Один день

Для IraWhiteOwl, которая первая высказала идею продолжения - Ты же знаешь, к десяти здесь будет уже не протолкнуться, выдвигайся прямо сейчас, - бодрый голос Эмми, долетающий сквозь уличные шумы, категорично отмел решение поваляться в холостяцкой кровати Джона Уотсона. - Ты не могла выбрать более не подходящее место для встречи, чем субботняя ярмарка, - Молли отвечала притворно ворчливо, одной рукой придерживая телефон, другой застегивая молнию на джинсах, - я еще не завтракала. - Выпьем кофе на углу Портобелло и Вестборн-гроув, - протараторила подруга, рассыпаясь в извинениях перед кем-то, невидимым Молли. В подвальном кафе, о котором шла речь, подавали так называемый «белый кофе»: слабый кофейный напиток, щедро заправленный сахаром и сгущенными сливками. Молли невольно представилось лицо Шерлока, если бы тот обнаружил подобную смесь в своей чашке, вместо крепко сваренного эспрессо. - Так я жду тебя, малышка, - продолжала Эмми, - хочу показать тебе кое-что. Тебя заинтересует. До чего славно, что Эмили позвонила и вытащила ее в утреннюю праздную толчею Лондона. Молли ощущала в себе потребность отвлечься от всего связанного с детективными историями и нерешенными личными проблемами. Они познакомились в общей ординаторской. Молли зашла, чтобы сделать себе чай. Блондинка в сестринской форме, развалившись на небольшом диванчике, щелкала пультом от телевизора, пока не остановилась на канале, транслирующем старое голливудское кино. Показывали «Квартиру» Билли Уайлдера. Герой Леммона рассказывал о своей неудачной попытке самоубийства. «Пойти стреляться в парк, долго выбирать между виском и ртом, а в итоге прострелить колено», - Молли улыбалась, она любила этот фильм. - Любите старое кино? – медсестра подняла на нее заинтересованный взгляд. Молли, не ожидавшая вопросов от незнакомого человека, что-то промямлила. Блондинка в ответ протянула ей тонкую брошюру: - Ретроспектива шестидесятых. Пек или Грант? - «Убить пересмешника», однозначно, - принимая игру, ответила Молли. Их окрестили «странной парочкой». Слегка застенчивая, словно неловкий подросток, исполнительная Молли Хупер и нахальная, небрежная в работе, но обаятельная Эмили Шоу. При всей своей видимой неразлучности, Эмми и Молли нельзя было с полной уверенностью назвать подругами. Скорее единомышленницы, пламенно увлеченные стилистикой старого кино, модой двадцатых, Киллианом Мерфи и еще двумя десятками совпавших к общему удивлению интересов. Их разговоры практически никогда не выходили за рамки обсуждения вещей, не касающихся их личной жизни. Эмми не интересовало, кому с такой тщательностью патологоанатом готовит кофе на общей кухне. Молли молчала о своих подозрениях, что брак Эмили – хладнокровный расчет. Приятельница вышла замуж за издателя Йена Кертиса, который был старше ее на двадцать пять лет, и уволилась из Бартса, полностью погрузившись в мир антиквариата и ретро - вещей. В те редкие моменты, когда одна из них в ходе беседы касалась края частной жизни другой, Молли и вовсе удивлялась, что она делает в обществе этой бессердечной особы. Как-то она осторожно обмолвилась о высоком брюнете, которому дали карт-бланш на пользование лабораторией. Эмми посоветовала ей обратить внимание на завотделением Торреса. - Брось дуться, Хупер, - пожимала плечами Эмили, - можно заставить себя полюбить кого угодно(1). Особенно если этот кто-то уже готов. - Воображаешь себя Холли Голайтли? - Угу, только не сиропной визуализацией Хепберн, а книжной. Рынок в Портобелло – бог знает, сколько раз Эмми таскала ее сюда. Поиски нужной вещи в этом месте похожи на работу старателя – нужно долго и кропотливо копаться в настоящем хламе, чтобы наткнуться на настоящее золото. Когда Молли выскользнула из нутра кэба, галерея и прилегающие к ней улочки были заполнены людьми. Туристы и любители старины, образуя общую толпу, двигались вдоль дорогих магазинчиков и лотков уличных торговцев. Однажды с такого лотка Молли купила старинные часы на цепочке, чтобы позже завернуть в бумагу, созвучную цвету ее помады. Быстро лавируя среди гуляющих, Молли спустилась вниз по лестнице и вошла в кафе, где пол все еще посыпали опилками, словно преодолев несколько ступенек, она оказалась в сороковых. Эмми сидела за маленьким столиком у стены, едва разместив на нем два высоких стакана с кофе – разумеется, белым – развернутую газету и несколько, очевидно только что купленных, кулонов и ниточек бус. - Только посмотрите, - она приподнялась, чтобы