Загадай желание

май 1998 Драко открыл глаза и огляделся - он был в своей спальне Мэнора. Ничего не понимая, он огляделся, но все было...как в детстве. Большая спальня с высоким потолком, окно почти во всю стену, за которым открывался шикарный вид на закатное солнце, и так далее... Привычно повернув голову влево, он обнаружил свою палочку, стакан тыквенного сока и утреннюю газету. Схватив прессу, он посмотрел на дату: 7 мая 1998 года. У Драко от неожиданности округлились глаза - как так? Он отлично помнит, как только что его пытался поцеловать дементор. Он помнит эту зияющую дыру в капюшоне, холод, сковывающий душу и умирающее от страха сознание. А потом чернота и пустота. И вот он здесь...в прошлом? Но как так? Что произошло? Почему он вернулся назад? Или это все было сном..? Драко сжал пальцами виски. Нет, это не могло быть таким реалистичным сном. Нельзя так отчетливо во сне прочувствовать ужас заточения в Азкабане. Драко подбежал к большому зеркалу. Все правильно - именно эти черты юношеского лица он видел в последний раз - светлые волосы, отсутствие щетины...вот только взгляд...взгляд взрослого потерянного человека. Молодой человек подергал свое лицо, провел руками по шее, груди, убеждаясь, что все это не сон, и он вновь молод. Не веря своему счастью, он вскинул руки к верху и издал победный клич. Схватив палочку, он выпустил сноп искр. Да! Все это по-настоящему! Его новая палочка, купленная всего несколько дней назад взамен утерянной в Выручай-комнате в пылу побега от адского огня. Драко смотрел на фейерверк как малыш, впервые увидевший настоящее волшебство. Искры были крепкими, живыми, они переливались разными цветами и лучились жизнью, если так можно охарактеризоваться свет. Юноша перевел взгляд на палочку. Она удивительно удобно лежала в его руке и была словно его продолжением, так естественно она помещалась в ладони. Ясень, 11,5 дюймов, волос единорога, гибкая - такие характеристики были у нее. Драко прекрасно помнил, как из всех тестируемых эта подходила лучше всех. Но она...была не такая. Нет, она слушалась, но была как будто чужеродной. Как молчаливый партнер, действующий по указке старшего, но имеющий свое мнение и видение ситуации. Теперь же это был полный симбиоз, как будто эта палочка была с ним с самого начала, с момента сотворения мира, предназначенная именно ему. Неужели годы заточения и волшебное путешествие в прошлое настолько изменили его? Эйфория вдруг сменилась неожиданной мыслью - почему? Почему он вернулся в прошлое? Почему в этот день? И что стало с той душой - ведь две души не может быть в одном теле. Драко внимательно прочитал газету. Мир по-прежнему празднует победу и превозносит Героев, публикует списки осужденных и арестованных, ищет помощников в восстановлении Хогвартса. Драко почесал макушку - мысли скакали как обезумевшие пикси. Хотелось сделать так много, все и сразу. Ощутить всю полноту жизни! Но прежде всего Драко хотелось увидеться с родителями и провести с ними как можно больше времени - ведь скоро Нарциссу приговорят к изгнанию, а отца к Поцелую. Парень сел и вцепился в волосы - как избежать этого? Через несколько минут размышлений Драко пришел к единственно верной мысли - бежать. Ему самому пока ничего не грозило, а вот родителям через месяц предъявят обвинение. Малфой нахмурился, вспоминая события двадцатилетней давности. Конечно, для него сегодняшнего это только будет, но он-то из будущего, и для него все эти события были давно в прошлом. Мужчина в теле юноши потер лоб, силясь вспомнить те события. Когда к лету вся суматоха улеглась, то начались слушания. Все обвиняемые давали показания, пытаясь обелить себя засчет других. И больше всех старались егеря, которым Малфой-старший отдавал приказы. Драко решительно поднялся и рванул вниз в столовую. Его родители как и всегда сидели и мирно ели. Его порция была нетронутой. - Мама, отец! - крикнул он, и в голосе смешалась радость от того, что он видит их и тревога, что это в последний раз. - Драко, что за манеры кричать с утра пораньше. - нахмурился Люциус. - Садись к столу и поешь, а потом спокойно расскажешь что случилось. - Некогда. - отмахнулся он, но все же сел к столу и накинулся на еду. Не евший нормальной пищи двадцать лет, ему не было дела до того, что это было лишь вчера и как он выглядел со стороны. Наворачивая все подряд, он торопился, однако параллельно все же озвучивал свою идею. - Вам надо срочно уехать из страны. Сейчас, когда массово суды еще не начались, выезды из страны не запрещены. Вам грозит...