Серия 8:{«Тайские дорамы»}.
1 декабря 2020 г., 15:00
Всё это говно началось в тот год, когда скончалась жена его Босса. И, несмотря на то, что Большой и Светлой любви между Джексоном и Юци не было, они уважали друг друга и поддерживали. Бэм-Бэм всегда смотря на них видел скорее очень хороших друзей, растящих общего ребёнка, чем мужа и жену. Но всё же, они были именно супругами. Супругами, которые, несмотря на брак по расчёту, просто боготворили своего ребёнка.
Так вот, в тот ужасный год, когда его Босс сходил с ума от горя, все дела впервые легли на плечи Бэм-Бэма и с тех пор… с тех пор он не помнил и дня, чтобы не разгребал гавно, которое устроил самолично.
Но обо всём по порядку.
Всё началось с затяжной депрессии. Джексон целыми днями то валялся в кровати кучкой унылых осколков, то сходя с ума от вины за то, что не играет с сынишкой, принимался чуть ли не по пятам шататься за Юкхеем. И что бы из этого его Босс не делал, за работу он, разумеется, не садился. Да он даже и не думал о ней. Именно поэтому Бэм-Бэм и начал вникать в эти мафиозные разборки, временами проклиная судьбу за то, что когда-то свела их с Воном.
Дела в Таиланде тогда были не очень.
Кан Дэсон, глава клана «Лучевой Змеи» захватывал и отнимал территории. Их людей то и дело стреляли, поставки срывались, а репутация наработанная поколениями Вонов стремительно летела в бездну с явным намерением пробить дно. Бэм-Бэм был в отчаянии, а Джексон, пребывая в очередном приступе вины перед сыном, сходил с ума.
И именно тогда Бэм-Бэму пришла эта «гениальная» идея - поехать в Таиланд всем вместе. Боссу сменить обстановку, развеяться и усмирить приступ самоистязания путём расслабления, а ему самому заняться делами и убедиться, что всё так плохо, как это обрисовывает их местный главарь.
Если говорить о решении проблем, связанных с криминалом, то всё прошло более или менее гладко. Всё было улажено и это главное. То, какими методами это делалось – опустим.
Главной проблемой, как в последнее время зачастую случалось, был Джексон.
После первых двух дней, проведённых с сыном, он сдулся и с мальчишкой приходилось возиться их людям, которые, будем честными, не совсем хорошо с этим справлялись. Думая сейчас об этом, Бэм-Бэм в общем-то не удивлён тому, что Лукас вырос именно таким, какой он есть. Разъезжая большую часть взросления с бандой отца, он чего только не навидался и, если уж на то пошло, события произошедшие в те годы в той поездке, наложили на него, пожалуй, самые ощутимые изменения.
Сбагрив маленького Юкхея их ударной группе во главе с Югёмом, который приходился самому Джексону то ли дядей, то ли мужем сестры его отца, Бэм-Бэм еле затащил апатично-суицидального Цзяэра в машину и повёз в дом удовольствий, располагавшийся как раз недалеко от места разборок с одной из банд Дэсона, намеревавшегося во время этих самых разборок отхватить кусок земли принадлежащий семейству Вон чёрте сколько лет.
По хорошему, на предстоящую кровавую встречу стоило отправить Джексона, но Бэм-Бэм слишком хорошо мог себе вообразить, как тот заявит что-то вроде : «Да забирай себе эти сраные земли», - что, несомненно, не пойдёт их клану на пользу. Именно поэтому, Вон был направлен развлекаться с цветочными девочками, где работала их старая знакомая, в случае чего способная остановить и самого Джексона от необдуманных поступков, и людей вздумавших напасть на главу враждебного клана, пока он один и немного не в себе.
Бэм-Бэм надеялся, что о состоянии Босса никто не знает, но криминальная сторона мира всегда полнилась сплетнями и да-да, нет-нет он слышал, что Глава «Чёрной Луны» слетел с катушек, что тоже, к счастью, можно было понять по разному. Например не «слетел с катушек и депрессует, как малолетняя пизда», а «Слетел с катушек и убивает неугодных направо и налево особенно жестоким образом».
Вот именно тогда он и совершил свою первую ошибку. Последующие же ошибки посыпались как из рога изобилия и за ними было просто не возможно уследить.
