Серия «Кирёхи кирёхаются»

– А меня нарисуешь, Лёш? Эти слова выбили русого из своих размышлений по поводу недавних событий. Он удивленно поглядел на Кирилла, пытаясь переварить им сказанное. –...чего? – Я бы хотел, чтобы ты нарисовал меня.

Неоново-розовые огни ярким светом озаряют задрипанный актовый зал лагеря. Конец смены, последняя дискотека. Старшеклассники парами плавно двигаются в такт медляка, прижимаясь друг к другу. Сегодня ночь обещала быть веселой, это же "Королевская ночь"!... Но что-то пошло не по плану.

Я снова мучаю бледную кожу твоей шеи своими зубами. Останутся следы. Воротник всё скроет. Да даже если это увидят, меня не особо волнует. Пусть знают. Пусть знают, что он любим кем-то. Что кому-то не плевать на его личность. Кому-то не плевать на него. Пусть все знают... Пусть он это знает.

Общение "понарошку"... Дружба "понарошку"... Любовь тоже "понарошку"?

Лето. Солнце. Жара. И дворе парней, что возятся с обычным дачными делами, попутно дурачась и получая от этого неимоверное удовольствие.

– Какой смысл во всём этом?... Блондин, уже думающий о том, чтобы свалить, притормозил, взглянув на одноклассника, у которого неожиданно прорезался голос. – Ты о чём? – Какой смысл из кожи вон лезть, чтобы быть похожим на её идеал, вести себя как придурок ради того, чтобы она на меня хотя бы посмотрела, если по итогу она всё равно будет смотреть не на меня? ...Приплыли. Экзистенциальный кризис в 16. Не слишком ли рано?