Накахара показал Дазаю ванную и дал чистое полотенце, когда Ω вымылся Чуя отвёл его в свою комнату, а затем пошёл мыться сам. Когда оба были готовы ко сну, а Рокки покормлен, Чуя лёг рядом с Дазаем и обнял его, нежно прижимая омегу к себе. Рокки забрался к ним тоже лёг рядом с Дазаем, словно защищая его вместе со хозяином...

— Бестолочь! — очередное оскорбление и очередной удар. Акутагава спокойно терпит, но глаза предательски блестят. — Чего разнылся?! Ещё получить хочешь?! — крикнул на него Дазай, отвесив очередную пощёчину. __________________________________________ Акутагава резко сел на кровати, кошмар, это был лишь кошмар, но слёзы медленно стекали по щекам парня. — Рюноске, что случилось? Ты плакал во сне и не просыпался, — послышался ранее ненавистный, но сейчас такой родной голос.

Хочется объятий и поддержки от этого человека, но вместо них пощёчина. — Какого хуя, Осаму?!! — кричит он. Дазай замер, на щеке появился красный след от удара.

он услышал голос, обеспокоенный, напуганный, но такой родной и знакомый: — Вы точно сможете привести его в чувства? А какова будет гарантия, что он не вышеб себе мозги? В ответ раздался холодный голос, растягивающий слова, тоже знакомый, но не такой родной: — Мозг он ещё в 15 об стол, в тогда ещё моём кабинете, выбил. Если в его пустой башке ещё что-то осталось, то я обязательно заставлю это работать. Больше он ничего не услышал, снова погружаясь во тьму.

Рюноске пришёл в подвал, в котором его тренировал Дазай, он увидел Чую, посматривавшего на часы. Акутагава тоже посмотрел на время и на пару мгновений замер, он опоздал на 10 минут. Собравшись с мыслями, он подошёл к Чуе. — Извините, за опоздание, Накахара... — Акутагава уже был готов, что его изобьют, так же как делал Дазай.