Подножие Говерли было местом древним, как сама земля. Там, где туманы вечерами ложились на старые сосны, а склоны дышали ветром, жили духи и старая магия. Люди редко заходили сюда без нужды — лес был чужд человеку, слишком живой, слишком древний. В этих местах каждый камень помнил времена, когда над горами правили боги, а деревья шептали заклинания.

Ночьной коридор больницы был залит тусклым светом дежурных ламп. Фил потянулся, зевая, и посмотрел на часы — три ночи. Дежурство тянулось бесконечно, и даже кофе из автомата уже не спасал.

Студенческая общага — место, где правила существовали лишь номинально. Здесь царил хаос: шумные вечеринки, подозрительная еда в холодильнике и вечные разборки за горячую воду.

Уилл знал, что Ганнибал следит за ним. Это было неизбежно. Даже после того, как всё раскрылось, после крови, предательства и боли, Лектер не исчез из его жизни. Он оставался призраком в тени, присутствием в каждом его сне, эхом в пустых коридорах его дома. И вот теперь, спустя месяцы после побега Ганнибала, на пороге его дома появился конверт из дорогой бумаги. Уилл не должен был его открывать. Не должен был даже поднимать. Но он взял.