Босс… Его любвеобильный чокнутый Босс переспал с прелестной дочерью Госпожи Ёнтарарак – хозяйки цветочного борделя, и продолжал с ней спать на протяжении всего того времени, что они прибывали в Таиланде. И нет бы, поинтересоваться тогда, как Джексон себя чувствует и понять, что девчонка им нужна для приемлемого душевного состояния Цзяэра. Нет. Бэм-Бэм, загруженный делами, прихватил нынешнего и будущего глав «Чёрной Луны» и вернулся обратно в Корею, где блятский-блятский Дэсон развернул очередную войну за территории и поставки оружия. И ладно бы только это… Прекрасная Минни – та самая дочь Госпожи Ёнтарарак, забеременела, преспокойно себе родила и воспитывала сына весь тот год, что Бэм-Бэм с пришедшим в себя после их с Минни совместных дней и ночей Воном, разгребали тот лютый атомный пиздец, что развернулся на «тёмной стороне» из-за действий Кана.
Решивший просто убедиться, что Цзяэр девчонку своим нытьём не сломал, Бэм-Бэм был до крайности удивлён и встревожен, ведь ещё один наследник означал, что когда-нибудь Юкхею, и ему самому заодно, придётся с этим всем разбираться…
Уже на следующий день Бэм-Бэм вылетел в Гонконг, оставляя Джексона самостоятельно, ну и при помощи ударного отряда и нянечки-Югёма, разбираться с заебавшим до крайности Каном.
***
В цветочном борделе его встретила охрененно враждебно настроенная Госпожа Ёнтарарак и милашка Минни с ребёночком на руках. Еле отбившись от женщины, которая всё вопила, что её дочь не дешёвая проститутка, а будущая хозяйка сего увеселительного заведения, которую его Босс мало того, что обесчестил (какое-то слово подобрала при её то профессии), так ещё и обрюхатил! Он утащил Минни в одну из гостевых комнат, где она чуть ли не плача, умоляла не рассказывать Цзяэру о ребёнке. Объяснив, что сама рано или поздно ему всё расскажет и преподнесет явно в лучшем свете, чем это когда-либо сможет сделать сам Бэм-Бэм, она вызнала, как там себя чувствует «Дорогой Цзя» и всё ли хорошо с бандой Дэсона. Рассказала, как люди её матери по её приказу переубивали половину их клана и уверился, что эта девушка – зло во плоти, достойное его Босса во всех аспектах. Договорившись поддерживать связь и начать налаживать отношения между Минни и Джексоном, он вернулся в Корею и снова выпал из жизни, окунаясь в криминальные разборки.***
Когда настал тот благословенный день, ознаменовавший окончание того самого лютого атомного пиздеца, утроенного Дэсоном, Бэм-Бэм прямо на свадьбе Чонина и Дженни, которая и была залогом мира, вспомнил про забытую на годы Минни и разрыдался прямо посреди церемонии, осознавая, какой очередной пиздец в скором времени для него настанет. Джексон, заметивший эти горькие слёзы, принял их за "умиление" и, похлопав любимого помощника по плечу, укатил побухивать с новоявленным семьянином. Бэм-Бэм же решил в ту же минуту, не отлагая, заказать билеты в Таиланд. Его ужасно печалил тот факт, что одни проблемы закончились и теперь пришло время разгребать другие.***
Уже на следующий день, прибыв в Бангкок, он снова ввалился в «Цветочный бордель», снова огрёб от матери Минни, а затем и от неё самой, потому как не просто пропал на годы, но ещё и умудрился просрать сим-карту, номер которой дал молодой госпоже Ёнтарарак. После фееричного огребания и эпичного забега по всему борделю, с попутным распугиванием клиентов и работниц, Минни наконец успокоилась и была готова вести конструктивный диалог без применения насилия, но с потрясающей фразой: "Ебать тебя шваброй, Букавуль! Выкладывай или вали отсюда туда, откуда припёрся!". Бэм-Бэм выложил ей всё как на духу: и про зверства блятского-блятского Дэсона, и про его ёбаного-переёбаного сыночка, и про свадьбу Чонина, которая была залогом нового мира. Минни слушала очень внимательно, качала головой, и когда Бэм-Бэм закончил свой получасовой монолог, поинтересовалась: - И что теперь? - Теперь мы можем перейти к налаживанию вашей личной жизни и, наконец, познакомить Джексона с его младшим наследником. - Не получится, - просто ответила госпожа Ёнтарарак, закидывая ногу на ногу