Когда ты рядом

Геббельс ехал в своём автомобиле и рассматривал пейзажи вокруг. — Так, надо сосредоточиться… Геббельс задумался о важной встрече его и Иосифа Виссарионовича Сталина. — Не могу понять, почему так волнуюсь… — Господин Геббельс, мы почти подъехали, — сказал шофёр Вим, не отрывая взгляд от дороги. — Угу… — Геббельс продолжил смотреть в окно. Мысли Йозефа были какими-то затуманенными, словно его только что разбудили. — Волнуетесь? — сказал Вим, всё так же смотря на дорогу. Геббельс только тяжело вздохнул, пытаясь намекнуть шофёру о своём тяжком положении. Он так мрачно вздохнул, что шофер сразу же решил замолчать. *** Тем временем Иосиф Виссарионович уже стоял у окна своего кабинета, периодически покуривая трубку и ожидая приезда Геббельса. — Ну когда уже товарищ Геббельс приедет? — Сталин сердито нахмурил свои больше, густые брови. Но вдруг зазвонил телефон. От неожиданности Сталин маленько вздрогнул и тут же повернулся к звонящему телефону, — товарищ Сталин слушает. — Алло. Т-товарищ Сталин, нам сообщили, что Геббельс скоро будет. Сказали ожидать! — Понял. Спасибо за информацию. В мыслях у него было: «Я думал, важное что-то!» Грузин молча повернулся к окну и продолжил ждать приезда немецкой иномарки. Но, на удивление, ждать пришлось недолго, и уже через 15 минут к главным воротам Кремля подъехала чёрная немецкая иномарка. Сталин вышел на улицу и подошёл к машине. Геббельс молча вышел из машины, громко хлопнув дверью. — Г-Гутен Таг.. — слегка напряжённо пробубнил фашист, пытаясь не смотреть на Сталина. — И вам не хворать~ — Так зачем вы меня звали? Сталин ничего не ответил Геббельсу, лишь сделал своею головою жест, мол «присаживайся, товарищ». Они уселись на лавочку неподалёку. — Товарищ Геббельс… — вдруг Сталин подсел вплотную к министру, — Я вас позвал сюда не просто так… А для одного очень важного дела. Геббельс немного смутился и зачем-то поглядел в сторону машины с тревогой во взгляде. — Я вас слушаю… — Сталин только робко усмехнулся, похлопав немца по плечу. — Я всё расскажу в своём кабинете, здесь просто очень много народу. — Хорошо. — печально произнёс министр. Они встали с лавочки и направились к Сталину в кабинет. Поднимаясь по лестнице, Йозеф Геббельс чувствовал какую-то тревогу в душе, и, как оказалось позже, та тревога была не напрасной… Едва оказавшись в кабинете Сталина, Йозеф решил тотчас спросить: — Так по какому делу вы меня звали? Сталин молча подошёл к окну и закурил трубку. — Присаживайтесь, товарищ, я вам сейчас всё расскажу. Геббельс робко присел на стул и подумал: «Чёрт, почему же я так нервничаю???» Сталин вытащил из-под стола два бокала и шампанское и поставил на стол. Геббельс вытаращил глаза. — П-по какому случаю, товарищ Сталин? — Да так… просто~ — сладко произнёс вождь, ставя бокалы на стол. Сталин открыл шампанское, после чего принялся заполнять пустые бокалы содержимым из бутылки. Геббельсу было немного неловко. Когда Сталин закончил заполнять бокалы, он молча протянул Геббельсу бокал, заполненным шампанским. — Пейте, товарищ, пейте~ Его голос звучал немного странно. Особенно, для Геббельса. Но, чтобы не выглядеть грубым, он сказал: — За ваше здоровье… — и немного отпил из бокала. Лицо грузина вдруг стало более похотливым, и он, подойдя к телефону, принялся набирать товарища Жукова. Геббельс немного засмущался и, не отрываясь, наблюдал за Сталиным. Сталин начал