непростая судьба, - не решился Драко рассказывать что да как - а то ему грозило оказаться в больнице Мунго, - а потому сегодня же уезжайте во Францию, а оттуда в Австралию. Совершенно неожиданно Драко вспомнил, что Грейнджер сама туда отправила своих родителей, когда ушла искать крестражи, и понял, что это была замечательная идея. - Что за идеи, Драко? - удивилась Нарцисса. - Поверь, мама, - начал убеждать сын родителей, - там вам не будет ничего грозить. Слишком далеко отсюда, чтобы требовать экстрадиции и осудить. А я займусь нашими делами и попытаюсь очистить имя нашей семьи. - Это ответственный шаг, Драко. - заметил Люциус, который все еще недоуменно смотрел на сына, которого будто подменили. Откуда этот усталый взгляд? Он будто стал старше. - Я справлюсь, отец. - заверил его Драко. - А вам надо поспешить. Сделайте портал до нашего поместья во Франции, а оттуда окольными путями в Австралию. И лучше мне не знать как вы туда доберетесь. На всякий случай. - С чего такая уверенность, Драко? - переглянулись его родители. - Тебе что-то известно? - Считайте, что приснился вещий сон. - буркнул молодой человек. - Просто сейчас начнется неспокойное время. Вы заботились обо мне, теперь пришла моя очередь. В этот раз пощады не будет, отец. Вам грозит серьезная опасность. А я очень хочу, чтобы вы жили. И если ради этого нам придется расстаться на какое-то время, так тому и быть. Пожалуйста, верьте мне! - с чувством произнес Драко. Люциус с Нарциссой переглянулись, молчаливо поговорив друг с другом, и вновь посмотрели на сына. - Хорошо, Драко, - произнес Люциус и заметил, как тот облегченно выдохнул, - если ты считаешь это важным, мы покинем страну. Надеюсь ты знаешь что делать. - Я знаю с чего начать. - подумав, произнес юноша, погрузившись в свои мысли. - В таком случае мы пойдем собираться. - произнес Люциус, вытирая уголки губ салфеткой и поднимаясь из-за стола. Драко облегченно выдохнул. Отец сейчас отправится в Министрество за порталом, мама будет с домовиками собирать сундуки. Все должно получиться, просто обязано - ведь завтра уже закроют границы, и побег будет невозможен. Может именно поэтому Драко переместился в этот день? Весь день он провел с матерью, помогая ей паковаться, без суматохи из прошлой реальности. Он вспоминал тот список забытых вещей матери, который составлял давным-давно, и сейчас докладывал все это, чем поражал мать. С особой тщательностью он разбирался с вещами, которые изобличали его отца. Беря в руку какую-нибудь вещь, он вспоминал что про нее было известно в его реальности. И либо уничтожал ее безжалостно, либо отдавал с собой родителям. Он не знал что им пригодится в этой новой жизни, а потому большей частью сам отдавал распоряжение домовикам, будто сам был главой семьи. Нарцисса только диву давалась, откуда эта взрослость у ее сына-подростка, но решила, что просто настал для него переломный момент. Когда Люциус вернулся домой, то был поражен количеству сундуков и эльфов, что отправлялись с ними - почти все. Драко себе оставлял только трех, хотя в обычной жизни менее чем пятью не обходился. - Так надежней, - сказал он, - торопитесь. - и крепко обнял каждого, поцеловав на прощание - невиданная доселе нежность. - Я очень люблю вас и делаю это ради вас. - Ты вырос, сын. - только и сказал Люциус, по-новому глядя на него. - Ты даже не представляешь как. - горько усмехнулся Драко и махнул им рукой. Родители взялись за руки, и портал загорелся в их руках. Момент - и холл был чист от горы вещей. Драко вновь был один, без родителей. За двадцать лет одиночества этот день стал глотком свежей воды. Он дал ему сил бороться дальше за свое будущее. Теперь сделовало заняться своей