Я люблю... Но кого?

      Пруссия смотрел на ГИ заплаканными глазами. — Ты знал и продолжал любить русского, который тебе даже взаимностью ответить не мог?!       Он опустил голову и ждал ответа немца, лишь слабо дрожа и изредка всхлипывая. А ГИ, тем временем, пытался прийти в себя. Он не ожидал такой реакции со стороны вечно спокойного и весёлого Прусса. Он ведь всё время шутил над его любовью к РИ, а сейчас сам плачет, как маленькая девчонка! Однако… Почему-то ГИ очень нравилась эта обстановка. Он взял Прусса за подбородок и приподнял его личико, заглядывая в удивленные глаза. «А ему идут слезы» — подумал Империя, после чего поцеловал племянника. Этот поцелуй был не таким, как предыдущий. Он был нежным, наполненным чувствами. Парень ошарашенно смотрел на дядю. Пруссия больше не смог сдерживаться, он закрыл глаза и поддался своим чувствам.       Последующие действия произошли слишком быстро. В следующее мгновение возбужденный парень уже сидел на столе и постанывал от лёгких поцелуев Империи. ГИ расцеловывал каждый миллиметр шейки племянника и гулял руками по его телу в поисках слабых точек парня. И вот, из уст Прусса вырвался сладкий стон, что означало положительный результат. Империя снял с племянника камзол и стал с удовольствием рассматривать изящное тело парня. На удивление, тонкая талия трепетала в ожидании действий. ГИ провёл рукой по слегка выступающим рёбрам Прусса, от чего парень слегка выгнулся в спине. Усмехнувшись, Империя нагнулся к груди парня и поцеловал уже твердый сосок. Пруссия сладко застонал, сжимая скатерть. Новые чувства заставляли парня краснеть, но он не хотел их конца. Он обнял Империю и притянул к себе, нежно целуя. Германцу это понравилось, он прижался к Пруссу и, уложив того на стол, снял с него брюки*. Поцелуй разорвался, и испуганные глаза Прусса уставились на ГИ. — Н-нет… Я-я не готов… — Пруссия смотрел в темно-красные глаза любимого немца. Только сейчас он увидел в них дикое желание. Желание Прусса. — Не волнуйся, я не причиню тебе боли~       После этих слов ГИ всунул в парня сразу два пальца и, не дав тому привыкнуть, начал ими двигать, вырывая из Прусса рваные стоны вперемешку с криками. На краях глаз быстро накопились слезы и начали скатываться блестящими крупинками. — Б-больно! — Прусс надеялся, что если ГИ поймет, что ему больно, то прекратит эти действия. Но не тут то было! ГИ заводился от криков Пруссии ещё больше и не собирался останавливаться. — Где же она… — ГИ двигался пальцами в Пруссии в поиске той самой точки. Прусс же извивался под Империей, в попытках избавиться от этой боли. Но вдруг его словно пробило током, заставив выгнуть спину и громко простонать. Он ошарашенно посмотрел на ГИ, который довольно снимал с себя одежду. — Н-нет! Я не хочу! Отпусти! — Пруссия начал кричать, увидев размеры ГИ. Если ему было так больно только от пальцев, то сейчас он просто не переживёт это. Он стал отталкивать нависшего над ним ГИ, что очень раздражало Империю. Шикнув, он взял обе руки Прусса и зафиксировал их над головой парня с помощью галстука. — Будешь сопротивляться, будет только больнее. Я не хочу, чтобы ты пострадал, Пруссия~       С этими словами ГИ начал входить в узкого Прусса. Как же Империи было хорошо, хоть проход и узок, однако там так горячо. А вот парню это совсем не нравилось. Это было больно, казалось, что он сейчас порвёт бедного Прусса. Крича и заливаясь слезами, Пруссия просил германца остановиться, на что ГИ лишь ускорил свое проникновение. И вот, Империя полностью вошёл в Прусса и остановился, давая парню привыкнуть. Тяжело вдыхая воздух, Пруссия пытался остановить слёзы и успокоить жгущую боль внутри. По его ногам стекала струйка алой крови.       Только Пруссия привыкнул к инородному предмету в себе, как ГИ начал движение, сразу попадая по заветной точке. Прусс больше не чувствовал боли, скорее даже наоборот, он чувствовал удовольствие. — К-как хорошо! — парень буквально выкрикнул эти слова вместе со стонами наслаждения. ГИ был доволен, теперь хорошо и его дорогому племяннику.

Спустя 4 часа

ГИ наконец кончил в Пруссию, в то время, как сам Прусс сделал это уже 12 раз. Империя вышел из Прусса, оделся и, взяв парня на руки, пошёл в спальню. Зайдя в комнату, он уложил уже засыпающего Пруссию на кровать и, накрыв одеялом, уже хотел уйти, но племянник поймал его за руку. — Не уходи… — Прусс смотрел своими серыми, полными надежды, глазами на ГИ. Разве Империя мог отказать ребёнку? Он лёг напротив Пруссии и, приобняв его, нежно поцеловал в губы. — Я люблю тебя, Пруссия, и никогда не уйду… — Сказал германец, после чего оба немца уснули в обнимку.