медленно поворачивать цифры на телефоне, а его дыхание стало очень тихим. «Он по любому что-то скрывает! Он явно позвал меня не просто так!» — Йозеф отлепился от бокала и продолжал наблюдать за действиями грузина. — Алло, товарищ Жуков? Будьте добры, закройте прямо сейчас мой кабинет на ключ, да-да, вместе со мной~ А когда открыть? А давайте завтра, в пять утра. Ведь у меня сегодня много работы~ — промолвил вождь, похотливо смотря на Геббельса. «ДОННЕРВЕТТЕР, ЧТО ОН ЗАДУМАЛ???» Сталин положил трубку телефона и медленно начал подходить к стулу, где сидел Геббельс. — Товарищ Сталин.? — он абсолютно ничего не понимал. — Да, мой сладкий? ~ — Промолвил Сталин, уже вплотную подходя к сидящему немцу. Ошарашенный Йозеф хотел встать со стула, но в ту же секунду руки грузина оказались у него на плечах… И надавили на них. — Куда это ты собрался? ~ — похотливым тоном спросил вождь, медленно поглаживая его плечи, — ты только приехал, а уже хочешь сбежать? — с улыбкой на лице спросил Сталин и потянулся за поцелуем. Геббельс вытаращил глаза ещё сильнее. «Так вот, зачем он меня сюда позвал! Ах ты ж извращенец усатый!» — промелькнула в голове такая мысль. Буквально секунду немец сидел неподвижно, а потом принялся активно сопротивляться. На сопротивления Геббельса у Сталина была лишь одна реакция — улыбка, кокетливая лёгкая ухмылка виднелась из-под его уже седых усов. «Какой же он миленький», — подумал Иосиф, не отводя взгляда от пропагандиста. — Мой хорошенький, иди сюда~ — сказал Сталин, медленно приближаясь к его губам. В этот раз Геббельсу удалось увернуться. — Товарищ Сталин! — воскликнул он уже испуганно. Геббельс попытался встать, но руки грузина лишь сильнее надавливали на его руки, причиняя маленькую боль немцу. — Что такое, сладкий? ~ — Сталин присел перед Геббельсом на корточки и начал целовать его в шею, при этом его усы неприятно щекотались. Он намеревался засмущать немца, но тот только сильнее нервничал и пугался, пребывая в шоке. — Прекратить немедленно! — испуганно завопил немец, пытаясь отпихнуть грузина ногами, — если вы не прекратите это делать, я начну кричать и звать на помощь! Но угрозы пропагандиста Геббельса лишь сильнее возбудили товарища Сталина. Сталин ухмыльнулся и сказал: — Да не бойся ты, Йозеф~ — с этими словами Сталин принялся расстёгивать ширинку на штанах немца, — я уверен, тебе понравятся эти ощущения~ — произнёс грузин, кидая похотливый взгляд. Едва почувствовав, как руки Сталина пропали с его плеч, Геббельс тут же продолжил сопротивляться, но тут вдруг понял, что его тело очень ослабело… «ЧЁРТ! Что он подмешал в то шампанское?!» — с тревогой подумал он, кидая взгляд на бокал, стоящий на столе. Сталин никак не мог сосредоточиться из-за сопротивлений Геббельса. Вдруг его улыбка стала слегка маниакальной, и он, встав с корточек, молча подошёл к недалеко стоящей тумбочке. Геббельс боялся даже что-либо говорить, опасаясь, как бы хуже не вышло. В дверях в это время послышался щелчок. «Жуков! — промелькнула мысль в голове у Йозефа, — ЧЁРТ, ЧЕРТ, ЧЕРТ!» Сталин молча открыл одну из тумбочек и, тихо посмеиваясь, начал в ней рыться. Геббельсу хотелось плакать от страха и стыда, но он не мог даже со стула встать. Очевидно было одно — шампанское было не простое… Он молча опустил голову, боясь поднять её. «Он задумал явно что-то недоброе…» — мысли Геббельса вдруг прервал слегка хриплый кашель. Подняв