Ты и не заметишь

Ами еще долго не могла успокоиться, все время вспоминая, как Зойсайт дурачился с ее братьями и будто нарочно не слишком-то спешил опровергнуть их по-детски прямые домыслы. Пока мальчики тестировали Като на «пригодность», Мицуно чуть со стыда не сгорела, чувствуя себя на удивление беспомощной. Ей всегда нравилась непосредственность Акиры и Акиа, однако в этот раз ей впервые в жизни захотелось задать им знатную трепку, и если бы не постоянная жалость к их непростой судьбе сирот, она бы, возможно, так и сделала. Поэтому, больше не найдя ответственных за пережитое смущение, Ами решила все-таки высказать Зойсайту, между прочим, довольно взрослому человеку, который хоть немного должен пользоваться если не мозгами, то хотя бы совестью, и уже с утра была слегка на взводе, благо вовремя вспомнила, что в школе они практически не пересекаются. Чтобы скрыть факт их общения, Нефрит пустил слух, будто Мицуно подтягивает Като по предметам, поэтому он каждую большую перемену сидит с ней, и Ами такая версия вполне устраивала. До сего момента. Тем более, именно в этот день Зой предпочел ей компанию хихикающих, польщенных вниманием местного красавчика школьниц. Мицуно и представить не могла, что это ее так заденет. В конце концов, Зойсайт вовсе не обязан проводить с ней хоть какое-то время, они друг другу никто, даже не приятели. Да боже мой, Зой стесняется с ней разговаривать при всех, и если бы Мицуно была хоть чуточку менее самодостаточной, это бы ее здорово обижало. Но дело было в другом. Оставшись под деревом без Зойсайта, в привычной компании любимых книг и собранного на завтрак бенто, Ами почувствовала себя… одиноко? Одиноко без Зойсайта Като?! Никто не пытался поддеть ее невинными шуточками, никому не была интересна ее жизнь, а креветки в кляре, которые Ами не слишком любила, но зато любил Зой, теперь были не нужны. Никаких рыжих кудрей, зеленых глаз и ехидных улыбочек. Ни-че-го. Только привычное, но теперь уже неуютное, выбивающее из колеи одиночество, заставляющее неприятно и горько щекотать в горле. Неужели она... всего за несколько дней? Или за несколько мгновений? И зачем, зачем она во все это ввязалась?! Впервые в жизни Мицуно решила прогулять школу. Даже не удосужившись объясниться с преподавателями, ни на кого не глядя, а уж тем более не смотря на парту, за которой сидел Като, она собрала свои вещи и отправилась к автобусной остановке, однако путь ее лежал не домой, хотя погода была из рук вон, и куда разумнее было бы поспешить к себе. Ноги сами принесли Ами к бывшей школе, и едва прозвенел звонок с урока, она зашла в знакомый класс. — Ами! — неподдельно обрадовалась Усаги, едва увидев свою подругу. — Что-то стряслось? — испугалась она, заметив бледное лицо Мицуно. — Мы не могли бы… поговорить? — с трудом спросила девушка, выдерживая недоуменные взгляды бывших одноклассников. Они вышли из здания и направились к скамеечке, где провели немало счастливых, беспечных минут. Ами было жаль, что эта пора ее жизни безвозвратно осталась позади, ведь если бы она не перевелась в эту треклятую школу… — Ами, выкладывай сразу, — налетела на Мицуно Усаги, едва они сели. — У тебя такой вид, словно ты с того света вернулась! — Не преувеличивай, — хотела отмахнуться Ами, но со вздохом призналась: — А вообще, я в беде, Уса. — В беде? — округлила голубые глазищи девушка. — Кто-то обидел тебя? Зой? Да? Ну я ему!.. — подпрыгнула на месте она, воинственно вскинув крошечные кулачки. — Нет-нет, — невольно усмехнулась Ами, усаживая Цукино рядом. — Он не обидел меня, он тут не при чем… хотя… я сама виновата, конечно, дело во мне. — Ничего не понимаю, — яростно потрясла своими хвостиками Усаги. — Мне кажется, я влюбилась, — выпалила Ами с неподдельным несчастьем в голосе. — Помнишь, ты мне тогда сама сказала, что я и не замечу, когда это произойдет, помнишь? — Конечно, помню, — пожала плечами Усаги, сбитая с толку поникшим видом подруги, — ты всегда была слишком увлечена собой и своими бесчисленными книжками… Но почему ты такая расстроенная? Разве это не потрясающая новость? — Быть может, она была бы такой, если бы я не в Зойсайта влюбилась, — горько объяснила Мицуно, как ей думалось, совершенно очевидную вещь. — Почему же? Мне показалось, он славный парень. Ну как Уса не понимает?! Конечно, она смотрит на Ами другими глазами, не так, как молодые люди, которым испокон веков неинтересны очкастые зубрилы… Мицуно так долго училась быть самой собой и не стесняться этого, что возвращение к былым комплексам воспринималось особенно остро. — Он никогда не посмотрит на меня как на девушку, Уса, — безнадежно вздохнула Ами, глядя под ноги. И что ей теперь с этим делать?