Азирафель уверен, что в любой параллельной вселенной они всё равно пересеклись бы. В этой — его стошнило на рубашку четвёрокурсника Кроули во время танца, а потом они вместе сбежали от полиции, нагрянувшей в разгар студенческой вечеринки. В какой-то другой вселенной всё могло сложиться иначе, но именно в этой, как утверждает студент-астрофизик Кроули, сработала теория сингулярности.

Энтони Кроули — семьдесят три. Тело подводит, память путается, и единственное, что остаётся рядом, — старый кот, спящий у него на груди. Азирафелю Феллу — семьдесят один. Он ходит с тростью и молча признаёт: свою жизнь он так и не начал.

С самого детства за Азирафелем следовала тень. Он назвал её Энтони — имя, которое стало спасением и проклятием одновременно. Она оберегала его, шептала в тишине, прятала от невидимых угроз, но оставалась загадкой. И всё же, несмотря на страх, она была его лучшим другом — единственным, кто всегда был рядом. Теперь, когда детские страхи уступили место взрослым сомнениям, Азирафель вынужден раскрыть правду: кто стоит за этим именем, почему оно связано с его прошлым, и кем является он сам.

Азирафель считает, что спасение души — дело небес. Кроули выпивает яд вместо девочки, потому что ему плевать на небеса. Он хотел подняться, потому что слабость бесила. И прежде чем Кроули успел что-то сделать — отдёрнуть ногу, оттолкнуть ангела, сказать гадость, чтобы хоть немного восстановить баланс — Азирафель медленно, почти молитвенно, наклонился и коснулся губами его щиколотки.