Утро Дня всех святых

      Во время подготовки к Хэллоуину Рейстлин надел платок, накладной горб и прилепил бородавку на нос.       — Когда я просил тебя поучаствовать в самодеятельности, я не это имел в виду, — оторопело прокомментировал Гил.       — Кощей из меня слишком натуральный выходит, больные пугаются. А ещё могу наложить иллюзию… — старушенция вместе с бородавкой приобрели пугающую достоверность.       —…сними и никогда так больше не делай.       В старости, черти где, где и Приют-то сам кажется уже чужим рассказом…       — А помнишь, как ты однажды напился…       — Да сколько же можно, Рейст, только не снова!       — Гил, тут ко мне сосед пришёл, утверждает, что ты спёр его вставную челюсть.       — Да он старый маразматик! Стоп, ты ему поверил, что ли?       — Ну запонки же ты тогда стащил.       — Да сколько же можно, Рейст, только не снова!       Застав Гилтиаса с книгой со стихами:       — Готовишься? Ну да, Хэллоуин скоро…       — Да сколько же можно, Рейст, только не снова!       — Рейст, а помнишь, ты мне как-то помог запонки чужие незаметно вернуть…       — Поверить не могу, Гил, опять?!       — Рейст? Что вчера было?! Я что-то натворил?       — Ну как тебе сказать. Часть святых вынесло, часть — выносить пришлось…       — Моя преле-с-с-сть…       Рейстлин, задумчиво, в потолок:       — А может, все-таки прибить?       — Моя преле-с-с-сть…       — Ты станешь на него похож… — Рейстлин, завладевший на время телефоном погруженного в любование доктора показал ему фото Голлума. Тот в ответ продемонстрировал очередную цацку:       — Смотри, какое красивое!       — Выпадут волосы и зубы…       — Рейст, блестит!       — Мышцы атрофируются…       — И переливается!       — И мозги атрофируются! Только и будешь сидеть и приговаривать «моя прелесть» над какой-нибудь ерундой…       — Ну так бы сразу и сказал, что ревнуешь! Иди сюда…       — Ой, да ну тебя, пусти!       Гил, кровожадно:       — Моя преле-с-с-сть!       Однажды, когда доктор был на работе, Рейстлину понадобилось что-то в дальнем чулане домика. Вернувшийся Гил не сразу понял, что за мычание ему слышится. Сначала на хтонь какую-то подумал, чай сделал себе, потупил в окно. Решив всё же проверить, нашёл Маджере, качественно засыпанного горой богатств. Так маг понял, что с кендерством Гил не завязал.       — Смотрите-ка, кто просну…       — Потом позлорадствуешь! — Гил, вставая с кровати, пошатнулся, но в ванную рванул довольно быстро — не стоило заканчивать выпивку элем. Впрочем, из ванной обратно выпал так же резво.       — Там хтонь!       — А где ей ещё быть? Сам заладил вчера — давай оставим, давай оставим…       — Я передумал, убери!       — Вот я знал, что если мы кого-нибудь заведём, возиться мне придётся!       — Рейстлин!       — Гил, серьёзно, не могу. Нельзя таких сущностей приглашать, а ты раз двадцать вчера повторил, что это её новый дом. Смирись. Теперь — только переехать.       Ящики стола в кабинете доктора Гилтиаса ломились от совершенно бестолковой ерунды. Брелки, красивые ручки, непарные запонки, пудреница, атлас окрестных дорог и связка отмычек из сарая. А также камни, найденные на прогулках, красивой формы шишки и веточка дуба, упавшая практически к его ногам однажды по пути в домик. Он не придавал этому значения. Находить красивые штучки Гилу нравилось, может, обронил кто-то, а он поднял. Что ж такого? Не деньги же. Неладное доктор почуял, когда страшно захотелось снять серьги прямо с главврача. Прямо на планёрке. Под надуманным предлогом он убежал от соблазна и решил незаметно расспросить Рейстлина, что за наваждение на него напало с переездом в больницу.       — Ты звенишь…       — Да тебе показалось, — Гил смущённо улыбнулся и попытался было перевести тему, но едва отвлёкся, Рейстлин нырнул двумя пальцами в ворот его рубашки и вытянул оттуда тяжёлое, бренчащее доказательство. К кресту добавилась серьга главврача, брелок профессора, и — вот уж что было совершенно невероятным! — лаконичная подвеска с браслета коллеги…       — Слушай, я сам не знаю, как это и что!       — Это-то? Да не бери в голову. Всего лишь самая мощная вещь во всей больнице… Теперь смело можешь прогуливать работу, отжать домик получше, требовать повышения зарплаты и личную медсе… А, нет, этого уже не можешь.