Спор
25 октября 2020 г., 22:03
Университет «UA». Бакуго знает, что поступить в него не просто. Нужен талант, ум или хотя бы неплохо играть в один из видов спорта, защищая честь команды. Кацуки был неплох в учебе, чтобы вылететь оттуда с позором. Звездами этого огромного заведения были его лучшие друзья Ханта Сэро и как ни странно Каминари Денки. Если первый был идеален, то Денки — отдельный вид искусства с факультета экономики. А еще он глава КВН. И это дает не совсем типичному студенту кучу дополнительных баллов. И все было бы прекрасно, не будь на факультете гуманитариев странного паренька, который перекрашивает свои рыжие вихри в пепельный блондинистый. Тодороки Шото, будь он трижды проклят, был капитаном их футбольной дрим тим и одновременно лучшим студентом этого заведения. В клубах не замечен, только профессиональные конференции и подработка. Полная скукота.
— Нет, ну вы видели это? — Кацуки подсаживается к Сэро, залпом уничтожая молочный коктейль Каминари. — Фу, гадость. Наш малыш Шото оказывается умеет давать отпор!
— Ну, — Ханта протягивает Денки еще одну порцию лакомства, чтобы тот не совершил возмездие над одним блондином. — Шото неплохой человек, отличный лидер и мотиватор команды. Благодаря его речам мы ни раз выигрывали.
— Все равно он меня бесит. Весь такой прилежный из себя. Весь такой звездочка.
— Ну так соблазни его, — включается в разговор Каминари, до этого просто слушавший эти бредни. — Можем даже поспорить. Сто евро лишними не будут.
— Вот, только, если выигрываю я, то вы с Хантой вдвоем по сотке. Если вы, то я вам по сотке, — Бакуго уже предвкушает, какое веселье его ждет. Шото явно заядлый девственник, которого развести за пять минут можно.
— А я бы был с ним осторожен, — сомневается Сэро, однако принимает ставки. — В тихом омуте черти водятся.
— У Тодороки некому водиться, не парьтесь, — Кацуки мысленно накидывает в голове план действий. — Так каковы сроки?
— Давай два месяца! — Каминари старается мыслить здраво. Шото ему знаком. Он не такой, каким рисует его себе Бакуго. Вот только это распаляет интерес Денки сильнее. Сможет ли Кацуки сломать хлюпенького Тодороки?
— Согласен, — Бакуго не сомневается, что справиться раньше. В этом вообще не стоит сомневаться. Тот гуманитарий будет его.
***
Шото возвращался с тренировки, разговаривая с родителями. Сегодня был очередной тяжелый день. Уже через неделю их ждет турнир среди университетов, в котором принимают участие 16 команд. В прошлом году их почти выиграл его, пропустив вперед соперников из Мадрида. Гребанные Мономы, Ииды и Киришимы. Последний вообще напрягал. Они ведь были с Шото друзьями. Да и сейчас ими остаются. Тодороки устало прикрыл глаза. Мама желала кучу удачи и гордилась сыном, а Шото. А что он? Он был тем самым прилежным учеником, который в будущем добьется успеха. Вот только не все так ясно.
— Скучаешь? — Шото готов поколотить нарушителя своего спокойствия.
— И какого тебе надобно? — Тодороки как всегда вежлив.
— Ой, принцесска умеет разговаривать, — Кацуки даже нравиться эта игра. Шото насторожился. Весь спектр негативных эмоций проскользнул на лице гетерохрома. Тодороки явно не нравился разговор и сам Бакуго.
— На себе посмотри, мажор недоделанный, — гетерохром честно держит себя в руках, чтобы не случился инцидент. Не хотелось портить свою репутацию драками. Шото ведь послушный мальчик. Шото ведь невинное дитя.
— А тебе не кажется, что ботаники себя так не ведут?
— Ой, знаешь, в этом мире многое неправильно, мой дорогой соратник. А, теперь, прошу пойти своей дорогой и впредь не встречаться на моем светлом пути, — Тодороки улыбается. Бакуго нечего ответить этому «хлюпенькому отличнику, который не сможет устоять от моих чар». Кацуки кажется, что эта игра набирает серьезный оборот.
— Прости, малыш, но раз уж нам по пути, то я составлю тебе компанию.
— Значит ты упрямый, — с каким-то интересом произносит эту фразу Шото, хитро ухмыляясь. — Подружимся?
«Неужели он так легко клюнул на меня?» — Бакуго немного разочаровывается, но не подает виду пожимая руку Тодороки. Эти два месяца принесут немало событий.