судьбой. И он знал с чего начнет. Вернее с кого. Имея разрешение на аппарацию, он переместился в Хогсмид и отправился в школу. Замдиректора профессор Макгонагалл без вопросов приняла студента. Зашедший Драко удивился, что был не единственным посетителем. В кабинете уже стояла извечная троица и о чем-то беседовала со своим деканом. - Вы уверены в своем решении? - спросила она, на что гриффиндорцы лишь закивали головами. - Хорошо. - согласилась женщина и перевела взгляд на Драко. - Мистер Малфой, что Вас привело сюда? - Я бы хотел досрочно сдать экзамены и получить диплом. - сообщил Малфой, не обращая внимание как синхронно в удивлении все четверо вздернули брови. - По семейным обстоятельствам. - пояснил Драко. - Что ж, я понимаю Вас, мистер Малфой, - вздохнула профессор, - когда бы Вы хотели их сдать? - Могу хоть сейчас. - пожал он плечами, чем вызвал завистливый выдох "позер" от Уизли, недоумение у Поттера и уважение у Грейнджер. - Если Вам удобно. - Мне нужно посмотреть какая аудитория свободна. - произнесла Макгонагалл. - Я могу устроиться хоть на полу. Это не столь важно. - нахмурился Драко - большую часть жизни он провел в таком неудобстве, что на необходимость стола и стула он даже не обратил внимание. Однако профессор, не знавшая об обстоятельствах, была иного мнениия. - Я понимаю Ваше нетерпение, однако должна заметить, что в школе все ученики сидят за партами. - чопорно произнесла будущая директриса. - Думаю, Ваш декан не будет против, если Вы поработаете в его кабинете. - Благодарю, директор. - склонил молодой человек голову. - Следуйте за мной, - произнесла она, вставая из-за стола, - и я не директор. - Это до особого распоряжения Кин...я хотел сказать Министра. - чуть не оговорился Малфой, кинув осторожный взгляд на Грейнджер. Но девушка не заметила его оговорки, продолжая недоверчиво на него поглядывать. Драко отвернулся, никак не поменявшись в лице. Благодаря воспитанию ничто не выдало его волнения. Казалось он впервые так близко оказался к Грейнджер - стоило лишь руку протянуть. Но он понимал, что невыносимо далек от нее. И чувствовал себя педофилом - он пока не привык к тому, что ему всего семнадцать. Когда он закончил писать тесты, то, уходя, кинул последний взгляд на Грейнджер. Та целовалась с Уизли и не замечала ничего вокруг. У Драко привычно сжались кулаки от невыносимой ревности. Он поторопился убраться прочь пока не натворил глупостей. Его жизнь и так висела на волоске, и ему следовало прежде спасти себя. А потом уже думать о прекрасном. Мысль завоевать Грейнджер осела в голове, но он заталкивал ее подальше, понимая, что не это первостепенно. На следующий день, как Драко и помнил, к нему в дом пожаловали авроры, желавшие арестовать его отца. - Мы к мистеру Малфою. - заявил главный среди них эльфу. Тот послушно поклонился и проводил магов в сад, где Драко читал книгу. - Мистер Малфой? - удивился он, увидев Драко. - Вы ожидали тут увидеть кого-то другого? - вздернул тот бровь. - Мы ожидали увидеть главу семьи. - ответил человек. - Вы его видите перед собой. - усмехнулся Драко, тонко издеваясь над тем, кто в другой жизни издевался на правах власти над его отцом. - Где Ваш отец? - спросил волшебник. - Его тут нет. - дал Драко простой ответ. - А где мы его можем найти? - начал аврор выходить из себя. - В этой стране нигде. - ответил Малфой и выжидательно уставился на пыхтящего от провала аврора. - А где? - пытался тот добиться ответа, считая, что молодой человек отступит перед взрослым, обличенным властью. Однако этот Драко, воспитанный той Грейнджер, и не думал пасовать. - Если это допрос, то Вы должны быть полномочны вести его, с соответствующим распоряжением от Визенгамота, подписанное главой Аврората. И соответствующая беседа должна вестись в присутствии адвоката. В противном случае вы можете проследовать за домовиком к выходу, если хотите избежать неприятных объяснений с начальством. - Мы еще вернемся, мистер Малфой. - злобно выплюнул аврор. - Не сомневаюсь, - неприятно улыбнулся тот, - однако можете быть уверены, что ничего вы не найдете. Все, что было связано с Темным