приобнять Молли, - милосердная Хупер. Ты вовремя, кофе не успел остыть. - Боже, руки у тебя просто ледяные, - вздрогнула от прикосновений Молли. - Утро выдалось холодным, - Эмми отпила из стакана и недовольно поморщилась, - сегодня все имеет какой-то гадкий металлический привкус. Молли попробовала свой напиток – такой горячий, что обжигает нёбо – и ответила: - Дело не в кофе. С тобой все в порядке? - О, мисс Хупер, да, я в порядке, в полном, - Эмми рассмеялась. - Я молодая вдова с солидным приданым и роскошным будущим. - Йен умер? - не скрывая потрясения от цинизма, с которым была преподнесена новость, огорчилась Молли. Она видела мужа Эмили всего пару раз, и он произвел на нее самое приятное впечатление. Правая рука Эмми вдруг дернулась, и она едва не выпустила свой стакан. Бумажный сосуд качнулся, окропив мутной жидкостью газету. - Черт! – женщина вскочила, но тут же пошатнулась и, хватаясь за голову, осела на пол. *** Инспектора Скотланд-Ярда и двух его сопровождающих у входа в кафе встретил молодой патрульный, прибывший одновременно с медиками. - Полицию вызвали посетители. Жертва - женщина, около тридцати, постоянная посетительница. Хозяин заведения ее хорошо знал, поэтому и заподозрил неладное. На здоровье она никогда не жаловалась, возможно отравление, - все это он произнес, спускаясь по лестнице, попеременно переводя взгляд на каждого из троих. - Молли? - Джон остановился на нижней ступеньке, удивленно глядя на Хупер, сидевшую в середине зала, подальше от тела, вокруг которого суетились эксперты. Шерлок, оценивший ситуацию гораздо быстрее, резко повернулся к патрульному: - Почему главный свидетель по отравлению находится здесь, а не в больнице? Вы осознаете, что она могла быть также подвержена воздействию яда? Полицейский, не ожидавший такой отповеди, залился краской, но ответ его прозвучал уверенно: - Эта женщина подозреваемая. Она находилась ближе всех в момент смерти жертвы. - Я в порядке, врачи меня осматривали, - срывающимся голосом вмешалась Молли, стараясь поймать взгляд Шерлока. - Значит, вы решили закрыть дело, угробив подозреваемого? Похвально, - проигнорировав ее реплику, язвительно отозвался Шерлок, пробираясь между столиков туда, где на полу лежала Эмили Кертис. Лестрейд бросил на Молли озадаченный взгляд и последовал за детективом. Джон, осуждая сухость Холмса, встал за ее спиной, положив руки на спинку стула, и, наклонившись, что-то зашептал на ухо. - Что думаешь? – Лестрейд окинул взглядом тело. - Мы в квартале антикваров, реставраторов и таксидермистов. Возможно яд, связанный с этой деятельностью. Ртуть, мышьяк, даже рицин - побочный продукт касторового масла. - Мышьяк, - эхом откликнулась Молли. Впервые с момента его появления в кафе, Шерлок посмотрел прямо на нее. Он был холодно-сосредоточен, без намека на сострадание или жалость. Где-то сзади удовлетворенно крякнул патрульный, решивший, что это признание. - Эмми жаловалась на металлический привкус во рту, - продолжила Молли тихо. - Паралитическая форма отравления мышьяком – быстрая смерть, без признаков со стороны пищеварительного тракта, - отрешенно проговорил Холмс, затем, обращаясь уже к Лестрейду, – тяжелые симптомы отравления мышьяком проявляются через час – полтора после принятия внутрь. Ее отравили не здесь. *** - Я не сразу поняла, что с ней. Резкая слабость, головокружение – будто у нее просто резко упало давление. Когда же Эмми потеряла сознание, я попыталась привести ее в чувство, а кто-то из посетителей вызвал «скорую», но было уже поздно. Думаю, это был коллапс, - закончила Молли свой рассказ для Лестрейда. - Что она хотела показать тебе? – Шерлок осматривал вещи убитой, разложив содержимое ее сумки на столе. - Я не знаю, она лишь намекнула, что мне будет это интересно, - Молли чувствовала, как отчаянье и паника наполняют ее до краев. Почему он даже не глядит на нее? Пытается скрыть их новые отношения от Уотсона и Лестрейда? Боится лишиться дела, если решат, что они связаны большим, чем просто знакомство? Но не обязательно выдавать себя. Ей хватило бы успокаивающего прикосновения или понимающего взгляда. Что если Шерлок на самом деле подозревает ее? - Ясно, спасибо, Молли. Тебе стоит поехать домой и отдохнуть, - даже Грег смотрит на нее с сочувствием и чуть дольше положенного сжимает ее ладонь в своей. - Поговорим с хозяином кофейни, - бросил Шерлок, не отвлекаясь от экрана телефона погибшей, - хм, это интересно. Джон, подойди на минуту. - Ты бы помягче с