голову, Йозеф увидел Сталина со счастливым выражением лица, держащего в руках верёвку и огромный рулон скотча. «Нет… Нет… Нет…» — думал Геббельс, боясь даже пошевелиться, а Сталин уже подошёл вплотную к нему, взял его руки в свои, перевёл их за стул и веревкой привязал к спинке стула. — Товарищ Сталин, п-пожалуйста! — понимая, что угрозы никак не останавливают грузина, немец решил его умолять. — Чччччч~ тихо, моя прелесть, — успокаивающим тоном прошептал Джугашвили, плотно связывая кисти Геббельса. Сталину нравилось то, что его жертва была напугана, страх только сильнее возбуждал порыв страсти в свирепом генсеке. «Лишь бы это оказался сон…» — думал Геббельс, начиная потихоньку краснеть. Тут Сталин провел пальцами по рулону скотча. — Если будешь плохо себя вести, я заклею тебе ротик! От этих слов тело Йозефа сильно затряслось, а на глазах навернулись слёзы. — П-прекратите, п-пожалуйста! — говорил немец, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать. — Я сделаю всё, что угодно, только отпустите меня, я никому не скажу! — Да не бойся ты так, Йозеф… — пытаясь не торопиться, Сталин аккуратно расстегнул ширинку на штанах Геббельса. — Ничего, я знаю, как тебя успокоить~ — Товарищ Ст… Йозеф не успел договорить, потому что в ту же секунду неторопливые пальцы Сталина начали гладить его лобок. Йозеф крепко стиснул зубы, чтобы не стонать. Он чувствовал, как большие пальцы нежно водили по его лобку в разные стороны, лишь иногда делая маленькие перерывы. В какой-то момент Геббельс перестал сопротивляться, но периодически ёрзал по стулу, в надежде, что Сталин его всё-таки отпустит. — Гляжу, нравится тебе? — с улыбкой на лице спросил Джугашвили, продолжая гладить по лобку своего возлюбленного. –??? — но Геббельс продолжал испуганно дрожать, при этом не издавая абсолютно никаких звуков. — Ну, судя по тому, как ты краснеешь… Сталин усмехнулся и провёл пальцем по покрасневшей щеке. Геббельс зажмурился и отвернул от Сталина голову, и в этот момент пальцы второго опустились ниже и стали поглаживать Йозефу его немецкое достоинство. — Ааа! Товарищ Сталин, что вы делаете, прекратите! — вопил Геббельс, ёрзая. По шее у него потек пот. Сталин продолжал играться с его половым органом, переходя на щекотку. — Да прекратите вы! АХХАХХАХАА!!! ХВАТИТ! НЕ НАДО, АХХААХХА!!! — Геббельсу было до ужаса щекотно, и это смущало и не давало сосредоточиться ещё больше. — А зачем? Если тебе это нравится ~ — сказал Сталин, убирая пальцы с его члена, — я же вижу, как краснеют твои щёчки, твои милые, слегка пухлые щёчки~ Геббельс отдышался от смеха и обиженно промямлил себе под нос: — Не такие уж они и пухлые… Йозеф прекратил сопротивляться, ему даже понравилось то, как с ним обращается товарищ Сталин: нежность, комплименты и ласка — это всё то, чего никогда не получал Йозеф ни от своих коллег, ни от своих родителей, ни даже от своей жены. — Товарищ Сталин… — Можешь называть меня просто Иося~ — Из… Извините, не могу. — Почему это? — уже напряжённо спросил грузин, подняв к нему свою голову, — называй меня тогда уж Йосечка~ От этих слов, Сталин и сам раскраснелся. — Э-хе-хе-х… — Йозеф отвёл глаза в сторону, — Я не смогу, извините, я слишком смущаюсь!.. Сталин молча положил свою руку ему на колено и принялся поглаживать её от колена до бедра. — Не надо смущаться, любимый~ — сладко произнёс вождь, не убирая руку с ноги любовника, — признаюсь