Пещера ТьенСю

На следующий день юношу разбудили в 7 утра. Встав с кровати, он заметил девушку в маске. Она протянула ему сверток с одеждой и кивнула в сторону ширмы. Лу Чжи молча зашел в указанное место и переоделся. Одежды были белого цвета, их украшали красивые серебреные узоры и серый пояс, на котором висел бубенчик. Когда парень вышел из-за ширмы, девушка сделала ему прическу. Но это был не просто хвост, передние пряди собрали назад, сверху сделали пучок с небольшой заколкой, а основную гущу черных волос оставили послушно лежать на спине хозяина. Все было готово к началу занятий. Лу Чжи заметил, что в классе было шестнадцать учеников и каждый сидел на своём месте, но только два стола в правом ряду пустовали. Юноша сел за ту парту, что была ближе к учителю, чтобы лучше слышать и больше запоминать. Хоть вся эта странная ситуация и наводила ужас, он все же прекрасно понимал, что идти против целого ордена бесполезно. И даже если попытаться сбежать, то всё рано или поздно всплывёт. Через 20 минут в комнату зашел Хон Мин, таща какого-то парнишку за ухо. - Да пусти ты меня! Больно же! - верещал парень. - Еще раз попробуешь прогулять, и я всё расскажу твоему отцу! - Нет, нет, не стоит! Я буду послушно ходить на все занятия! А теперь можно сесть на своё место? - Иди, - старейшина отпустил бедолагу. Тот, выпрямив спину весело зашагал в сторону Лу Чжи. Проходя мимо новенького, юноша остановился и оглядел его. «А ты еще кто?» - спросил он уже после того, как сел сзади. «Ребята, это наш новый ученик - Лу Ван Чжиён, - объявил старик». После этих слов представленный встал и поклонился всем в знак приветствия, хоть он и не сразу понял о ком идёт речь. Лу Чжи не привык, что его называют полным именем. Учение давалось ему с трудом, поэтому трудолюбивый юноша часто сидел после занятий в библиотеке, читая разные книги. В принципе, парню всё нравилось, но было одно «но». Хон Бин, старший сын главы ордена, постоянно лез и не давал сосредоточится. Это именно его на первое занятие приволок за ухо старейшина. Парень был привлекательной внешности, с острыми скулами и густыми чёрными волосами, собранными в тугой высокий пучок. Лу Чжи был ниже его примерно на голову. Хоть Хон Бин и сын главы, но носил одежду с серебряными вышивкой и украшениями, чтобы не выделяться среди других учеников (Золотая вышивка была только у главы ордена, его детей и старейшины). Вот и сейчас спокойно сидевший в библиотеке Лу Чжи не мог нормально почитать из-за постоянной болтовни. - Не могли бы Вы быть по тише? - как можно вежливее попросил юноша Хон Бина - Тише? Да ни за что! Меня отец с дедом заткнуть не могут, а думаешь у тебя получится? - Вы меня неправильно поняли. Не прошу заткнуться, а просто будьте потише. - Ладно, ладно… Он и вправду замолчал, но ненадолго. Минут через 10 Хон Бин снова заговорил: - Тебе не скучно? Отец мне все рассказал. Ты же из бедной семьи, тогда откуда у тебя такие хорошие манеры, спокойствие, терпение и любовь к учебе, а?! Ли Чжу, ты же должен быть, наоборот, невоспитанный, активный, праказнича… - Простите, но я пойду в другое место, - не выдержал парень и пересел за дальний столик. На самом деле он сам не знал ответ на этот вопрос. Сколько Лу Ван Чжиён себя помнил, он всегда был спокойным и рассудительным. А насчет манер, тут скорее всего из-за работы на постоялом дворе. Все же приходилось общаться с богатыми путешественниками и заклинателями из разных уголков Китая. Видимо эти действия не понравились сыну главы, и он решил довести этого правильного ученика. Подсев рядом, он заладил: - Ну чего ты убегаешь, я же тихо говорил. - Что Вы от меня хотите? - напрямую поинтересовался Лу Чжи. - Ты о чем? - Хон Бин приподнял бровь. - Вы постоянно за мной ходите, не даете сосредоточится... Какая у Вас цель? Молодой господин Хон, неужели вы хотите, чтобы моя успеваемость снизилась из-за стереотипа, что бедняки не имеют права учиться лучше верхов? - Нет, нет! Даже и мысли не было. Я