За пределами фар — кромешная тьма, рождающая миллионы хлопьев-парашютистов. Лесная дорога, которую не может покинуть одинокий автомобиль. На часах — 21:30, и время лжёт, растягивая минуты в вечность, полную слепого напряжения и тоски.В этом году Хеллоуин приходит в Онтарио не с тыквами и смехом, а с арктической пургой, застилающей мир белым бредом. И единственным пристанищем становится мотель, где тиканье маятниковых часов звучит громче крика, а улыбчивый хозяин хранит в глазах вселенскую печаль

Его стены дышали пылью древних знаний и сладковатым ядом ложной безопасности — дурманом сильнее запретных эликсиров. Его законы ломали кости тихим хрустом невидимых ритуалов, а истина обжигала язык кровавым привкусом стертых в прах. Здесь, под глянцем учености, зияла трещина. Где страх одного касания растворялся в необходимости чужого дыхания у самого края бездны. Где истина не освобождала, а приковывала цепями к месту, где миры сходятся, чтобы разорваться.