честно, я уже давно в тебя влюблён, ооочень давно~ — краснея, прошептал Сталин и молча отвёл взгляд в сторону, убирая руку с его ноги. — Товарищ Сталин, умоляю, не останавливайтесь!.. — выпалил Йозеф, продолжая хаотично ёрзать на стуле, — не убирайте руку, пожалуйста! Сталин похотливо взглянул на свою Булочку с корицей и нежно облизнулся, смотря на Йозефа. — Видишь, а ты не хотел, — с насмешкой в голосе сказал грузин, кладя руку ему на колено, — А хочешь, мы зайдем с тобой немножечко дальше? ~ — К-куда? — глаза Геббельса забегали из стороны в сторону. Но в ответ последовала лишь тишина. Сталин снова убрал руку с колена Геббельса и принялся поглаживать своею ладонью его половой орган, будто бы на что-то намекая. — ОХ! МММ… АААХ… Да, гуд, продолжайте, ааа… Из уст Геббельса послышались сладкие, тихие, медовые стоны. Он стонал так тихо, но так сладко, заставляя товарища Сталина гладить его пенис всё нежнее и нежнее, всё медленней и медленней. — Твои стоны, как музыка! ~ — возбужденно сказал грузинушка, продолжая гладить его пенис. Геббельс прикрыл глаза и откинулся на стуле. Он хотел, чтобы эти ласки продолжались вечно. Он позабыл о своих проблемах, эти, пускай даже совсем крошечные минуты нахождения в этом кабинете, казались Геббельсу вечностью — словно кроме него и Сталина больше никого не существовало в этом мире. Немец испытывал любовь… Любовь к себе, он наконец-то понял, что он нужен кому-то, и что у него появился человек, который сможет его защитить и подбодрить в трудную минуту. — Товарищ Сталин, развяжите меня~ — покрываясь румянцем, прошептал министр пропаганды. — А ты будешь себя хорошо вести? — с хитроумной улыбкой спросил у него генсек. Геббельс кивнул с улыбкой на лице. Сталин освободил кисти Геббельса от импровизированных оков. Немец почувствовал какое-то облегчение в руках, словно они уже могли двигаться без ограничения. Грузин молча приобнял сзади любимого и принялся мурлыкать ему на ушко, щекоча лицо Геббельса своими колючими усами. — Ну товарищ Сталиииин~ — Йозеф от таких действий тотчас покраснел. Но генсек не собирался останавливаться, начиная лишь сильнее тереться об него. Но в какой-то момент Сталин просто застыл на месте, как будто о чём-то задумываясь. — Товарищ Сталин, вы чего.? — с лёгкой тревогой в голосе спросил Йозеф, поворачивая голову к нему. Взгляд Сталина смотрел куда-то в сторону дивана, и тут до Геббельса дошло, чего он вдруг так резко остановился. — Может, ты немножко отдохнешь с дороги? ~ Всё-таки, ты так долго сюда ехал~ — Конечно, давайте. Немец с трудом поднялся со стула; выпитое шампанское по-прежнему давало о себе знать. Но внезапно Сталин вновь положил руки на его плечи и опустил его обратно. — Товарищ Сталин? — Не вставай, я тебя сам сейчас отнесу, — с легкой усмешкой произнес грузин. — Ну не стоит, товарищ Ст… Договорить он не успел, потому что Сталин подхватил его на руки и понес к дивану. Положив его на диван, Сталин вдруг молча приблизился к его лицу и одарил нежным поцелуем. Геббельс вдруг почувствовал, что в его животе порхают бабочки. Этот поцелуй был таким нежным и сладким, что министр без каких-либо сопротивлений ответил на него. — Гляжу, нравится тебе? — отрываясь от поцелуя, спросил Сталин. Геббельс смущённо прикусил губу и кивнул. — Ну, раз так… Сталин немного помедлил, а потом вдруг взял Геббельса за талию и начал переворачивать его на живот. Йозеф