Improvisation of kintober

Обязательно прослушивание песни: Midnight love — girl in red

Ему идёт так — с бледными бликами на груди. Солнечными зайчиками, прыгающими по волосам от горячего солнца. Тело как на самых теплых фото. Стройное, нежное, податливое. С покрасневшими щеками и бликами в зелени глаз. Идёт быть снизу, разглядываемым жадно, с волнением и бабочками в груди. Мурашки бегут по сладкой коже, мчась от целующих губ. Следы от влажных поцелуев блестят слюдяными бликами, переливаясь в матовом бежевом свете. Окольцованные пальцы зарываются в чужие волосы, массируют, заставляют мурлыкать под напором тянущего удовольствия. Непорочный, умиротворённый юноша вырисовывает мнимые узоры на сильной груди, охватывает плечи, спускается с лёгким нажимом. Арсений устроился у него между ног, сложив руки на ребрах, поглаживая. Холодный, тонкий и свежий аромат лаванды пьянит, успокаивает до невозможности, вскруживает голову, разливаясь медом по горлу. Плавные движения вперёд-назад, Антон трётся поясницей о воздушные мелкие подушки, подмятые под него. Скрещивает ноги за спиной, не торопит, лишь аккуратно подталкивает к себе, выгибаясь. По наполненной теплом комнате текут сахарные стоны с шуршанием сжимающегося в руках одеяла. Смешиваются в приятной мелодии, то становятся громче и бьются о стены несдержанными аханьями, то стихают, кажутся еле различимыми, воздушными. Несдержанные чувственные касания и долгие растянутые поцелуи распаляют огни в глазах, что становятся все ярче с каждым глухим ударом сердца. Красные следы на кремовой коже и длинные пальцы, вырисовывающие созвездия из родинок на румяных щеках, пьянящий жар под темными ресницами и холод плещущего синевой океана. Тягучая бирюза тонет в пряном дыхании утра и лавандового букета…