Молли, она же только что потеряла подругу, - прошипел Уотсон осуждающе. - Посмотри на это, - оставив без внимания замечание напарника, Шерлок указал на картинку, растянутую во весь экран - фото, сделанное неделю назад. Фотография представляла собой городской пейзаж: рассвет озарял окна и крыши нескольких малоэтажных домов. - Фото сделано рано утром, сквозь стекло и с высоты не менее второго этажа. Видишь вывеску, которая не попала в кадр полностью? – палец Шерлока указал на кромку красной с позолотой витрины магазина. - Можно разобрать несколько букв. Большая «S», апостроф, две верхушки с перекладинами от «t», угол от «k», точка от «i», «h» и «u», остальное идентифицировать сложнее, но возьмусь предположить, что это надпись «antique shop» с фамилией владельца, начинающейся на «S». - И что это нам дает? – Джон продолжал всматриваться в фото, стараясь отпечатать его в памяти. Шерлок подбросил телефон на ладони, поймал и уверенным шагом направился к приземистому усатому мужчине в клетчатой рубашке, с которым начал диалог Лестрейд. - Мистер Фостер, патрульный сказал, вы хорошо знали погибшую, - перебивая на полуслове инспектора, произнес детектив, - у Эмили была квартира где-то неподалеку? - У Эмми? – неподдельно удивился Фостер, - здесь? Зачем? У ее мужа дом где-то в Кенсингтоне. - В районе Портобелло есть антикварная лавка, с красно-золотой вывеской, фамилия хозяина начинается на «s»? - Дайте подумать, - мужчина наморщил лоб, - кажется у Стокера красная. Магазин в двух кварталах отсюда, на север. - Отлично, - кивнул Шерлок. - Я могу продолжить? - недовольно пресек следующие вопросы Лестрейд, и обратившись к свидетелю спросил, - у нее были недоброжелатели в среде антикваров? И, наоборот, друзья? Мы считаем, Эмили была отравлена раньше, чем вошла в ваше кафе, важно установить, где она могла получить пищу или воду с ядом. Хозяин кафе провел пальцами по пышным усами, на его лице мелькнула тень беспокойства. - Эмми многие знали, она давно уже стала завсегдаем субботних ярмарок. Была искушенным покупателем. А последнее время и вовсе стала метить в дилеры. Приезжала на рынок часам к семи, ходила по Портобелло и смотрела товар, предназначенный для владельцев магазинов и перекупщиков. Такой продают прямо из багажников или «из-под стола», - мужчина снова нервно прикоснулся к своим усам. - Продолжайте, мистер Фостер. Вам есть что сказать, - приободрил его Джон. - Некоторых это раздражало. Конкуренция и так не маленькая, а тут еще и Эмми. А пару недель назад по рынку прошли слухи, - вздохнул он, - будто бы Эмми увела ценный экспонат прямо из-под носа у дилеров. Скупила кучу барахла у профана из Бирмингема по бросовой цене и среди этой кучи оказалось нечто действительно ценное. Но ничего конкретного. - Вы спрашивали ее об этом? – уточнил инспектор. - А то. Она отшутилась вроде как беззлобно. Мол, рынок без сплетен и не рынок вовсе. Шерлок отвернулся от Фостера, удовлетворенный полученной информацией, и направился к затихшей Молли, наблюдавшей, как эксперты упаковывают тело ее подруги в пластиковый мешок. Левая рука Молли беспокойно ощупывала ключицы – она на автомате пыталась найти свой оберег, снятый из-за желания угодить Шерлоку. - Молли, сделай мне одолжение, - произнес он негромко. Она вздрогнула и подняла на него печальный взгляд. - Выйдем на улицу, - Шерлок сделал пригласительный жест в сторону выхода. Они вышли в галерею. - Тело отправят в морг Бартса. Отправляйся с машиной медиков. Зайди к Бертраму, он будет рад. Когда закончат вскрытие, сообщи, если найдется что-то кроме признаков отравления, - Шерлок проговорил все это, не отрывая взгляда от своих рук, на которые он надевал перчатки. Наконец, справившись с этим, он поднял на нее глаза. Молли, сжав губы в тонкую линию, беззвучно роняла слезы. На долю секунды Шерлок ощутил растерянность, но потом притянул Молли к себе в крепком, почти остервенелом объятии, будто был зол на нее. Она почувствовала,как напряжено его тело – мускулы были точно высечены из камня. Так же быстро, как обнял, он почти оттолкнул ее от себя, не переставая при этом сжимать ее плечи. - Тебе ведь не надо говорить, что я найду его? – прошептал детектив чуть слышно, глядя Молли в глаза – для этого ему пришлось сутулиться и опустить голову, подобно быку, и поза приобрела угрожающий вид. Молли, не зная, что ей делать – кивнуть или помотать головой – проглотила слезы и так же тихо ответила: - Я знаю, Шерлок. (1) Трумен Капоте. «Завтрак у Тиффани».