достаточно», — уверяет себя молодой человек, прежде чем выйти наружу, и, стараясь не издавать никаких звуков, закрывает за собой дверь. Включив телефон, он нажимает кнопку «Домой» и вызывает Сири. «Инсадон… Инсадон…» — повторяет Суну про себя, крепко сжимая телефон в руке. «Ваш пункт назначения находится в 300 метрах справа от вас». Сону почти вскрикивает, когда слышит электронный голос. Он быстро убавляет громкость, опасаясь разбудить весь район, и продолжает идти по улице. Здесь устрашающе тихо, если не считать нескольких ветвей деревьев, шелестящих на осеннем ветерке. Сону вдыхает ночной воздух, что избавляет его от растущих забот. — С ним все будет в порядке. Это займет всего несколько минут…

***

Это не заняло у него и нескольких минут. Сону на самом деле не помнит, сколько времени прошло. Где-то по пути его дыхание стало тяжелым, голова закружилась, а ноги стали ватными, из-за чего он потерял чувство времени. Эти ощущения было невероятно знакомыми. Электронный голос в его телефоне говорит: «Ваш пункт назначения прямо перед вами». Сону оживляется и заставляет свои ноги проснуться. «Давай… е-еще немного…» — подбадривает себя парень, но в конце концов чувствует, как его ноги подкашиваются, и он готовится к удару. Однако, когда Сону собирается встретиться лицом с тротуаром, кто-то ловит его. Теплые крепкие руки обхватывают туловище, поддерживая, чтобы он встал. — Боже мой, неужели мы всегда будем так встречаться? Сону слышит над собой знакомый голос. Он приоткрывает глаза и ловит себя на мысли, как бы ему хотелось увидеть человека, помогающего ему. Вопрос, остававшийся у него в голове с того момента, как он проснулся в больнице, вылетает из его уст: — Так это ты спас меня той ночью? Незнакомец медленно встал, поправляя одежду на них двоих, и его руки, казалось, не хотели отпускать Сону. — Конечно, это я, — незнакомец фыркает. — Кто еще это мог быть? В ту ночь я единственный работал допоздна. — Но почему? В этом нет никакого смысла. Ты сам говорил мне, что не хочешь помогать тем, кто думает, что ты их жалеешь, — шепчет Сону, и чувство стыда возвращается к нему с воспоминанием о том, как грубо он обошелся со своим спасителем. — Не забегай вперед. Я просто помог тебе, потому что не хотел видеть труп перед своим рабочим местом, — с усмешкой возражает незнакомец, — а теперь пойдем внутрь. Выглядишь ужасно, не хотелось бы видеть, как ты снова теряешь сознание у меня на руках. Как только они входят внутрь, незнакомец включает свет и усаживает Сону на диван. Обивка кажется изношенной на ощупь, но мебель, тем не менее, удобная. Незнакомец вздыхает, уходя в другую часть магазина, но возвращается уже через несколько секунд, швыряя на спасенного большие пушистые одеяла. — Согрейся. Я собираюсь приготовить суп с лапшой. Сону открывает рот. — Даже не пытайся отказаться. У тебя температура, и ты выглядишь так, будто вот-вот потеряешь сознание, — незнакомец тут же отчитывает, — знаешь, это довольно глупо с твоей стороны — решиться выйти на улицу, когда у тебя жар. Сону слышал, как незнакомец рылся по полкам в поисках чего-то. Спустя несколько различных проклятий и минут неловкого молчания, еда наконец-то перед ним. — Б-большое спасибо, ты действительно не должен был… — Сону попытался заговорить, как только почувствовал, что ему в руки вложили горячую миску, но вскоре был остановлен другим: — Перестань говорить «спасибо, прости, я не хотел…» и так далее. Что случилось, то случилось. А теперь просто ешь. Впервые в жизни Сону не знает, что ответить. Поэтому он продолжает делать то, что ему говорят, склонив голову к чашке с едой. Ему жарко, пар окружает его лицо, согревая. Сону