Лордом, уничтожено как только он сам исчез. Мы давно не желаем быть связаны с его именем ничем, кроме прошлого. - До скорой встречи, мистер Малфой. - издевательски протянул аврор прежде чем домовик проводил его к выходу. Не спадающая с лица Драко улыбка померкла как только неприятные гости исчезли из его поля зрения. Мужчина нахмурился, обдумывая сложившуюся ситуацию. Итак, он смог изменить прошлое, не дав арестовать родителей и, скорее всего, сумел спасти им таким образом жизнь. Он избавился от всего, за что семья была наказана и изменил судьбу. Вот только что делать ему самому, чтобы избежать наказания? Над ним самим пока висела опасность, особенно в виде непонятно откуда взявшегося дневника, который он, к слову, никогда не вел, считая это не только глупостью, но и оружием против него самого. История Реддла, приключившаяся на их втором курсе, дала Драко почву для размышлений. Решение, пришедшее ему в голову, не нравилось юноше ни коим образом, однако это могло его не только спасти, но и быть ближе к любимой. Скрепя сердце парень вновь отправился в школу, хотя зарекся там появляться. Но в Хогвартсе был Поттер, который был ключом к его жизни и свободе. Избранный как и все остальные разбирал каменные завалы и не обращал внимания ни на что вокруг. Малфой подошел к сокурснику и сел рядом. - Поттер, надо поговорить. - произнес он вполне вежливо как ему показалось. По крайней мере точно вежливее, чем это было обычно по отношению к нему в обычной жизни. - Отвали, Малфой. - ответил Гарри в обычной манере. - Это невежливо, но, учитывая наш предыдущий опыт общения, я не стану огрызаться в ответ. - Как мило, - буркнул Гарри, - мне поаплодировать? - Нет, можно просто отвлечься и уделить мне чуть-чуть времени. Это важно. - добавил он, видя, что Поттер и не думает отвлекаться. - Для меня или тебя? - задал Гарри вопрос. - В данный момент для меня, но впоследствии это станет важным и для тебя. - чуть подумав, ответил Драко. - Сомневаюсь. - пропыхтел Гарри, левитируя тяжелый валун в сторону. - Я не отстану, Поттер. - произнес Малфой. - Так что тебе все равно придется меня выслушать. - Только если без магии сможешь хоть кому-то помочь. - ответил Гарри, уверенный, что до такого чистокровный сноб не опустится. - Договорились. - ответил блондин. - Что мне делать? Поттер в неверии посмотрел на слизеринца, ища подвох, но тот был серьезен как никогда, снимая мантию и засучивая рукава. - Все ненужные камни твои. - произнес Гарри. Драко кивнул и начал работать. Все присутствующие наблюдали невиданную доселе картину - Малфой, работающий одними руками и не жалующийся ни на что. Когда профессором Макгонаголл было объявлено окончание рабочего дня, Малфой отряхнулся и подошел к Поттеру. Тот был вынужден выслушать неприятного для него человека. - Отойдем? - спросил Драко. - Да. - кивнул Гарри и пошел вслед за Драко, благо тот просто отошел в угол, где никого не было. - Ко мне утром приходили авроры. Точнее они приходили за отцом и обещали вернуться. И я уверен, что они сделают все возможное, чтобы посадить меня далеко и надолго в отместку - я же Малфой. И под сделают все возможное я подразумеваю, что они подбросят мне что-нибудь незаконное. Гарри недоуменно посмотрел на Малфоя. Его взгляд так и говорил - "куда еще больше-то"? - Поттер, - рявкнул блондин, - я что, по-твоему, совсем идиот хранить темномагические вещи дома, когда этого ублюдка больше нет вживых? Они опасны для жизни и здоровья. Мы уничтожили все что можно в тот же день как свалили отсюда, когда выяснилось, что ты жив. И все это время приводили поместье в жилой и человеческий вид. Брюнет недоверчиво посмотрел на слизеринца, тот закатил глаза. - Ты можешь лично инспектировать каждый дюйм поместья вместе с теми кому доверяешь и убедиться лично. Ты конечно терпеть меня не можешь, но подбрасывать и воровать не станешь. А вот в других я не уверен. Ну кроме вашей святой троицы, разумеется. Гарри продолжал молча взирать на парня, а Малфой постепенно стал выходить из себя, но очень старался не взорваться и не наорать. Неужели он не понимает, что сейчас начнется охота на