начинал догадываться, чего он хочет… Вождь неторопливо начал расстегивать пуговицы на своём мундире. Геббельс тоже начал раздеваться, предвкушая сегодняшнюю ночь. — Это будет не больно, обещаю ~ — прошептал грузин, кидая свой мундир куда-то в сторону. Геббельс не прекращал дрожать и выглядел так, как будто бы хотел что-то спросить у товарища вождя, но всё не решался. Через секунду они оба были в одних трусах. Пока Геббельс лежал на животе и то и дело оглядывался, Сталин взял со стула веревку, сел немцу на поясницу и связал ему руки, как в тот раз. — Аааа… З-зачем, товарищ Сталин??? — Не волнуйся, я так хочу, — с немного маниакальной ухмылкой ответил вождь. — Л-ладно… — перепугано ответил Геббельс, поворачивая свой взгляд к окну. Его тело сильно тряслось, словно кто-то окатил его ледяной водой, с ног до головы. — Только есть одна мааааленькая проблема~ — улыбаясь, сказал вождь, и встал с дивана. — К-какая ещё п-проблема?! — заикаясь, спросил Геббельс. Вождь только похотливо заулыбался, покручивая пальцем свой длинный ус. — Дело в том, что у нас нет смазки, а без неё будет больно заниматься сексом~ Так что ты должен будешь сделать сейчас то, о чём я попрошу~ Сталин подошёл к дивану с другой стороны и встал перед Геббельсом. — Ты, наверное, понимаешь, на что я намекаю~ С такими словами товарищ Сталин снял с себя последнюю часть своего гардероба и начал приближаться к немцу все ближе и ближе. Йозеф продолжал дрожать, не осмеливаясь на такое, и тогда Сталин как можно аккуратнее взял его за волосы и заставил его взять в рот. На глазах министра навернулись слёзы, но он пытался сдерживать их. За то, что он больше не сопротивлялся, как раньше, Сталин начал медленно гладить его по волосам, таким образом пытаясь его успокоить. Это и в правду немного успокоило Геббельса, и он губами начал ублажать достоинство своего усатого любовника. Сталин на секунду задержал дыхание, а потом начал тихо и беспорядочно постанывать. Геббельс отвел глаза в сторону, но умело работать губами не прекратил. Немец брал всё глубже и глубже, пытаясь заглотить достоинство вождя СССР целиком. Когда он слышал его тихие стоны, то на его щеках появлялся лёгкий румянец. — Даааа… Давааааай… Да, продолжай, ааа… Геббельс к тому моменту заглотил «прибор» Сталина полностью и начал активно работать языком, вызывая тихие вздохи-выдохи и одобрительные кивки. — Молодец, Йозеф… Ах… Всё-таки, не все немцы одинаковые!.. Он сам не понял, к чему была эта фраза, наверное, от столь приятных ощущений забылся и болтал все подряд. — Фпафифо, тфаиф фталин~ — смущённо мямлил немец, не желая останавливаться. Поэтому он начал просто двигать головой то вверх, то вниз, в связи с чем двигался и его ротик. Стоны грузина стали громче и прерывистее, и Геббельс почувствовал, как во рту у него растекается чужая смазка. Сталин это тоже, кажется, заметил, и вышел изо рта немца. Смазка потекла по губам Геббельса, слегка запачкав подлокотник кожаного дивана вождя. — Ничего~ — сказал Сталин, приближаясь к лицу нациста, — вытрем~ — Товарищ Сталин… Тут Геббельс начал хаотично вращать бёдрами, как бы намекая на то, чего они оба хотят. Грузин без каких-либо слов подошёл к дивану и оседлал лежащего на нем Йозефа фон Геббельса. — Ну что, мой фрицик~ ты готов? — всё тем же пылким тоном спросил грузинушка. — Конечно, давайте, да! — продолжая ёрзать на диване, выпалил немец, а сам