засовывает в рот ложку лапши и радостно мычит: — Так вкусно! — Это просто лапша быстрого приготовления, но ладно, как скажешь, — парирует незнакомец, в его голосе слышится легкая улыбка. — Но я что-то не припомню упакованной лапши с говядиной и овощами. — Ладно, возможно, я добавил еще кое-что. Но все равно, это не то, от чего стоит трепетать. — Я бы сказал, что на вкус довольно хорошо для упакованной лапши, — Сону улыбается, прихлебывая очередную ложку супа. — Господи, перестань болтать, пока ешь. Ты весь в овощах, — говорит ему незнакомец, и Сону хочет возразить с надутыми губами, но тут он чувствует, как влажная салфетка была мягко приложена к его губам… ну, скорее была брошена ему в губы. Но все же Сону показалось это довольно милым. — Спасибо, — заикается он и клянется, что уже в одиннадцатый раз за сегодняшний вечер слышит, как другой парень цокает. — Господи, ты ведешь себя как влюбленный школьник. Пачкаешься во время еды, заикаешься во время разговора, падаешь в обморок каждый раз, когда прохожу мимо. Сону следовало бы обидеться, но он громко смеялся, заставляя себя чуть ли не задыхаться. — О, ради всего святого, — стонет парень, теперь уже рядом с ним, пытаясь его успокоить, — ты действительно нечто. Как только Сону успокаивается, он ставит миску с лапшой на стол и присаживается на диван, чтобы дать незнакомцу немного свободного пространства.  — Ну, в любом случае. Я пришел сюда, чтобы сказать… — Спасибо, знаю. Мой коллега уже передал слова благодарности от твоего брата. — Да, я… Я просто хотел лично сказать тебе спасибо. — Эээ… Обращайся? — неловко бормочет незнакомец. — И это все, ради чего ты здесь? Этот вопрос заставил Сону растеряться. «Это все, ради чего я здесь?» Сону помнит, как он был полон решимости снова найти незнакомца и поблагодарить его за спасение… но была ли это единственная причина? То, как его сердце болело в последние дни — из-за головной боли? Румянец, который он чувствовал на щеках после второго спасения, тоже появился из-за болезни? Или это было из-за чего-то большего? Он опустил глаза, не в силах произнести ни единого слова. — Я… я пришел сюда… — Так зачем? Чтобы поблагодарить его? Или, может быть, потому, что он просто хотел встретиться с ним снова. Снова услышать его голос. Почувствовать то, что он почувствовал тогда, когда понял, что парень обращается с ним как с нормальным человеком. Как с обычным Сону. — Я пришел сюда… Ч-чтобы узнать тебя поближе. Их окутала тишина. — Как тебя зовут? Незнакомец, о котором идет речь, не отвечает. Проходит несколько секунд. Потом несколько минут. И теперь Сону уверен, что прошел час с тех пор, как он задал этот вопрос. — Извини, я что-то не так сказал? — неистово спрашивает Сону. — Нет, просто я замешательстве. Почему? Я просто еще один человек, которого ты встретил. Зачем тебе знать мое имя? Зачем тебе знать меня? — Потому что… — Сону не мог найти в себе силы полностью объяснить причину. Поэтому вместо этого он соглашается, — потому что ты спас мне жизнь. Так что это делает тебя очень важным человеком для меня. Сону задерживает дыхание: неуверенность в том, что другой собирается сказать, мучает его. Наконец, после бесконечных минут молчания, парень рядом с ним говорит: — Я похож на какого-то супергероя, когда ты так говоришь. — Я… — почему он всегда оставляет его без слов? От его резких и горьких ответов перехватывает дыхание, и Сону действительно не знает, почему, но он убежден, что начинает испытывать к ним странную симпатию. Незнакомец посмеивается над реакцией Сону, прежде чем взять его за руку и крепко пожать её. — Нишимура Рики. Сону улыбается и в ответ сжимает руку.  — Ким Сону.