ведьм? И их семья - самый лакомый кусочек. - Поттер, я готов тебе поклясться чем угодно, что ничего противозаконного в доме больше нет. Я тебе больше скажу - я специально поторопился сдать экзамены и получить диплом, чтобы быть дома и предотвратить его разграбление. Будь оно законное или не очень. К тому же, как бы странным оно не звучало, я хочу быть мракоборцем. - С чего вдруг? - удивился Гарри. - Меня и так все считают предателем, так какая разница кто именно. - пожал он плечами. - А так, я хотя бы буду знать, что я на правильной стороне. "И это позволит мне быть среди тех, кто захочет мне смерти, и предотвратить это." - про себя подумал мужчина. - Потому что мы победили? - почти презрительно спросил гриффиндорец. - Потому что идеи Темного Лорда были лживы. - нахмурился Драко. - Поверь, у меня было очень много времени, чтобы понять это. Гораздо дольше, чем ты себе это можешь представить. - Так от меня ты что хочешь? - все еще не понимал Поттер. - Чтобы мне позволили стать аврором. Я даже готов дать Непреложный Обет, что поступаю в аврорат не ради предательства. И дам его, скажем, Грейнджер. - Почему ей? - неподдельно удивился Гарри. - Потому что себе ты позволишь умереть, а ей нет. И такой Обет тебе будет более ценен. "Да и мне приятнее." - про себя подумал Малфой. Поттер вдумчиво смотрел в лицо сокурсника и не узнавал его. Он не мог понять что так изменило его, но он почему-то верил ему. Сам удивлялся себе, убеждая себя, что доверять ему нельзя, но при этом он помнил, что тот не выдал его Лорду, а значит вполне мог искренне встать по другую сторону баррикад. - Я попробую. - выдавил он из себя и, удивившись довольно искренне произнесенному слову спасибо, ушел прочь. Драко устало выдохнул. Он надеялся, что у него все получится, и он получит место аврора. Так он сможет быть в курсе присходящего и не допустить, что кто-то подбросит ему улику. Да и вообще раскаявшийся Пожиратель, верный Министерству, не должен сильно пострадать. Главное избежать заточения и Поцелуя, а косые взгляды он переживет. На следующий день ближе к обеду извечная троица прибыла к Мэнору, и как только домовик доложил об этом хозяину, гриффиндорцев тут же провели в гостиную. Слава Мерлину, не ту, в которой пытали Грейнджер. Ребята оглядывались и не верили своим глазам - светлая и просторная комната никак не ассоциировалась с волшебниками, преспешниками Волан-де-Морта. - Я бы поприветствовал вас в обители зла, однако, боюсь, вы не поддержите эту шутку. - после приветствия произнес Малфой. - Перейдем к делу. - сухо предложил Гарри, пока Рон не взорвался. - Гермиона, ты готова? - Да. - кивнула она и твердым взглядом посмотрела на Малфоя. Тот протянул ей правую руку, и девушка сжала ее в ответ. Гарри вынул палочку и начал произносить заученные слова заклинания, а также озвучивать вопросы, которые они за вчерашний день продумывали. - Клянешься ли ты, Драко Малфой, в том, что твои помыслы поступить в аврорат чисты и честны? - Клянусь. - ответил Драко, одновременно и недоумевая вопросу и про себя отвечая, что он искренне хочет избежать Азкабана. - Клянешься ли ты, Драко Малфой, не предавать правое дело и не выдавать ни людей, ни секретов аврората? - Клянусь. - кивнул Драко, пристально глядя в глаза юной девушки, которую он ни за что бы не предал. - Хорошо. - кивнул Гарри, уже опуская палочку. - Погоди, - произнес Драко, - есть еще кое-что. - Так и знал, что добром это не кончится! - вскинулся Рон. - Что ты задумал, мерзкий хорек? - Do, ut des. - сказал Малфой, повинуясь какому-то интуитивному порыву, пристально смотря Гермионе в глаза, будто пытаясь там разыскать что-то. - Facio, ut facias. - тут же откликнулась Гермиона, удивляясь, что Драко знает такое. - Теперь все. - перевел слизеринец взгляд на Поттера, и тот опустил палочку. Магические узы были скреплены, и можно было уходить. - Что это было? - спросил Рон, когда они вышли за пределы поместья. - Это древнеримское выражение, знаменующее заключение сделки, услуга в обмен на товар. - объяснила Гермиона, о чем-то сильно задумавшись. - Интересно, - нахмурился Гарри, - допустим, что