Ещё немножечко войны

Ранее утро первого июля выдалось солнечным и тёплым. Уже шумит за окнами Вечный город, свежий ещё утренний ветер играет с занавеской на полуоткрытом окне, доносит голоса торговцев, потявкивание соседской собачки (донна Августа вышла на прогулку со своим Тезоро), и запахи из кафе тётушки Марии, тиа Марии (повезло же купить дом рядом, ну тут и падре Лоренцо помог, храни его Господь). Счастливый отец Блейз («От гордости только не лопни, ихо!»,- смеётся Пепе), укачивает на руках младенца Сандро. Пусть Лючия ещё поспит. У них сегодня праздник – Блейзу двадцать пять, а Алессандро Лоренцо Забини уже месяц. А что, думает Блейз, и есть чем гордиться. Прости, Иисусе, за грех гордыни, но можно я погоржусь сначала ещё пять минуточек, а потом отмолю? Вот они, итоги жизни на двадцать пять лет. Операцию в Англии успешно закончил? Закончил. Сеть агентов, и немаленькую, создал и преемнику передал? Так точно. Обучение на мастера зелий у брата Антонио завершил? Завершил. А это ещё круче, чем Академия, у них там, в Академии, архивов Ватикана и многовековых знаний Ордена нет. Имеются, конечно, у мастеров Академии свои семейные секреты, но кто же им чужака научит. И Блейз тихо напевает Сандро на мотив «Фигаро»: «Папа твой здесь, папа твой там, папа твой здесь, папа твой там!» Русский и немецкий освоил, в китайском продвинулся? Да, йа, дуи. А потом и искусству некромантии у патера Фридриха обучался. Первую ступень окончил с отличием? Окончил. А за это время и боевку в Рыцарях Ордена подтянул, и нечисти немало мечом от покойного отца Сандро (светлая ему память), упокоил. Духов агрессивных многих изгнал. С духами же добрыми сдружился так, что мёртвых друзей у него теперь намного больше, чем живых. Зато по Риму теперь ходить хорошо – не невнятные голоса отвлекают, друзья здороваются. Да и агентурная сеть из них неплохая, если надо, что уж там. И полиции с карабинерами помощь, но тут Блейз не один, пятеро из Ордена правосудию помогают. А кто из добрых духов хотел, обрёл, с благословения Ордена, покой. И этим Блейз, наверное, гордится особенно. Но главное всё-таки то, что удалось за эти адские десять лет не потерять Лючию, вместе вырастить и сохранить их любовь. Спасибо Вам, Иисусе и дева Мария, за любовь, за брак, за сына. Не оставьте нас милостью своей. Да уж, не ел, не спал, работал как проклятый, но что мог, сделал. Не спустил свою жизнь и таланты в унитаз, как бедняга Поттер. Великое же дело с помощью Божьей и Ордена, ему неявной, завершил. А сейчас? «Не упрекай…», сказал бы брат Сандро. Да я не упрекаю, брат Сандро, больно мне и обидно за него. Ведь пытался же, на грани нарушения всех служебных инструкций, вытащить идиота упёртого… сказал такой же идиот. Так, всё, бывший агент Марио, бывший секретный агент Анчар и нынешний мастер Сомбра, заканчивай пятиминутку гордости, у тебя тут сын описался, отдавай его эльфу переодеть. Сейчас из кафе тиа Марии завтрак принесут («Лючии не до того сейчас. Не эльфам же готовить для моего малыша и его семьи, не будет такого, пока я жива!»). А пока ждёшь, возблагодари Иисуса, что хранил все годы тебя, дурака. Под дверью, однако, вместо завтрака обнаруживается новый секретарь падре Лоренцо, брат Альфонсо. Юный, с детской ещё пухлостью, неловкий, глазищи эти наивные… обнять и плакать. В форме курьера ресторана «Пицца романа», конспиратор. Стоит перед порогом, мнётся, всё собирается постучать. Блейз осторожно втаскивает его в дом. - Благославите, падре. Брат Альфонсо смущается, пламенеет весь, от ушей ярко-малиновых впору свечку зажигать. - Во имя О-отца и Сы-сына и Ддддуха Св-святого… И замирает, молчит, цепенеет. Горюшко красноухое. - Добро пожаловать в мой дом, друг мой. Вы, верно, с посланием, которое прислал мне падре Лоренцо? - Да, ввввооот. Послание в коробке от пиццы с чарами расширения. Весомое такое послание, однако. И вряд ли это подарок на день рождения. Или не только подарок. - Во имя Господа и