просто… да я не знаю, - подперев кулаком щеку, ответил парень. - Как Вы можете не знать? - глаза Лу Чжи слегка расширились, а взгляд, ранее опущенный в книгу, сейчас был устремлен прямо его на собеседника. - Ну вот так, не знаю и всё. Но раз ты так хочешь, чтобы у всех моих действий была цель, то я что-нибудь придумаю. Далее последовала долгожданная тишина. Хон Бин, видимо, погрузился в размышления, а Лу Чжи, воспользовавшись ситуацией, вернулся к чтению. В этот же день состоялся вечерний сбор. Всех учеников собрали в центральном зале и посадили в два ряда. Лучшие ученики сидели сзади, а отстающие в учёбе и/или непослушные – впереди. В центр вышли Хон Мин и Хон Син. В руках у первого был небольшой сверток. Глава произнес краткую речь о том, что сейчас старейшина зачитает правила ордена, и какие наказания последуют за их нарушение. запрещено: 1. драться и убивать 2. брать чужие вещи без разрешения владельца 3. пить алкоголь 4. уходить без разрешения из храма 5. прогуливать уроки 6. пользоваться артефактами вне уроков «Правил в нашем ордене не так уж и много, поэтому прошу запомнить все. Наказания назначаются старейшиной или главой клана. В лучшем случае вы будете вынуждены остаться на дополнительных уроках, а в худшем – вы можете лишиться руки. Поэтому не советую их нарушать». Закончив речь, старейшина ответил на все вопросы учеников и завершил собрание. Все вернулись в свои комнаты. Они находились в западной части. Лу Чжи уже разделся и приготовился ко сну, как к нему кто-то постучал. Набросив одежды, он открыл дверь. За ней стоял никто иной, как Хон Бин. - Что Вам нужно? - удивился гостю уставший парень. - Я придумал, - кратко ответил сын главы, - но не скажу что. - Вы за этим пришли? Если да, то я пошёл спать… - Да, но есть еще кое-что, можно я войду? - Да, конечно. Лу Чжи вышел из дверного проёма, пропуская гостя. И только сейчас он заметил, что Джи Мин держит в руках небольшой свёрток из пергамента. Тот закрыл двери и, развалившись на кровати, как хозяин, протянул свёрток. «Отец передал. Что внутри, я не знаю, можешь не спрашивать. Лучше открывай давай, интересно же». Зашуршала бумага, и в руках юноши оказалась небольшая дудочка и письмо от главы. Лу Ван Чжиён, я хочу передать тебе дудочку. Как ты понял, это священное оружие, поэтому не забудь дать ей имя. К сожалению, не смогу рассказать о ней все, но могу добавить, что эта вещь досталась тебе от матери…» «Мама… Мама что-то оставила мне?! Я совсем не помню своих родителей…», - парень оторвался от чтения. Прочитав слово «мама», на душе появилась тягость. Лу Чжи никогда не видел родителей и рос с бабушкой, но та тоже ничего о них не говорила. Хон Бин же в это время лежал на боку, подперев голову рукой, и наблюдал за одноклассником. «Ноты можешь найти в библиотеке, но их осталось очень мало. Глава ордена Хон Инг, Хон Син» Дочитав, брюнет повертел двадцати пятисантиметровую бамбуковую дудочку в руках и внимательно осмотрел её. На вид это был обычный бамбук желтоватого цвета с четырьмя дырочками для пальцев. «Молодой господин Хон, расскажите, пожалуйста, как дать священному оружию имя? - обратился он к гостю». «Ой, давай на ты, ладно? - поморщился сын главы. – Имя? Да просто говоришь своё полное имя, а затем «дарую тебе имя…». Ну и называешь его. А дальше если оружию понравилось имя, то на стали, ну в твоём случае на бамбуке, появляются иероглифы. «Ммм, понял...» Лу Чжи положил дудочку на ладонь, приложил к ней два пальца и, передавая все свои духовные силы начал: «Я, Лу Ван Чжиён, дарую тебе имя Бай Синь!» - место, где были пальцы юноши засветилось белым светом, и появились два иероглифа: 白心. «Ого, она так быстро приняла имя? Круууууто! Бай Синь… белое сердце?» - Хон Бин встал с кровати и пошел в сторону выхода. - Ну это первое, что пришло в голову… Но мне нравится, спасибо, что помог. - Да не за что. Думаю, мне пора. Покеда! Лу Чжи не успел сказать ни слова, как за сыном главы уже задвинулась дверь.