услуга - это то, что он поступит в аврорат. А что выступает товаром? - Душа Гермионы? - шутливо предположил Рон, но тут же осекся под гневным взором своей девушки. - Глупая шутка, Рональд. - осадила его Гермиона, выпутавшись из его объятий. Всю дорогу домой девушка не могла понять, что же ее так зацепило в этих словах слизеринца. Лежа в кровати, Гермиона не могла отделаться от мысли, что Малфой не просто так произнес эти слова, они что-то значат для него. Но вот что? Засыпая, она вновь и вновь прокручивала эту сцену, невольно вспоминая обжигающий взгляд молодого человека, его силу, теплую руку, что нежно сжимала ее ладонь на последних словах, и необъяснимую близость. Но последнее девушка списывала на побочный эффект заклинания. Последней мыслью перед тем как заснуть стало воспоминание о словах Рона, что она отдала слизеринцу свою душу. Заснув, Гермиона не узнала, что сделала последний в этой своей жизни вдох... *** Гермиона проснулась и перевернулась на другой бок. Открыв глаза, она нахмурилась. Странная обстановка из давнего прошлого открылась ее взору. Потерев глаза, чтобы согнать сон - ибо не может ее девичий дом сниться так реально - женщина села на постели. Воспоминания о вчерашнем дне пронеслись молнией в мозгу - Рон оставил ее и написал очень теплое и дружественное письмо, от которого было еще тошнее. Лучше бы он устроил ей скандал. Гермиона чувствовала свою вину. Закрыв глаза, она уже хотела выплакаться, но вспомнила, что она - Министр, и ей уже пора на работу. Дела не ждут. Вытерев глаза от подступающих слез, женщина спустила ноги с кровати...и обомлела. Обстановка ей не приснилась - она действительно была в доме своих родителей. Не понимая что произошло, женщина подлетела к зеркалу и отступила от него, ошарашеная увиденным. Она не просто была в доме родителей. Она еще была в теле самой себя...двадцать лет назад! Сбежав по лестнице вниз, Гермиона выскочила на улицу, чтобы убедиться, что она не сошла с ума. На пороге лежала газета, датированная 10 мая 1998. Гермиона ахнула - она вернулась на двадцать два года назад. На ватных ногах девушка вернулась в дом и села на диван, пытаясь прийти в себя. Как так получилось? Что произошло? Почему в эту дату? Гермиона пыталась успокоить мысли и роившиеся вопросы. Тут же вспомнились ее опыты с маховиком времени - что именно она должна была сделать и как не попасться никому на глаза. Но поскольку тут дело было не в маховике, то и попадаться было некому. Разве что она могла проколоться - ведь она знала будущее. Гермиона машинально дернула пальцем, на котором долгое время покоилось обручальное кольцо, а потом приложила руку к животу. В голове пронеслись воспоминания о детях. Она их искренне любила, и было невыносимо грустно жить без них. Роза, Хьюго...дети Рона. Вспомнив имя мужа, Гермиона нахмурилась. Много лет она причиняла ему страдания, сама того не желая. И корила себя за это. Он не заслужил такого отношения к себе. И раз ей выпал второй шанс, она исправит эту ситуацию. Вчера они самозабвенно целовались, но она точно знала, что это еще следствие эйфории от осознания, что они выжили, что война закончилась, что она наконец добилась Рона... В тот момент она чувствовала свой успех. А потом, когда постепенно началась обычная жизнь и они окунулись в повседневные проблемы, то отношения продолжались...просто потому что так было, а не потому что хотелось. Так было правильно. Пока на ее пути вновь не встал Малфой... Малфой! В мозгу вспыхнул образ слизеринца, испоганившего ей детство, скрасившего ей юность и подарившего ей огромное чувство во взрослом возрасте. Как и в детстве он ворвался в ее жизнь, перевернув мир с головы на ноги, неся за собой разрушения. Она собирала эти осколки, выстраивая себя заново, становясь сильнее. Она ненавидела его за это, но и он же заставлял ее задуматься об окружавшем ее мире и его устоях. Он заставлял ее думать лучше, стремиться быть первой, всегда добиваться успеха. В какой момент желание обойти его, чтобы он уважал ее, переросло в желание видеть его восхищение? Сама того не желая, Гермиона погрузилась в воспоминания...