и тем самым оголяя бедро. - В смысле – «не получится»? Что не получится? - растерялся Бэм-Бэм, полностью сражённый видом её прелестной светлой кожи. - Познакомить его с сыном не получится, - ответила она, потирая свои запястья и следя за неоднозначной реакцией Букавуля за её действиями. - Почему? - Бэм-Бэм, поёрзав на месте, снова скосил глаза на её прелестные ножки и, осознав на кого заглядывается, вернул взгляд обратно на декольте. - Да нет его. Он сейчас учится в Канаде. Столько лет прошло. Удивительно, как он ещё не состарился за столько времени. Скоро выпуск – тогда и познакомятся. Дорогой сын обещался вернуться через год, - она махнула рукой и подозвала к себе миловидную девушку, которой что-то тихо прошептала на ухо. Та заметно смутилась и, бросив короткий взгляд на Букавуля, мило улыбнулась, отводя взгляд. Растерявшись ещё больше, чем до этого, давно не знавший женской ласки, Бэм-Бэм сообразил, что скорее всего милашку попросили его ублажить и улыбнулся ей в ответ так широко, как только мог. Милашка покраснела и, убежав в сторону двери, шмыгнула в проём. Минни же оскалила зубы в улыбке и поднялась со своего "трона", велев всем прочим выйти из помещения. Элитные куртизанки поднялись со своих мест и стройными рядами покинули залу. Госпожа Ёнтарарак же принялась расхаживать по помещению, задёргивая плотные занавеси на витражных окнах, и зажигать свечи, создавая интимный полумрак. Как раз к тому моменту, как она закончила, дверь приоткрылась и в комнату вошла Милашка с юношей лет девятнадцати. Тот глянул на него сверху вниз, и прошелся, виляя бёдрами и звеня тонкими цепочками золотых браслетов и ожерелий. Из всей одежды на нём была лишь полупрозрачная юбка на манер тех, что носили в древности фараоны. И даже его гладкая кожа в свете свечей отливала бронзой. Юноша ходил вокруг него, с интересом разглядывая, и легко касался волос, перебирая растрепавшиеся пряди. - Букавуль, познакомься. Это Сяо Децзюнь. Он сегодня позаботиться о тебе, - вежливо улыбаясь, произнесла Минни и, взяв Милашку под руку, покинула залу. - Но… - Бэм-Бэм собиравшийся возразить и проинформировать Госпожу Ёнтарарак, что его мужчины не привлекают, осёкся в тот момент, когда Децзюнь, мило ему улыбаясь, пихнул ступнёй в грудь и заставил улечься на подушки, и одним лёгким движением опустился к нему на колени. Децзюнь склонил голову набок и провёл пальцами ноги по внутренней стороне бедра Бэм-Бэма. - Может, ты оторвёшься от дел и посвятишь мне немного времени? - сладко проворковал Сяо, продолжая свои манипуляции. В любой другой день Букавуль с радостью бы отринул все дела и бросился в объятья своего ненаглядного возлюбленного, бывшего когда-то элитнейшей куртизанкой Бангкока, а сейчас просто прелестным спутником заместителя главы клана "Чёрной Луны". - Извини, не сегодня. Мне срочно необходимо поговорить с Госпожой Ёнтарарак. От её сына слишком долго нет вестей, хотя он уже давно должен был вернуться в Таиланд. Но что-то нихуя его здесь до сих пор нет. Придётся разузнать где его носит. Расстроенный Сяо удалился в спальню, а Бэм-Бэм тяжело и неудовлетворённо вздохнув, направился к Минни, которая в душе не ебла, где шатается её блудный сын, не отвечающий на её звонки. И либо это он потерял симку, либо очень сильно занят и не имеет времени написать своей "любимой" матери. В результате этого разговора, Бэм-Бэм осознал, что и с этой проблемой ему придётся справляться самому. Снова. И как покажет история дальше - лучше бы он в это говно изначально не лез. Отследив по своим каналам жизненный путь сына Минни, он обнаружил, что тот купил билет в Сеул, а не как планировалось в Таиланд, и приобрёл там небольшую квартирку недалеко от территории главы клана "Белого Лотоса". Позвонив главной нянечке всея клана Югёму, он попросил того проследить за мальчишкой и зафиксировать все его передвижения за будущую неделю. Терзаемый подозрениями, что тот присоединился к Чонину, он стал дожидаться звонка. Звонок поступил вечером воскресенья. Многочисленные фото конечно доказали отсутствие связи парнишки