Закалённые огнём

      Через два часа Снейп даже перестал делать видимость, что занят бумажной волокитой, с глухим рыком отшвырнув очередное эссе пуффендуйца. Чашка чая едва не полетела на пол. При таких обстоятельствах просто невозможно сосредоточиться. Помимо застрявшей студентки в его комнатах, существовала и другая угроза: что понадобилось Пожирателям в Хогвартсе? Он трижды просмотрел свои запасы зелий и ингредиентов — всё на месте. Северус также проверил наличие подслушивающих устройств — ничего. Никаких улик.       Он откинулся на спинку стула, переводя внимание на Гермиону. Довольно редкий момент; обычно она окружена своими тупоголовыми дружками, либо проводит время, с головой зарывшись в учебники. Всегда было интересно наблюдать за тем, как студенты с каждым годом становятся взрослее, из первокурсников превращаясь в выросших сознательных людей к концу обучения в Хогвартсе. Грейнджер давно избавилась от детской припухлости и стала более… фигуристой. Всё, что нужно для глаза мужчины, на месте. Его взгляд скользнул по её талии, бёдрам, небольшой груди. Когда она успела превратиться в настоящую девушку? Неудивительно, что несчастный Уизли постоянно пускает слюни при виде молодой особы.       Он помотал головой.       Ты смотришь на свою студентку, Северус.       Хотя что она сможет сделать в таком-то положении?       Лёгкая улыбка коснулась его лица. Как же забавно — издеваться над ней таким способом. И ведь она даже ничего не понимает, не видит. Думает, что слизеринский мерзавец просматривает домашнюю работу учеников. Или, возможно, работает над новым зельем. И, уж конечно, не позволяет своим глазам пускаться в исследования изгибов её тела.       Ну, то, чего она не знает, ей не повредит.       И подобные мысли не означали, что он испытывал какое-либо физическое влечение к девушке. Отнюдь.       Пальцы на руках дёрнулись. Снейп перевёл взгляд на часы. С тех пор, как Дамблдор и МакГонагалл покинули его кабинет, Гермиона ни разу не пошевелилась. Нет, ему не показалось: её рука дёрнулась, затем — вторая. С губ сорвался тихий стон. Проклятье определённо ослабевало. Он с интересом наблюдал, как её конечности мало-помалу начинали дрожать: поначалу едва заметно, но затем это переросло в подобие конвульсий. Гермиона рухнула на пол и судорожно втянула в лёгкие воздух, словно вынырнув на поверхность после долгого погружения под водой.       — Я не могла дышать, — выдохнула она. — Такое чувство, будто кто-то сидел у меня на груди. И каждый раз, стоило вам использовать магию на мне, давление становилось сильнее.       Снейп приподнял бровь. Похоже ли это на одно из последствий «Силенцио»? Он сделал мысленную пометку проверить это предположение позже.       Довольно. Им предстояло выяснить несколько важных вещей.       Северус поднялся из-за стола, орлиный нос и чёрная мантия придавали ему сходство с хищной птицей.       — Мисс Грейнджер, — начал он, не выражая никаких эмоций, — возьмите себя в руки. Полагаю, вам есть что мне рассказать.       Её дыхание почти что выровнялось, но сил подняться с пола не хватало. Так и сидела, уставившись в каменистую плитку.       — Я… не знаю, сэр.       Она что, покраснела? Снейп стиснул зубы и глубоко вдохнул. Терпение, Северус.       — Мисс Грейнджер, в моих покоях явно побывали Пожиратели смерти, и один из них проклял вас. Я хочу услышать ответы в следующем порядке: что вы забыли в этой части замка, что вы успели увидеть и услышать, кто применил к вам тёмную магию? И немедленно.       Гермиона с трудом поднялась на ноги, разминая затёкшие конечности. Он стоял на расстоянии вытянутой руки и мог бы соизволить помочь встать с пола. Но вместо этого Снейп лишь скрестил руки на груди и опёрся о стол, с интересом наблюдая за её жалкими попытками прийти в себя. Он махнул рукой в сторону деревянного стула, и девушка неспеша опустилась на него.       — Прошу прощения, сэр.       Мерлин, чёртовы гриффиндорцы!       — Мисс Грейнджер, — процедил он сквозь стиснутые зубы, почти рыча, — перестаньте извиняться и просто расскажите о том, что здесь произошло.       Она вмиг побледнела. Глаза заметались из стороны в сторону, избегая встречаться с его сердитым взглядом.       — Я не могу, сэр, — Гермиона покачала головой. Это точно мисс-я-знаю-всё-на-свете? Голос и далеко не был похож на её привычно уверенный — робкий, дрожащий в данную минуту. Его охватило желание схватить девушку за шкирку и вытряхнуть из неё всю информацию. Кто — или что, чёрт возьми, — сделал с ней?       — Что именно вы имеете в виду? — спросил он обманчиво мягким тоном. — Вы не можете или просто не хотите?       Гермиона нервно сложила руки у себя на коленях, смотря куда угодно, но только не на него. Заметив на стене интереснейшее пятно, она сфокусировала внимание на нём и сдержанно ответила:       — Профессор Снейп, поверьте мне, я хочу вам всё рассказать, но я не могу. Может, вы попробуете… — не в силах закончить фразу, она замолчала.       — Просмотреть воспоминания в вашей голове? — завершил Северус вместо неё. — Не думаю. Я уже предостаточно увидел и не имею ни малейшего желания вновь погружаться в ваши проблемы с мистером Уизли и бесконечные метания «а стоит ли отвечать ему взаимностью», — жёстко выплюнул он.       Она резко вскинула голову. Наконец-то удалось вывести её из равновесия. Теперь в глазах Гермионы читалось недоверие вперемешку с яростью.       — Сэр, вы не имели никакого права…       — Не имел права? Вы, глупая маленькая девчонка! Насколько мне известно, Пожиратели смерти вовсю пробиваются сквозь защиту замка, пока мы сидим здесь и ведём светские беседы. Я имею полное право заглянуть в вашу голову и, если бы был уверен, что это поможет, сделал бы это ещё раз. И вряд ли студентка седьмого курса сможет остановить меня, — он резко оборвал её речь; глаза в полумраке горели злостью. — Не сможет.       Гермиона вновь прервала зрительный контакт, щёки вспыхнули. Он продолжал ждать от неё ответов, но девушка молчала. Что же её так напугало? Любопытство буквально сжирало Северуса изнутри.       — Не можете сказать, значит… Возможно, это заклинание Мимбл Вимбл.       Девушка открыла рот, словно собираясь что-то сказать, поморщилась и снова закрыла его.       — Я приму это как «да».       Он скрестил руки на груди. Гермиона вела себя непривычно тихо и смущённо, вместо того, чтобы болтать без умолку со скоростью мили в минуту. Где же её бесконечные теории и догадки о том, как снять проклятье? Пусть и глупые, но её это никогда не останавливало.       Она по-прежнему избегала встречаться с ним взглядом. Вполне типичное поведение для большинства его студентов, но только не для храброй гриффиндорской всезнайки Грейнджер. Похоже, она даже гордилась тем, что не тушевалась перед профессором зельеварения. Так где же её храбрость сейчас?       Она знает, — понял Северус. — Она прекрасно знает, как снять это чёртово проклятье.       — Мисс Грейнджер, — тихо позвал он, отчего девушка дёрнулась, но глаз так и не подняла. — Посмотрите на меня.       Явно с большим трудом Гермиона заглянула ему в глаза, но это длилось не больше секунды, прежде чем она снова вернулась к созерцанию того самого пятна на стене.       — Мисс Грейнджер, чаще всего, чтобы разрушить заклинание косноязычия, нужно выполнить условие, предъявленное заклинателем.       — Да, сэр, — прошептала она.       Да, сэр. Вот мы и подобрались к самому интересному. Волна удовлетворения от того, что ему вновь удалось разгадать головоломку, прошлась по всему телу приятным теплом.       — Скажите, что нужно сделать, мисс Грейнджер.       Она яростно замотала головой.       — Я не могу, профессор.       — Не можете или не хотите?       Гермиона молчала так долго, что он подумывал наложить на девчонку «Империо». Но спустя несколько секунд едва слышно прошептала:       — Не хочу.       Держа руки на коленях, она непроизвольно стала заламывать пальцы.       Возможно, что-то чересчур для неё унизительное. Готов поставить любую сумму, это дело рук Беллатрисы.       — Думаю, вам будет комфортнее рассказать это кому-то другому. Позвать профессора МакГонагалл?       Её глаза широко распахнулись, и она громко пискнула:       — О, нет, Мерлин!.. Нет, это… Профессор Снейп, простите, это… связано с… это… — Гермиона обречённо покачала головой.       — Значит, это имеет отношение именно ко мне?       Гермиона коротко кивнула, лицо исказилось от переполнявшего её стыда. Внутри у Северуса всё перевернулось. Точно, к этому причастна Лестрейндж. Теперь он начал понимать странное поведение девушки.       — Профессор, — не выдержала она, — должен же быть хоть какой-то способ снять это заклинание! Ну… хоть что-то! Пожалуйста, вы наверняка знаете, как можно обойти его, не прибегая к выполнению условий?.. Знаете ведь! — её голос срывался на каждой фразе.       — Мисс Грейнджер, поверьте, я очень хочу отгородить вас от излишних страданий, — ответил он без намёка на сарказм. — Определённо, существуют способы, но они требуют достаточное количество времени, чего мы не можем себе позволить. Мы должны снять проклятье в ближайшее время, так что решение вполне очевидно.       Она с трудом сглотнула и кивнула. Её лицо покрылось красными пятнами, хотя сама Гермиона оставалась бледнее любого призрака. Будто её ударили под дых, — подумал Северус.       — Позвольте сказать вам одну-единственную вещь. Я почти на все сто процентов уверен в том, кто это мог сделать, так что если это всё, что вы могли бы мне сказать, можем забыть про случившееся и мирно разойтись. Но если имеется ещё какая-то важная информация, которую я должен знать, которую должен знать Орден, — тогда вы просто обязаны переступить через свои страхи и принципы, — он пристально всматривался в её глаза. — Не важно, что предстоит сделать вам или мне.       Всё тело охватила судорога; она дрожала как колокол, в который ударили с неимоверной силой. Снейпу вдруг захотелось обхватить девушку руками, чтобы унять её «вибрацию».       — Полагаю, вам известны такие понятия, как честь и долг, мисс Грейнджер.       Пусть только попробуют теперь сказать, что слизеринцы ничего не смыслят в манипуляциях. Её гриффиндорское «я» заставит Гермиону раскрыть все факты, настолько ему необходимые. Наблюдая за внутренней борьбой девушки, Северус подумал о том, что она могла бы с лёгкостью соврать, сказав, что личность Пожирателя — единственная известная ей информация. Ей бы удалось избежать унижения. Но, конечно, такой поступок — не в стиле Гермионы Грейнджер; оставалось немного подождать, пока она не сломается и не расскажет ему постыдную правду. Снейп потянулся к кружке с чаем.       Глаза Гермионы метнулись в сторону чашки, и она закричала «Нет!», а в следующее мгновение схватилась за живот, будто кто-то с силой ударил её в это место. Северус нахмурился, подозрительно глянув на жидкость, но кружку отставил в сторону.       — Это как-то связано с чаем, — констатировал он.       Девушка не согласилась, но и не стала отрицать, только лишь продолжала беспомощно смотреть в его глаза. Снейп приподнял бровь, ожидая объяснений.       Переведя взгляд на руки, Гермиона сказала:       — Мне нужно рассказать вам всё как есть, так что, думаю… этого не избежать…       — Да не тяните вы!       Подняв голову, она вновь посмотрела на своего профессора.       — Сэр, пожалуйста, ответьте ещё раз: вы точно не сможете найти ответы в моей голове?..       Он шумно выдохнул.       — Уверяю вас, во время последней попытки я сделал всё, что было в моих силах, чтобы узнать о произошедшем. Признаюсь, студентка, умоляющая меня применить к ней легилименцию, — это что-то новенькое, но, пожалуйста, перестаньте испытывать моё терпение и скажите, что требуется сделать для снятия заклинания.       Он мог прочувствовать весь ужас, сковавший Гермиону, которая в любой другой ситуации зло ощетинилась бы на его издёвку, но сейчас она выглядела весьма испуганной. Он терпеливо ждал, не моргая. У неё просто нет выбора. Он ей его не предоставит.       