Keep my head together( Не теряй голову)

«Кацуки Бакуго по окончанию этого сезона перейдет в А Лигу. Контракт уже согласован зарплата 10 млн евро». Шото смеется, читая эту заметку. Для него это кажется откровенной чепухой. Как его родной Кацуки может на это купиться? Он же клялся в верности UA, обещаю привести ее к не одному трофею вместе с Шото. Вон Иида перешел. Много ли счастья сидеть на скамейке запасных в лучшем клубе префектуры, когда на твоей позиции играет Изуку Мидория — один из лучших игроков Токио? Тодороки смеется. Нет, не с неудачи Теньи. Своего бестолкового друга он уважает. Он долго советовался с самим Шото, умолял простить, а гетерохром просто плакал, ведь Иида ценен для него. И плевать на предательство. Тенья настоящий друг. Бросила девушка, привет Шо-чан, я тут с коньяком и твоими любимыми конфетами. Да не переживай ты так, будет у тебя еще сто таких девушек. И, да, она-то нашлась. Правда зовут ее Кацуки, а фамилия Бакуго. Ничего так не скажешь. Этот блондинистый друг решил поддержать морально Шото и что-то пошло не так. Все пошло не так. Полтора гребанных года все шло не так. Они больше походили на двух влюбленных подростков. Прятались по углам, дарили мелкие подарочки, слушали музыку из одного плеера. Его составлял Тодороки. Хотя, там была всего одна Бакуговская песня, которую Шото любил. А голос Кацуки. Тодороки мог продать за этот низкий баритон душу. Он действительно был на седьмом небе от счастья. — Привет, скажи смешная заметка, — гетерохром улыбается, взъерошивая свои волосы. И выглядит это до безобразия мило. Тодороки- это чистокровный Бог. Воплощение всех мечт и страданий. У него красивое тело, дерзкий, но сдержанный характер и просто стальные нервы. — Да, ты прав, эти чертовы журналисты могут навести шороха, — казалось Бакуго спокоен. Однако, он не хочет расстраивать Шото. Тодороки не переживет. Ему нужны еще моменты. Ему мало гетерохрома. Хотя, они даже живут вместе, разделяя общую уютную квартирку в Токио. Тут часто идут дожди, поэтому это так по-домашнему, закутаться в плед, включить какой-нибудь фильм или футбольный матч, сделать по чашке горячего шоколада и наслаждаться такими волшебными моментами. — Мы еще вместе повоюем с А Лигой! — он заявляет это так уверенно, наблюдая за широкой улыбкой возлюбленного. Тот рвет «желтую» газетенку и обнимает блондина. — Конечно повоюем. Мы еще и в финал Кубка Континентов выйдем, чтобы доказать, что прошлый не был случайностью. Однако Шото даже не подозревает, что его ждет дальше. А дальше страдание, травма в товарищеском матче с Шукецу и разбитые мечты. Всего за один месяц Тодороки был деморализован. За тридцать дней разрушилась его хрупкая сказка стать победителем Турнира звезд, быть с Кацуки и побеждать выскочек из А Лиги. Теперь сам Бакуго будет отдавать всю энергию за них. И Шото не злиться за переход. Ему обидно, что все знали, а он до последнего не верил, смеялся с газет, удалял новости из ленты и вспоминал слова Бакуго «Мы сделает этих высокомерных придурков». Да, ты сделаешь их идеально, Кацуки. Легко ли строить карьеру ломая близких? А еще Бакуго объявляет о свадьбе со спортсменкой, с волейболисткой Очако Ураракой. И это добивает окончательно. — Скажи, Токоями, что такого в А Лиге? — пепельноволосый, точнее крашенный пепельноволосый, смотрит на воспитанника этого клуба с такой надеждой. — Ничего, это просто посредственный клуб, который любит играть в доминирование, — улыбается Фумикаге, который летом следующего года меняет капитанскую повязку на А Лигу. Тодороки смеется. Ну, кто еще перейдет? — Я никогда не перейду в А Лигу! — заявляет на весь мир Шото, после выигранного матча Кубка Континентов. — Я люблю UA и это мой родной дом, — Тодороки почти плачет. А вечером происходит чудо. Он встречается с Кацуки. — И зачем пожаловал? — слова даются тяжело. Смотреть на нападающего еще тяжелее. У Шото трясутся руки и душа прощается с телом. Перед глазами только алая полоса предательства. И еще, алый его ненавидимый цвет. Шото перестал любить закаты, встречать рассветы и пить горячий шоколад. А еще он оставил попытки красить волосы. Это его новая жизнь без лучших друзей. — Я скучал, — честно признается Кацуки, обнимая гетерохрома. — А ты был хорош и таким горячим на поле, — и Шото не может сопротивляться, отвечая на ласки блондина. Это ведь его родной человек, который приехал к нему, чтобы поздравить с победой. Вот только Тодороки сопротивляется до последнего с собой, предавая собственную душу. Это последний раз. Ведь точно последний. Он больше не будет отвечать Бакуго, выкрикивая его имя. Правда не будет. — Я бы хотел, чтобы ты присутствовал на нашей свадьбе. Мир Шото и правда доламывается. Присутствовал где? Тодороки с маньячной улыбкой смеется. Бакуго что совсем умом тронулся? — И как ты это представляешь? — Шото отталкивает его настолько, насколько позволяют силы. — Привет, Урарака, а я любовница. Нет, Кацуки, прости, но это выше моих сил. Я простил тебе предательство, слепо доверяя каждому слову. Я простил все. Но это уже вершина кипения. Мне не нужно было ничего. Это ведь провальная интрижка с самого начала. МЫ БЫЛИ ОБРЕЧЕНЫ, БАКУГО. ТОЛЬКО ТЫ ОБ ЭТОМ ЗНАЛ И НИЧЕГО НЕ СКАЗАЛ! А Я ПРОДАЛ ТЕБЕ СВОЮ ДУШУ! А она ведь тебе была не нужна. — Не нужна, Шото. Мне нужен был просто ты! — Ну, да, конечно, куда там, — Тодороки просто молчит, удобнее кутаясь в простынь. — А Лига. Походу моего Сатану зовут именно так. — Нет, Шото, твоего Сатану зовут Кацуки. — И гетерохром получает на последок жадный поцелуй. Кацуки уходит. Дверь захлопнулась. UA через неделю вылетела из Кубка Континентов, уступив дорогу. А Шото сидел у окна, смотря на дождливое небо родного города. Из-за туч пробивались кроваво-алые лучи закатного солнца. — Моего Сатану зовут Тодороки Шото и я сам его придумал, — отвечает в пустоту гетерохром, читая новости о трансфере игроков своей команды. У него нет привязанности к ним. Ведь Шото знает насколько она губительна.

***

— Главная звезда и капитан UA женится на актрисе и модели Яойрозу Момо. Так же, известно, что девушка на втором месяце беременности, — Кацуки ухмыляется, слушая новости. В детской кроватке спит их с Очако маленькая дочурка. Скоро наш матч, увидимся!— Бакуго отправляет СМС, снова смотря на маленькое чудо. Чувства счастья нет совсем. Он оставил его в Токио, променяв на успешную карьеру и жену. Однако, поздно жалеть. Пока Шото приходит на встречи и отдается ему, то Кацуки будет их назначать. — Дело в смертельно-ядовитой привязанности — повторяет Тодороки. — Между нами нет ни грамма чувств и любви. Больше нет.