с кланом Чонина, но вскрылась страшная правда, которая разрушила надежду Бэм-Бэма урегулировать всё мирно. Среди фотографий он нашёл те, где Вон Юкхей – сын его Босса и покойной Юци, втрахивал в стену Читтапона Личайяпорнкула – сына всё того же Босса и Минни. Твою жешь мать! Он уже представлял, как эта новость сломает психику их Босса. Но у него не было выбора, кроме как сказать правду Джексону и заодно Госпоже Ёнтарарак. Что он и сделал. Для начала он принял разумное решение, а не как обычно пальнул с горяча и вляпался прямиком в кучу, и рассказал всё Минни. Та не слишком удивившись, откоментировала, что чего-то подобного и ожидала от своего отпрыска. И предложила простой метод - она начнёт и расскажет про наличие сына, а Бэм-Бэм завершит дело, добив психику Босса окончательно.***
Бэм-Бэм с умилением наблюдал, как Минни показывает Джексону детские фото Читтапона, на которых тот был чудо каким хорошеньким ангелочком. Кто же мог знать тогда, что тот вырастит в то, что Букавуль наблюдал на фото, присланных Югёмом и которые покажет буквально через полчаса Боссу. - А вот мы ходили в парк, - комментировала Минни-Ниша, поглаживая Цзяэра по плечам и начиная массировать голову, чтобы хоть как-то успокоить его уже слегка расшатанную психику от новости, что у него есть взрослый сын и заодно подготовить к супер новости от Бэм-Бэма. Сам Бэм-Бэм стоял у окна, облокотившись головой об стекло, и уныло созерцал двух собак дерущихся за кусок колбасы. Когда она, наконец, закончила с арсеналом воспоминаний для любимого будущего супруга, ведь эта мразота в отсутствие сына успела сделать предложение, усугубив своё и Букавульевское положение во сто крат. Он вступил в эту "игру" молча, выложив присланные фото на стол. Минни же, отпустив плечи возлюбленного, отошла от греха подальше… Подальше – мало ли, как Дорогой-Цзя отреагирует на эти новости. Джексон же, просмотрев фото, в гнетущей тишине зарылся лицом в ладони и, глухо простонав, застыл в этой душещипательной позе на долгие-долгие минуты. Он вернулся ровно в то состояние, что у него было после смерти первой жены и Букавуль уже предвещал, как он с Нишей на пару будут доставать его из пучин отчаяния и суицидальных мыслей.***
После тех событий, они, закончив с тайскими делами и прихватив с собой будущую Госпожу Вон и прелестного Сяо, как её правую руку и возлюбленного правой руки её Дорогого-Цзя, вернулись в Сеул, где начали возводить новую жизнь. Дальнейшие годы Джексона заботила исключительно жизнь своего сына, при встрече с которым он каждый раз заводил разговор о том, что Юкхею стоит найти спутника или спутницу жизни достойного его статуса и положения. На что Сьюйси неизменно посылал отца, заявляя, что уж с этим он будет разбираться сам и советы ему не нужны. Свадьба же откладывалась ровно до того момента, когда Цзяэр разберётся с сыновьями и обнаружит возможность признать своего младшего сына без утери репутации и ещё одного психологического срыва. Бэм-Бэм же, на пару с Сяо, следил за событиями в кланах, которые начали стремительно развиваться за последние пару месяцев. Началось всё с бриллиантов, которые были украдены из личного хранилища Дэсона в Таиланде и не слишком тайно вывезены в Корею одной из самых опасных местных банд. Затем Сяо, у которого были удивительные родственные связи в Сеуле благодаря которым он выяснил многие подробности личной жизни "высокопоставленных" лиц криминальной Кореи, рассказал очередную мозговыносящую новость о том, что эти два придурка именуемые сыновьями Джексона начали на пару трахать своего соседа, растившего сына Главы клана "Белого Лотоса", которому своего сына сбагрила Дженни. Попутно он узнал, что у Дженни кроме Хэчана был ещё как минимум один ребёнок (возможно от собственного брата), которого она так же предположительно спрятала где-то на просторах Кореи. Брат Сяо – Феликс Ли, посмеиваясь, откоментировал, что Чонин простой как пара вонн, похоже исчезновениям Жены на годичные периоды только радовался, мол свалила и слава Ками. Бэм-Бэм, позже узнавший от всё того же