Последний столп: потерянная девушка. Том 1

      Потолки, стены, — золотые и украшенные драгоценными камнями. Не помню как я тут оказалась. Заметила, что на мне одежда другая, толстая рубашка до колен и, слава богам, штаны, и ещё дуракская обувь с длинным и скрученным кончиками? Курам на смех. Глядя вокруг, пальцем трогала висок, щурилсь и старалась вспомнить что-нибудь из последних событий. Но вдруг открылась ворота вместе с музыкой, плавно и быстро зашли три фигуры, пританцовывая под ритмом песни: Восточные сказки, Зачем ты мне строишь глазки, Манишь, дурманишь, Зовёшь пойти с тобой. Восточные сказки, А может, расскажешь мне Какая, такая Восточная любовь? Такая восточная любовь. Такая восточная любовь.       Много золотых монетов, весящие у них на длинной юбках и на лифчика, издавали серия звонов. Три танцующие фигуры двигали туловищем, окружая меня, что не могла поверить своим глазам что перед мной творится эта полная дичь. — Лакус-кун, Мика-кун, и вампир-кун, у которого я не знаю имени. Думаю, вам не идёт такая откровенная одежда, украшенная множество монетами. — с снисходительной улыбкой сказала им, при этом чувствая некое раздражение. Надо же во мне проснулась злость. Здесь что-то не так. — Шинобу-тян, ваша слова нам закон. — хором сказали, вампиры.       Здесь что-то не так. Но мне сейчас дошло... — А может хотите... — начал Лакус, облизывая свои губы, но я перебила его своим криком на золотой потолок, украшенный камнями. — Мудак ты пернатый! А ну прекрати все это! — угрожала кулаком верх, — Всё это не правдоподобно. Почему вампиры какие поддельные, почему такая одежда на них, откуда они могут знать как меня зовут, ведь ни кто не знает, кроме тебя, Музан поганый! Что за дичь тут устроил!?       Плавно — музыка остановилась, передо мной фон перешёл в белый, вампиры улетучивались в воздухе. Всё исчезло. Всё это была лишь иллюзия. Оказавшись я в белом пространстве, появился шестьюкрылый демон, сидящий на косе, которая парит на воздухе. — Опаньки, всё таки меня разоблачила. Думал, что ты не заметишь эти мелочи. Ну, ничего, ничего. Это только ещё разминка. — он сложил губы в загадочную улыбку. — Музан... — сердито я смотрела на него, сжимая руки в кулак. Вены вздулись хоть ни везде от сильной злости, дышала напряжённо, мне казалось, что воздух не хватает. Смотря на него, я не могла думать ни о чём больше, он был, как мучительная зубная боль. Старалась не свихнуться от гнева, кое-как держусь. — Успокойся, Шинобу-тян, чего взяла, что я тот, кого называешь Музаном? — мягким голосом произнес, Шикама, — Когда преставился перед тобой, кем я являюсь, но ты не дала мне закончить слова. Неужели, слово «первый прародитель» вызывает в тебе адский гнев? Я не тот, которого ты без ума ненавидишь. Я ничего плохого тебе не сделал. — Музан Кибуцуджи, — каждую букву приговаривала с отвращением, — Не надо мне строить из себя невинного. "Ничего плохого" это слишком мягко сказано. А самом деле ты есть источник несчастья, забирал много человеческой жизни, разрушал семьи, превращая куча людей в демонов. А сейчас, когда превратил мир в катастрофу, изменив имя и внешность, делаешь вид, что здесь не причем. Я другого прародителя демонов не знаю, и не верю, что он существует. Ты и есть Музан. — Батюшки, ты глубоко ошибаешься, девочка моя. Я первый прародитель вампиров, а не демонов. И ещё я не превращаю в вампиров кого попало. Убивать людей просто так нет смысла и повода. — После того, когда надоело быть демоном, каким-либо образом превратился в вампира и выбирал любимчиков-демонов и их превращал себя подобного?       Шикама засмеялся звонким смехом: — Какая у тебя богатая фантазия, Шинобу-тян. Вампиры и демоны это разные существа. Демон не может превратиться в вампира, а вампир может превратиться в демона. А тогда откуда вампиры взялись? Я запуталась. Это абсурд. У меня не было ни капли желание верить его словам и видеть его. Жмурясь, с обеими руками, ладонью шлёпала свои щеки. — Что ты делаешь, Шинобу-тян? — слышала его приятный голос, которого я ненавижу. — Исчезни! Исчезни! Исчезни! Видеть и слышать тебя не хочу. — ещё сильнее шлёпала свои щёки. — Мне от тебя тошнит! — Те простые троица вампиров тебе с первого взгляда понравились, а меня несмотря что я тоже вампир, сильно недолюбливаишь. Мне как-то обидно стало.        Сильнее жмурилась, сильнее била по своим щекам, чтобы проснуться. Сейчас мне не до вампиров, о которых говорит этот демон. Мне сейчас нужено быть одной в комнате, чтобы выпустить гнев, который закопился в душе, и потом рыдать от отчаянии. Хочу выпустить всю негатив снаружи, пока никто не видит это жалкое зрелище. Я чувствую себя не в своем тарелке.       Медленно просыпаюсь, трясет меня, что приходит на ум что нахожусь в машине, заиграла та самая музыка, и затем слышу голос Мацубы: «Юи, хватит включать одну и тот же песню.» и тот отвечает:«Что здесь такого. Мне нравится эти "Восточные сказки", что прямо хочется танцевать в салоне.»