Меж ними повисло молчание — тяжёлое, неприятное.       Девушка сглотнула, и в следующее мгновение её лицо посерьёзнело; она явно пришла к какому-то решению. Вобрав в себя побольше воздуха, Гермиона выпалила:       — Мне дали два условия.       Приподняв бровь, Северус молча ожидал дальнейших разъяснений.       — Первое, это… в общем, я… мы… — она колебалась с ответом.       Тошнота медленно, но верно подкатывала к горлу. Неприятно.       — Выкладывайте, Грейнджер, — рявкнул Снейп.       — Хор… хорошо. Я… я должна вас поцеловать! — протараторила девушка, а затем посмотрела прямо ему в глаза: — Первое, что я должна сделать, это поцеловать вас…       — Чёрт возьми, Грейнджер…       — По-настоящему, — закончила она. — Они сказали мне, что это должен быть нормальный поцелуй… чувственный, — злая, Гермиона яростно вытирала с щёк дорожки от слёз.       Будь ты проклята, Беллатриса.       — Что насчёт второго? — спросил он, явно понимая, что ответ не приведёт его в восторг, но внешне Снейп оставался непроницаем.       — Профессор, я действительно не думаю, что смогу это сделать.       — Вы сможете и сделаете это, мисс Грейнджер. Уверяю вас, что бы это ни было, на собраниях у Тёмного Лорда я делал вещи гораздо хуже.       Напоминание о Волан-де-Морте, казалось, ухудшило и так накалённую до предела обстановку. Смахнув последние капли слёз, девушка решительно посмотрела на Северуса. Лёгкая добыча, — подумал он. — Как же, оказывается, просто манипулировать людьми. Но удовольствия от содеянного, которое он обычно ощущал, Северус не испытал. Что бы ни задумала Беллатриса — для них это, несомненно, будет чрезвычайно неприятно.       Гермиона открыла рот, в следующую секунду закрыла обратно. От его внимания не ускользнуло то, как дрожал её подбородок.       Последовало долгое молчание, не выдержав которое, Снейп грубо произнёс:       — Я имею в запасе предостаточно способов заставить вас рассказать мне то, что вы так отчаянно пытаетесь скрыть. Эти методы довольно неприятны для меня и тем более для вас, так что не заставляйте меня прибегать к ним.       — Нет… в общем, я… — она снова запнулась. — Они хотят, чтобы я сделала… точнее, они сказали, что… это…       Снейп перебил её:       — Во-первых, мисс Грейнджер, не сомневайтесь, что при первой же возможности я задушу эту чертовку. Голыми руками.       Брови девушки взлетели вверх, но он продолжил:       — Во-вторых, я бы предпочёл услышать дословно то, что они вам сказали.       — Да. Хорошо, — она глубоко вдохнула, а затем, сосредоточив внимание на каменной стене, ответила: — Они сказали, что хотят уничтожить… — Тело Гермионы сотряслось от внезапной вспышки боли. Она стиснула зубы и постаралась подавить крик. — Простите, профессор. Наверное, у меня не получится сказать, что они сделали… Чёрт!       — Мисс Грейнджер, у нас нет времени на подобную театральщину. Расскажите в точности, что вам сказали об условиях, не отвлекаясь на посторонние темы.       На долю секунды его глаза встретились с её, в которых он прочитал жгучую ненависть. Кому она предназначалась — ему или Пожирателям, которые прокляли её, — Северус не знал точно. Наверняка каждому по чуть-чуть, — мысленно хмыкнул он.       — Хорошо, сэр. Они мне сказали то, что я уже сообщила вам ранее. Про поцелуй…       Он отрывисто кивнул.       — Продолжайте.       — А потом они сказали… они сказали, что этого будет недостаточно. Они хотят, чтобы я сделала…       Нет, — в ужасе подумал Снейп. — Нет, нет, нет, только не это.       Она прикрыла глаза; напряжённая, Гермиона стояла, не шевелясь.       — Чтобы я сделала вам приятно… А затем они рассмеялись.       Северус почувствовал лёгкое головокружение, как будто весь воздух выкачали из этой комнаты.       Он пристально вглядывался в лицо девушки, которая из последних сил держала себя в руках. Она не плакала, не истерила, не пыталась найти выход из сложившейся ситуации. Ничего. Она просто обняла себя руками, ожидая дальнейших действий Снейпа.       