во славу Его, брат мой. - Ввво имя и во славу Его. Выпроводив брата Альфонсо, Блейз дожидается завтрака от тиа Марии, оставляет на нём согревающие чары, тем более, Лючия ещё спит, и проходит в свой кабинет. Теперь только ещё защитный комплекс дополнительный активировать… Прямо под крышкой коробки два вестника. Блейз открывает первый. Тёплый голос падре Лоренцо заполняет комнату. - С днём рождения, мой хороший. И тебя, и малыша Сандро. Открывай зелёный пакет, в нём подарки. Посмотри их спокойно, а потом уж и к делу перейдём. Один из даров оставил для твоего сына покойный брат Сандро. Да будет малыш Алессандро достоин его. Люблю тебя и горжусь тобой, мой дорогой. Да пребудет с тобой Иисус. В пакете редчайший немецкий трактат «О духах верных и их служении», охранный амулет для младенцев работы единственного артефактора Семьи Медичи – герцога Лоренцо (кажется, Блейз догадывается, откуда у отца Лоренцо такая редкость и замирает, поражённый новым знанием). А в шелковый платок завёрнута та самая икона, которую он когда-то подарил брату Сандро. Святой Александр Бергамский. Надо сразу же в детской повесить. Блейз гладит икону, как тогда брат Сандро, осторожно, кончиками пальцев. Вытирает слёзы, произносит краткую благодарственную молитву. Успокоившись немного, открывает второй вестник. Теперь с ним говорит совсем другой брат Лоренцо, официальный, суховатый, грозный Великий Инквизитор. - Во имя Иисуса и славу Его! Срочные дела призывают нас, брат мой. Два дня назад в деревне Ландаренка в Швейцарии скончался брат наш, верный сын матери нашей католической церкви, падре Бернардо. Служение там отца Бернардо сочеталось с важной миссией нашего Ордена. Подозрительны мне, сын мой, как и обстоятельства смерти его, так и многие сопутствующие события. Прошу тебя отбыть туда в течение четырёх дней и начать следственные мероприятия, используя все дары твои. Изучи материалы дела, я постарался собрать максимально полное досье. Поедешь как новый священник, замена брату Бернардо, отпускаю тебе грех этот. Тонзура теперь необязательна, конечно, но советую выстричь, места там консервативные. Увидеться с тобой до твоего отъезда мы, к сожалению, не можем. Дела служения призывают меня на созванный новоизбранным Папой нашим, Бенедиктом XVI, конгресс. Для отчётов используй присланный тебе связной пергамент, но не ранее, чем через неделю. На время миссии тебе присваивается псевдоним «Алонсо». Сообщишь о прибытии на место тётушке Кларе, адрес прилагается. Более подробные сведения о миссии отца Бернардо получишь позже. Верю в тебя, сын мой, да пребудет с тобой милость Иисуса. Блейз достаёт (благослови, Мадонна, изобретшего чары расширения) из коробки для пиццы всё новые и новые пакеты и раскладывает их на столе, сортируя: 1. Связной пергамент и адрес «тётушки Клары». 2. Неограниченный допуск в архив Ватикана (о как!). 3. Паспорт, права и удостоверение на имя священника Джузеппе Рафаэля Гальяно (хоть раз с именем повезло) 4. Ладанка с изображением девы Марии и чарами незримого расширения. В ладанке маячок аварийного вызова. 5. Книга «Месса, молитва, проповедь и окормление паствы» (изучить как можно скорее). 6. Уменьшенный чемоданчик с полным гардеробом священника (Подходит по размеру, можно не подгонять, молодец, Блейз, тренировался, не растолстел на кормёжке тиа Марии). 7. Ключи от автомобиля. Машина будет ожидать его в Милане. 8. Папка с информацией о деревне Ландаренка. Список прихожан и последний отчёт Церковного совета. 