The End

      «Когда Саманта вернулась домой, она была сама не своя… её глаза… они были другими. Она вела себя не так, как обычно, её как будто бы подменили. Поцелуи стали холоднее, её объятия — навязчивыми, наглыми, а речи — жестокими, мрачными. Она говорила о яблоке, которое упадёт с дерева. Но, что бы вы понимали, это было не просто яблоко — я даже не хочу об этом говорить. Она слышала голоса. Она рассказывала мне о них. Она хотела, чтобы и я слышал, видел, и верил, но я не мог не бежать от неё в те моменты, когда она хватала меня за руку и начинала что-то рассказывать»; «Дрю после возвращения домой стала более замкнутой — но это и понятно — мало кто спокойно может пережить всё, что с ней произошло, а что-то нам подсказывает, что она рассказала лишь самую малую часть. Бедная, бедная наша маленькая девочка: что только ей пришлось пережить и что она переживает сейчас? Я видела: она смотрит на мир иначе; она говорит теперь как-то по-другому, впитала много слов, каких я раньше не слышала; её походка изменилась, и всё в ней какое-то неродное, далёкое. Но это и понятно: ведь она такое пережила. Мне страшно представить, как ей тяжело».

***

      Сэма не было уже сутки, и Дин повторно взял показания родственников жертв, которые, в свою очередь, пролили чуть больше света на произошедшее и дали Винчестеру дополнительные нити. Шанс на то, что Сэм вернётся, 50/50, но почему-то его не было заметно дольше, чем Дрю, и чем всех остальных. Это напрягало и наталкивало на мысль, что всё же дело в чём-то другом, а отсюда надежда на успешное завершение дела и вера в то, что он правда может на что-то повлиять, не утихали. Хотя вопрос, что конкретно он может сделать, всё ещё оставался насущным.       Что же труднее: найти Джека, который способен оказаться в любой точке мира и не оставляет после себя никаких следов; найти Сэма, который, подобно Дрю и Саманте как будто бы провалился в другое измерение; или найти решение загадки, данной Михаилу его не случайным собеседником? Михаил, среди всех остальных, был куда ближе к нахождению ответа, который, при этом совершенно его не радовал. А полная безызвестность крайне огорчала как Кастиэля, так и Дина, который решил вернуться в точку отправления и заехал в закусочную, где недавно состоялась встреча с Михаилом, тайно для самого себя надеясь на встречу с архангелом.       Винчестер прошёл в зал заведения; осмотрел посетителей, коих сегодня было не мало, и к своему разочарованию за стойкой не увидел ни одного знакомого лица. От этого Дин испытал лёгкую тоску и выражение его лица стало только более задумчивым и даже несколько кислым. Он взял себе кофе, пару сэндвичей и сел за угловой столик, решая теперь продолжить думать над тем, что делать, потому что ничего более не оставалось и ответы как-то не хотели приходить сами собой. Это было именно тем, что сильнее всего огорчало.       Несмотря на то, что один кубик сахара уже давно растворился в чашке, Дин продолжал мешать кофейный напиток и внимательно смотрел на его пенку, на секунду задумавшись о том, что Сэм растворился в этом мире точно сладкий песок в тёмной жидкости. Винчестер хмыкнул, и от этого сравнения на его лице появилась лёгкая, кажущаяся натянутой улыбка, с которой он всё же отложил ложку в сторону и перевёл взгляд в окно, начав наблюдать за всем тем, что происходит на улице. Медлить было нельзя, но не появлялось идей, как конкретно торопиться. Отсюда было тяжело избавиться от нервного напряжения. Самый простой вариант — Сэм ушёл по своему желанию — Дин даже в теории не рассматривал. У Сэмюэля не было для этого совершенно никаких поводов, хотя Дина и посетила мысль, что, возможно, всё опять по-старому и одна демоница снова скрутила голову его брату, да в этот раз так быстро и настолько сильно, что он и вовсе потерял рассудок. Но поверить в это у Дина не было никаких причин.       Всё это было связано, но точно ли? А может быть это очередная шутка судьбы? Не стоило игнорировать наличие книги, и пустые страницы резко стали представлять для Дина большой интерес. А те два мужчины, что были найдены мёртвыми, стояли перед глазами и мысль о том, что с Сэмом может быть точно также, мотивировала Дина подумать о том, точно ли он правильно поступил, что уехал из мотеля, ведь вдруг его брат вернётся, а он это упустит?       Дин что-то профырчал себе под нос, покачал головой и сделал глоток кофе, ещё раз осмотрев здание и людей, что были здесь. Надежда на то, чтобы увидеть здесь знакомое лицо Михаила, уже практически растаяла, и здесь отчего-то Дин решил, что стоит как можно скорее вернуться обратно в мотель и попробовать ещё раз там всё осмотреть; перечитать книгу, попробовать прожить «последний вечер Сэма» и начать мыслить как он. Уже прошли сутки. Это были самые долгие сутки, а ответов всё ещё не было. И от мысли, что сейчас, пока Дин сидит здесь и тратит время попусту, растягивая обед, Сэмми страдает, Винчестер продрог, быстро встал из-за стола и, смяв грязные салфетки, выкинул их в урну, а после заторопился обратно. План? Его до сих пор не было. Предположения? Их была масса, но сегодняшний день, включая ночь, Дин планировал провести его за работой; за поиском ответов и был готов молиться Джеку, в надежде, что тот правда решил просто отдохнуть и услышит его зов, а после поможет разобраться в этом. Ведь если не он, то кто? Если без него, то как?