Нет. Только не студентка. И не только потому, что Беллатриса, ёбаная, Лестрейндж велела ей это сделать. Я не хочу.       А потом, на краю сознания послышалось: не при таких обстоятельствах.       Гермиона прервала его размышление:       — Я… нет. Не думаю, что… мы можем…       Северус вопросительно приподнял бровь, с раздражением глянув в её сторону. Он не станет облегчать ей задачу. Грейнджер сама виновата в произошедшем.       — Профессор, мы не можем, потому что… потому что… Ну, вы просто-напросто откажетесь от этой затеи, — последние слова она едва разборчиво протараторила.       Интересно, сколько сил ей потребовалось, чтобы всё ему рассказать? И следующая мысль, не дававшая покоя: что именно сделали Пожиратели во главе с Беллатрисой в его покоях?       — Это они вам так сказали, да? — спросил он её.       Она молча кивнула.       Северус холодно рассмеялся.       — Да, признаюсь, Беллатриса всегда отличалась изощрённостью в своих желаниях.       — Но, — пролепетала Гермиона, — не уверена, что понимаю вас, профессор. — Её щёки залил яркий румянец.       Он несколько долгих мгновений изучал её лицо, прежде чем вполне спокойно сказал:       — Вы бы до этого даже не додумались, будь на её месте.       Северус ушёл в себя, размышляя над дальнейшими действиями. Гермиона сидела совершенно неподвижно, ожидая его решения, как будто такое бездействие хоть как-то спасёт их от неминуемого.       — Хочу сказать вам кое-что по секрету, мисс. Я преисполнен надеждой, что вы не станете рассказывать направо и налево о случившемся, в том числе и вашим… друзьям, — последнее слово он с трудом выдавил из себя. — Распространение данной информации повлечёт за собой ваше отчисление и моё увольнение. Довольно суровое наказание, вы так не считаете?       — Да, профессор.       — Хорошо. — Она напряглась под его пристальным взглядом. Боится, — подумалось ему. — И вполне оправданно. — Мисс Грейнджер, — продолжал он, — причина, по которой Беллатриса Лестрейндж так уверена, что её условия станут невыполнимыми, заключается в её убеждениях насчёт моей… некомпетентности в интимной сфере.       Гермиона удивлённо подняла брови, но ничего не сказала. Он с неким удовлетворением подметил, как девушка покраснела ещё сильнее.       — На самом деле, я из года в год старательно работал над поддержанием данной легенды. Вы ведь понимаете, о чём я говорю, мисс Грейнджер? — Снейп искренне надеялся, что у девчонки хватит ума не задавать лишних вопросов, потому что ему очень уж не хотелось вдаваться в подробности пожирательских забав. Он на секунду прикрыл глаза, и яркая картинка предстала его взору: самоуверенные прихвостни Лорда насилуют бедных маггловских женщин. В голове раздался голос: «жаль, что ты не в состоянии присоединиться к нам, Сев!»       Гермиона нарушила возникшую тишину:       — Да, сэр. — И никаких вопросов. Он облегчённо выдохнул.       — Беллатриса, несомненно, считала, что вам не удастся выполнить второе условие, поэтому и поделилась с вами той информацией, которую вы не смогли бы передать никогда. Уверен, её это очень позабавило. Но могу вас заверить, что её надежды окажутся напрасными, — Северус смерил её холодным взглядом.       — Профессор, пожалуйста, должен же быть какой-то другой способ…       Он резко оборвал её:       — Не думаю.       Ах, если бы она только дала волю слезам или принялась оскорблять его, Северус смог бы возненавидеть её ещё сильнее, и ему так этого хотелось; он отчаянно искал повод возненавидеть свою студентку за её непроходимую тупость. Но она не умоляла, не плакала и не кидалась обидными словами, а сидела совершенно неподвижно. Что бы Гермиона сейчас ни думала, она готова пойти до конца. Ради своего драгоценного Ордена, — ехидно подумал Снейп, после чего память услужливо подкинула ему парочку моментов, когда он сам выполнял невыполнимое на благо того же Ордена Феникса.       Прекрати тянуть время, Северус. Пора покончить с этим.       — Подойдите сюда, мисс Грейнджер.