Гарри Поттер: Братья и Сестры.

Итак, как мы уже знаем из интервью «Ежедневному пророку», Гарри проходил стажировку в аврорате, и, более того, находился уже на заключительной ее стадии — практической. Практику, как и все будущие мракоборцы, в Департаменте магического правопорядка. Служба его особо не отличалась теперь от службы рядового сотрудника Департамента и, подобно любой полицейской службе, состояла большей частью из бюрократической деятельности. Гарри даже как-то слышал такое определение: «90 процентов бюрократии — и 10 процентов подвигов». И ему все больше казалось, что тот самый «бюрократический» процент в данном изречении сильно преуменьшен. Дела, поручаемые Гарри, обычно были смертельно скучны и не требовали особых умственных затрат, и только общение с друзьями, бывшими однокурсниками, так же избравшими карьеру мракоборца, как-то скрашивало серые будни на службе — встрече с ними он был всегда рад. Сегодня, однако, первым, что Гарри увидал, переступив порог Департамента, было миловидное личико Лаванды Браун. Ну, как - «миловидное»: После того, как над внешностью девушки поработал известный стилист и визажист Фенрир Сивый, Лаванда вполне могла безо всякого грима играть в маггловских ужастиках хоть невесту Чаки, хоть жену Фредди Крюгера. Руководство Департамента такую перемену внешности оценило по достоинству, и сразу по окончании учебы в Хогвартсе предложило Лаванде должность в отделе по работе с несовершеннолетними, на что она с радостью согласилась — пока что, как и Гарри, она находилась на стажировке. Результат не заставил себя ждать — большинство малолетних нарушителей при виде Лаванды вспоминали все страшилки про бабаек и подкроватных монстров, которыми их пугали родители, и клялись всеми Мерлиновыми частями тела и предметами гардероба, что никогда более не преступят закон. Рецидивистов из числа тех, с кем она проводила профилактические беседы, пока что ни одного не появилось. Вот и Гарри, едва Лаванда повернулась к нему лицом, сперва боязливо отшатнулся, и только потом девушку поприветствовал, чуть приобняв ее за плечи: - Привет, Лави. Скольких уже невинных детских душ ты напугала сегодня насмерть? - Ой, Гарри, ты б их только видел! Это не дети, это сволочи! - такой вот «диалог» повторялся каждый раз, когда Гарри и Лаванда здоровались, и сегодняшний день не стал исключением. Далее в приветственные объятия Гарри угодили Парвати Патил, её сестра-близнец Падма (обе были, несмотря на довольно юный для мракоборца возраст, мастерицами игры «хороший аврор — плохой аврор»: никто никогда не понимал, кто из них сейчас играет «хорошую», а кто – «плохую») и Сьюзен Боунс, ну а с «мужской» частью — Блейзом Забини (оказавшимся после таинственного исчезновения из Хогвартса Драко Малфоя нормальным таким парнем) Джастином Финч-Флетчли и Эрни МакМилланом — ограничился простым рукопожатием. После того, как Гарри поздоровался со всеми, Блейз подошел к нему, сжимая в руке свежий номер «ежедневного пророка». На смуглом лице Блейза явно читались задумчивость и обеспокоенность, и это настроение отлично передалось Гарри еще до того, как тот заговорил с ним: - Читал сегодняшний номер? - протянул Забини газету Поттеру. - Нет. А что там? - развернул газету Гарри, листая страницы, - А, вижу. Ничего... - Вот. В том-то и дело, что ничего — протянул темнокожий, - про убийство Перси — ни слова... - Верно — поддержал Эрни разговор — я тоже думал, про него на первой полосе будет, а там — только крошечный некролог в самом конце. Плохой знак, не находите? Гарри вновь пролистал газету, только для того, чтоб убедиться — Персиваль Игнатиус Уизли, первый заместитель министра магии, своей смертью удостоился лишь крошечного некролога, где не сообщалось даже, как он умер. Лишь пара скупых официальных соболезнований родным и близким — вот и всё. Так что, с Эрни Гарри был полностью солидарен: - Как-то это, и вправду, подозрительно выглядит. Обычно «пророк» такие громкие дела освещает во всех подробностях. - при этом, правда, Гарри как-то подзабыл, что эти самые громкие дела были связанны, в первую очередь, с нарушениями имущественного характера: распилы, откаты, взятки, словом — всё, чем живут чиновники по ту и по эту сторону Международного статута о секретности, разделяющего магический и маггловский миры, но об убийствах сколь-нибудь значимых персон из министерства в газете той не сообщалось уже лет пять. - О, Гарри, тебе записка — оторвала Парвати от чтения газеты Гарри, и он теперь тоже увидел летящий прямо к нему к нему зачарованный бумажный самолетик, оказавшийся по принятии служебной запиской от самого Министра с просьбой срочно бросить все дела и зайти. Гарри, ликуя внутренне, как на крыльях метнулся в приемную Скримджера, сгорая от нетерпения. Он не сомневался — его вызвали затем, чтоб приобщить, наконец, к расследованию действительно серьезного дела, а не какой-нибудь там «бытовухи». В кабинете Скримджера, помимо самого министра, были еще Артур и Рон Уизли, оба в траурных черных мантиях, мрачные, осунувшиеся, с мешками под глазами. Рон, кажется, пустил слезу, чего даже на похоронах другого своего брата — Фреда не позволил себе. Едва Гарри, присоединился к ним, дверь за ним закрылась и министр, в точно такой же траурной мантии, что и у присутствующих членов семьи Уизли, поднялся со своего кресла (тут Гарри заметил, что Скримджер как будто еще больше поседел) и, с трудом сохраняя в голосе твердость, произнес: - Артур, Рональд, и ты, Гарри, тоже. Примите от лица всего министерства глубочайшие соболезнования. Еще свежи в наших душах раны, оставленные гибелью наших родных во время войны, и вот теперь, в мирное время, мы все еще не можем быть окончательно спокойны за наши жизни и жизни наших близких. Вынужден признаться — это я велел не раскрывать подробности гибели Перси, чтоб не спровоцировать волну паники: большинство из нас еще помнит те зверства, что творили Лорд Волдеморт и его приспешники, и вполне могут подумать, что на их «лавры» метит кто-то еще. Так что вас попрошу особо об этом тоже не распространяться. И еще, я понимаю, нет такой компенсации, что смогла бы полностью окупить смерть родного человека, но тем не менее — Рональд, вы подготовили приказ? - Так точно, сэр — Рон, до этого стоявший, опустив глаза и заметно ссутулившись, вытянулся и протянул министру зажатый в руке свиток пергамента. Скримджер, взяв из рук подчиненного документ, развернул и зачитал: - В соответствии с декретом Министерства магии о социальном обеспечении, приказываю: семье Уизли вручить пособие, в связи со смертью сотрудника Министерства и члена вышеуказанной семьи, Персиваля Игнатиуса Уизли, в размере 500 галеонов, а так же предоставить сотрудникам Министерства — Артуру Уизли, Рональду Биллиусу Уизли и Гарри Джеймсу Поттеру — ты ведь, Гарри, для семьи Уизли отнюдь не чужой — отпуск, сроком на одну неделю, на осуществление всех связанных с погребением процедур. Господа, прошу всех расписаться, в знак ознакомления — и можете быть свободны. Отпуск ваш начинается с сегодняшнего дня. Сказать, что Гарри был шокирован — ничего не сказать, и когда пришибленные горем Уизли, расписавшись, покидали кабинет, он, шепнув Рону, чтоб подождал немного, повернулся к Скримджеру и, когда дверь вновь оказалась заперта и министр обратил на Гарри свой взгляд, явно заинтересованный, таки задал мучающий его вопрос: - Министр! Неужели это правда — что кто-то желает повторить «подвиги» Сами-Знаете-Кого? - Я этого не говорил, Гарри. Я сказал — люди могут так подумать. Как ты, наверняка, уже понимаешь, даже в нашем волшебном мире люди, по большей части, недальновидны и склонны к панике, так что... - Он предпочел дальше не говорить, надеясь, что Гарри сделает правильные выводы, и тот, верно рассудив, что не стоит дальше об этом, задал другой вопрос: - А расследование? Кто его ведет? - Дело находится под моим личным контролем, Гарри, следствие поручено отделу тайн, и, предваряя твой следующий вопрос — тебя я никак не могу приобщить к этому делу. Ты, во-первых, недостаточно опытен, а, во-вторых — ты, как без пяти минут аврор, должен знать: Родственники потерпевшего и близкие люди не могут участвовать в следствии. - Но министр! Я же... - Гарри от волнения едва ли не на крик перешел, но Скримджер ответил на удивление спокойно: - Знаю, Гарри. Герой, спаситель, победитель, ну и просто хороший парень, но, как ты видишь, сейчас твоя многолетняя связь с семьей Уизли играет против тебя. - Но как я в отпуск уйду? Я же еще стажер, мне как раз неделя до окончания практики осталась. - Ну, об этом можешь не беспокоиться — Скримджер позволил себе по-дружески похлопать Поттера по плечу — с Кингсли я уж как-нибудь решу этот вопрос. А ты пока отдохни, соберись с силами. Рекомендую на море съездить хотя бы на пару дней, ну или в Америку — Джинни проведать. Скучает ведь поди без тебя там? И, Мерлина ради, не занимайся самодеятельностью под видом расследования. В отделе тайн не дураки работают, отлично справятся сами. «Да-да, конечно, размечтался» - думал Гарри, расписываясь в приказе на отпуск. То, что его так настойчиво «отпихивают» от этого дела, которое, к тому же, и в прессе не освещается, вызывало подозрение, что Скримджер решил просто «замять» это дело, спустить на тормозах. А то, что расследованием занимается отдел тайн, ничего Гарри не говорило. Никто же не знает, чем они там на самом деле занимаются. Этак на них можно все что угодно спихнуть. В общем, покидая Министерство, Гарри решил: чем бы после похорон Перси он ни занялся, но это будет точно не отдых.