Сяо, что Тэёна выебли и Феликс с Тэмином, возможно даже на пару и одновременно, до чего к счастью сыновья Джексона так ни разу и не дошли, выпал с этого малого в осадок, подозревая, что подобные увлечения его до добра не доведут. Как выянилось позднее, он оказался прав, ведь Тэён, переодевшись прелестницей, умудрился грохнуть Накамото и теперь его обвиняли в убийстве главного якудза всея криминальной Азии. И это не говоря о том, что помимо всего вышеописанного один из двенадцати детей Дэсона грохнул свою сестру Дженни и скорее всего был замешан в краже бриллиантов и в убийстве Накамото, а заодно подозревался Бэм-Бэмом в тесной связи с главой тайской банды "Суй Бянь" – Паком Чанёлем, который брался за самые опасные и рискованные дела, выходив сухим из воды, и имел удачу даже более его любящую, чем у Хуана-хрен-попадёшь-Сьюйси. Букавуль думал, что ситуация стала настолько запутанной и невероятно сложной, что их не спасёт даже то, что он знал обо всех подробностях, которые не мог доказать. Возможно, был кто-то ещё, кто знал абсолютно обо всём … К примеру Феликс, который молчал в тряпочку и дальше своего брата и сына никому ни о чём не распространялся, и серьёзно, этот парень реально знал ВСЁ. Но повторимся – проблем это не решало. Накал событий обострился в тот момент, когда ему позвонил Лукас, слёзно умоляя помочь, и рассказал о тех самых событиях, о которых Бэм-Бэм и так прекрасно знал даже и больше самого Юкхея. И он, разумеется, не мог отказать ему во встрече, ведь тот упирал, что Чонин будет с ним, а это означало официальную аудиенцию.***
Бэм-Бэм, глядя на собравшуюся компанию, тихо-мирно охуевал в сторонке с внешнего вида присутствующих… И с их состава впрочем тоже. Начнём с того, что Ким Чонин (человек без эмоций) усиленно утешал и ворковал с сидящим на его коленях Ли Тэёном, бледным и перемотанным бинтами, переодически срывавшимся в слёзы и тихие стоны боли. Их сын обнимал за шею Марка Ли – сына Мать-его-Феликса и Тэмина, которые стояли за каким-то хуем здесь же. И, разумеется, не обошлось и без двух отпрысков Босса, что тоже выглядели весьма потрёпанными и избитыми. Особенно Лукас, который полумёртвой кучей говна развалился на диване и во время всего своего монолога о проблемах, свалившихся на их задницы, пялился немигающим взглядом на метроном. И когда, судя по выражению лица Джексона, тот хотел спиздануть что-то вроде :"Чё именно вам блять от меня надо?" - дверь открылась и в помещение ввалился запыхавшийся и злобный до крайности Сычен, который окинув взглядом присутствующих, тоже немало так прихуел и, подойдя ближе к столу Цзяэра, кинул на поверхность пухлую папку с какими-то документами. Все, включая Джексона, вопросительно на него уставились. - Видимо я потерял уже всякое уважение, раз ты ввалился в мой кабинет не то что без приглашения, а вообще без стука, - проворчал он и, указав на папку, поинтересовался. - И что это значит? - Дарственная, - просто ответил Вин-Вин. - Какая дарственная? - На земли, принадлежащие Кан Дэсону, земля ему пухом. В этот самый момент телефон Бэм-Бэма зазвонил. - У нас тут проблемы, - раздался в трубке голос Югёма. - Какие ещё, блять, проблемы, - тяжело вздохнул Букавуль, глядя на молчаливую компанию, ждущую когда он выложит им, что там ещё за проблемы. - В борделе нашли труп Кана Дэсона в весьма неприличном подгнивающем уже как неделю состоянии. - И что? - Бордель на нашей территории, - на этих словах Сычен открыл папку и указал пальцем на пункт, оповещающий о том, что теперь, в принципе, все территории клана "Лучевой змеи" принадлежат Вону. Тот ошарашено уставился на листы, понимая, что смерть Дэсона и, скорее всего Накамото, теперь припишут Джексону. И дело явно не будут расследовать, ведь прошло слияние кланов и теперь, после всего случившегося … Теперь он станет самым влиятельным главой, что когда либо видела криминальная Корея. Положив трубку, Букавуль выжидательно посмотрел на Сычена и вопросил, не хочет ли тот объясниться. Все присутствующие повернули к нему головы и тот начал свой долгий рассказ.
