Дэниел сполз по стене. И теперь лежал на полу, в позе эмбриона, прижавшись щекой к холодным доскам. Он пытался сжаться, стать меньше, просочиться сквозь пол и оказаться на воле. Арман бы не позволил. Он был в ловушке. Слезы текли по его вискам, смешивались с кровью. Плакать перед вампиром было унизительно, но за эти бесконечные часы, как и за всю жизнь, Дэниел успел привыкнуть к унижениям.