Серия «Междумирье»

Епископ Лукий — холодное спокойствие, белая ряса, цепкий зелёный взгляд и фанатичная вера, которой он посвятил всю жизнь. JDH — хаос, сарказм, взрывной характер и тёмная энергия, от которой трещат лаборатории и рушатся церковные запреты. Они — абсолютные противоположности. Но именно поэтому их тянет друг к другу с такой силой, что трещит ткань реальности. Лукий просыпается по ночам и думает о том, кто смеётся над всем, что для него свято. Джон взрывает храмы и не извиняется.

Джодах — не просто богиня. Она — та, кто держит в своих руках судьбы миров. Её крылья черны с алым, волосы белы, как первый снег, а кулон на шее меняет цвет от спокойствия до желания. Её заместитель Джон (JDH) — идеальная, серьёзная «булочка» в белом костюме и оранжевом шарфе. Он аккуратен, послушен и молится каждую ночь. О своей госпоже. Но однажды Джодах решает, что чистоту нужно не беречь, а развращать. В этой истории: ритуальное шибари с описанием каждого узла; мёд, шоколад и клубника

В современном мире, где нет магии, а есть только бесконечные смены, недосып и запах кофе из круглосуточной кофейни, встречаются двое. Абди — 22 года, студент и ночной администратор. Худой, вечно в оверсайзе, с больными глазами и добрым сердцем, которое он не умеет щадить. Он привык спасать всех, кроме себя. Сдерик — 34 года, бывший спасатель, теперь шеф-повар своего маленького ресторана. Широкоплечий, спокойный, с сединой в волосах и шрамами на руках. Все идут к нему за

«Ты мой, даже когда злишься» Лукий — альфа-цундере с вечно красными ушами и привычкой ворчать «отвали», когда на самом деле хочет прижаться. Сдерик — альфа-яндере, который пахнет мятой и терпением, и готов ползти на коленях, лишь бы Лукий не ушёл. В их квартире пахнет двумя пожарами, которые почему-то не сжигают друг друга, а сплетаются в один — горький и сладкий одновременно. Здесь ошейник становится знаком доверия, молоко — языком любви, а укусы — единственным способом сказать «ты моё».

Джон не собирался становиться центром внимания двух опасных мужчин. Особенно — в туалетной кабинке шумного клуба, где каждый звук тонет в музыке, а каждый крик — их маленькая тайна. Джодах — холодный, молчаливый, с фиолетовыми глазами, полными спокойной власти. Он не говорит лишнего, но каждое его слово — приговор. Эбардо — зелёноглазый манипулятор с улыбкой, от которой хочется бежать, но ноги не слушаются. У них есть щупальца. И у них есть Джон — уставший, растрёпанный