Он простил его, хоть прощать было и не за что. И полюбил. Своеобразной любовью, по своему показывая чувства: через ядовитые шутки, грубую заботу и с помощью жарких поцелуев в темных переулках улицы, в их общей комнате, мимолетные касания губ на поле боя, когда выскальзывала возможность, прикрывания тылов друг друга, после тренировок, и местах, в которых их никто не мог увидеть. Только двое взрослых мужчин, когда-то до смерти ненавидящих друг друга.