***
— Сэро, он заглотил наживку, — Ханта с трудом верит в произнесенное, но когда Бакуго заглядывает на тренировку команду, мило здороваясь с Шото, то почему-то чувствует неладное. Тодороки просто так к себе людей не подпускал. За эти три курса универа, он дружил только с Мидорией и ее бывшим студентом Киришимой. Вратарь решил не вмешиваться. Будь что будет. Это теперь не его дело. А сотня евро не кажется большой потерей. Каминари соглашается с Сэро, но для приличия выражается, что слишком уж скучная эта афера. Шото же стал примыкать к их компании. Бакуго решил таскать пепельноволосого с собой. — Милые кеды, — смеется Кацуки, замечая обновку друга. — Спешишь? — Как тебе сказать, у меня на полчетвертого конференция. Подойду к трем, — чертова свойственная ему пунктуальность. Да Шото сам был воплощением прагматизма. До жути консервативным, местами саркастичным, пунктуальным и каким-то преданным. — Не скучай, — Кацуки мысленно улыбается. Скучать по Тодороки? Это же до чертиков смешно. Шото его интересует только в качестве объекта для развращения и ни капли больше.***
Шото выигрывает турнир вместе с командой. Бакуго все время ошивается рядом, поддерживая университетскую сборную. На поле Тодороки какой-то другой. Словно там открываются все его тайные стороны. Они завораживают. И от этого блондину не по себе. Шото хищно ухмыляется соперникам, психологически играет с ними и деморализует голкиперов при пробитии пенальти или штрафного удара. У Тодороки восхитительная форма, которая подчеркивает преимущества тела гетерохрома. Белые, не совсем длинные, но свободные шорты дают насладиться видом на худые, ровные ноги, которые могут сравниться с моделью. Футболка же обтягивает мышцы живота, иногда задирается так, что виден пресс и ровная спина. — Ты какой-то странный, — Шото садиться рядом, попивая воду. Теперь же Кацуки заманчивыми кажутся и тонкие губы, которые так соблазнительно присосались к горлышку бутылки. Бакуго видятся другие картины. И от них реально хочется выть. — Кацуки, ты заболел? — гетерохром аккуратно касается тыльной стороной ладони его лба, проверяя температуру. Но тело блондина горит по другой причине. «Возбудился!» — Шото мысленно смеется, состроив из себя дурочку-блондинку. — Может тебе отдохнуть, — Бакуго отрицательно мотает головой, положив сумку на колени. Тодороки же с каким-то непонятным звуком покидает место Кацуки. У него празднование в раздевалке.***
— Скажи, Кацуки, а я тебе нравлюсь? — Шото улыбается хищно, словно охотясь. Бакуго впервые ощущает себя жертвой. Тодорки выглядит каким-то слишком счастливым. Неужели у него получится? Кацуки аккуратно кивает, стараясь действовать чуточку осторожнее. Не верится, что этот момент настал. Шото слегка краснеет, затаскивая Бакуго на кровать, неспешно стаскивая с того рубашку и джинсы. — Не так быстро, мой дорогой, — Тодороки, достает из-под кровати заранее приготовленную веревку и кляп. Бакуго тяжело вздыхает. Слышится звук фотоаппарата. — Это на память, мой родной, — Шото ухмыляется. У него есть целый альбом на память. Но откуда это знать бедному и наивному Кацуки. — Скажи, сладкий, -Шото проводит пальцами по животу блондина, — Это тебя заводит? Я тебе нравлюсь? — Тодороки садиться на бедра. Кацуки только измученно кивает. Чертов дьявол-искуситель. — Тогда ответь на последний вопрос, майне либе. Я правда стою сто евро? — а вот тут почва действительно уходит из-под ног Бакуго. Неужели кто-то проболтался. Но ведь Сэро и Денки не могли. Или? Как? Правда Шото и так понял ответ, поэтому покинул комнату. Он больше не появиться в этом доме.***
За неделю до последних событий. — Эйджи, — Тодороки врывается в квартиру этого друга, который мирно спал на диване в своей квартире в Мадриде. — Я по делу. Мне нужна помощь! — Ты только для этого заявился в Мадрид в девять вечера? — что мы там говорили про прагматизм? — Я тут одну новость узнал. И какая муха занесла тебя в сообщество Бакуго и его шайки? — Я для этого сюда и явился, — нервно теребил край свитера пепельноволосый, рассматривая друга. Киришима был каким-то спокойным. — Кацуки поспорил с ними, что влюбит меня в него, переспит и развратит. Как сделать так, чтобы он просто втюрился? Я устал ему подыгрывать. — Ну, что, Шо-чан, поздравляю, вы влипли. Как узнал хоть? — Эти придурки обсуждали меня, пока я мирно сидел за соседним столиком, разбирая соперника. Он думает, что я заглотнул наживку. — Ты как всегда в свои психологические игры. Тодороки, ты в курсе сколько разбитых сердец ты оставляешь после этого? — Эйджиро внимательно рассматривал друга. Шото лишь обреченно выдохнул. — А ты знаешь сколько раз на меня спорили? И все мечтают об одном. Даже скучно, правда Бакуго немного другого разлива парень. — Он тебе реально понравился? — Эйджиро все еще не отрывает взгляда от Шото, который кривится при этом слове. Киришима попытался улыбнуться, но не вышло. Однако ему полегчало. Маленький Шото любит только, когда влюбляются в него. Маленький Шото играет не хлеще, чем его оппоненты. — Ты так и не ответил, Эйджи, — пепельноволосый обиженно сопит, состроив строгую гримасу. — Ты словно в первый раз, Шото. Соблазни его первым, — Киришима старается не морщиться. Даже сбежав от чувств в Мадрид, Тодороки достал его тут, наглым образом спрашивая, как влюбить в себя Бакуго. — И будь сучкой, прошу, Шото. А то так Бакуго выиграет свой спор. — Иди к черту, Эйджи, — Тодороки почему-то противно. Он впервые чувствует что-то не то, но садиться на диван к другу и они вместе смотрят фильм. И впервые ему не надо притворяться. Вот бы так было всегда?***
— Чертов Сэро был прав! — с досадой соглашается Бакуго, выплатив друзьям законные проигранные деньги. А ведь в конце оказалось, что развращали самого Кацуки. А Тодороки выкладывает в Инстаграм новые фотографии с Киришимой, выглядя достаточно счастливым. А ведь никто из них не заслуживал Happy end.