9. Досье падре Бернардо. С досье он и начинает. Так… Хуан Анджело Джованни Пьетро Козимо де лос Каминос де ла Пальма, последний в роду потомок двух перебравшихся в Италию старых испанских семей, а, нет, не совсем, бастард (имя стерто). И чей бы он бастард был, с такими-то последними именами, прямо в догадках теряюсь… Скончался на восемьдесят пятом году жизни. Родился в декабре (точной даты нет) 1920 года в Венеции. Обучался в Академиа Магика. Год провёл по обмену в Дурмстранге. Свободно говорит на десяти языках. Увлечения … спорт, дуэлинг, история, литература, алхимия. Начал служение Ордену в 1937 году. Миссия под грифом «секретно». Участвовал во Второй Мировой войне. Служил в Магическом Французском Легионе. Миссии под грифом «секретно». Удостоен наград и благодарностей Ордена (стёрто). Известен при королевских дворах и в иных высших кругах Европы как светский лев и удачливый бизнесмен, основатель, как сейчас сказали бы, международного медиаконцерна, «Мир новостей». Миссии под грифом «секретно». В шестьдесят лет отходит от дел, расходятся слухи о его смерти. Миссии под грифом «секретно». В шестьдесят пять лет принимает постриг под именем брата Бернардо. Становится архивариусом Ватиканского архива. Занимается историческими исследованиями. Пять лет назад просит, в связи с ухудшением здоровья и по рекомендации врачей, о переводе, так сказать, на свежий воздух, на покой, к коровкам и тишине, подальше от архивной пыли. Письмо с просьбой о переводе приложено к досье, твёрдый чёткий почерк, легкая, практически не заметная ирония (недоволен или шутит?) прячется за чеканными формулировками. Явное письмо «своим», другие бы и не поняли ничего. Назначен в приход деревни Ландаренка швейцарского кантона Граубюнден, в церковь святых Бернардо и Николао. Фотография худощавого высокого черноглазого священника с острыми чертами лица, выдающимся носом и крепким подбородком в кругу паствы. Добрая тёплая улыбка смягчает резкие черты. Дети на фотографии прильнули к падре, облепили его со всех сторон, как обезьянки дерево. Подросткам рядом места уже нет, они солидно построились сзади. На эту сцену с улыбкой смотрят с флангов взрослые члены общины. Пользуется любовью и уважением прихожан. Организатор Исторического клуба. Организатор «Союза альпинистов Ландаренки», руководитель и участник всех его походов. Учредитель «Клуба друзей спорта» и «Клуба здоровья» для пенсионеров. Регулярно проводит занятия по истории Библии и занятия для конфирмантов. Да, видно, отступила болезнь на свежем воздухе и молочке. Отчёты о крещениях и похоронах, список членов общины с пожертвованиями. Особенно выделяются с хвалебными эпитетами пожертвования баронессы фон Штайнхоф, без неё так и стояла бы церковь без ремонта аж с 1529 года. А, нет, всё-таки в XVIII веке перестраивали церковь-то. Письма сестре – скрытые отчёты начальству на долговременной миссии? Ну конечно. С этих писем и со списка жертвователей Блейз снимает копии, благо они от копирования не защищены, перед отъездом уничтожит. Найден мёртвым в церкви перед вечерней мессой 28 июня 2005 года. Умер предположительно от инфаркта, вскрытие не проводилось. Что же с тобой случилось, брат мой? Кто же смог подобраться к тебе, такому сильному и мудрому? Что искал ты в горной швейцарской деревне? Дай мне Иисус сил и ума узнать это. Прочитанное досье вспыхивает и осыпается пеплом. Остаются только сделанные Блейзом копии. Поднимая их со стола, чтобы убрать в сейф, он выхватывает взглядом строчки с середины листа: « … и так прекрасна весна в этих благословенных мирных краях, дорогая сестра, что не могу не вспомнить строки несравненной сирвенты брата Бертрана де Борна: Люблю я дыханье прекрасной весны И яркость цветов и дерев; Я слушать люблю средь лесной тишины Пернатых согласный напев В сплетеньи зеленых ветвей… Воистину всё здесь дышит тишиной и покоем». Блейз улыбается и продолжает сирвенту: - Люблю я палаток белеющий ряд, Там копья и шлемы на солнце горят, Разносится ржанье коней, Сердца крестоносцев под тяжестью лат Без устали бьются и боем горят. Люблю я гонцов неизбежной войны, О, как веселится мой взор! Стада с пастухами бегут, смятены, И трубный разносится хор Сквозь топот тяжёлых коней! (перевод А.Блока) Да, брат мой, воистину интересная у вас там жизнь «в благословенных мирных краях». Блейз выходит из кабинета, включает защиту и идёт будить Лючию - показывать подарки и завтракать.