подумал: «Если бы мои руки были развязаны… Я бы на него сейчас кинулся!» Сняв бельё с Геббельса, Иосиф Виссарионович Сталин засунул два пальца в его анальное отверстие и начал неторопливо шевелить ими. — Аааа… Ааа… — Йозеф зажмурился и стал дышать часто-часто, — продолжайте, да… Сталин начал шевелить пальцами быстрее, и Геббельс на секунду позабыл, как дышать, а потом томно выдохнул и стал двигать бёдрами навстречу пальцам грузина. — Я вижу, моему СЛАДЕНЬКОМУ НРАВИТСЯ? ~ — сказал Сталин, вынимая пальцы из его ануса. В ответ Геббельс начал быстро-быстро кивать головой. — Товарищ Сталин, НЕ ТОМИТЕ! — радостно выпалил он, продолжая двигать бёдрами и повернув голову в сторону Сталина. «Черт возьми, да войди ты уже в меня!» — промелькнуло у Геббельса в голове. Сталин понял, что медлить уже нельзя. И, чтобы не злить своего сладенького, грузинушка вошёл в него наполовину. Геббельс закатил глаза и нервно провел зубами по губам, слегка их кусая. Спустя секунду он начал стонать. Сдерживаться больше не было сил. — АААААААХ, да, товарищ Ст… Ст… — Тише, тише… — Сталин приложил палец к губам Геббельса. — Ммм… Геббельса возбудил его тихий трепетный шёпот, он буквально окутывал немца, погружая его в глубокий сон. В ответ на такую взаимную ласку к нему, Геббельс начал медленно шевелить бёдрами, намекая грузину, чтобы тот вошёл в него глубже. — Ты уверен, сладкий мой? — игриво спросил вождь. — Аааабсолютно, — простонал Геббельс, чувствуя, что ему не хватает воздуха. — Хех, ну смотри, зайка моя, я предупредил тебя, — всё тем же тоном, но уже с лёгкой насмешкой в голосе сказал Иося и принялся вдалбливаться всё глубже и глубже, причиняя маленькую боль немцу. — Ау… Ау… — министр тихо стонал уже от небольшой боли, но он также пытался не обращать на неё внимания. Сталин незаметно усмехнулся, но ничего не ответил, а просто молча продолжил «долбить» немца, — аааааах, да, давайте! Когда Сталин вошел на максимальную глубину, Геббельс завопил: — БЫСТРЕЕ! «Мх~ мазохист? ~» — подумал Сталин, кладя свои большие руки ему на талию. Повисла пауза, Геббельс на минуту подумал что это конец их полового акта, но он сильно в этом заблуждался. Спустя пару секунд вождь принялся двигаться с максимальной скоростью, делая резкие толчки и выдавливая из себя скупую мужскую слезу счастья и громкие, горячие, возбуждающие стоны. Ладони Геббельса вспотели, он почувствовал, что остались считанные секунды до общего оргазма. Сталин тоже это чувствовал. Буквально ещё минуту из кабинета Иосифа Виссарионовича доносились стоны, а потом оба одновременно кончили. Геббельс весь сжался, а Сталин вышел из него и обессиленно уткнулся подбородком в спину министра. — Т-т-товарищ С-ста…лин~ — с тихой дрожью в голосе сказал Геббельс, поворачивая своё раскрасневшееся лицо к нему, — это было прекрасно! ~ Сталин нешироко улыбнулся и начал поглаживать Геббельса по спине. — Развяжи меня, мой котёнок! ~ — вдруг выпалил Геббельс, закидывая голову вверх от недавнего оргазма. Сталин продолжал хранить молчание, потом освободил затекшие руки Геббельса от веревки. Немец тихо закряхтел, шевеля своими затекшими кистями. — Ох~ ну вы и шалунишка, товарищ Сталин, — с улыбкой на лице ответил немец, рассматривая на своих кистях следы от верёвки. — Да, я такой, — улыбнувшись, произнёс Сталин и обнял Геббельса вокруг талии. Тот обвился руками вокруг широких плеч. Так они и заснули в обнимку…