Improvisation of kintober

Арсений привык так — медленно, тягуче, словно густой гречишный мед. Течь нерасторопно и сладко по желанному телу. Он словно в первый раз — целует мягко, осторожно, вдыхает сладкий запах цветочного шампуня и кислых яблок. Поцелуи, блестящие чуть заметными дорожками, покрывают краснеющие щеки, приоткрытые губы и воздушно, почти неощутимо, касаются прикрытых глаз. Гладит через тонкую ткань грудь и плечи, нажимает несильно, будто бы утягивая за собой вниз или дальше вглубь нескончаемо мягкой кровати. Давит на горло, целуя с напором, кусает губы, оттягивает и посасывает, с удовольствием закрыв глаза. Водит руками синхронно по бокам и тонкой шее так, что Антон под ним постанывает, выгибается больше, бросает голову назад, позволяя ещё больше обхватить шею сильной рукой. Арс знает, как сделать приятно, заставить глухо мычать и сжимать в кулаках одеяло. Как сделать хорошо, перекрыть доступ кислорода. Наблюдает за реакцией и мурлычет от стонов, что становятся все громче и выше. Давит на кадык, играя, сжимает сильнее, сместив руку на бок. Вычерчивает короткие линии на трахее и вновь целует, ласково, проводя языком по зубам. Два тяжёлых дыхания смешались воедино, скулеж и неторопливые причмокивания витают воздушной пеной вокруг. Антон шире раскрывает губы, хватается за черные волосы, тянет с рычанием и льнет к чужим рукам. Они блуждают вверх-вниз, следуя по следам мокрых поцелуев. Жмутся ближе, с силой проходя по рёбрам, забираясь под лёгкую толстовку. Шастун прогибается в спине и вытягивается струной, смотрит на пустой потолок с солнечными бликами из-под трепещущих ресниц, сжимает руку на голове Попова сильнее, вновь возвращая того к себе. Поцелуи столь частые, что от невесомых укусов уже цветут алые пятнышки на светлой коже. Арсений вновь припадает к губам, мнет их с напором, зубы ударяются друг об друга, что заставляет жмуриться сильнее, от чего перед глаза скачут огни. Пальцы с силой смыкаются на шее Антона, кругами водят по гортани, массируют и впиваются ногтями в ключицы. Сиплые вдохи в перемешку с едва слышимыми постанываниями опаляют жаром лицо напротив. Разжигают огонь в голубых холодных глазах, бликующих теплым солнечным светом…